Он сломал меня

Мы подъехали, и ощущение, что всё вот-вот выйдет из-под контроля, стало почти невыносимым. Мы остановились перед домом, который был для меня чужд. Это место не было для меня домом. Я никогда не был здесь, и все эти чуждые детали, пустые окна, непривычные запахи, казались такими чуждыми, что я буквально чувствовал, как напряжение в воздухе нарастает.

Ева встретила нас на пороге. Её взгляд был холодным, а улыбка почти триумфальной, как будто она наслаждалась тем, что всё шло по её сценарию. Она не была похожа на ту женщину, которую я знал. Это была совершенно другая Ева, женщина, полная горечи и жестокости.

— Долго же вы искали, — сказала она спокойно, окидывая нас взглядом.

Я молча прошёл мимо неё в дом, ощущая, как напряжение сжимает грудь. Анна сидела на диване, явно пытаясь выглядеть уверенной, но её скованность выдавала обратное.

— Всё в порядке? — спросил я у неё, наклоняясь ближе.

— Да, — ответила она тихо, но я видел, что она лгала. Её взгляд был тревожным, и она явно пыталась скрыть свою растерянность.

— Пора заканчивать этот фарс, — сказал я, обернувшись к Еве, которая стояла, наблюдая за нами.

Её глаза вспыхнули холодным светом.

— Фарс? А ты уверен, что понимаешь, кто его начал?

Я напрягся, но не ответил. Вместо этого повернулся к Анне.

— Мы уходим, — сказал я, чувствуя, как её напряжённая поза расслабляется. Но как только я сделал шаг, чтобы направиться к двери, я услышал голос Евы.

— Уходишь? Как всегда, Демьян. Бежишь от проблем, которые сам создал.

Я остановился, и её слова резанули по нервам, как ножом. Я заставил себя не ответить, но каждое слово её было словно удар, пронзающий моё сознание.

— Ева, оставь это, — сказал я, не оборачиваясь, стараясь сохранить спокойствие.

— Нет, ты думаешь, всё так просто? Ты разрушил всё, а теперь хочешь выйти из этой игры, будто ничего не случилось?

Её голос становился всё громче, и мне казалось, что она кричит на меня с таким ужасом, что я даже не мог сразу ответить. Она вытягивала из меня каждую эмоцию, заставляя почувствовать, как весь этот хаос был только моей виной. Я сделал несколько шагов, и её слова звучали, как звуки падения — тяжёлые, неизбежные.

Я резко обернулся.

— Игры? Ты называешь это играми? Ты вообще понимаешь, что натворила?

Она не сразу ответила, но её смех, горький и холодный, наполнил пространство.

— А ты понимаешь? — выкрикнула она. — Ты предал меня, нашу семью! Ты собираешься стать отцом чужого ребёнка! И при этом ещё пытаешься меня учить морали?

Её слова, как ножи, пронизывали меня. Я не знал, что ответить. В этот момент я чувствовал, как сжимаются кулаки. Всё внутри меня было разрушено. Виноват ли я? Конечно. Но что делать с этим чувством вины, если оно уже стало настолько невыносимым?

— Я пытался спасти то, что было! — выкрикнул я, уже не сдерживая гнев. — Но ты сделала всё, чтобы разрушить это!

Она стояла, её глаза сверкали, и я чувствовал, как всё вокруг нас начинает разрушаться. Я уже не знал, в чём моя ошибка, в чём её. Внутри меня происходила буря, которую я не мог остановить.

— Спасти? — Ева рассмеялась горьким смехом. — Ты называешь это спасением? Ты жил двойной жизнью, лгал мне! Ты даже сейчас не можешь признать, что всё это — твоя вина!

Её слова пробили мне сердце. Я был не готов к такой жестокости, к такому презрению. Да, я виноват, я запутался, но она ли не сделала всё, чтобы мы оказались в этой пропасти? Я обвинил её в этом, хотя знал, что это неправильно. Но что оставалось, если всё уже было потеряно?

— Это не только моя вина! — выкрикнул я, чувствуя, как злость вскипает внутри. — Ты тоже несёшь за это ответственность!

Она сделала шаг назад, её лицо исказилось от боли. Она не верила мне, не доверяла мне. Я понял, что мы больше не могли вернуться в тот мир, который был когда-то нашим.

— Ты не способен взять на себя ответственность, Демьян. Никогда не был способен.

Её слова были смертельным приговором для меня. Я стоял перед ней, не зная, что дальше делать, как исправить то, что было разрушено. Всё, что я пытался сохранить, теперь исчезло.

— Всё, хватит, — сказал я резко и повернулся, направляясь к выходу.

Но не успел я сделать и пары шагов, как услышал быстрые шаги за спиной. Ева выбежала за мной на улицу, кричащая, как всегда, когда всё выходило из-под контроля.

— Ты всегда так! Всегда уходишь, когда становится сложно! — закричала она, её слова ударили меня, как молнии.

Я остановился, обернулся к ней. Слова, которые она говорила, резали меня насквозь, и я больше не мог это вытерпеть

Ева, глядя на меня, всё больше теряла контроль. Слова, которые она произносила, были острыми, как ножи, и я не мог больше сдерживаться. Всё внутри меня кипело от ярости и боли, но я знал, что сейчас нельзя было ничего делать на эмоциях.

— Ты всегда так! Всегда уходишь, когда становится сложно! — закричала она, не в силах сдержать ярость. Её голос прорезал тишину, и я почувствовал, как она пытается вырвать из меня все эмоции, которые я старался скрывать.

Я стоял, напрягаясь. Вижу её глаза, полные негодования, и понимаю, что, возможно, она права. Может быть, я и правда всегда убегал, но мне казалось, что тут уже не было пути назад. Мы были как две машины, столкнувшиеся на полном ходу, и ничего не могло нас остановить.

— Ты думаешь, что я всегда бегаю? Ты думаешь, что ты одна страдаешь? — мои слова выходили с такой силой, что я сам едва успевал их контролировать. — Ты думаешь, что мне легко всё это переживать? Мы оба погрязли в этом, но только ты хочешь всю вину свалить на меня!

Её лицо исказилось от боли, и я понял, что снова перешёл черту, но уже не мог остановиться.

— Ты предал меня! Ты думаешь, что твоя жизнь и твои поступки не касаются других людей? Ты думаешь, что я буду стоять и смотреть, как ты уничтожаешь всё, что мы построили?! Твоя любовница беременна!Ты, который обещал мне верность, семейное счастье! И теперь ты даже не хочешь признать, что ты виноват в том, что происходит!

Её слова были как град, и я ощущал, как они ударяли в меня. Я смотрел ей в глаза, пытаясь понять, что на самом деле стоит за этим всем. Но я не мог понять, как ей удалось так чётко сформулировать всю мою вину, словно она читала мои мысли.

— Ты говоришь, как будто я сам этого хотел, — я сказал, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Ты думаешь, что я собирался бросить всё ради этого ребёнка? Я не знаю, как мы сюда пришли, но я точно не думал, что окажусь здесь, с тобой, в такой ситуации!

Ева рассмеялась, но смех был полон горечи, и я видел, как она сдерживает слёзы.

— Ты не знаешь, как мы сюда пришли? Ты не знаешь? А я знаю, как! Ты изменял мне, ты ложился с другой женщиной, и теперь, когда перед тобой последствия, ты хочешь винить всех, кроме себя. Ты всегда был таким — избегал ответственности, лгал мне в лицо, а теперь, когда твои действия возвращаются к тебе, ты пытаешься убедить меня, что ты не виноват!

Я почувствовал, как сжимаются кулаки. Я не знал, как ответить, потому что её слова были правдой. Я запутался, был слепым, когда сделал это, и теперь мне приходилось платить за это. Но боль от осознания не давала мне успокоиться.

— Это не так просто, Ева! Ты не понимаешь, как я мучаюсь, что я даже не знаю, как вернуть всё назад! Ты мне не дала возможности всё исправить, ты не позволила мне вернуться к тебе!

Она сделала шаг ко мне, её взгляд был полон отчаяния и ярости.

— Не позволила?! Ты предал меня, Демьян! Ты предал, и теперь ты мне говоришь, что я не позволила тебе исправить ошибку? Ты думаешь, что я всё забыла? Ты думаешь, что твоя ложь, твои поступки могут быть просто забыты?!

Её голос стал всё громче, а каждый её взгляд и движение — всё более резкими. Я мог почувствовать, как её боль становится всё более реальной, как она теряла контроль. И я тоже терял его.

— Ты меня не понимаешь, — сказал я, пытаясь снова угомонить себя. — Ты думаешь, что я здесь, чтобы просто разрушить всё? Я здесь, потому что мне не всё равно! Но я... я не могу изменить то, что уже сделано!

Она шагнула ко мне ещё ближе, её глаза сверкали, и я не мог не почувствовать, как напряжение между нами растёт с каждой секундой.

— Не можешь изменить?! Ты действительно не понимаешь, что произошло? Ты думаешь, что я буду продолжать играть в эту игру, где ты всегда прав, а я виновата?! Ты думаешь, что я буду молчать и смотреть, как ты пытаешься оправдать свои поступки?!

Я сжал челюсти, не в силах больше держать всё в себе. Слово за словом, всё, что накопилось за все эти месяцы, вырывалось наружу.

— Ты думаешь, что я тебя предал? Ты думаешь, что я не страдаю, не мучаюсь? Ты думаешь, что это просто так — стать отцом чужого ребёнка? Что это не разрушает меня так же, как и тебя?

Её взгляд затмился от ярости, и она сделала ещё шаг, почти касаясь меня.

— Ты не можешь меня убедить, Демьян. Всё, что ты говоришь, уже не имеет значения. Ты потерял всё. И я тоже. Мы оба разрушили всё, и теперь никто не сможет вернуть то, что было.

Я стоял, глядя на неё, чувствуя, как мир вокруг меня рушится. В этот момент я не знал, что делать. Мы оба были обрушены этим разрушением. И то, что я думал, что я могу что-то исправить, было уже иллюзией. Она была права. Всё, что мы пытались сохранить, исчезло. И в этот момент, когда я оказался без слов, я понял, что вряд ли что-то можно было бы вернуть.

Мы стояли лицом к лицу, и в тишине, которая наступила между нами, я вдруг почувствовал, как близко мы стоим друг к другу, но в то же время как будто были на разных концах света.

Мы стояли, будто в мёртвой тишине, но напряжение всё больше сгущалось. Ева смотрела на меня с таким выражением, как будто я был её врагом, а я чувствовал, как с каждым словом, каждым взглядом мы отдалялись друг от друга ещё сильнее.

— Ты всё ещё не понимаешь, что натворил! — снова выкрикнула она, стиснув зубы. — Ты всегда пытался быть правым, ты всегда был таким! Но теперь, когда я вижу, как ты пытаешься оправдаться, я понимаю — ты никогда не осознаешь, что ты разрушил!

Я чувствовал, как сжимаются мои кулаки, и каждое её слово как будто вонзалось в меня. Мне не нужно было её прощение, мне не нужно было ничего, кроме того, чтобы она хотя бы осознала, что я тоже страдаю. Я тоже не знал, как выйти из этой ситуации, как остановить этот круговорот боли.

— Ты права, Ева, — сказал я сдавленно, — я разрушил всё. Но я не хотел этого. Я просто не знал, как остановиться вовремя. Но ты никогда не давала мне шанс.

Её глаза вспыхнули снова, она сделала шаг вперёд.

— Ты требуешь от меня понять тебя, но ты не понимаешь меня! Ты никогда не пытался понять меня, ты никогда не пытался вникнуть в то, что я чувствую!

Она развернулась, собираясь вернуться в дом, её спина была напряжена, её движения — быстрые и решительные, как будто она хотела скрыться от меня, как будто этот разговор был для неё последней каплей. Я почувствовал, как что-то внутри меня переломилось, и не успел понять, что именно меня толкнуло к следующему шагу.

Я схватил её за руку.

— Ева, стой! — сказал я, почти с отчаянием в голосе, пытаясь остановить её.

Она обернулась, её взгляд был полон гнева, и она резко дернула руку, чтобы вырваться.

— Отпусти меня, Демьян! — сказала она, её голос стал почти хриплым от эмоций. — Убирайся, хватит с меня!

Но я не отпустил её. Я чувствовал, как всё во мне кричит, и, не думая о последствиях, я притянул её к себе и поцеловал. Это был не просто поцелуй, это было нечто большее — вспышка отчаяния, боли, которая давно копилась внутри меня. В ту секунду я понял, что не могу остановиться. Я поцеловал её так, как будто от этого зависела моя жизнь, но не успел понять, как она отреагирует.

Ева застыла. Сначала её тело напряглось, как если бы она не знала, что делать, но потом, с силой, оттолкнула меня. Я отшатнулся, но не смог отвести взгляд. Я не знал, что делать дальше, но тут услышал громкий крик.

— Что вы делаете?! — раздался голос Анны, и я быстро обернулся.

Анна стояла на пороге, её лицо было искажено от шока. Она не могла поверить своим глазам, и её взгляд переходил с меня на Еву. В её глазах был какой-то немой вопрос, шок и боль, и я почувствовал, как всё внутри меня обрушилось.

— Анна, подожди, это не то, что ты думаешь, — начал я, но она резко подняла руку, прерывая меня.

— Не говори ничего! — её голос был полон боли и гнева. — Ты... ты поцеловал её? Ты предал меня, а теперь — вот это?!

Я увидел, как её губы дрожат, а глаза наполняются слезами. В ту секунду я осознал, что всё, что я сделал, всё, что произошло между нами, стало невозможным для исправления. С каждым словом я разрушал ещё больше.

Ева стояла рядом, её глаза были полны такого же ошеломления, как и у Анны. Но, похоже, она всё же оставалась сильной и, не говоря ни слова, повернулась и быстро пошла в дом. Я видел, как её тень исчезает за дверью, и вдруг понял, что все наши отношения, все попытки что-то исправить закончились.

Я смотрел на Анну, чувствуя, как её гнев и боль поражают меня в самое сердце.

— Анна... я не хотел, чтобы всё так получилось. Я... я ошибся, но я не могу всё вернуть назад. Мне так жаль, что ты это увидела, но я... я не могу уже остановить всё, что началось, — сказал я, не зная, как её убедить. Но это всё звучало как пустые слова, и я сам чувствовал, как от меня уходит вся сила.

Анна молча смотрела на меня, а потом просто развернулась и ушла в дом, не сказав ни слова.
________________________________
Тгк:Adel Albanova
Тик ток:adelalbanova