2020 - 2021
три месяца – пять стадий принятия неизбежного: отрицание, гнев, торг, депрессия и долгожданное отпущение. так и не восстановившись до конца, Эмили обрела себя в другом человеке. она не любила его, но он даровал ей временное забвение и заполнял ее дни своим присутствием. лето стремительно сдавало свои позиции прохладной меланхолии осени. новая жизнь, новые увлечения и новая деятельность. окружение, делающее ее счастливой. она страшилась сентября, боясь вновь пережить свое прошлое. Эми казалось, что стоит только соприкоснуться их взглядам, как Джеймс разрушит все, что она создавала с той тщательностью, с какой всякий искусный ювелир создает свои драгоценности. совместные воспоминания вызывали в Эмили чувство долга и ответственности за будущее, в котором они вынуждены видеть друг друга почти ежедневно. в ее безумной голове мелькнула непродуманная мысль: ради самой себя, им необходимо оставить горечь обиды позади, вознестись над внутренней инфантильностью и остаться друзьями. Ремарк однажды сказал: «остаться друзьями? развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств? так бывает только после маленьких интрижек, да и то получается довольно фальшиво. любовь не пятнают дружбой. конец есть конец», но воды идеализма этой девушки были неисчерпаемы. Эми мечтала строить собственную жизнь по ей одной известным правилам и не видела преград для осуществления собственных желаний, какими бы сумасбродными они не казались. прошлый опыт ничему ее не научил, девушка закрылась от боли, которую ей нанес Джеймс, запрятав ту поглубже в недры своего разума. сердечные раны все еще обжигало его присутствие, но Эми терпела, подавляя любое желание бежать от Джеймса как можно дальше. глава вторая – она связалась с ним снова.
«я люблю. люблю брать Ваше чудесное личико в свои ладони после сумасшедшего дня. облокотившись друг на друга, бесконечно думать о том, что Вы делаете меня счастливой. люблю мимолетно улыбаться всем существом от осознания того, какие мы с Вами близкие люди, неповторимые, живые и свои. люблю волноваться друг о друге, украдкой смотреть на Вас, восхищаясь тем, как Ваши задумчивые глаза постепенно, но осторожно, впитывают эту жизнь, делиться самыми сокровенными, пьяными мыслями, размышляя об устройстве этого мира. люблю наши извинения после ссор и беспрестанно запускать руки в Ваши прекрасные, самые мягкие волосы. я люблю Вашу улыбку, я люблю Вас. наша неидеальная любовь напоминает вечную спонтанность и приятное чувство отчаяния и надежды. я уверена в нас настолько, что жертвую собой ежедневно. мы – это желание целовать Ваши щеки, когда Вы рассказываете мне что-то умное, это переставать волноваться, когда Вы говорите, что все будет хорошо, это наше совместное, это желание оттянуть расставание и говорить друг другу «люблю». а ведь я Вас очень сильно люблю! Вы значите для меня так много. Джеймс, Вы – все, что у меня есть и лишь благодаря Вам я та, кем являюсь сейчас. с Вами я и в радости, и в печали, и в горе, как в чертовом браке, которого я столь страшусь. я могу на Вас положиться, я доверяю Вам больше, чем себе. любовь моя, я знаю, что иногда Вам кажется, что Вы меня утомляете, но это не так – я каждый божий день узнаю Вас по-новому, влюбляюсь и влюбляюсь в Вас каждый раз сильнее. простите мне то, что мне невыносимо страшно потерять Вас вновь и именно это может служить причинами моего несуразного поведения, граничащего с безумием. этим я пытаюсь рассказать Вам о том, как сильно я желаю быть с Вами, ведь самое лучшее, что есть в моей жизни – это Вы, Джеймс. конечно, я несносный, постоянно оступающийся ребенок. но я учусь на ошибках и стараюсь становиться лучше. любовь моя, я так сильно страшусь ответственности, ведь беря на себя право быть с Вами, я боюсь все потерять. Вы просили правды – вот она, чистейшая, обнаженная, моя личная правда. простите мне, что Вам со мной так неотступно не повезло. простите, что капризна и эгоистична до содрогания. но я Ваша, всецело Ваша. Вы составляете все мое прошлое, настоящее, и я верю, будущее.
Вы – вся моя жизнь. я люблю Вас, я очень сильно Вас люблю».
окружающие предупреждали о несносности ее устремлений, о том, как важно быть осторожной, о том, что однажды разбив ее сердце, Джеймс без сожалений сделает это снова, пока Эмили словно малый ребенок лишь закрывала обеими руками уши, оправдывая своего злодея в глазах каждого, кто пытался усомниться в его величии. она возносила Джеймса перед целым миром и продолжала верить в него, когда никто уже не верил. вероятно, Эми не учла одного – после пережитого ей, им никогда не быть «просто друзьями». ее тянуло к нему как магнитом, Эмили замечала в Джеймсе то, чего не видел больше никто. скрывая их общее перед целым миром, наивная девушка вновь и вновь теряла себя в его объятиях. Джеймс завладел ею с легкостью безумца, который ничего не боится.
«поступила бы я иначе, если бы знала заранее, чем все закончится? не уверена. иногда я рада, что все произошло именно так, особенно в моменты, когда мой разум затуманивается и я способна видеть лишь Вас, но временами я думаю о боли, которую Вы мне причинили, о глубокой ране в потере самой себя, о хаосе тех мгновений, когда я почувствовала, что мой мир перевернулся, – и ответ уже не столь очевиден. я убеждена лишь в одном: после того как Вы растоптали мою жизнь и мое сердце, они уже никогда не будут прежними.
я желала, чтобы Вы не беспокоили меня, но Вы пребывали в моей голове, Вы были у меня под кожей, Вы были везде. Джеймс, Вы похожи на болезнь. мысли о Вас постоянно множатся, я теряю контроль, и это разъедает меня изнутри. любовь к Вам убивает меня – и нет мне освобождения. я презираю то, что Вы заставили меня чувствовать, потому что любовь к кому-то никогда не должна вызывать тошноту. я знаю, что это затишье перед бурей, но сейчас, Джеймс, Вы – мой якорь, и я молюсь лишь о том, чтобы Вы снова не утянули меня на дно. то, как Вы произносите мое имя, сначала разбивает мне сердце, а затем исцеляет его. не представляю, сможет ли что-то усмирить эту боль внутри. она кажется бесконечной, постоянной, будто во мне живет какое-то существо, но вместе с тем во мне растет зияющая дыра и с каждым днем становится все больше. может, у нас действительно ничего не получится? может, Вы слишком жестоки, а я чересчур неразумна? я отталкиваю Вас, Вы отталкиваете меня в ответ.
нет, я ошибаюсь. наши отношения живут именно потому, что мы отталкиваем друг друга. несмотря на все ссоры, между нами есть страсть. такая страсть, что я почти полностью погружаюсь в нее – она затягивает меня и Вы – моя единственная надежда на спасение, хотя Вы сами и послужили причиной, почему я тону в ней. Вы способны успокоить меня за секунду и снова вывести из себя, но Вы делаете мне больно, Джеймс, пожалуйста, прошу Вас, остановитесь».
сомнения одолевали Эмили снова и снова. боль, от которой она бежала, подкрадывалась все ближе. девушка хотела оттолкнуть своего мучителя до того, как он вновь изрежет ее душу на части. но Эми любила Джеймса, он вызывал в ней ощущение крайней необходимости, был ее воздухом, которым она дышала. Эмили боялась его, но только с ним она забывала о мире, их окружающем. Джеймс был интереснее любого классического романа, которые она любила, ведь в этой истории только им двоим были отведены главные роли. Джеймс был сгустком всего, что Эми нравилось в людях и всего, что в них она же и ненавидела. быть может теперь Джеймс впервые заметил ее. но доверие, существовавшее между ними, было безвозмездно утрачено тремя месяцами ранее, когда он впервые отверг саму ее сущность во имя себя самого. Эми переполняла необъяснимая злость – Джеймс оставил ее задыхаться в треволнениях ее чуткой души, когда она нуждалась в нем больше, чем в собственной жизни, но лишь когда Джеймс стал ей противен, а мир приобрел утраченные тона яркой экспозиции красок, он предстает перед ней тем, кого Эмили всегда в нем искала. казалось несправедливым, что Джеймс вел себя так, будто сдавливающее ей грудь погружение под воду саморазрушения было пустым, ничего не значащим звуком. невозможно склеить однажды разбитое сердце, но она попыталась, дав ему шанс. Эми видела себя лишь рядом с ним, Джеймс заставлял ее чувствовать себя живее, чем когда-либо прежде.
«когда Вы рядом, все становится выносимым, и жизнь приобретает самые светлые и такие прекрасные оттенки палитры насыщенных чувств. я вижу Вас в каждом счастливом мгновении, кончиками пальцев касаюсь столь тонкого пространства между нами и молю, только пожалуйста, не отпускайте меня. мне правда страшно. наше будущее так скомкано и неясно, но мне хочется верить, что мы сможем справиться, милый, но сможем ли? рядом с Вами я чувствую себя собой, а это дороже всего, что мне доводилось испытывать. сегодня я все еще безмерно и истинно люблю Вас»
говорят, от любви до ненависти и обратно – всего один шаг, но только не у нее. Эмили прощала Джеймса снова и снова, убеждала себя, что все изменится, верила каждому его слову и верила в него также первобытно, как Джеймс не верил в то, что она способна стать для него единственной. миссией всего своего существования Эми поставила спасти его во что бы то ни стало. эта девушка и не догадывалась, что Джеймс не хотел быть спасенным. они были слишком разными. их отношения держались лишь на ее любви, но она растворяла себя в надежде, что ее чувства оправданы. и пускай Джеймс никогда не почувствует к ней того же, что она чувствовала к нему, ей хотя бы удастся сделать его счастливым. Эмили была обманута в собственных ожиданиях дважды, но в этом впервые не было его вины. Джеймс был неисправен, он предназначался не ей. их совместное было обречено на провал с самого первого поцелуя и он понял это раньше, чем в это смогла поверить она.
«всегда обязательно найдется какая-нибудь проблема, которую нужно решать. а я просто устала, устала от всего этого. я люблю Вас больше, чем могу понять, но не знаю, насколько меня еще хватит. хочется накричать на Вас, бросить подушку Вам прямо в лицо и рассказать обо всем, что Вы со мной сделали, но наконец я начинаю понимать, что можно бороться с одним и тем же лишь до тех пор, пока не разлюбишь. в голове так же пусто, как и на сердце. я не могла ошибаться в Вас сильнее, и это еще раз доказывает, что человек может измениться, только если сам того пожелает. независимо от того, какие усилия я прикладываю, недостаточно ни моей поддержки, чтобы оправдать Ваши заниженные ожидания в отношении самого себя, ни любви, чтобы уничтожить ненависть, которую Вы к себе испытываете. эта битва обречена на провал, и в конце концов спустя столько времени я готова сдаться; в конечном счёте, как бы сильны ни были чувства, в путешествии по длинной оси времени они постепенно ослабевают. почему то, что составляет счастье человека, должно вместе с тем быть источником его страданий?
виски обжигает горло не сильнее наших поцелуев, а пряный привкус алкоголя безжалостно смазывается одним движением языка. Вы бесконечно мягче, чем пытаетесь казаться, ведь Ваш холодный омут зависимо порабощает десяток слабых, неподготовленных сердец — все верно, но справитесь ли Вы с моим? жестокость и власть — это совсем не одно и то же, кофе и сигареты, инь и янь на взаимодополняющих себя, нераздельных условиях. мы были такими же — отчаянными, зависимыми, влюбленными, кричащими наперекор судьбе о справедливом возмездии, качественной жизни и жестокой смерти. проводя неприступные аллегории, перерывами мы находили утешение в объятиях друг друга, растворяясь, соединяясь и исчезая. это мое описание нелепого слова «борьба», мы совместно противостояли озлобленному миру подле нас, не замечая, что все это время всего лишь жалко сражались между собой».
Джеймс был одержим Эмили, как всякий хищник одержим своей добычей. он испытывал эту девушку, бесконечно измеряя чашу ее терпения. она сносила все до последней капли. проглатывая печаль и давая себе остыть, Эми возвращалась к нему с новыми силами. но и всякий запас имеет пределы. девять месяцев эти двое пытались притереться друг к другу, чтобы суметь построить новый мир на руинах уже двух разбитых сердец. в попытке переманить любимого ей человека на сторону добра и искоренить в нем тени извечного стремления разрушать вокруг себя все живое, Эмили не просто окончательно утратила себя, она переняла все худшие качества Джеймса, потому что лишь это помогало ей справляться с обидами, раз за разом наносимыми им. теперь не он, а она делала больно и не она, а он посвящал ей свои выстраданные любовные письма. их наконец поменяло местами.
Эми душило собственное безразличие к тому, что еще недавно казалось столь важным. пытаясь простить возлюбленного за годы страданий, девушка чувствовала, что каждой такой попыткой она предавала себя. изнеможение, разочарование в самом ценном, что у нее было и терпкая горечь переполняли ее омраченную душу, накладывая на Эмили тени бескрайней злобы на прошлое.
в стремлении скрыться от попеременно сменяющих друг друга проблем, Эмили обрела нового друга в лице чуткого и внимательного мужчины. Оливер казался полной противоположностью вспыльчивому и безразличному ко всему человеку, которого та любила всем сердцем. спокойная рассудительность Оливера с первой встречи захватили жаждущий интеллектуальных бесед ум девушки. в новом знакомом она встретила приятного собеседника, который временно даровал ей эмоциональную разрядку после неисчислимых конфликтов ее отношений. Оливер не привлекал ее больше положенного предела, но для Джеймса все казалось пустым. Джеймс полагал, что на его законную собственность из ниоткуда возник претендент и юный Хитклифф не собирался сдавать позиций без боя. но стоила ли игра свеч? и пускай, их с Эми любовь была обречена с самого начала, она любила Джеймса несмотря на то, насколько несносным он был, несмотря на количество боли, причиненной им ей и была ему преданна.
«человек, о котором сложена одна легенда, получает паспорт на бессмертие. о Вас же слагаются сотнями мои непрошенные мысли, Вы будоражите фантазию крепким мучительным сном, внедряетесь в самую подкорку моего подсознания; Вы целуете, Вы постоянно неотрывно целуете меня, бросаете и подбираете снова как отчаявшийся безумец; Вы втаптываете меня в землю, с первым приходом пробирающих душу заморозков бережно выкапывая вновь как умелый небезразличный садовник; Вы мясник, бьющий в самое сердце огромным молотом сплошного удушающего равнодушия, но Вы и мой ангел, заботливо приглашающий совместно покорить весь Эдем. Вы – воздух, наполняющий мои легкие, и потому сейчас я забыла, что такое дышать».
пытался ли Джеймс понять действия Эмили? воспринять ее навязчивое желание дружбы не как угрозу своему состоянию, но как попытку задуматься? ему не следовало так сомневаться в себе, ведь ирония их судеб заключалась в бесконечности. Джеймс предавал ее снова и снова, всякое извинение приправляя тщательно выдуманным оправданием. Эмили прощала. в этой жалкой комедии эти двое вот уже третий год успешно играли уготованные им роли. их отношения были бессмысленны, их встреча – просто нелепа. Эми была слишком глупа, веря в свое личное «навсегда», а Джеймс постоянно искал кого-то получше.
«наши отношения роковой точкой отсчета били крещендо по всем струнам моего сердца. мне было так трудно поверить, что Вы не просто голос, не бесплотное видение и не растворитесь без следа в тишине, будто полуночный шепот и дальнее эхо, как случалось каждый раз, если тема разговора заходила о принятии на себя большей ответственности. если Вы возжелаете знать, люблю ли я Вас, то, откройся я Вам, как сильно люблю, Вы позабыли бы о тревогах. мое сердце целиком Ваше, любовь моя, оно принадлежит Вам и останется с Вами, даже если судьба распорядится иначе. открыть все раньше значило причинить Вам ненужные страдания. даже то немногое, что Вы слышите – безразлично Вашему, однажды любящему меня сердцу глубже, чем мне хотелось бы. май был невыносимым. мне не хотелось касаться струн Вашего сердца, вновь пробуждая бурю чувств, пока моей единственной целью было ободрить Вас. хотелось кричать, безвольно кричать о моей безграничной, тяжелой боли внутри, хотелось молить Вас остановиться. Джеймс, с Вами мне не нужно было все время сдерживаться, подавляя веселость и живость. я чувствовала себя непринужденно, так как знала, что и Вам хорошо со мной. моя натура расцветала в лучах Вашей близости, любовь моя, Вы вдохнули в меня жизнь, и это было взаимно. если бы я послушалась гордости и гнева, то немедленно ушла бы от Вас, но что-то во мне оказалось сильнее. наши отношения были мне дороги и я не желаю так легко отказываться от попытки вернуть все как было. милый, мне холодно просыпаться, когда в полузабытом тумане сна, я еще ощущаю жар Ваших объятий, слышу Ваш голос, встречаю Ваш взгляд, прикасаюсь к Вашим рукам, к Вашим щекам, люблю Вас и любима Вами – и надежда провести жизнь подле Вас воскресает со всей своей прежней огненной силой».
вторая глава их отношений была завершена очередной ложью. наконец, повстречав свое «лучше», хищник безжалостно растерзал свою жертву словами: «я бы хотел начать с чистого листа, которым Вы, Эмили, давно не являетесь».
«так ли мы видели друг друга в начале совместного пути? чувствуете ли Вы радость оттого, что вновь обманули мое доверие? мне сложно утверждать и ручаться за что-либо, потому что у Вас в приоритете только Вы сами. и каждый раз, оправдывая в своей голове что-то, что нельзя оправдать, я возвращаюсь в то время, где не было Вас и где я ощущала себя гораздо счастливее» – писала Эми. но ожидаемого освобождения не наблюдалось. разрушив любовь, Джеймс посягнул на их вынужденное общее. он пытался забрать у Эмили все, что было ей дорого, не оставив девушке ничего, включая ее окружение. претендуя на людей, которых она называла близкими, поддерживающими ее в минуты печали, Джеймс словно коршун вторгался в непредназначенное ему пространство. его не устраивала связывающая их с Эми последняя нить и делить ее с ней казалось ему отвратительным. так, юный принц вновь облачился в карающий плащ, возжелав уничтожить все до последней капли.