4.
Шаг — и всё вокруг изменилось.
Валя резко остановилась, едва не сорвав дыхание. Она ещё секунду назад чувствовала прохладный воздух обычного парка: запах прелых листьев, сырую землю под ногами. Но теперь всё словно сдвинулось в сторону. Мир стал другим — таким же, но чужим.
— Егор... — прошептала она, не веря своим глазам.
Аллеи оставались на месте, те же дорожки, те же деревья, но всё будто покрыла тонкая пелена. Тени здесь были гуще, воздух тяжелее. Сумрак не отступал, даже хотя по времени должно было быть ещё далеко до ночи.
Егор стоял рядом, напряжённо всматриваясь в пространство вокруг.
— Мы перешли, — сказал он глухо.
— Куда?
— В другую сторону парка. В его отражение.
Он говорил спокойно, но руки у него дрожали.
Валя повернулась вокруг своей оси. Мир будто ожил: в ветвях деревьев шевелились силуэты, похожие на людей, но слишком вытянутые, слишком размытые. Их лица невозможно было рассмотреть — только тёмные провалы.
Они молча наблюдали.
— Они... смотрят на нас, — прошептала она, чувствуя, как сердце сжимается от ужаса.
— Пусть смотрят. Пока мы идём по их правилам, они не нападут, — Егор взял её за руку и повёл вперёд.
Дорога казалась бесконечной. Каждый шаг отзывался гулким эхом, будто земля под ними пустая. Символы, выжженные на деревьях, мерцали слабо-красным, словно предупреждали: «Назад пути нет».
Валя старалась не смотреть по сторонам, но глаза всё равно цеплялись за странности. В одном из деревьев зиял проём — не дупло, а словно рот, из которого вытекала тьма. Вдалеке качались качели, хотя вокруг не было ни ветра, ни людей.
— Здесь невозможно выбраться, — сказала она почти шёпотом.
Егор посмотрел на неё быстро, резко.
— Выберемся. Я обещаю.
Она не стала спорить. Обещание звучало слишком хрупко в этом месте.
Прошло несколько минут, когда они вышли к фонарю. Один-единственный, посреди пустой аллеи. Он горел неровным, тусклым светом, будто догорающей свечой. Под ним лежала тетрадь.
Егор наклонился и поднял её. Обложка была потрескавшейся, страницы пожелтевшими. На первой строчке стояло имя: «Алексей К.»
Он пролистал несколько листов. Почерк дрожал, буквы были сбивчивыми.
«...Я думал, что смогу выбраться. Но парк не отпускает. Он говорит со мной. Он требует. Каждую ночь символы горят всё ярче. Каждую ночь я слышу шаги за спиной. Если кто-то найдёт эту тетрадь — не идите дальше. Вернитесь, пока не поздно.»
Валя почувствовала, как по спине пробежал холод.
— Значит, мы не первые...
Егор сжал тетрадь так сильно, что костяшки пальцев побелели.
— Но мы будем последними.
Он поднял голову. И в этот момент фонарь над ними вспыхнул ярче — и погас.
Темнота сомкнулась так быстро, что Валя не успела вдохнуть. В черноте ожили шаги. Много шагов, будто целая толпа шла со всех сторон сразу.
Валя вцепилась в Егора.
— Они идут!
Егор резко развернул её к себе. Его глаза горели решимостью.
— Беги к дубу, видишь свет? — он указал на крошечное мерцание вдалеке.
— А ты?
— Я задержу их.
— Нет! — Валя сжала его руку, слёзы защипали глаза. — Если ты останешься...
Но договорить она не успела. Из темноты протянулась рука — длинная, чёрная, с когтями, и схватила Егора за плечо.
Он резко вырвался, ударил символом-тетрадью по этой руке — и тьма завизжала, отступая.
— Беги! — крикнул он, толкнув Валю вперёд.
Она сорвалась с места, ноги сами несли её к тусклому свету впереди. Слёзы застилали глаза, дыхание рвалось, но она не оглядывалась.
И только когда добежала до освещённого места, обернулась.
Егор всё ещё стоял там, окружённый тенями. Они тянулись к нему, но он держал тетрадь над головой, и символы на страницах горели багровым светом.
— Валя! — его голос прорезал ночь. — Я найду тебя!
И в тот же миг тьма сомкнулась над ним.
Валя закричала:
— Егор!!!
Её голос разлетелся эхом по аллеям, словно кто-то повторял его сотни раз — тонко, издевательски. «Егор... Егор... Егор...» — звуки бились о деревья, искажаясь до неузнаваемости.
Она хотела броситься обратно, но ноги будто приросли к земле. Страх не отпускал. Силы таяли, дыхание срывалось на всхлипы.
Вдруг из темноты донёсся хрип. Он был похож на Егора, но слишком низкий, слишком чужой.
— Ва-а-аля...
Сердце Вали подпрыгнуло к горлу. Это был не он. Она знала.
И всё же... если есть хоть шанс, что это Егор, она не имеет права убежать.
Валя шагнула в темноту. Мир дрожал, словно воздух был жидким. На каждом шаге ей казалось, что земля под ногами проваливается, а вокруг что-то движется, шепчет.
Перед глазами мелькнул силуэт — фигура Егора. Он стоял неподвижно, но его лицо было скрыто тенью.
— Егор! — закричала она, но голос сорвался.
Фигура повернула голову. Медленно. Слишком медленно.
— Ва-а-аля... — протянул тот же хриплый голос.
И тогда она увидела его глаза. Чёрные, как пустота. Без зрачков, без белков.
Она поняла: это не он. Это тень, принявшая его облик.
Существо шагнуло к ней. Движения его были рваными, будто марионетку дёргали за нитки. Валя попятилась назад, но нога задела корень, и она упала.
Существо наклонилось к ней. Лицо Егора, искажённое и пустое, нависло так близко, что Валя чувствовала холодный запах сырости и гнили.
— Ты останешься здесь... с нами... — прошептало оно.
Силы покинули её. Она хотела закричать, но не смогла. Существо подняло руку и потянулось к её лицу.
И вдруг — свет.
Тетрадь, которую Егор бросил на землю в тот миг, когда отбивался, вспыхнула багровым сиянием. Символы на страницах горели, словно огонь внутри книги разгорался всё сильнее.
Существо взвыло и отшатнулось. Из его рта хлынул густой чёрный дым. Оно рассыпалось, словно пепел, и исчезло в темноте.
Валя, дрожа, поднялась. Тетрадь всё ещё светилась у её ног. Она схватила её, прижала к груди.
— Держись, Егор... — прошептала она, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Я найду тебя. Обещаю.
Вокруг снова было тихо. Только ветер шевелил сухие листья. Но тишина больше не казалась пустой — она была наполнена чьим-то дыханием.
Валя стиснула зубы и шагнула вперёд. Теперь у неё было что-то большее, чем страх. У неё была цель.
Она должна найти Егора. Даже если придётся пройти через весь этот ад.