Шёпот в коридорах
На следующий день утро началось необычно. Едва Гермиона вошла в Большой зал, как почувствовала на себе десятки взглядов. Кто-то перешёптывался, кто-то откровенно показывал пальцем.
Она нахмурилась, ускоряя шаг к столу Гриффиндора. Но стоило ей присесть рядом с Роном и Гарри, как в уши ударили первые слова:
— Говорят, Грейнджер... и Малфой...
— Не может быть!
— Видела сама, ночью, на башне!
Гермиона побледнела. Ложка выпала из её руки, звякнув о тарелку.
Рон застыл, словно камень. Его взгляд медленно повернулся к ней.
— Это правда? — спросил он хриплым голосом.
Гермиона открыла рот, но слова застряли в горле.
Драко вошёл в зал, как ни в чём не бывало, вместе с привычной свитой. Но и он почувствовал перемену в воздухе. Шёпоты, взгляды, косые усмешки — всё было слишком очевидно.
Его серые глаза скользнули по залу и на секунду встретились с глазами Гермионы. Она опустила взгляд, чувствуя, как сердце бьётся в висках.
А Рон, заметив это, резко вскочил со скамейки.
— Ты... — начал он, указывая прямо на Малфоя, но Гарри схватил его за руку:
— Рон, не здесь.
Но Рон уже не слышал. Его лицо пылало от злости и боли.
Позже, в коридоре, Гермиона догнала Рона.
— Рон, пожалуйста, выслушай меня!
Он обернулся. В его глазах было всё: обида, ревность, ярость.
— Зачем, Гермиона? — тихо, почти с надрывом сказал он. — Зачем он?
Она не смогла ответить сразу. Потому что сама не знала, как объяснить.
И в этот момент к ним подошла Пэнси Паркинсон, её шаги были уверенными, а на губах играла ядовитая улыбка.
— О, какие страсти, — протянула она. — Уизли, может, смиришься? Все ведь уже знают: твоя Гермиона предпочитает настоящих мужчин.
Рон побледнел, Гермиона ахнула. Но Пэнси лишь усмехнулась и ушла, оставив за собой тяжёлый шлейф слов.
⸻
Весь замок уже жил слухами. А где-то в глубине души Гермиона понимала: это только начало.
Вечером Гермиона тайком пробралась в старую аудиторию, давно не используемую для уроков. Она закрыла дверь и прислонилась к ней, пытаясь унять дрожь.
Через минуту дверь чуть скрипнула снова. На пороге появился Драко. Он шагнул внутрь, глаза сверкнули в полумраке.
— Слухи, — коротко сказал он. — Кто-то всё рассказал.
— Пэнси, — выдохнула Гермиона. — Я видела её вчера...
Драко сжал кулаки, в его голосе проскользнула сталь:
— Она играет грязно. Но ей это с рук не сойдёт.
Гермиона шагнула ближе.
— А что теперь будет с нами? — её голос дрогнул.
Драко посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде не было сомнений.
— Теперь мы должны быть сильнее. Даже если весь замок против.
На секунду она поверила, что это возможно. Но тень тревоги всё равно не отпускала её сердце.
На следующий день Рон почти не разговаривал с Гермионой. Он сидел рядом на занятиях, но отводил взгляд. Даже Гарри чувствовал нарастающее напряжение.
Когда уроки закончились, Гермиона решилась:
— Рон, пожалуйста... мы можем поговорить?
Он остановился, но не обернулся.
— А о чём, Гермиона? — голос его был холоден. — О том, что все эти слухи — правда? Или о том, что ты просто... не сказала мне?
Она тяжело сглотнула.
— Я не хотела, чтобы так вышло.
— Но вышло, — резко перебил он и пошёл прочь.
Гермиона осталась стоять посреди коридора, чувствуя, как всё рушится — и дружба, и её собственная уверенность.
Тем временем Пэнси наблюдала издалека, прячась за колонной. На её лице сияла довольная улыбка.
«Ссоры, недоверие, боль... всё идёт так, как я и хотела.»
Она крепче сжала в руках новый лист пергамента. На этот раз её письмо было адресовано не просто школьникам. Оно должно было попасть к тем, кто точно сделает из маленькой тайны большую катастрофу.
⸻
Лишь Гермиона и Драко пока не знали, что самое опасное ещё впереди.