12 часть
Нэнси Розье
Спустя несколько дней после трагедии в Норе, стертой с лица земли, мне пришлось вернуться в Хогвартс. Совесть терзала меня неустанно. Я корила себя, возможно, несправедливо, за то, что не успела, не смогла помочь семье Уизли. Но я всего лишь человек, с грузом собственных ошибок и бессилия. Вина разъедала душу, но я задвинула эти мучительные мысли в дальний угол сознания. Сейчас передо мной стояли задачи куда важнее. Мне необходимо собрать вокруг себя тех, кто будет сражаться плечом к плечу со мной. Пока таких людей катастрофически мало. Только Драко. Только его связывает со мной моя метка. Я обдумывала возможность переманить на свою сторону сестер Гринграсс. Их семья придерживается нейтралитета, но они чистокровные и входят в священные двадцать восемь. Не меньше мне хотелось видеть на своей стороне Теодора Нотта. Он не только прекрасный волшебник, но и гениальный стратег. Меня осенила идея усовершенствовать свою метку, создать некую невидимую связь, чтобы мы могли общаться в случае необходимости.
— Нэнси. Дамблдор ждет тебя в своем кабинете, — низкий голос вырвал меня из раздумий. Я повернула голову и увидела Северуса, высокого мужчину с бледной кожей и черными, сальными волосами. Кивнув ему, я направилась к кабинету директора. Что понадобилось этому старику? Шагая по родным коридорам школы, я подошла к гаргульям. Произнеся пароль, я увидела, как открылась винтовая лестница. Остановившись перед дверью директора, я постучала и, услышав разрешение, вошла. Дамблдор восседал за своим столом. Как он может спокойно работать в этом месте, где все трещит и звенит, оставалось для меня загадкой.
— Вы хотели меня видеть? — подойдя к столу, я спросила прямо.
— Подождем еще одного человека. Нэнси, присаживайся, — Альбус попытался изобразить подобие улыбки. Проигнорировав его предложение, я уставилась на дверь, ожидая, кого он еще ждет. Ближе к потолку над дверью висели портреты бывших директоров школы. Занятно. Минут через десять появился тот, кого мы ждали. Гарри Поттер.
— Гарри, рад тебя видеть, — старикашка мило улыбнулся ему, пока юноша входил.
— Я тоже, здравствуйте, профессор, — поздоровался Гарри и со мной, на его приветствие я лишь кивнула.
— И зачем же вы нас позвали, директор? — глядя прямо в глаза Альбусу, я пыталась прочитать его мысли, но он, как всегда, был непроницаем. Волшебник в ответ лишь криво улыбнулся.
— Я хочу с вами поговорить о крестражах и Волан-де-Морте, — решил сразу перейти к делу? — Мы с Гарри уже три месяца пытаемся узнать больше о крестражах, просматривая воспоминания Тома.
— Директор, тогда зачем я здесь?
— Нэнси, я считаю, что ты единственная из окружения мистера Поттера, кто сможет ему помочь в дальнейшем. — Если он думает, что я соглашусь и буду играть по его правилам, то он глубоко ошибается. Но я готова подыграть, а дальше все будет по моим правилам. Посмотрим, кто в итоге займет главное место на шахматной доске.
— Почему вы так решили, профессор? — сделав вид, что ничего не понимаю, словно меня здесь вообще не должно быть.
— Я знаю твои способности, и не знаю никого, кто мог бы ими обладать, — Альбус смотрел на меня сквозь свои очки-половинки.
— Если вы так считаете, то я постараюсь помочь мистеру Поттеру, — мужчина улыбнулся моим словам, а Гарри кивнул в знак благодарности. Идиоты.
— Что ж, раз мы все решили, то давайте приступим, — Дамблдор встал со своего насиженного места и подошёл к шкафу, нажав на что-то, полки разъехались, открывая вид на омут памяти. — Вы первые, — сказал он нам с Гарри. Переглянувшись с мальчишкой, мы одновременно погрузили головы в омут. Все завертелось, и вот я уже стою на ногах, а рядом Поттер. Через несколько секунд к нам присоединился и Альбус. Мы оказались в каком-то доме, повсюду висели картины, стояли вазы. Услышав голоса из дальней комнаты, мы переглянулись с моими «товарищами» и двинулись в нужном направлении. Открыв дверь, мы увидели Тома Реддла, которому на вид было лет двадцать, и женщину в возрасте. Волан-де-Морт протянул руку, взялся длинными пальцами за одну из ручек и извлёк чашу из ее уютного шелкового гнездышка. В глазах Тома мелькнул красный проблеск.
— Барсук, — пробормотал Волан-де-Морт, вглядываясь в гравировку на чаше. — Значит, она принадлежала?..
— Пенелопе Пуффендуй, как тебе, умный мальчик, прекрасно известно!
Хэпзиба, так звали женщину, также показала и медальон Слизерина. На лице Тома отразилась жажда обладать этими предметами.
— За сколько вы готовы продать мне оба этих артефакта? — прямо спросил Реддл.
— Ох, я их не продаю.
— Я вас понимаю, ведь они очень ценные, — женщина закивала словам мужчины, после позвала эльфа и попросила принести им чай. Когда на столе появилось угощение, женщина вышла из комнаты, сказав, что скоро вернется. Том же достал из внутреннего кармана какой-то маленький пузырек. Вылив содержимое в чашку женщины, он убрал пузырек обратно.
— Гад, — единственное, что я могла сказать в присутствии Гарри.
— А? Профессор, вы о чем? — повернув голову ко мне, Поттер вопросительно посмотрел на меня.
— Он подлил ей яд. — На лице Гарри отразился ужас. В этот момент вернулась Хэпзиба. Присев в мягкое кресло, она поднесла чашку к губам и сделала пару глотков. Том мило беседовал с ней и наблюдал. Еще несколько глотков. Пять минут — и все. Женщина валяется на полу. Глаза закатились. Дыхание участилось, а после и вовсе прекратилось. Тут же появился домовой эльф и, увидев свою хозяйку в таком состоянии, повернулся к гостю. Том держал палочку, направляя ее на эльфа. Волан-де-Морт изменил воспоминания и добавил ложные, будто это эльф подсыпал яд своей хозяйке. Последнее, что мы увидели, — как Том забирает чашу и медальон. Вернувшись в кабинет директора, я отошла от омута памяти. У Гарри не было лица. В его глазах читалась злость, удивление, ярость и страх.
— Он убил ее?.. — тихо произнес Поттер, скорее как вопрос самому себе. Он дрожал всем телом.
— Да, — единственное, что смог произнести Дамблдор, положив руку на плечо избранного.
Теодор Нотт
Я прибыл в школу около пяти вечера. Сразу же направился в Большой зал вместе с Маттео и Энцо. Парни что-то оживленно обсуждали, но я их не слушал. Все мои мысли были только о ней. В Большом зале я, наконец, увидел ее. Но она смотрела лишь в свою тарелку, ни с кем не разговаривая. На ее лице не отражалось никаких эмоций. Она отвлеклась лишь тогда, когда профессор Снейп что-то ей сказал. Она кивнула и покинула Большой зал. Что же с ней случилось на каникулах? Поужинав, мы с друзьями направились в свою комнату. Идя по подземельям, я немного дрогнул от холода. Только из-за этого я и не рад, что попал на Слизерин. Зимой здесь всегда холодно, как в общей гостиной, так и в комнатах. Зайдя в гостиную, я заметил, что на диванчиках сидели Драко Малфой, Пэнси Паркинсон, Блейз Забини и два здоровяка, Кребб и Гойл. Кивнув им в знак приветствия, я получил такой же ответ от Малфоя и Забини. Паркинсон лишь фыркнула. Страшилище. Закатив глаза на ее выходку, я прошел мимо, направляясь в комнату. Как и ожидалось, здесь тоже холодно. Использовав чары, чтобы в комнате стало теплее, я подошёл к тумбочке, стоявшей возле моей кровати. На ней лежала та самая коробочка, в которой лежали кольца. Взяв ее, я уже хотел пойти к кабинету профессора, но дверь комнаты открылась, и вошли мои соседи. Закрыв дверь, они уже хотели лечь на свои кровати, но Энцо остановился. Он смотрел на коробочку, которую я держал в руках. Его взгляд был пронзительным. Затем он перевел взгляд на меня, пытаясь что-то прочитать в моих глазах. Вдруг на его лице появилась хищная улыбка.
— Эй, Тео. Ты что, кого-то себе нашел?
Благодаря этой фразе Маттео резко поднялся со своей кровати. Он удивленно переводил взгляд с меня на Энцо, а потом только обратил внимание на коробочку.
— С чего ты это взял? — устало взглянув на друга, спросил я.
— Ну как же? Что у тебя в руке?
— Коробка.
— Тео, не придуривайся. Давай рассказывай, кто она, с нашего факультета? Красивая? Сколько ей лет? Как зовут? — Тут подключился и Маттео, засыпая меня вопросами.
— Стоп. У меня нет девушки. А это, — показав коробку, — вас не касается. Все, я пошел.
— Ну и иди, — услышал я напоследок, когда выходил из комнаты. Выйдя из гостиной, я направился к кабинету Розье. Сырые подземелья уже надоели мне. Здесь мрачно и холодно. Хоть бы раз здесь было тепло. Завернув за угол, я чуть не столкнулся с кем-то. Это была Розье. Девушка удивленно посмотрела на меня. Какая-то закономерность сталкиваться с ней в подземельях.
— Нотт?
— Профессор. Я хотел с вами поговорить, — заранее спрятав руку с коробкой за спину.
— Какое совпадение, я тоже, — она хотела поговорить со мной? О чем? — Что ж, пошли за мной. — Розье направилась дальше по туннелям подземелья, ведя меня за собой. Вскоре мы оказались у стены с двумя факелами. Профессор приложила руку к стене, и она разъехалась, открывая вид на лестницу, ведущую вниз. Спускаясь за Розье, я увидел милую гостиную. Профессор пригласила меня сесть в мягкое кресло. Усевшись, я стал ждать ее. Она же попросила домового эльфа принести нам чай и печенье. Когда она, наконец, села напротив меня, она посмотрела мне в глаза. В них не было ни капли тепла. Мы сидели в тишине, пока нам принесли угощение, и Розье сразу взяла в руку чашку, делая пару глотков.
— Итак, о чем вы хотели со мной поговорить, мистер Нотт? — в ее голосе звучали холодные нотки. Положив на кофейный столик коробочку, я посмотрел на нее. Розье выгнула бровь, ожидая моего ответа. Открыв коробку, я показал ей кольца.
— Я сам их сделал. Благодаря этим кольцам мы сможем разговаривать на расстоянии. Так мне будет легче с вами связываться и узнать вас, а то я не смогу выиграть наш спор. — Ее брови поползли вверх, но тут же опустились. Она осматривала кольца и чему-то усмехнулась.
— О споре, — начала она, переводя взгляд на меня, — нам нужно его закончить. — Что? Не понимаю. Как это закончить? — Вместо спора я хочу предложить тебе кое-что другое. Я хочу, чтобы ты стал моим союзником и в ближайшем будущем сражался на моей стороне. — Сказав это, Розье наблюдала за моими эмоциями. Союзниками? Сражаться на одной стороне? Она хочет, чтобы мы были заодно?
— Что? — единственное, что я смог выдавить из себя. Девушка встала и подошла ко мне, взяв за руки, она подняла меня на ноги. Мы стояли напротив друг друга. Между нами зияла пропасть в несколько жалких сантиметров, но они ощущались как непреодолимая бездна. Внезапно меня опалило жаром, таким обжигающим, что казалось, воздух вот-вот воспламенится. Она смотрела на меня снизу вверх, и я завороженно следил за трепетом ее длинных ресниц, словно бабочки, пойманной в сеть. В ее тонких, изящных пальцах, кольцо, извлеченное из коробки, казалось тусклым подобием настоящего чуда. Когда она надела его мне на указательный палец, наши взгляды встретились, и кровь бросилась к лицу, застучала в висках оглушительным набатом.
– Ты будешь моим товарищем? – прозвучал ее голос, тихий и нежный, как шепот ветра. В ответ я взял второе кольцо и надел на ее палец, с трепетом осознавая вес этого момента. Сжав ее маленькие ладошки в своих, я заглянул в глубину ее глаз, полных надежды и нежности.
– Буду, – прошептал я ей на ухо, – можно я сделаю кое-что? И, не дожидаясь ответа, я прильнул к ее губам, таким желанным, таким манящим. Целуя их бережно и трепетно, я ощутил, как мои руки обвили ее талию, стремясь сократить расстояние между нами до нуля. В ее глазах мелькнуло удивление, но оно тут же сменилось ответным желанием, и ее руки обвились вокруг моей шеи. Ее губы приоткрылись, приглашая меня в глубину поцелуя, и наши языки сплелись в танце, полном страсти и нежности. Жар между нами нарастал с каждой секундой, воздух сгущался, дышать становилось все труднее. Пока я наслаждался вкусом ее губ, мои руки изучали ее тело, нежно поглаживая спину, скользя к лопаткам. Оторвавшись от губ, я перешел к шее, осыпая ее поцелуями, вдыхая ее неповторимый аромат. Подхватив ее под бедра, я бережно уложил ее на диван, нависая сверху, ведомый неутолимой жаждой. Мне было мало одних поцелуев и прикосновений. Облизнув ее шею, я перешел к уху, нежно покусывая мочку.
– Теодор… – ее голос, тихий, но до невозможности соблазнительный, прозвучал у моего уха, пока ее пальцы играли с моими волосами. От этого прикосновения меня словно пронзило током, сердце бешено заколотилось, готовое вырваться из груди. Дыхание участилось. Мы одни. В ее комнате. Ни души вокруг. Только тишина, нарушаемая лишь стуком наших сердец. Моя рука покоилась рядом с ее головой, другая нежно поглаживала талию. Ее ноги обвились вокруг моего колена. Она дышала прерывисто, наблюдая за мной с обожанием. Черт. Я впился в ее губы в жадном, страстном поцелуе, боясь, что она исчезнет, растает, как мираж. Покусывая ее губы, я ощутил привкус металла, но даже это не могло умалить их совершенства. Казалось, время остановилось, и в целом мире существовали только мы вдвоем. Проведя языком по ранке, оставленной моими зубами, я лег рядом с ней на диван, обняв со спины за талию, и вдохнул ее запах, ставший таким родным, таким необходимым – аромат хвои и нежности.
– Я готов всегда быть на твоей стороне и защищать тебя от всего, – прошептал я, и эти слова шли от самого сердца, наполненного любовью и преданностью.