победная мысль
Ночь была густой и безмолвной, когда несколько стражников, патрулировавших внешние стены замка, заметили нечто странное на горизонте. Один из них, молодой и встревоженный, остановился, чтобы рассмотреть небо получше. Его глаза расширились от удивления, и, не теряя ни минуты, он поскакал по каменным коридорам к залу, где собирались Дэймон и Рейнира.
Внутри зала, где полумрак и тяжелые разговоры уже смешивались с напряжённым ожиданием, раздался сбивчивый голос стражника:
—Ваше величество принц Дэймон, королева, я видел, как Вермитор в небе! Сам бы он не улетел, его кто-то оседлал
Рейнира, погружённая в свою безмолвную скорбь, едва подняла глаза – душа её была так измучена, что даже такой сильный зов реальности казался ей далеким. Но Дэймон, почувствовав зов тревоги, не побоялся действовать: он вышел не на крыльцо замка, а направился прямо к входу в Драконью Гору – месту, где, как он знал, начиналась судьба драконов.
Под тяжелым сводом ночи, возле древнего входа в гору, где холодный камень хранил следы старинных битв и забытой магии, Дэймон остановился, вслушиваясь в ночной ветер. Его глаза, полные решимости, внимательно следили за темнотой.
Небо всё ещё было затянуто ночной дымкой, когда Дэймон увидел силуэт, приближающийся с могучим звуком крыльев. Вермитор с Дэйриной уже спустились на широкую площадку перед входом. Дэйрина, сидящая в седле, выглядела удивительно самоуверенной – её взгляд был твёрдым и решительным, а губы едва сдерживали улыбку победителя. Даже сам Дэймон застыл от неожиданности: его лицо выражало одновременно изумление и какую-то горькую радость.
Он подошёл к ней, и между ними завязался короткий, но насыщенный встречей разговор.
— Что за чертовщина? — спросил Дэймон с усмешкой, пытаясь скрыть свою растерянность.
Дэйрина, не теряя самообладания, посмотрела строго в глаза отцу и сказала:
—Отец, ты слышал, что говорят? Этот дракон — самый большой после Вхагара. Я сделала это не для того, чтобы найти утешение или возвращаться в гавань сожалений. Я сделала это для мести за Люка, за нашу потерю, за боль. Вермитор принес нам знак — что наша сила ещё не исчезла. Его мощь будет нашим оружием в грядущей войне.
—А можешь ты слезешь, как думаешь, мне просто не удобно смотреть вверх и говорить.
Дэйрина, словно воплощение самообладания и решимости, с легкостью спрыгнула с могучего дракона. Её осанка излучала уверенность, а в глазах мелькала искра победы. Даже Дэймон, привыкший к суровым обстоятельствам, на мгновение застыл от удивления. Перед ним стояла его дочь, как бы олицетворяя вызов судьбе.
— Пусть враг и думает, что наша сила иссякла. Сегодня Вермитор – символ надежды. Мы встанем, даже если всё вокруг разрушено, и докажем, что даже после Вхагар может взойти новый рассвет.
В этот момент ночной ветер казался живым, шепча древние слова, как будто сама земля поддерживала её решимость. Дэймон медленно кивнул, осознавая, что судьба вступает в новую главу их жизни – главу, где любовь, месть и надежда сплетаются в одну неразрывную сеть.
Сегодня начинается новый этап. Я взяла судьбу в свои руки, и с Вермитором мы покажем, что ничто не сможет сломить наших – мы победим, и этот мир узнает, что значит истинная сила.
Разговор за окном продолжался в шорохе ночи – слова отца и дочери, скреплённые новой верой в будущее. Пока стражники и советники обсуждали произошедшее, Дэйрина и Дэймон уже начинали строить планы на грядущую битву, где даже самый великий дракон после Вхагара должен был стать их оплотом в войне.
________________________
Дэйрина Таргариен
Принцесса Рэйнис вернулась, а я с отцом уже были в форме отправления в Королевской Гавань, входя в пещеру Драконьей Горы я заметила принцессу Рэйнис
—Оседлай её снова, мы вылетаем—сказал мой отец приблежаясь к краю
—Я одна патрулирую бесконечно сотни миль над морем, чтобы удержать блокаду, Мелеис надо набить брюхо и отдохнуть, как и мне—она хотела пройти мимо но Дэймон ее остановил
—Мы летим в Столицу
—Зачем?
—Убить Вхагар, Караксес не справится с старой сукой один, а Вермитор не будет влезать
—Вермитор?—не поняла та
—Да прицесса, Вермитор—сказала я направляясь к краю скалы
—А наши драконы смогут убить Вхагар и его всадника, будет сына за сына—продолжил мой отец
—Это приказ королевы?
—Королева не вернулась, я должен принимать присяги в Харренхолле а вместо этого веду её войну
—Может проще дождаться её возвращения?—спросила та
—Её нет уже много дней, она сломлена
—Она скорбит
—Мать скорбит а королева уклоняется от долга
—Ворон, принес мне известия о смерти Лейны, я мучилась несколько недели, отказываясь в это поверить, только увидев останки дочерь а смогла начать оплакивать её, Ворон привез Рэйнире вести о смерти сына, она хочет знать наверняка
—Глупо лететь одной—вмешалась я—что если появится Эймонд?
—Тем хуже для него, королева поступила мудро она не подалась порывам месть как это сделали бы другие.
—Лети со мной, это приказ
—Ты пока еще не король—сказала та уйдя
——————————————————
—Королева Рэйнира Таргариен, первая её имени, королева андалов, рейнаров и первых людей, владычица Семьи Королевств и защитница государства.
В зал зашла Рэйнира, Дэймон сразу же подошел к ней. А подойдя к длинному столу она гордо посмотрела на всех
—По вашим приказам я полечу в Харренхолл чтобы укрепится в Речных Землях—сказал Дэймон
—Мой лорд муж—начала Рэйнис—полностью блокировал глотку, все морские пути и торговли со Столицы будут отрезаны.
—Мне нужен... Эймонд Таргариен—сказала Рэйнира, только на это у неё хватило сил прежде чем покинуть зал.
——————————————————
В тишине, на фоне дымящегося костра, каждый из присутствующих подошёл к огню, чтобы попрощаться с Люцерисом. Небо было затянуто мрачными облаками, словно сама природа оплакивала его смерть. Рейнира встала первой, с тяжёлым сердцем и решимостью на лице. Она кинула в пламя его одежду, сгорая с каждым моментом, как и её сердце, терявшее ещё одного ребенка. Слёзы катились по её щекам, но она не подавала виду, что теряет контроль.
Затем подошёл Джейс, с тяжёлым взглядом, полным внутренней боли. Его руки дрожали, когда он медленно положил в огонь одежду брата, его любимую рубашку, ту, что Люк носил всегда. Он чуть замедлил движение, как будто в этот момент хотел удержать время, но огонь сжигал всё, и Джейс, не выдержав, опустил голову, отводя взгляд от пламени беря на руки маленького Джоффри
Он подошёл к огню с игрушкой Люка, тем самым маленьким дракончиком, который был другом для их младшего брата. Он стоял, немного растерянный, и долго смотрел на игрушку, как будто не мог поверить, что всё это закончилось. Наконец, сдержанно, почти не чувствуя своей руки, он кинул её в пламя. Она исчезла в огне, оставив лишь краткую искру, как последний всплеск жизни Люцериса.
Когда очередь дошла до Дэйрины, она не могла не почувствовать, как тяжело её сердце сжимается. В её руке был деревянный меч — тот, с которым она и Лицерис тренировались на протяжении многих лет. Меч был уже потертым и выгоревшим, но всё ещё сохранял ту силу, что дала ему её дружба с братом. Дэйрина подошла к костру, взглянув на огонь. Её рука замерла на мгновение, а потом она бросила меч в пламя. Дерево потрескалось, и вместе с ним исчезли и все те моменты, которые они провели вдвоём, мечтая и сражаясь.
Пламя сжигало всё, и они все стояли, молча наблюдая, как исчезает последний след Лицериса, каждый из них прощался по-своему, с горем в сердце, но неся в себе память о нём.