Запреты на Десерт

Вероника легла спать, всё ещё чувствуя жар на щеках и лёгкое покалывание в груди от встречи со Стасом. Она натянула одеяло до подбородка, но мысли о его взгляде, о его провокации, о платье с запиской не давали ей уснуть сразу. В конце концов, усталость взяла своё, и она провалилась в глубокий сон, окружённая мягкостью новой кровати и тишиной загородного дома.

Утро пятницы началось с мягкого света, который лился через панорамные окна её новой комнаты. Вероника проснулась, потянувшись, и почувствовала, как её тело отдохнуло, несмотря на бурные события вчерашнего дня. Она встала, накинув на себя шёлковый халат персикового цвета, который нашла в гардеробной. Халат был лёгким, струящимся, с тонким поясом, который она завязала на талии, и его нежный оттенок гармонировал с её тёмными волосами. Гардеробная, полная новых вещей — от платьев до джинсов, от шёлковых блузок до уютных свитеров, — всё ещё казалась ей сказкой. Она провела пальцами по тканям, выбирая одежду на день, но сначала направилась в ванную.

Ванная комната была просторной, с белым мрамором и большим зеркалом, которое отражало её слегка сонное лицо. Она включила воду, умылась, чувствуя, как прохладные капли освежают кожу, и почистила зубы, вдыхая мятный аромат зубной пасты. Её волосы, всё ещё слегка влажные после вчерашнего душа, спадали на плечи мягкими волнами, и она решила оставить их распущенными, лишь слегка расчесав. Закончив утренние процедуры, она вышла из комнаты, и её тут же окутал аромат, который доносился с первого этажа.

Запах омлета, жареного бекона и свежесваренного кофе был таким манящим, что Вероника невольно улыбнулась, следуя за ароматом на кухню. Она спустилась по широкой лестнице, её босые ноги тихо ступали по мраморным ступеням, и вошла в просторную кухню, залитую утренним светом. За плитой стоял Владимир, в тёмно-синем фартуке поверх рубашки, с сосредоточенным видом накладывая омлет и бекон на тарелки. Стол уже был сервирован: белоснежная скатерть, фарфоровые тарелки, кувшин со свежевыжатым апельсиновым соком и корзинка с тёплыми круассанами в центре.

— Доброе утро, Вероника, — улыбнулся Владимир, заметив её. — Мы с тобой сегодня ранние пташки.

Вероника усмехнулась, чувствуя, как тепло его слов согревает её. Она приняла его приглашение сесть за стол, пожелав ему приятного аппетита, и они начали завтрак. Омлет был воздушным, с лёгким сырным привкусом, а бекон — хрустящим и ароматным. Владимир спросил, как прошла её первая ночь в новой комнате и доме, и Вероника поделилась своими впечатлениями.

— Мне всё очень понравилось, — искренне ответила она, отпивая сок. — Кровать такая мягкая, я выспалась, как никогда. И комната… она как из мечты.

Владимир улыбнулся, явно довольный её словами, но их разговор прервался, когда в кухню вошли Елена и Стас. Елена, в лёгком халате, выглядела свежей и счастливой, а Стас, как всегда, с каменным лицом. На нём была чёрная толстовка и джинсы, а через плечо висел рюкзак. Он молча подошёл к столу, взял кусок бекона с тарелки и, не сказав ни слова, направился к выходу.

— Стас! — возмутился Владимир, его голос был строгим. — Ты мог бы хотя бы поздороваться.

Елена мягко коснулась руки мужа, успокаивая его.

— Пусть идёт, — тихо сказала она. — Ему нужно время.

Вероника проводила Стаса взглядом, чувствуя, как её настроение слегка омрачилось, но быстро взяла себя в руки. Она доела завтрак, поблагодарила Владимира и Елену и поднялась в свою комнату, чтобы собраться на пары.

В комнате солнце уже вовсю светило через панорамные окна балкона, отражаясь в стекле и создавая тёплые блики на полу. Вероника открыла гардеробную, выбрав подтягивающие джинсы тёмно-синего цвета, которые идеально сидели по фигуре, и укороченный свитер кремового оттенка, который оставлял открытой тонкую полоску талии. Она посмотрела на себя в зеркало, довольная образом, и оставила волосы распущенными, лишь расчесав их, чтобы они струились мягкими волнами. Пары сегодня были лёгкими, поэтому она взяла маленькую, но стильную сумочку из чёрной кожи, куда положила пару ручек, маленький флакон духов с ароматом ванили, пачку жвачки и расчёску. В руки она взяла тетрадь и папку с проектом, который нужно было презентовать.

Перед выходом она спустилась вниз, где её ждал Владимир. Он улыбнулся, глядя на неё.

— Ты выглядишь прекрасно, Вероника, — сказал он. — Стас с личным водителем уже ждут на улице.

Вероника удивилась, её брови приподнялись. Личный водитель? И она будет ехать со Стасом в одной машине? Она кивнула, стараясь скрыть волнение, поблагодарила Владимира и вышла из дома.

Погода стояла чудесная: солнце светило ярко, птички пели, а лёгкий весенний ветерок мягко продувал её волосы, играя с тёмными прядями. Во дворе дома всё дышало весной — цветущие кусты, свежая трава, аромат цветов. Её душа была спокойна, как ей казалось, но это чувство тут же улетучилось, когда она села в машину.

На заднем сиденье уже сидел Стас. Он выглядел раздражённым, его тёмные брови были нахмурены, а в ушах торчали наушники. Машина, чёрный Mercedes с тонированными стёклами, пахла кожей и свежестью, но напряжение между ними было почти осязаемым.

— Я не люблю сидеть сзади, — проворчал Стас, бросив взгляд на водителя.

— Спереди сидит только Владимир Михайлович, — спокойно ответил водитель, мужчина средних лет в строгом костюме.

Стас буркнул что-то неразборчивое, но больше спорить не стал. Он надел наушники и всю дорогу смотрел в окно, игнорируя Веронику. Она сидела молча, глядя на мелькающие за окном улицы, и пыталась не думать о том, как близко он сидит.

Когда они подъехали к университету, Стас первым выскочил из машины. К нему тут же подлетела та самая блондинка с каре, в ярко-красной юбке и белой блузке. Она попыталась поцеловать его в губы, но Стас, видимо, отвернулся, и её поцелуй пришёлся ему в щёку. Блондинка, заметив Веронику, бросила на неё пафосный взгляд, полный высокомерия.

В этот момент к Веронике подбежала Маша, её глаза были размером с мячики для гольфа, а рот открыт от удивления.

— И ты приехала на этой машине?! С Стасом?! С личным водителем?! — воскликнула она, едва сдерживая восторг.

Вероника рассмеялась, чувствуя, как напряжение отпускает. Они пошли к корпусу, где должна была быть первая пара, и всю дорогу Вероника делилась впечатлениями о своей новой комнате. Маша ахала, восхищалась и даже слегка завидовала, когда узнала про гардеробную и панорамные окна.

В классе они заняли свои привычные места в середине аудитории, и пока преподаватель готовился к лекции, девочки начали обсуждать предстоящую вечеринку. Маша мечтательно говорила о Марке, надеясь, что он будет на тусовке и у них получится станцевать медленный танец. Вероника, в свою очередь, пошла презентовать свой проект, который защитила на хорошую оценку, что подняло ей настроение ещё больше. Вторая пара, к их радости, оказалась сокращённой, что означало больше времени на подготовку к вечеринке.

После пар они вышли из корпуса, и Вероника, наконец, решилась рассказать Маше про платье и записку, которые нашла на кровати.

— Да ну! — Маша аж подпрыгнула от удивления. — И вправду подпись «С.З.»? Эта блондинка пусть выкусит, это и правда твоё платье, ей оно вообще ни к чему!

Они попрощались, и Вероника села в машину с личным водителем. Стаса не было, и она, удивившись, спросила:

— А мы не должны его ждать?

— Станислав предпочёл поехать с другом, — спокойно ответил водитель, заводя мотор.

Вероника кивнула, и они поехали домой. В доме было пусто — ни Владимира, ни Елены не было, и она осталась одна. Она поднялась в свою комнату, чувствуя лёгкое волнение перед вечеринкой. Решив принять быстрый душ, она зашла в ванную, где тёплая вода смыла с неё остатки дневной суеты. После душа она начала собираться, и этот процесс стал для неё настоящим ритуалом.

Сначала она занялась макияжем, сидя у большого зеркала в своей комнате. Свет от панорамных окон падал мягко, создавая идеальное освещение. Она нанесла тон, слегка подчеркнув скулы румянами, а затем сделала акцент на глаза: тёмные smoky eyes с блестящими тенями, которые переливались, как звёзды, длинные ресницы, подчёркнутые тушью, и тонкие стрелки, которые добавили её взгляду глубины. Губы она оставила естественными, лишь слегка тронув их нюдовой помадой с лёгким блеском. Её кожа сияла, а макияж выглядел одновременно ярким и элегантным.

Затем она занялась волосами. Расчесав их, она подкрутила концы плойкой, создавая мягкие волны, которые струились по плечам, как шёлк. Несколько прядей она оставила свободно спадать на лицо, добавляя образу лёгкой небрежности. Волосы блестели в свете лампы, их тёмный цвет идеально контрастировал с платьем, которое она достала из гардеробной.

Платье было тем самым — нежно-розовым, с длинными рукавами, усыпанным блёстками, которые переливались при каждом движении. Она надела его, и ткань мягко обняла её фигуру, подчёркивая тонкую талию и хрупкие плечи. Юбка, струящаяся чуть ниже колен, делала её похожей на принцессу из сказки. Вероника покрутилась перед зеркалом, чувствуя, как внутри разгорается радость. Она радовалась, как маленькая девочка, представляя, как все на вечеринке будут смотреть на неё. Платье было её маленькой победой — особенно после того, как блондинка пыталась его забрать.

Она подобрала аксессуары: маленькую сумочку-клатч с такими же розовыми блёстками, как на платье, и бежевые босоножки на невысоком каблуке, чтобы ноги не устали от танцев. В сумочку она положила только самое необходимое: телефон, блеск для губ и пару шпилек на всякий случай. Взглянув на себя в зеркало в последний раз, она улыбнулась своему отражению, чувствуя себя настоящей принцессой.

К 17:00 она вышла из дома и направилась к машине. Стаса всё ещё не было, что показалось ей странным. Его не было дома, когда она вернулась, и за всё время, пока она собиралась — а это заняло больше часа — он так и не появился. Где он мог быть? Но времени думать об этом не было. Водитель открыл ей дверцу, пожелав хорошо повеселиться, и Вероника села в машину, чувствуя лёгкое волнение.

Машина подъехала к главной общаге университета, где на заднем дворе уже вовсю гремела дискотека. Когда Вероника вышла, все вокруг ахнули, провожая её восхищёнными взглядами. Её платье сверкало в свете фонарей, а мягкие волны волос струились по плечам, делая её похожей на героиню романтического фильма. Маша, заметив её, с важным видом подошла, давая всем понять, что эта красотка — её подруга.

Задний двор общежития университета превратился в настоящий праздник весны. Атмосфера была пропитана энергией, свободой и ожиданием чего-то нового. Студенты, одетые в яркие наряды, заполнили всё пространство: кто-то танцевал под ритмичные биты, кто-то болтал у столов с напитками, а кто-то фотографировал друзей на фоне самодельной фотозоны, украшенной цветочными гирляндами и воздушными шарами в пастельных тонах. Организаторы постарались на славу: над площадкой натянули гирлянды с тёплыми жёлтыми огоньками, которые создавали уютное свечение, а в центре двора установили импровизированный танцпол с деревянным покрытием, окружённым небольшими столиками. В воздухе витали ароматы сладкого пунша, жареных закусок и цветущих деревьев, которые росли вдоль забора.

Музыка гремела из больших колонок, установленных по углам двора. Ди-джей, парень с третьего курса, которого все знали как "Диму с колонками", миксовал популярные треки с лёгкими весенними мелодиями, добавляя в плейлист то танцевальные биты, то более медленные композиции для тех, кто хотел отдохнуть от активных движений. В какой-то момент заиграла песня The Weeknd — "Blinding Lights", и толпа взорвалась восторженными криками, устремляясь на танцпол. Свет стробоскопов мигал в такт музыке, отбрасывая разноцветные блики на лица студентов, а над головами время от времени пролетали мыльные пузыри, запущенные кем-то из организаторов.

Вероника и Маша стояли у стола с напитками, держа в руках пластиковые стаканчики с пуншем — ярко-розовым, с лёгкой кислинкой и сладкими нотами клубники. Они болтали, смеялись и оценивали наряды окружающих. Один парень с их курса надел слишком яркую гавайскую рубашку, которая резала глаза даже в полумраке, а девушка с параллельной группы выбрала платье с таким количеством страз, что её было видно издалека, как новогоднюю ёлку. Но в целом все выглядели празднично: кто-то в лёгких сарафанах, кто-то в стильных джинсах и блестящих топах, а кто-то даже надел костюм с бабочкой, явно шутки ради.

Маша, в своём синем платье с блёстками, ловила на себе восхищённые взгляды. Её рыжие кудри, уложенные в высокую причёску, слегка растрепались от танцев, но это только добавляло ей очарования. Она уже успела потанцевать с парой одногруппников и теперь мечтательно оглядывалась в поисках Марка.

— Если он придёт, я точно приглашу его на медленный танец, — заявила она, отпивая пунш. — Это мой шанс, Вероника!

Вероника улыбнулась, но её мысли были заняты другим. Она выглядела как настоящая принцесса в своём нежно-розовом платье, которое переливалось в свете гирлянд. Блёстки на ткани сверкали при каждом движении, а мягкие волны её тёмных волос струились по плечам, обрамляя лицо. Её макияж с акцентом на глаза делал её взгляд глубоким и притягательным, и она чувствовала, как на неё то и дело оглядываются. Но её мысли всё ещё крутились вокруг Стаса. Где он? Почему его до сих пор нет? И почему она вообще так переживает из-за него?

Девочки решили влиться в толпу и направились на танцпол. Заиграла песня Dua Lipa — "Levitating", и Вероника, поддавшись ритму, начала танцевать, чувствуя, как музыка уносит её тревоги. Маша двигалась рядом, её движения были лёгкими и игривыми, и она то и дело подпевала, смеясь, когда сбивалась с текста. Они танцевали, кружились, иногда сталкиваясь с другими студентами, которые тоже были захвачены общим весельем. В какой-то момент к ним присоединилась их одногруппница Лиза, в ярко-зелёном платье, и они втроём начали дурачиться, изображая какие-то нелепые движения, что вызвало смех у окружающих.

Но даже в этом вихре веселья Вероника не могла полностью расслабиться. Она то и дело бросала взгляды на вход, надеясь увидеть Стаса или хотя бы Марка. Маша, заметив её задумчивость, ткнула её локтем.

— Хватит думать о нём, — сказала она, перекрикивая музыку. — Давай веселиться! Это последняя тусовка года!

Вероника кивнула, заставляя себя улыбнуться, и они продолжили танцевать. Через какое-то время ди-джей сменил ритм, поставив медленную композицию — "Perfect" Эда Ширана. Танцпол тут же заполнился парами, которые начали медленно кружиться, прижимаясь друг к другу. Маша вздохнула, её глаза снова пробежались по толпе в поисках Марка, но его всё ещё не было. Вероника почувствовала лёгкую грусть, но решила не поддаваться ей. Она отошла к столу с напитками, чтобы взять ещё пунша, и в этот момент заметила знакомую троицу.

Блондинка с каре, в красном платье, которое плотно обхватывало её фигуру, стояла в углу вместе со своими подружками-близняшками, одетыми в одинаковые чёрные топы и кожаные юбки. Они смеялись, держа в руках коктейли, и явно обсуждали кого-то из присутствующих. Блондинка бросила взгляд в сторону Вероники, и её губы изогнулись в надменной улыбке. Она что-то шепнула своим подругам, и те захихикали, тоже посмотрев на Веронику. Но она решила не обращать на них внимания, вспомнив слова Маши: "Забьём". Это был её вечер, и она не собиралась позволять этой стерве его испортить.

Маша подошла к ней, слегка запыхавшись после танцев, и взяла ещё один стаканчик пунша.

— Ну что, как тебе вечеринка? — спросила она, отпивая напиток. — Я уже начинаю думать, что Марк не придёт… Но всё равно весело!

— Да, классно, — ответила Вероника, улыбнувшись. — Особенно ты, когда пыталась сделать то нелепое движение руками.

Маша рассмеялась, но её смех оборвался, когда она вдруг замерла, её глаза расширились.

— Вероника, смотри, — прошептала она, кивнув в сторону входа. — Они пришли.

Вероника повернулась и почувствовала, как её сердце пропустило удар. Стас и Марк только что вошли на задний двор. Марк, в тёмно-синем свитере, выглядел как всегда утончённо, его светлые волосы слегка растрепались от ветра, а зелёные глаза искрились, когда он улыбался кому-то из знакомых. Но взгляд Вероники был прикован к Стасу. Он выглядел сногсшибательно: чёрная рубашка, расстёгнутая на верхнюю пуговицу, подчёркивала его загорелую кожу, а тёмные джинсы сидели идеально, выделяя его атлетичную фигуру. Его волосы были слегка растрёпаны, а на губах играла лёгкая ухмылка, которая делала его одновременно опасным и притягательным.

Маша, заметив Марка, тут же оживилась, её щёки порозовели.

— Я… я пойду поздороваюсь, — пробормотала она, поправляя платье, и направилась к нему, оставив Веронику одну.

Но Вероника не могла отвести взгляд от Стаса. Он, словно почувствовав её взгляд, повернулся, и их глаза встретились. В его взгляде было что-то новое — смесь вызова, интереса и чего-то, что она не могла разгадать. Она почувствовала, как её щёки вспыхнули, и быстро отвернулась, делая вид, что пьёт пунш. Но её сердце колотилось так громко, что заглушало музыку.

В этот момент блондинка, заметив Стаса, тут же направилась к нему, её походка была уверенной, почти хищной. Она обняла его за талию, что-то шепнув на ухо, но Стас, кажется, не был в настроении для её игр. Он слегка отстранился, и его взгляд снова скользнул к Веронике. Блондинка, проследив за его взглядом, нахмурилась, её губы сжались в тонкую линию. Она явно не собиралась терпеть конкуренцию.

Вероника почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что Стас заметил её платье — то самое, которое он подарил. И его взгляд, тяжёлый, почти осязаемый, говорил о том, что эта ночь будет не такой простой, как она думала. Вечеринка продолжалась, музыка гремела, студенты смеялись, но для Вероники всё вокруг стало фоном. Её мысли были заняты только Стасом — и тем, что может произойти дальше.