Ты тоже имеешь право
Наташа толкнула дверь и зашла в квартиру. Карина встретила её с потерянным, уставшим выражением лица — вроде бы ничего особенного, но в глазах не было жизни.
— Ну что, — тихо сказала она, — пошли на кухню?
Они прошли. На столе уже лежала тёплая пицца, та самая, которую Карина пекла с Давидом. Наташа, не задавая вопросов, достала два бокала и разлила вино.
— Он подьехал под подъезд... — начала Карина, садясь за стол. — Пьяный в хлам. Обдолбанный. Начал мне втирать, что я трахаюсь с Давидом.
— Кто? Влад?
— Угу, кто ж ещё. Ну вот скажи, даже если бы это было правдой — мне что, нельзя? Мы не вместе. Он сам это сказал.
Наташа сделала глоток и покачала головой:
— Карин... он сегодня был в стрипухе. Недалеко от ТЦ.
Карина застыла. Брови дрогнули, но лицо оставалось спокойным.
— Серьёзно?
— Парадевич сказал. Сам Влад не отрицал. Он там сидел, лапал, пил, потом уехал добивать себя на парковке у алкомаркета. Ты ему должна? Нет. Ты что-то обещала? Нет. Он сам просрал тебя.
Карина молчала. Только взяла бокал, медленно сделала глоток.
— Он говорил, что я его убиваю. А по факту он сам себя добивает. Я просто не хочу больше быть рядом, когда человек сам себе яму роет.
— И правильно. Знаешь, он был не в себе. Псих. Сегодня просто перешёл все границы. А ты — не его психотерапевт, чтобы тянуть его на себе.
Карина улыбнулась — горько.
— Только всё равно сердце ноет. Потому что я его, блядь, всё ещё люблю.
— Ну и люби, — пожала плечами Наташа. — Но не давай себя топтать. Ты тоже имеешь право на счастье. С Давидом, с кем хочешь. Хоть однажды сделай так, как хочешь ты, а не как удобно Владу.
Карина посмотрела в бокал. Вино отразило дрожащий свет лампы.
— Ладно, — выдохнула она, — давай пожрём, а потом я напьюсь.
— Вот это уже я понимаю — вечер.
Они чокнулись бокалами, и, как бы ни болело, стало чуть легче.
— Карин, а что это за билет? — Наташа вдруг заметила что-то на столешнице и потянулась. — Это че, авиабилет?
Карина слегка вздрогнула, не сразу ответила. Потом, будто нехотя, сказала:
— Да, кстати... Давид предложил полететь с ним.
Наташа сразу замерла с бокалом в руке.
— Таккк... А это уже интересно. Куда лететь-то собрались, влюблённые голубки?
— В Турцию. У него там соревнования. Говорит, хочет, чтобы я поехала с ним.
Наташа поставила бокал и уставилась на неё с прищуром:
— И ты что?
— Сказала, что подумаю.
— Карина, чё тут думать? — Наташа подалась вперёд. — Это же идеальный шанс — сменить обстановку, отдохнуть, от всего этого дерьма отключиться. Влад бы в жизни не предложил тебе такое. Он максимум предложил бы остаться дома и посидеть в его БМВ на парковке.
— Ну не знаю... — Карина вздохнула. — Это же всё равно как будто... резко. Сбежать.
— Иногда нужно не просто сбежать, а улететь. Ради себя. Ты заслуживаешь красивую жизнь, Карин. И давай честно — тебе ж понравилось, как он рядом, как он заботится, как говорит.
Карина молчала. Лишь краешком ногтя играла с краем бокала.
— Ну скажи же да, а? А то я уже морально собралась с тобой чемоданы собирать.
Карина фыркнула.
— Я подумаю.
— Вот и подумай быстро. Потому что билет у тебя уже на руках. А сердце твоё пора из шкафа доставать. Не для того, чтобы Влад снова на нём потанцевал, а чтобы хоть раз оно выдохнуло спокойно.
— Ты правда думаешь, что нужно лететь с ним? — Карина всё ещё не сводила взгляда с билета.
— Да, Карина, конечно да! — Наташа чуть не вскочила с табуретки. — Когда к тебе последний раз относились так, будто ты — ценность? Не проблема, не бремя, а просто девочка, которую хотят порадовать.
Карина молча кивнула, будто внутренне что-то в ней щёлкнуло. Она взяла телефон, открыла диалог с Давидом, немного помедлила, потом набрала:
«Давай завтра поговорим»
Палец завис над отправкой. Наташа смотрела в упор.
— Нажимай. Давай, жми.
Карина нажала. Спустя пару секунд — ответ:
«Заеду за тобой.»
Она выдохнула. Словно воздух, который держала внутри уже слишком долго, наконец вышел.
Наташа хмыкнула, с довольной улыбкой сделала глоток вина и протянула бокал в её сторону:
— Ну что, за новую главу?
Карина чокнулась с ней, но в голове всё равно крутилась одна мысль:
«А точно ли я готова отпустить Влада?..»
Но она молчала. Вино тёплым током растекалось по венам, а в животе — лёгкий ком тревоги и предвкушения.
На утро Карина проснулась по будильнику. На телефоне уже горел экран с сообщением от Давида:
«Доброе утро, красотка. Жду у подъезда в 8:30. Возьму кофе — какой хочешь?»
Она на автомате написала:
«Карамельный латте. Теплый.»
Поднялась, пошла в ванную. В отражении — чуть опухшие глаза, усталость, но взгляд стал увереннее.
Наташа уже варила кашу на кухне. Когда Карина вышла, Наташа кивнула:
— Ну что, всё ещё летишь?
— Поговорим сегодня, он же не настаивает. Но, если честно... мне приятно.
— Да лети уже, Карина. Хватит сидеть между.
Карина кивнула, взяла свою сумку, накинула лёгкую рубашку поверх топа и вышла.
Давид уже ждал у машины, как всегда — вежливо вышел, открыл дверь, передал стакан с кофе.
— Доброе утро, солнце. — он улыбался искренне. — Сегодня ты особенно красивая.
— Спасибо, Давид. Поехали?
— Всегда.
Они ехали спокойно. Давид держал одну руку на руле, иногда поглядывал на неё, но ничего лишнего не говорил. Карина смотрела в окно, пока внутри у неё не нарастал какой-то хаос. Спокойствие Давида сбивало. Он был хороший. Но, чёрт... почему в голове всё равно сидит Влад?
В это время Влад проснулся от звонка Парадевича. Голова раскалывалась. Телефон мигал:
«Ты дома? Где ты вообще?»
Он сбросил.
Посмотрел в потолок. Мозг гудел.
Карина снова ушла. Давид снова выиграл.
Он вскочил, пнул кроссовок, запарился в ванной.
Потом вышел, вытер лицо полотенцем, подошёл к телефону... и открыл Инстаграм.
Карина сториз не выкладывала, но... он знал, она с ним. И от этого становилось так пусто, что аж зубы сводило.
— Карина... — прошептал он. — Чего тебе не хватило во мне?
Но ответа, как всегда, не было.
Влад стоял перед зеркалом, в джинсах и простой серой футболке, руки в боках.
— Всё, блядь, выходной, — пробормотал он. — Сам себе подписал. Голова гудит, а мысли не отпускают.
Он взял телефон, набрал Парадевича.
— Алло, ты где?
— На районе, кофе беру.
— Давай встретимся.
— А что случилось?
— Да просто надо.
Через полчаса они уже сидели в кофейне на улице. Влад мрачно размешивал свой эспрессо, глядя в одну точку.
— Ну и? — спросил Парадевич, делая глоток. — Чего зовём?
— Я не знаю, брат. Я просто не вывожу это всё. Она как будто не вернётся, и я это понимаю. А внутри... жрёт.
— Надо действовать. Ну не будешь же ты вечность по клубам шататься и бухать на парковках?
— Та я уже и не хочу.
— Значит, надо поговорить.
— А о чём, если я уже сказал всё, и ещё пару раз — лишнего?
— Слушай, ты хотя бы сам определись, чего хочешь.
— Её. — Влад откинулся на спинку и выдохнул. — Я хочу её. Без всяких игр.
— Тогда делай всё, как в этих тупых фильмах: букет, шоколадки, открытка, кольцо. Вали к ней, стой под дверью и проси прощения. Нормально, без алкоголя, без мата, без наездов. Просто как человек.
— А если пошлёт?
— Тогда пошлёт. Но хотя бы сделаешь всё, что мог. А не будешь потом жалеть, что сдулся в последний момент.
Влад пару секунд молчал, потом резко встал.
— Поехали за букетом. Но не этой херни из магазина у метро. Нормальный нужен. Белые пионы.
— О, пошёл в атаку.
— Парадевич, если не сработает — я тебя вычеркну из друзей.
— Если не сработает — это уже твоя карма, не моя.
Они расплатились и вышли. Влад чувствовал, как с каждым шагом появляется злость не на Карину, а на самого себя. Он хотел всё исправить. Или хотя бы попытаться.
— Слышь, — Влад резко повернулся к Парадевичу, жуя жвачку. — А чё если... ну, романтический вечер ей устроить?
— Чё, блядь? — Парадевич аж поперхнулся кофе. — Ты серьёзно? Ты не боишься, что она тебя нахуй пошлёт? Или вообще даже не придёт?
— Мы всё сделаем у неё дома.
— Ты ебанулся? — вытаращился Парадевич. — У неё дома? Влад, кто тебя туда пустит, ты вообще головой подумал?
— Наталья, — Влад кивнул уверенно. — За пару сотен туда и обратно пустит, и ещё свечи расставит.
— Влад... может, ты слишком далеко заходишь? Тебе просто нужно нормально поговорить с ней. Не вот это всё — свечи, лепестки, музыка из колонок.
Парадевич выдохнул, откинулся в кресле и уставился на Влада так, будто тот только что сказал, что собирается в космос на скейте.
— Ты блядь серьёзно?
— Абсолютно. У неё был такой пост года два назад: свечи, лепестки, шампанское, фонарь этот ебаный с запиской. Я запомнил.
— А может ты ещё воздушного шарика закажешь с её именем?
— Не ржи. Я вбился в это. Я хочу, чтобы она хотя бы пришла. Ну или... увидела. Мне нужно хоть что-то сделать.
Парадевич покачал головой.
— Влад, ты понимаешь, что она может просто не открыть дверь. Или прийти и сказать, чтобы ты съёбывал.
— Знаю.
— И всё равно хочешь?
— Ага. — Влад уверенно встал. — Цветы, свечи, фонарь, шампанское. А ещё что? — Он посмотрел на друга. — У тебя вкус получше, подскажи.
— Ну... плейлист нормальный сделай. Не свой рэп этот грустный. Что-то лёгкое. И конфеты... Не рафаэлло, что-нибудь более взрослое. Может, макаруны. И не забудь, что всё это должно выглядеть как сюрприз, а не как ты с дружком её хату украшаешь.
— Наташа поможет. Я ей скину и ещё подкину. Главное — время выбрать, чтоб Карина не дома.
Парадевич поднял брови.
— То есть ты реально будешь заморачиваться вот так?
— Да, — уверенно сказал Влад. — Или всё, или ничего.
— Ну что ж, Куертов. С твоими тараканами даже стрипклуб не сравнится. Погнали в магазин. У нас впереди великий вечер клоунады и любви.
— Погнали, брат. Только без клоунады. Сегодня я включаю романтика.
Влад сразу нашел контакт и садясь в машину набрал
— Наталья, добрый день, — начал Влад с нарочитой вежливостью.
— Мг... утро ещё, — буркнула она сонным голосом.
— Хочешь заработать?
— Чё ты хочешь, Куертов, говори сразу, без своих этих обводов.
— Мне нравится твоя прямота. Короче, мне нужно через минут пятнадцать попасть в вашу квартиру.
— Зачем? Грабить будешь?
— Сюрприз хочу сделать. Ну знаешь... всё это милое. Свечи, вино, лепестки. Романтика.
— А я тут при чём?
— А ты — её подруга. И ты мне поможешь.
— Это тебе дорого обойдётся.
— Когда она дома будет?
— Ну после пар, где-то в районе пяти.
— Тогда всё, еду в магаз и сразу к тебе.
— Куертов, — протянула она с усмешкой, — если она тебе даже не даст за этот вечер, деньги не верну.
— Вот Наталья, — выдохнул он, улыбаясь впервые за последние дни, — ты только об этом и думаешь.
Он отключился, откинулся на сиденье и глянул в окно. Улыбка не сходила с его лица. Впервые за долгое время он не думал о Давиде, о ревности, о прошлых ссорах. Он думал только об одном — как она будет смотреть на него, когда откроет дверь и увидит всё. Только бы вышло. Только бы она хотя бы на секунду поверила, что он способен быть другим. Ради неё.
Пока за окном тянулся ленивый полдень, Влад и Парадевич мчались по магазинам, будто готовили не романтический сюрприз, а спецоперацию. Влад был сосредоточен, сжав список в руках, а Парадевич всё бурчал под нос:
— Я не понимаю, нахрена тебе это вино. Она тебе и так в душу плюнула.
— Это для расслабления, не для меня, — отрезал Влад, не оборачиваясь. — Я ж не сам буду бухать, а с ней.
Следующим был цветочный. Влад выбрал букет, который сразу ассоциировался у него с Кариной — насыщенно-алые кустовые розы. Лепестки — целый мешочек, «чтоб дорожку сделать, как в фильмах». Продавщица смотрела на них с явным умилением, а Парадевич — с явным подозрением ко всему этому «розовому бреду».
Когда всё было в багажнике, Влад почувствовал, как в груди впервые за долгое время затаилась лёгкая надежда. Неуверенная, но живая.
Они подъехали к дому. Наташа уже ждала, открыв дверь с той самой своей полуухмылкой:
— Ну, проходите, принцы. Печенье на кухне, кружки в шкафу. Влад, не забудь тапочки.
— Спасибо, Наталья. Всегда приятно видеть твою поддержку, — хмыкнул он, заходя с пакетами.
— Поддержку? Я, может, просто хочу посмотреть, как ты снова облажаешься, — бросила она, разворачиваясь на пятках.
Влад ничего не ответил. Он знал — она любит ядовито поддевать, но глубоко внутри Наташа хотела, чтобы всё у них с Кариной всё-таки получилось. Хотя бы ради её подруги.
Он зашёл в комнату Карины. Аккуратно застеленная кровать, чуть приоткрытые жалюзи, на столике зарядка, косметичка, духи — всё было до боли знакомо. Он высыпал лепестки на пол, протянул дорожку от входной двери к спальне, на кровати положил букет, рядом — поднос с клубникой в шоколаде, виноградом, мандариновыми дольками и даже нарезанным манго. Всё выглядело как с идеальной доски настроения в Pinterest. Рядом — два бокала, пока что пустые, и закрытая бутылка вина.
Он стоял, глядя на всё это, и сердце сжималось. Всё это он делал не ради эффектной сцены. Он просто очень скучал. Хотел хоть на миг вернуть ту версию себя, который был счастлив — только рядом с ней.
— Ну чё, идём на кухню, пока твоя леди не вернулась, — сказал Парадевич сзади, хлопнув его по плечу. — Вдруг ещё чего не хватает.
Влад кивнул. Всё было готово. Осталось только ждать.
— Брат, а чё мне первое сказать? — Влад стоял у раковины на кухне, будто искал ответы в каплях воды на кране.
— "Прости", — не задумываясь бросил Парадевич, поедая виноград прямо с подноса.
— Да она ж спросит: "За что?"
— Ну так и скажи: "За то, что я мудак", — пожал плечами тот, будто это был самый очевидный выбор.
— Нормально ты подбадриваешь, — скривился Влад.
— Влад, ты сам говорил, хочешь быть с ней — будь. Но будь честно, а не как вчера. Не с бутылкой и истерикой, а с нормальными словами.
— А если она пошлёт?
— Значит, пошлёт. Но ты хотя бы сделал всё, что мог. Не будь клоуном. Будь мужиком.
Влад выдохнул и кивнул, чувствуя, как снова возвращается тревога — всё шло к развязке. И теперь всё зависело не от лепестков на полу и не от бокалов с вином. Всё решат слова.