Дуэль на осколках
Коридор Хогвартса наполнился холодным светом факелов.
Рон держал палочку так, что костяшки побелели. Драко шагнул вперёд, глаза горели холодным серебром. Между ними стояла Гермиона, раскинув руки, но ни один не собирался отступать.
— Рон, — её голос сорвался, — это не я писала! Пойми же!
— Хватит врать! — выкрикнул он. — Я видел твой почерк!
Драко сделал резкий шаг.
— Она говорит правду, Уизли. Но тебе всегда было легче верить бумажке, чем Гермионе.
— Замолчи! — рявкнул Рон и выпалил заклинание:
— Expelliarmus!
Драко отразил удар мгновенно:
— Protego!
Искры ударились о потолок, сыпанув каменной крошкой.
Заклинания летели одно за другим. Красные и золотые вспышки пересекались в воздухе, стены дрожали. Гермиона бросилась в сторону, чтобы их не задело, и закричала:
— Перестаньте! Остановитесь оба!
Но они не слышали.
— Stupefy! — выкрикнул Рон.
— Serpensortia! — ответил Драко, и из его палочки вырвалась змея, упавшая на каменный пол.
Гермиона в ужасе взмахнула палочкой:
— Vipera Evanesca! — и змея исчезла в облаке дыма.
Она задыхалась от напряжения, глядя, как два самых близких ей человека уничтожают друг друга прямо у неё на глазах.
— Хватит! — закричала Гермиона, вставая прямо между ними, когда очередные заклинания уже мчались навстречу друг другу.
Вспышка света ослепила их всех. Заклинания ударились и разлетелись в стороны, едва не задев Гермиону.
Драко побледнел.
— Гермиона!
Рон опустил палочку, потрясённый.
— Я... я не хотел...
Гермиона стояла, тяжело дыша. Слёзы катились по её щекам.
— Вы не понимаете! — её голос дрожал. — Это не враги между вами. Это вы сами! Вы оба уничтожаете то, что для меня дорого.
Рон смотрел на неё, его сердце разрывалось. Но гнев всё ещё пылал.
— Если ты его выберешь... — он сглотнул. — То нас больше не будет, Гермиона.
Он развернулся и убежал, его шаги гулко отдавались в темноте.
Драко подошёл к Гермионе и осторожно коснулся её руки.
— Ты в порядке?
Она посмотрела на него, глаза её были полны слёз.
— Нет, — прошептала она. — Я теряю друзей... из-за нас.
— Ты ничего не теряешь, — сказал он твёрдо. — Ты просто выбираешь то, что по-настоящему твоё.
Его голос был спокоен, но в нём дрожала решимость.
В это время, в темноте коридора, Пэнси прижимала ладонь к губам, чтобы не рассмеяться вслух.
— Прекрасно, — шептала она. — Гермиона разрывается между ними. Рон ненавидит её. Драко станет слабым рядом с ней.
Её план работал лучше, чем она могла мечтать. Но внутри тлела новая идея — более жестокая.
«Если подделка почти разрушила их... что будет, если я устрою им настоящую ловушку?»
Гермиона сидела в пустой библиотеке, спрятавшись за высокой стопкой книг. Но читать не могла — буквы расплывались сквозь слёзы.
Слова Рона звенели в голове, словно проклятье: «Если ты его выберешь — нас больше не будет.»
Она дрожала, чувствуя себя предательницей. Но в глубине сердца знала: в её чувствах к Драко не было вины. Они возникли сами, как дыхание.
Только почему это стоило ей дружбы всей жизни?
Гарри нашёл Рона в комнате Гриффиндора. Тот сидел на кровати, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони.
— Ты перегнул, — сказал Гарри спокойно. — Гермиона не заслуживает такого.
— Она предала нас, Гарри! — взорвался Рон. — Ты видел, как он на неё смотрит? Видел, как она защищает его?!
Гарри медлил, потом опустил глаза.
— Я видел. Но это не делает её врагом.
Рон резко отвернулся.
— Для меня делает.
Гарри молчал, чувствуя, что теряет друга. Но в душе понимал: правда сложнее, чем хотелось бы.
Драко шёл по коридору один, руки в карманах мантии. В его голове гремели слова Гермионы — её крик, её слёзы.
Он остановился, уставившись в витраж.
«Если я буду рядом с ней... она потеряет всё. А если уйду — потеряю я.»
Сердце сжалось от мысли, что выбора у него больше нет.
Поздним вечером Гермиона и Драко снова встретились в старой пустой аудитории. Свет от её палочки мягко ложился на стены.
— Мы не можем продолжать так, — прошептала Гермиона. — Всё рушится...
Драко шагнул ближе, его голос был низким и твёрдым:
— Тогда пусть рушится. Я не откажусь от тебя, Грейнджер.
Гермиона всхлипнула и закрыла лицо руками.
— Я не знаю, как всё исправить...
— Иногда, — сказал он, осторожно касаясь её руки, — исправлять уже нечего. Нужно просто выстоять.
И в этот миг ей показалось, что его слова держат её сильнее, чем стены Хогвартса.
Но они не знали, что за дверью стояла Пэнси.
Она слышала каждое слово.
Её глаза блестели торжеством, а сердце колотилось быстрее.
— Вот и доказательство, — прошептала она. — Настоящее.
И на её губах появилась коварная улыбка: теперь у неё был ключ, чтобы разрушить всё окончательно.