Ты всё ещё здесь
Карина вошла, немного запыхавшись
— Наташшш, — протянула она, скидывая кроссовки...
Но в прихожей вместо подруги — лепестки.
Маленькие свечи.
Дорожка. Красная, как её щеки в этот момент.
— Что за цирк?.. — прошептала она, моргнув пару раз.
Она пошла вперёд, босиком, ступая по лепесткам. Сердце то ли от раздражения, то ли от предчувствия — колотилось как бешеное. Заходит в комнату, приоткрывает дверь — и замирает.
А там... он. Влад. В джинсах и футболке, стоящий посреди комнаты с букетом, как будто актёр, запнувшийся в своей реплике.
— А, ну да. Ты же тут. Кто ж ещё до такого додумается, — с иронией сказала она, скрестив руки на груди.
— Карин... прости меня, — голос у него дрогнул. Но он продолжил, не отворачиваясь.
— За что? Ты же ни в чём не виновен.
— За то, что повёл себя как мудак, — выдохнул он.
— Мг. Ещё?
— За то, что назвал Давида... трахалем, — стиснув зубы, проговорил.
— Что ещё? — её голос был ледяным.
— Уебищем, — бросил почти сдавшись.
— Ну вот, ближе к истине. Ещё?
Он покачал головой.
— Карин, я не к нему извиняться пришёл. Я к тебе. Прости. Я реально, блядь, скучаю.
Она посмотрела на него долго, будто всматриваясь, правда ли это или очередной кривой эпизод. Потом ткнула пальцем в букет.
— Это мне, так понимаю?
— А? А... да! — он чуть не уронил его, поспешно протянув.
Она взяла, понюхала.
— Нормально.
Влад отступил назад, кивнул в сторону кровати.
— А ещё... клубника. Любимая.
Карина подошла ближе. На подносе — ягоды, виноград, киви. Красиво. Всё аккуратно и по-настоящему мило.
— Мг... ну, не Пинтерест, но сойдёт.
— Я старался.
— Первый раз за полгода, наверное, — пробурчала она, но не ушла.
И в тот момент Влад понял: если она осталась — у него всё ещё есть шанс.
— Ну, раз старался, то наливай. Или сразу к делу? — её голос был чуть насмешлив, но в нём уже не было той остроты, как раньше.
— В смысле, к какому делу? — Влад напрягся, не зная, шутит она или говорит серьёзно.
— Куертов, я вижу, к чему ты клонишь. Хочешь? Ну давай, я ж не против. Быстро, по-быстрому, и ты уйдёшь отсюда. Всё просто.
Он будто словил пощёчину.
— Блядь, Карин... я не для этого всё это сделал. Я не хочу вот так. Я с тобой хочу просто... посидеть, поговорить, помолчать. Посмотреть в твои глаза. Без грязи.
Она прищурилась, будто проверяя его на правду. И на секунду стало тихо. Только свечи потрескивали, и гирлянда в углу мигала тускло-жёлтым.
— А... ну раз так, — наконец сказала Карина, выдохнув. — Если реально, то давай, что ли, на кухню пойдём.
Он немного замешкался, всё ещё не до конца понимая, поверила ли она
— Куертов, там просто удобнее вино пить и поесть. Не придумывай себе.
— Я ничего себе не придумываю, это ты...
Она взяла бутылку и букет, а он молча подхватил поднос с фруктами и две свечи. Они прошли в кухню. Там всё выглядело почти уютно, почти как в другом времени, когда они ещё были парой. Карина поставила музыку потише, зажгла гирлянду и добавила света — не романтика, но тепло.
Влад сел напротив, налил им по бокалу. Она потянулась за вином, отпила.
— Ну... За что пьём?
Он посмотрел на неё, не поднимая бокала.
— За то, чтобы ты мне снова верила. Или хотя бы попробовала.
— Мг, — кивнула она, — это сильно.
И подняла бокал.
Он тоже.
И впервые за долгое время им не нужно было говорить — только смотреть друг на друга.
На кухне стояла полутьма — гирлянда светила ровно настолько, чтобы лица друг друга были видны. Пахло вином и клубникой. Карина уже допила бокал, щеки слегка порозовели, и язык стал легче, будто вина в ней было не бокал, а два.
— Слышала, в стрипухе вчера был, — она улыбнулась, скрестив ноги на табурете, глядя на него с иронией.
— Не правда, не был, — спокойно бросил Влад, отводя взгляд.
— Та не пизди, Наташа мне всё рассказала.
Он вспомнил советы Парадевича. Не спорить. Не оправдываться. Спокойно.
— Ну, я же свободный. Мы же расстались. Не? Нельзя? — он приподнял брови, будто проверяя, насколько это её заденет.
Карина наклонила голову.
— То есть вот так, да? — в голосе не было боли, только любопытство и сарказм.
— Я там даже не отдохнул, — пожал плечами он, делая глоток.
— А когда я с другом гуляю, то всё. Изменщица. Шлюха. Хотя мы даже не встречаемся.
— Я просто с девчонками решил потусить, — пожал он плечами. — Ты же с этим уеба... Давидом была.
Она закатила глаза, сдерживая смех.
— Чё, ещё расписывался на сиськах?
— А чё? — с полуулыбкой отозвался он.
— Ну так, просто спросила, — Карина сделала вид, что её это не волнует.
— Тебе расписаться? — он уже подался вперёд, будто с вызовом.
— Да ты уже другим дал, нахуй мне-то, — отрезала она, наигранно обиженно, но с той же пьяненькой улыбкой.
— А, ну да. У тебя уже есть то. — он поджал губы, на секунду взглянув в стол.
— Бля, Влад... — выдохнула Карина. В её голосе было всё: и утомлённость, и нежность, и раздражение.
— Та я шучу, — отмахнулся он.
И в эту секунду включилась песня. Спокойная, медленная. «Любовь» — Скриптонит. Она будто упала точно в настроение. Влад будто ожил.
— Примешь моё приглашение на медляк? — он подал ей руку, в голосе стараясь быть нежным, не дерзким, как раньше.
Карина на секунду сделала паузу, потом лениво встала.
— Не красиво отказывать, — усмехнулась она.
Он аккуратно притянул её к себе. Не резко, как делал раньше, не властно. Наоборот — осторожно, будто боялся, что она исчезнет. Они встали рядом посреди кухни, среди свечей и неубранной еды, среди вина и бокалов, и начали двигаться в ритм медленной, но цепляющей песни.
Он держал её за талию, она положила руку ему на плечо, другой — всё ещё сжимала свой бокал.
— Только не наступи мне на ногу, боец, — усмехнулась она.
— Попробую, — прошептал он, всматриваясь в неё.
Они были очень близко. Даже ближе, чем должны были быть. Сердце стучало громко у обоих — от вина, от этой близости, от напряжения, которое наконец-то растворялось.
Она снова заговорила:
— Влад, я не знаю, зачем ты всё это делаешь. Ты же завтра снова исчезнешь, снова скажешь, что у тебя работа, что ты занят, что всё не вовремя.
— Нет, — качнул он головой. — Я устал исчезать. Устал думать, что могу забыть тебя. Не могу.
— Ты драматизируешь.
— А ты всё ещё делаешь вид, что тебе всё равно.
Она посмотрела на него — в упор, в глаза. Музыка глушила их дыхание, но в этот момент казалось, что слышно только сердца.
— Мне не всё равно, Влад. Но я не хочу снова упасть в ту же яму. Понимаешь?
Он прижал её чуть ближе:
— Дай мне доказать. Не словами — делами.
Они стояли, медленно кружась под песню, будто в замедленном кино. И впервые за долгое время между ними была не боль, не упрёки — а просто тишина, тепло и две руки, которые всё ещё не хотели отпускать друг друга.
— Ты так вкусно пахнешь, — выдохнул Влад, когда её волосы чуть задели его щеку.
— Чем? — спросила Карина тихо, продолжая медленно покачиваться в такт музыке.
— Домом, — почти прошептал он, глядя на неё снизу вверх, как будто это признание.
Карина отвела взгляд, чуть сжала его плечо, чтобы не отстраниться, но и не приблизиться сильнее.
— Влад... Мы же просто поговорили. Нам нужно время.
Он задержал дыхание. Сердце снова пошло в разгон.
— Чтобы я мог снова с тобой встречаться? Время?
Она посмотрела ему прямо в глаза. Там уже не было злости — только уставшая честность.
— Зачем встречаться? — Карина мягко отступила на шаг. — Не нужно наступать на одни и те же грабли.
— А если я наступлю аккуратно? — он попытался усмехнуться, но не вышло.
— Ты опять шутишь, — сказала она тихо, опуская глаза на пол.
— А как по-другому? — прошептал он. — Я не знаю, как с тобой по-другому.
Карина молчала. Сигнал на телефоне прервал тишину. Она посмотрела — сообщение от Давида. "Как день? Всё хорошо?"
Она быстро погасила экран и выдохнула.
— Я не хочу сейчас принимать решения, Влад.
— А ты хочешь быть с ним? — спросил он уже почти шепотом, не дыша.
— Я не знаю, чего я хочу. Но точно не хочу возвращаться в то, что нас разрушило.
И она снова села за стол, наливая себе немного вина. Не в знак прощания. А в знак того, что вечер ещё не закончен — просто без обещаний.
— Помнишь, как мы с тобой в аквапарк ездили? С ребятами ещё, — Влад снова сел напротив неё, крутя в пальцах бокал.
Карина, откинувшись на спинку стула, кивнула, улыбаясь краешком губ.
— Хах... Помню. Мы ещё тогда на самую высокую горку полезли. А когда спустились, я чуть не утонула.
— Да ты там не утонула, а меня чуть не убила. Ты в панике за шею вцепилась, я думал, всё — хана, — он усмехнулся, и в его голосе проскользнула какая-то светлая ностальгия.
— Ну извини, я тогда испугалась, — Карина скосила на него взгляд, — а ты ржал как ненормальный.
— Да потому что это была ты. Даже в панике — грозовая туча с глазами.
Он сделал глоток вина.
— А потом мы все в баню хотели, а тв уехал... Сказал, что работа.— её тон стал чуть холоднее. — Тогда была какая-то "очень важная встреча".
Влад задержал взгляд.
— Карин, тогда правда всё горело. Контракт с застройщиками влетал в трубу.
— А я просто хотела, чтобы ты остался. Хоть раз. Плевать на контракт. На застройщиков. Просто с нами. Со мной, — сказала она почти безэмоционально, как будто говорила не сейчас, а вспоминала ту себя, уже далёкую.
Повисла тишина. Только свечи потрескивали, и гирлянда переливалась тусклым светом.
— А если бы сейчас поехать? — сказал он вдруг, чуть наклоняясь вперёд. — Ну типа снова туда. Все вместе. Или вдвоём. Исправить.
Карина не ответила. Она просто долго смотрела на него, будто пыталась понять, верит ли он в это сам...
— Не знаю, Влад... уже не будет так, как раньше, — Карина медленно перевела взгляд на его руки, сложенные на столе. — Мы другие стали. Слишком многое случилось.
— А если будет ещё лучше? — тихо, но с нажимом спросил он.
— У меня универ... у тебя работа, — пожала она плечами.
— Работу отменю, универ отмажу. Всё решаемо, если ты согласна, — он говорил уверенно, даже слишком, будто боялся, что если дать себе слабину — снова всё потеряет.
— Не знаю... А ребята? — Карина подняла брови.
— Все согласятся. Кто откажется? — Он усмехнулся. — На халяву кто не хочет в аквапарк?
Она посмотрела на него с недоверием, но всё же уголки её губ чуть приподнялись.
— Ну давай, напиши в группу, посмотрим, как ты «всех» соберешь.
Влад достал телефон, мгновенно нашёл общий чат в телеграме и набрал:
«Короче, вопросик. Кто за то, чтобы на выходных метнуться в аквапарк? Мой счёт. Только свои. Карина — организаторка по настроению, я — по бабкам. Кто ЗА — плюс в чат.»
И нажал отправить.
— Считаем голоса? — сказал он, чуть наклоняясь к ней. — Если большинство — едем?
— Если большинство, — медленно повторила Карина, — то, может быть...
— И ты поедешь?
Она чуть усмехнулась и, не отвечая, сделала глоток вина.
— Голосуем, Куертов.
— Ну вот видишь, Саша не пойдёт, — Карина ткнула пальцем в сообщение Фрамы в чате: "пацаны, я с температурой, вы без меня"
— Ну и супер, — Влад усмехнулся, откинувшись на спинку стула. — Не будет на тебя смотреть.
— Куертов, — она закатила глаза, — я специально надену закрытый купальник. Для тебя. Чтоб не перегорел.
— Ооо, — он прищурился. — Так ты всё-таки идёшь?
— Подумаю, — она сделала вид, что не придаёт значения его вопросу, хотя в уголках губ играла улыбка.
— Наташа же идёт, — напомнил он.
— Ну да, Наташа ради халявной сауны и коктейлей даже в пустыню поедет, — фыркнула Карина.
— Так и ты поезжай. За компанию. Ну и чтоб я мог видеть тебя в этом закрытом купальнике. Только, пожалуйста, не забудь полотенце — я его как обычно не возьму.
— Как обычно, — повторила она с лёгкой насмешкой. — Ты вообще хоть раз что-то сам берёшь, кроме понтов?
— Тебя, — спокойно ответил Влад, глядя ей в глаза.
Карина на секунду замолчала, будто не ожидала от него этой фразы, и сразу отпила из бокала.
— Не начинай, — пробормотала она. — Я ещё не решила, ясно?
— Мг, — он откинулся на спинку стула, но уже довольно улыбался.
Он знал, она поедет.
Влад только что встал из-за стола и пошёл в ванную, а его телефон остался на кухонном столе, прямо перед Кариной. Он загорелся — сообщение от Парадевича:
"Ну чё, брат? Как там дела?"
Она кинула беглый взгляд на экран, внутренне колебалась... но рука уже сама потянулась.
Разблокировать не составило труда — пароль 21.01. Её день рождения. Влад поставил его ещё в самом начале их отношений и, как видно, так и не сменил.
Карина усмехнулась.
— Сентиментальный мудак, — пробормотала она и, не долго думая, напечатала от его имени:
"Брат, наложал немного... Когда букет дарил, ещё со стрипухой и немного с медляком."
Через пару секунд пришёл ответ:
"Я же говорил — или правду говори, или пизди красиво."
Карина фыркнула и набрала:
"Та она уже согласилась в аквапарк."
Ответ пришёл почти сразу:
"А что она сказала насчёт встречания?"
В этот момент послышались шаги — Влад возвращался.
Она мгновенно стёрла диалог, заблокировала экран и аккуратно положила телефон туда, где он и лежал.
Сделала вид, что просто допивает бокал. Лёгкая ухмылка играла на её губах.
Про себя же подумала:
«Время нужно, брат. Время».
Карина посмотрела на Влада с вызывающей полуулыбкой и лениво потянулась за своим телефоном. Он сидел напротив, будто каменный, не зная, что сказать. Взгляд упал на часы.
— Девятнадцать пятьдесят девять, — пробормотал он.
— Чего время? — лениво поинтересовалась Карина.
— Доставку от... уебка ждёшь? — хмыкнул Влад, не отводя взгляда.
Карина медленно повернула голову, прищурившись.
— Тебя не изменить.
— Ну а как мне их называть, если не так? — откинулся он на спинку стула.
— Кароче, — она вытянула ноги и потянулась. — Скоро Наташа должна прийти, нужно, чтобы ты потихоньку собирался и уходил.
— Она знает.
— Что знает?
— Я её попросил... ну так скажем, погулять.
Карина фыркнула.
— Ха, точно, на что-то надеешься, — пьяно и чуть дерзко бросила она, глядя на него поверх бокала.
Влад вздохнул, но не ответил.
— Если бы я пришёл за этим, — медленно сказал он, — давно бы уже сделал.
Она встала. Уверенно. Легко. Медленно подошла к нему, остановилась вплотную и наклонилась.
— Хочешь сказать, что не хочешь меня?
Он откашлялся, сглотнул.
— Карин...
Она улыбнулась, но во взгляде не было лёгкости. Только вызов. Только щекочущее, колкое «ну же».
Пальцы её коснулись его подбородка.
— Ну скажи мне это в глаза.
Он поднял глаза. Медленно. Молча.
— Карина, — выдохнул. — Я прошу тебя... не делай глупостей.
Она поставила ногу на его стул, так что он оказался буквально между ней. Скользнула рукой по его щеке.
— Ну скажи, — почти прошептала она. — Скажи, что не хочешь.
Влад закрыл глаза на мгновение, будто собираясь с силами. Всё, что происходило между ними, снова стучало в висках, снова било по груди.
Карина медленно опустила руку с его щек, чуть приподняла подбородок, заставляя его смотреть ей прямо в глаза. В её взгляде смешивалась страсть и вызов, и она знала, что сейчас сможет его сломать или покорить.
— Ты знаешь, — прошептала она, — я хочу тебя. Тут и сейчас. И если ты не остановишься тормозить, я сделаю так, тобы тебе это понравилось.
Влад открыл глаза, и в них заиграла тень искушения. Он тихо вздохнул, ощущая жар ее тела рядом, и вдруг её губы коснулись его шеи, оставляя тёплый след. Он не сопротивлялся. Егр рука медленно поднялась и легла на талию Карины, притягивая её ближе.
Карина почувствовала, как его рука замирает на её талии, будто он всё ещё борется с собой, не решаясь сделать следующий шаг. Влад опустил глаза, словно ища в себе силу отстраниться — но она уже знала, он не уйдёт.
— Я не хотел, — прошептал он почти беззвучно, — чтобы ты подумала, будто я пришёл сюда ради этого...
Карина чуть улыбнулась, глаза её были темны, как глубокая ночь.
— А если я — ради этого?
Он вздрогнул от её слов. Всё происходящее словно расплавлялось в жарком, неясном мареве. Кухня была погружена в полумрак — только свет уличного фонаря пробивался сквозь шторы, вычерчивая мягкие контуры тел.
Карина отступила на шаг, но не отпустила его взгляда. Затем, не торопясь, села на край кухонного стола. Юбка чуть приподнялась, обнажая изгиб бедра. Она не прикасалась к нему, но её поза говорила достаточно.
— Ты можешь уйти, Влад, — сказала она спокойно, но голос её дрожал от напряжения. — Или остаться. Но если останешься, я не отпущу тебя, пока не проживу это до конца.
Он закрыл глаза, в груди глухо билось сердце. Всё внутри говорило — уйди. Но тело уже поддалось. Он сделал шаг вперёд. Рука легла на её колено, горячее, живое, словно между ними не было этих месяцев тишины, чужих людей, обид.
— Ты всегда всё решала сама, — прошептал он, — даже когда я хотел быть тем, кто держит.
— А теперь — держи, — ответила она.
Он приблизился. Их губы встретились — не резко, а с нарастающей жаждой, сдерживаемой слишком долго. Её пальцы зарылись в его волосы, он прижался к ней всем телом. Сквозь ткань она чувствовала, как сильно он дрожит. Он всё ещё не мог поверить, что это происходит.
Пальцы скользнули под её рубашку, обнажая кожу, она выгнулась навстречу. В тишине кухни было слышно только дыхание, прерывистое, неровное. Всё остальное — прошлое, боль, гордость — исчезло. Осталось только это: двое, потерянные в тени желания.
Влад вдруг отстранился, посмотрел на неё с таким выражением, будто боролся с последним остатком разума. Карина уже тяжело дышала, глаза блестели, грудь вздымалась. Её рука всё ещё лежала на его груди, будто удерживая, не давая ему уйти.