Ставки
С самого утра Карину разбудил звонок в дверь. Сначала она подумала, что ошиблась — может, соседка? Но когда открыла, перед ней стоял молодой парень с белым бумажным пакетом и огромным букетом розовых тюльпанов в руках.
— Доставка для Карины Алтаевой, — сказал он, улыбаясь.
Она расписалась, взяла букет, закрыла дверь и уже без всякого удивления поставила его на стол.
Было ясно — Давид. Только он мог утром прислать кофе, а на следующий день — цветы.
Она достала телефон и просто написала:
«Спасибо.»
Ответ пришёл через тридцать секунд:
«Я рад, что тебе понравилось. Как всегда буду ждать тебя в 8:30 под подъездом. Заедем на кофе, а потом в универ. Собирайся, солнце.»
Карина не ответила. Просто посмотрела на сообщение, немного вздохнула и убрала телефон.
Поставила цветы в вазу, прошла в ванную, умылась и через полчаса уже сидела у журнального столика, нанося лёгкий макияж.
В комнату заглянула Наташа — растрёпанная, с чашкой кофе в руке, в большом худи.
— Ну что, подруга. От кого букет? — прищурилась она, осматривая тюльпаны.
— От Давида, — спокойно ответила Карина, не отрываясь от зеркала.
— Ну понятно. Влад бы до такого не додумался. — она отпила кофе и облокотилась о косяк двери — Если он тебя на Мальдивы позовёт, я и не удивлюсь.
Карина фыркнула, приподняв бровь:
— Какие Мальдивы? Чё ты придумала?
— Соглашайся, если предложит. Чего тут тухнуть? Надо отдохнуть. От этого Куертова в первую очередь.
— Я не знаю...
Наташа присела рядом, убрав чашку:
— Я ставлю ставку, что предложит. Он же тогда, помнишь, только через неделю знакомства тебя уже в Сочи звал.
Карина притихла, покрутила тушь в руках:
— Наташ... я не знаю, что мне делать. Кого выбрать.
— Они что, вдвоём тебе предложение делают?
— Нет...
— Ну вот. Тогда не парься.
Карина посмотрела в зеркало — глаза чуть грустные, но с оттенком света.
— Я не знаю, люблю ли я Влада.
Наташа усмехнулась:
— Господи. Влад — это Влад. У него работа, бизнес, графики. Ты сама знаешь. А Давид? Он горы свернёт ради тебя. Он тебя видит, слышит, чувствует.
Карина пожала плечами.
— Это как-то неправильно.
— Неправильно было бы, если бы ты была с Владом официально. А вы только бывшие. Так что с Давидом можно и... мутки прокрутить, — сказала она с хитрым акцентом и хлопнула Карину по бедру.
Карина улыбнулась. В глубине души всё всё равно путалось.
Но утро пахло цветами. И был человек, который ждал её внизу, просто чтобы выпить кофе перед учёбой.
И может быть — с этого и стоит начать.
Когда Карина наконец собралась, поправила волосы, последний раз взглянула в зеркало и попшикалась своими любимыми духами — теми самыми, которые Давид когда-то ей дарил, — часы показывали ровно 08:30.
Именно в эту минуту она вышла из подъезда.
На обочине уже стояла его чёрная Audi. Давид сидел за рулём, но, заметив её, мгновенно выскочил из машины, обошёл капот и открыл переднюю пассажирскую дверь с той самой лёгкой улыбкой, которую Карина хорошо помнила.
— Доброе утро, Каришка, — мягко произнёс он.
Она молча кивнула и села на сидение. А он, не спеша, закрыл дверь и вновь вернулся за руль. В салоне пахло чем-то дорогим и свежим — одеколоном, кофе и чем-то ещё, очень «его».
Когда Давид устроился за рулём, он повернулся к ней:
— Ты сегодня особенно красивая. Даже духи те самые?
Карина улыбнулась в ответ, немного смущённо опустив глаза.
Он потянулся к её руке, взял аккуратно за пальчики и, как в старые времена, поцеловал тыльную сторону ладони. Не пошло, не резко — просто так, по-джентльменски. Он всегда любил это.
Любил такие маленькие жесты. Любил ухаживать.
Подарки, цветы, кофе перед парами, комплименты — это был он. Не слишком приторно, не вымученно. Просто так, как будто для него это естественно.
И всё это было здесь, рядом.
А в голове Карины будто всплыли слова Наташи:
«Соглашайся, если предложит. Он тебя реально любит.»
Карина посмотрела в окно и вздохнула.
— Поехали, — сказала она, и Давид тронулся с места.
В универ — с кофе на переднем подстаканнике, с лёгким ароматом духов, и с чем-то новым между ними.
Или — чем-то старым, но по-новому близким.
С Давидом всегда было легко. Он знал, когда можно пошутить, а когда — просто помолчать рядом. Всегда умел поддержать разговор так, чтобы Карине не пришлось вытягивать темы из воздуха. Ей с ним никогда не было неловко. Он знал, что интересное рассказать — какую-то историю из спортзала, курьёз с тренировки, новость из мира, где он крутился. И знал, что спросить — не просто «как ты?», а что-то по-настоящему личное, по-настоящему к ней.
Он слушал. Не перебивал. Не обесценивал.
— Как у тебя с тем экзаменом? — вдруг спросил он, не отрываясь от дороги, но явно внимательно.
Карина немного удивилась — она и забыла, что когда-то между делом упоминала о нём.
— Да сдала. На четвёрку.
— Ну, поздравляю. Хотя знал, что сдашь, — улыбнулся он и протянул руку к её кофе, чтобы поправить крышку, — ты же у нас умница.
Она снова молча улыбнулась.
Иногда слов было достаточно.
А иногда — хватало взгляда.
— А тренировки как? Танцуешь ещё? — спросил Давид, бросив на неё короткий взгляд, в котором было и тепло, и интерес, и что-то... родное.
Карина повернула голову к окну, сделала глоток кофе, потом снова посмотрела на него:
— Иногда. Когда есть время. А его, как обычно, мало.
— Ну, это ты зря. — Он кивнул, поворачивая на парковку у кафе. — Ты когда танцуешь — совсем другая. Глаза горят. Я же помню.
Карина чуть прикусила губу, будто бы защищаясь от того, как легко он пробирался в её слабые места.
— Давид, ты всё помнишь?
Он остановил машину, повернулся к ней уже всем телом и слегка пожал плечами:
— Всё, что связано с тобой, запоминается без усилий. Хоть прошло уже...
— Хватит, — мягко перебила она и засмеялась. — Ты как будто заученные фразы говоришь.
— Ага, — он усмехнулся, — но ведь работают же?
Карина снова улыбнулась.
С ним было тепло.
Слишком тепло.
— Спасибо, что подвёз, — сказала Карина, вылезая из машины с кофе в руке.
— Забрать тебя потом? — спросил Давид, пристально глядя ей вслед.
— Не надо, — бросила она, чуть улыбнувшись, не оборачиваясь.
— Заберу всё равно, — ответил он, уже громче, с усмешкой и уверенным видом, как будто не слышать «нет» — это его принцип.
Карина только покачала головой и направилась к корпусу. Как только она дошла до входа, телефон завибрировал в кармане. На экране — Лёша Кореш.
— Алё?
— Каринка, привет! Сегодня собираемся у Ильи, будет стрим, как раньше. Все будут. Ты как?
— Ого, давно не было. Ну... хорошо, приду, — ответила она, немного оживившись.
— Отлично. Только без твоих «опоздаю на полчаса», ладно?
— Стараюсь не обещать, но постараюсь.
Окей, давай, до вечера.
Она убрала телефон в карман, вдохнула поглубже, чтобы настроиться на учёбу, и пошла на первую пару — даже не подозревая, как сильно поменяется её вечер.
•••
Уже на обеде, когда Карина сидела в кампусном кафе с подругой по потоку, ей зазвонил телефон. На экране — Влад Куертов.
Она тяжело вздохнула, извинилась перед подругой и вышла в коридор.
— Алло?
— Поедем вместе на хату? — голос Влада был спокойный, как будто они только что мило болтали утром.
— Нет.
— Чего?
— Я сказала нет, Влад.
— Карина, чё блять с тобой? Я же извинился, ты... простила. Что опять?
Она замолчала на секунду, сжав телефон в руке.
— То, что я сказала "прощаю", не значит, что всё можно вернуть. Ты снова думаешь, что достаточно сказать пару слов — и я рядом, как будто ничего не было.
— Да не в этом дело...
— А в чём? В том, что ты позвонил моей маме за спиной? Или в том, что постоянно решаешь за меня? — в её голосе появилась обида, усталость.
— Я просто хотел, чтоб ты вернулась.
— А я — чтобы ты изменился.
На том конце повисла тишина.
— Не звони мне сегодня, Влад. Пожалуйста, — и она сбросила звонок, прислонившись к стене. Сердце гулко билось, и она чувствовала — ей нужно дышать. Впервые — без него.
Карина постояла в коридоре еще несколько секунд, ощущая, как пульс отбивает в висках. Казалось, воздух стал тяжелее — будто сама жизнь повисла на паузе. В груди клокотало. Это не была ненависть. Не обида. Это было то самое чувство, когда слишком долго ждала перемен от человека, который не меняется. И вот оно — разочарование, выдохшееся тихо, но сжигавшее изнутри.
Она вернулась в кафе, села напротив подруги и молча отпила кофе. Подруга почувствовала, что сейчас не время говорить. А Карина смотрела в окно, туда, где среди студентов мелькали знакомые лица, и думала, как же всё стало так сложно. Ещё год назад она могла с закрытыми глазами описать, что будет делать Влад, как он отреагирует, когда он приедет, как извинится. А теперь — она не хочет знать. Ей всё равно.
Телефон в сумке завибрировал. Снова Влад Куертов. Она не стала смотреть. Просто нажала отклонить вызов, даже не вынимая телефон.
Через минуту — сообщение.
«Карин, я не знаю, что ещё сделать. Я не справляюсь без тебя. Напиши хоть что-то. Я не могу так.»
Она посмотрела на текст. Почувствовала укол. Всё ещё цепляет. Но уже не трогает.
Она выключила экран и положила телефон экраном вниз. И в этот момент, как по иронии, ей пришло новое сообщение — от Давида.
«Удачи на оставшихся парах, солнце. Я рядом, если что ❤️»
Карина не сдержала лёгкую улыбку. Где Влад был, когда ей нужен был кто-то рядом? Когда она сидела с температурой и ломкой? Когда было плохо, по-настоящему плохо?
Она знала, что Влад будет бороться. Знала, что он пойдёт на многое. Но в глубине души — что-то уже оборвалось. И собрать это обратно он не сможет.
В тот момент она впервые осознала: возможно, в её жизни теперь будет два Куертова — прошлый и тот, которого она оставила за спиной.
Вечер наступал быстро, как будто специально хотел быстрее закутать город в серый плед, заставляя прятать глаза и чувства. Карина вышла после пар чуть раньше — преподаватель отпустил их за десять минут до конца. И эти десять минут, как назло, снова стали точкой выбора.
На улице уже стоял Давид. В белой худи, с капюшоном, чуть небритый, с тем же спокойствием в глазах, которое когда-то влюбило её. Он не махал рукой, не кричал «эй» — просто стоял, прислонившись к машине, будто знал, что она всё равно выйдет. Увидит. И подойдёт.
— Пошли? — спросил он, открывая пассажирскую дверь.
Карина кивнула и села рядом, откидываясь на спинку сиденья. Давид пристегнулся, завёл двигатель и поехал, не включая музыку. Между ними было молчание — но не неловкое. Напротив, будто у обоих было о чём подумать.
— Стрим во сколько у вас? — спросил он спустя пару минут.
— К восьми приеду, — ответила она. — Успею поесть, переодеться.
— Ну и отлично, — кивнул Давид. — Я подкину.
— Не надо, — мягко улыбнулась Карина. — Я сама.
— Я всё равно рядом буду, — он посмотрел на неё. — Просто напиши. Или позвони.
Она снова кивнула. Они остановились у подъезда. Давид не стал тянуть момент, просто вышел, открыл ей дверь и проводил взглядом, пока она не скрылась в подъезде.
Карина поднялась, зашла в квартиру. Наташа уже сидела в гостиной в майке и шортах, пила чай и настраивала микрофон.
— Как универ? — спросила, не отрываясь от ноутбука.
— Угу, нормально, — ответила Карина, разуваясь. — Давид подвозил.
— Ну конечно подвозил, — фыркнула Наташа. — Парень года.
Карина усмехнулась. Она пошла в комнату, переоделась в свободную футболку и домашние штаны, смыла макияж.
На кухне уже пахло чем-то вкусным — Наташа сварила пасту с сыром.
Но когда Карина села есть — она проверила телефон. Влад не писал больше. Только это последнее сообщение «Я не справляюсь без тебя».
Она посмотрела на него. Смахнула. Удалила чат.
В её жизни начиналась новая глава. И она решила: хватит оглядываться на тех, кто однажды не пришёл, когда ты больше всего ждал.
•••
Карина вышла из подъезда раньше времени — она не хотела спешки, не хотела встреч ни с кем. Просто хотела сесть в такси, в автобус, пешком дойти — всё равно. Но когда шагнула за угол, у бордюра уже стояла та самая чёрная Audi Давида. Он вылез, как по расписанию, как будто точно знал, когда именно она выйдет.
— Раньше сегодня, — улыбнулся он и открыл ей дверь.
Карина посмотрела на него, на открытую дверь, на своё отражение в стекле. Потом кивнула.
— Ну что... Просто подвезёшь, и всё, — сказала скорее себе.
— Как скажешь, солнце.
Они поехали. Но всё бы было нормально... если бы не тот второй силуэт.
Через пару домов, как будто в засаде, стояла BMW Влада. Тонированная, грозная, как его настроение. Он тоже ждал. Ждал её, а не его.
И когда она села не к нему — что-то внутри Влада разорвало тишину.
Он ударил по рулю так, что сработал клаксон. Потом — резкий вдох, скрип зубов. Он смотрел, как Audi исчезает за поворотом, а сам остался стоять. Сидеть. Гореть. Он ждал выхода Наташи.
Через минут пять она вышла, в бомбере, в спортивках и с телефоном в руках.
Он выскочил из машины и направился к ней.
— Наташа! — громко, резко.
Она обернулась и уже знала — беды не миновать.
— Влад, ты чего, ты больной? Я не Карина, ты перепутал.
— Мне как раз нужна ты. Садись, расскажешь.
— Что я тебе должна рассказывать?
— Садись давай. Без вопросов.
Он распахнул переднюю дверь. Наташа от удивления растерялась — но всё же села, потому что знала: он не отстанет. Влад захлопнул дверь, сам сел, включил передачу и поехал в сторону квартиры, где проходили стримы.
— Ну чё, рассказывай. Что твоя подруга творит?
— Влад, я не буду ничего тебе рассказывать. Я подруга Карины, а не твой шпион.
— Давай, сука, говори. Я, блядь, не выдерживаю уже с вами. Она что, с ним теперь мутит?
Наташа фыркнула, отвернулась к окну.
— Ну, ты сам виноват. Ждал, пока она остынет, она остыла. Кто-то был рядом, а кто-то — нет.
Влад зацепился за эти слова.
— То есть он был рядом?
— А ты где был, когда она тебя ждала?
Молчание.
Машина неслась по вечернему городу, как будто могла обогнать всё, что между ними накопилось.
— Просто скажи: она мутит с этим уёбком? — выплюнул Влад, сжав руль до побелевших костяшек.
— Эй, — Наташа повернулась к нему, прищурившись. — Осторожнее с выражениями. Я бы сказала, кто здесь уёбок, но ладно, промолчу.
— Блядь, не беси. Скажи да или нет?
Она вздохнула, медленно и с вызовом посмотрела на него в упор.
— Куертов, ты не стабильный. И она точно такого не выберет.
Она выберет того, кто не орёт, не срывается, кто умеет быть рядом.
А не того, кто вечно на взводе и потом требует любви.
Влад молчал, стиснув зубы. В висках стучало, как набат.
Но он знал — если сейчас скажет хоть слово, может не сдержаться.
Так что просто свернул в сторону, резко.
Он был зол. И на неё. И на Карину.
Но больше всего — на себя.
— Как мне её вернуть? — процедил Влад, остановившись у светофора.
Наташа усмехнулась и, не глядя, поправила волосы:
— Я бесплатно курсы не продаю.
— Ты ебанулась? — он резко повернулся к ней. — Ты и так уже 150 кусков с меня сняла.
— Так это же не просто так, — лениво потянулась она. — За эксклюзивную биографию Савицкого. А за советы по возврату бывшей — это вообще другой тариф.
— Ты совсем охуела, — выдохнул Влад, при этом в голосе уже не было ярости. Только усталость.
Наташа наклонилась к нему, подперев подбородок рукой:
— Владик, хочешь вернуть Карину? Перестань вести себя как псих.
Не бегай. Не дави. Не звони по сто раз.
Стань тем, кем она когда-то восхищалась. Холодным, уверенным, спокойным.
Она замолчала, а потом добавила:
— И, кстати...
Если она хотя бы на день почувствует, что ты стал лучше без неё, —
она сама приползёт.
Потому что Карина не про спокойствие. Она про страсть и контроль.
А сейчас она контролирует тебя. А не ты её.
— Что она хочет? — Влад сверлил Наташу взглядом.
— Прямо сейчас? — она приподняла бровь.
— Нет, блять, год назад. Сейчас.
Наташа закатила глаза и, пожав плечами, лениво ответила:
— Нууу... Говорили сегодня, что отдохнуть хочет.
— Куда?
— Ну, наверное... там где море, песок и жара. — Она посмотрела в окно, сделав вид, что это просто предположение.
Влад кивнул, резко выпрямился на сиденье:
— Понял.
— Не забудь что у нее еще есть подруга, с которой она хочет отдохнуть.
— Обойдешься.
— От сука