2021 - 2022
Джеймса можно понять. отныне, он – полное отражение того человека, которым по его подобию стала и Эмили. они слились в единое целое отрицательной энергии и подобно атомной бомбе, разрушали все сущее вокруг себя. то, что чувствовала она, чувствовал он. два сиамских близнеца, презирающих друг друга словно заклятые враги. оба неиствовали как безумные, сожалея о том, что однажды судьба сплела их жизненный клубок вместе. Джеймс винил ее в каждом своем несчастье, сокрушаясь сильнее, чем собака, зараженная бешенством. а Эмили была слишком горда, чтобы извиниться за свое поведение. как много эгоизма в любви! сломав друг друга, эти двое держались по углам ринга, впутывая в их обоюдную ненависть каждого встречного. Джеймс не позволял Эми забыть его. словно чей-то злой розыгрыш, он отравлял ее жизнь колкими замечаниями и шутками, осуждал каждый ее шаг. это невозможно описать простым равнодушием, это была борьба за первенство в игре без названия.
«я ненавижу Вас. давайте представим самый мрачный, забытый Богом, подвал, в котором нет света, темно и пахнет сыростью – одинокий, холодный, потрепанный временем, он напоминает мне все, что я ощущаю в настоящем по отношению к Вам. Вы пустой, никчемный, глупый преступник, не имеющий ничего рядом стоящего с прекрасным и возвышенным идеалом мужчины. Вы редкостная дрянь, которую нужно еще поискать. и как же мне повезло! Вы достались моей душе просто так. Вы наследили в ней безжалостно и грубо, изрубили, сломали и раскололи все, что называлось «моей бесконечной верой в Вас». Вы ничтожество, Джеймс, истинное зло с маленькой буквы, ведь иной антагонист – гений, а Вы лишь жалкое подобие пустоты, несоразмерное с чем-то великим, да Вы впрочем и не метили на великое, не правда ли? я Вас так сильно ненавижу. я хочу, чтобы Вы умирали, медленно мучаясь в предсмертной агонии. проломить бы Вам голову и иссечь всю эту прогнившую изнутри оболочку того, кем Вы являлись. Вы ведь даже не зло, настоящее зло – великолепно, у Вас же, Джеймс, от великолепного только глаза».
что с ними стало? и что стало с той великой любовью, о которой с самозабвенным рвением грезила Эмили? она была разбита. мир, в который девушка верила с сияющим блеском в глазах, разваливался на части. всякая надежда была утрачена в тот бесконечный май, когда Джеймс во второй раз оставил ее одну, предпочев собственное благополучие ее любви. Эми было пора осознать ту глубокую истину, с самого начала висевшую в воздухе напряжения между ними: он всегда будет выбирать себя, пока она выбирает только его.
«десятками писем я посвящала Вам свои непрошенные мысли. представьте себе, Джеймс, я на что-то бесконечно надеялась и надеялась отчаянно, до истомы. любовь к Вам казалась антиутопией, но такой, которую невозможно в себе задушить. было время, и я почти с ней примирилась, понимая что, возможно, пронесу ее через всю свою долгую выстараданную жизнь и никогда больше не видеть мне настоящего женского счастья. я писала к Вам, я взывала к Вам, я кричала Вам, но Вы не слышали и не пытались услышать. я не понимаю как, находясь в одних отношениях, мы любили так несовершенно по-разному. неприятие, отказ поверить в то, что все имеет свой исключительный конец и последняя глухая попытка зацепиться за наше непрожитое будущее. мне казалось, что стоит открыть Вам мое неугомонно бьющееся сердце, как Вы поверите в нас также безусловно и сильно, как верила я. и, кажется, я до сих пор верю. как сложно отрекаться от собственных ожиданий быть Вами любимой. мне все еще беспредельно больно. я все еще люблю Вас, пускай разочарованно, устало, измученно, но все же люблю».
Джеймс наносил ей удар за ударом, она же сносила все до последнего со стойкостью монументального изваяния. Эмили боролась с собой, боролась с любовью, разрушающей их обоих и рассудком, разгневанным от ущемленной гордости. он презирал ее, сам не сознавая причины. отныне целью своего существования Джеймс поставил вдребезги расколоть все, что Эми выстраивала день за днем. красивая картина отношений, основанных на лучших романах Бронте, была утрачена навсегда. девушка понимала, что ее преданная привязанность к Джеймсу опасна и прикладывала все усилия, чтобы усыпить сердце, ноющее без конца.
их пути разошлись в безмолвном презрении друг к другу. провоцируя Эмили, Джеймс стал ей невыносим. он играл свою партию почти безупречно, пренебрегая рамками нравственной морали также свободно как иной самоубийца пренебрегает собственной жизнью. Джеймс лгал и клеветал Эмили, стараясь пошатнуть безупречную репутацию девушки. ущемленный злодей облатился маской жалкого лицемера, с бесподобным рвением нарушающего всякие правила. ожесточенной ненавистью Джеймс разрушал города, возведенные когда-то ее ныне ушедшей любовью. Эми молчаливо терпела. пребывая под ореолом розовых очков, ей казалось, что добро всегда побеждает зло, а уважение к их совместному превыше гонки, в которой антагонист одерживал свою нечестную победу. как глубока была чаша ее напускного спокойствия? сохраняя лицо, в Эмили бушевали гром и молнии, готовые низвергнуться с неба в любую минуту. девушка не любила проигрывать и негодовала перед ореолом несправедливости. она отдала Джеймсу свои лучшие годы, посвятила ему бесчисленное количество писем, в которых снова и снова назначала простого принца истинным королем ее собственного сердца. она любила его неистово, почти безумно, пока тот страстно унижал все, что было ей дорого. Эмили изменилась ради него, пойдя против себя. все отрицательное в ней было предметом его заслуги, не ведая того, Джеймс пробудил демона. если любимый ее бренному телу человек пошел против всего, что казалось девушке важным, она ударит больнее. нечестное противостояние можно выиграть лишь в схватке ограниченного поля монархии. их отношения больше не были просто боем без правил, это была борьба на смерть.
отныне, если Джеймс сокрушался на нее, Эмили сокрушалась вдвойне. от преданности, которую она нежно хранила в собственном естестве не осталось и следа. девушка устала терпеть, устала быть честной, устала быть эталоном той доброты, в которую так долго играла. одержать победу во что бы то ни стало было их совместным девизом. заклятые враги ударяли по репутации друг друга снова и снова, рано или поздно кто-то из них должен был поднять белый флаг. Джеймс бесцеремонно сломал все, что их когда-либо связывало, теперь не он, а Эми жаждала быть отмщенной.
«и если так, – пожалуй, ведь она
его жалела больше, чем любила.
но в эти дни, когда ей грустно было,
когда, оставшись без него, одна,
она себе не находила места,
ей показалось, что она лгала.
ей захотелось вдруг, без предисловья,
расцеловать его, затормошить
и, не спросясь ни у кого, решить,
что это называется любовью»
«мне показалось, я больше не люблю Вас как раньше. Вы более не тот человек, с которым я хотела бы связать собственное будущее. однажды Вы разбили мне сердце и мне отлично живется с зияющей пустотой внутри, мне не хотелось бы, чтобы в очередной несуразный раз Вы нарушали мой покой. будь я несомненно уверена в Вашей безусловной привязанности ко мне, быть может, я бы боролась, и борьба эта была бы отчаянной, но Вы невыносимый, несуразный, отрешенный от целого мира, сгусток негативной энергии, низвергающий черные молнии на все живое и прекрасное, что есть во мне, Вы отрицательный персонаж моей личной истории, Вы тираническое недоразумение, Вы вечная заноза моего сердца».
чувства остыли, но исчезли ли окончательно? нет. Эмили не любила сдаваться, оставляя после себя лишь пепел из несбыточных надежд. она не желала верить, что три года, проведенные рука об руку, способны так нещадно закончится. девушка вложила в эти отношения всю себя без остатка и была намерена вернуть долг.