Лабиринт любви

Рано утром Джули проснулась ещё до рассвета. Лёгкий свет пробивался сквозь щели хижины, лагерь был тихим, воздух свежий. Она быстро собралась, поправила одежду и направилась к Минхо.

- Минхо, - тихо сказала она, - я хочу попробовать стать бегуном сегодня.

Минхо взглянул на неё и слегка нахмурился.
- Ты уверена, Джули? Это непросто.

- Да, - твёрдо ответила она. - Мне нужно попробовать.

Минхо вздохнул и направился к Алби, чтобы обсудить это.
- Алби... Джули хочет попробовать быть бегуном. Я думаю, она справится, - сказал он спокойно, хотя внутри понимал, что это риск.

Алби скрестил руки, прищурился и покачал головой.
- Бегуном? Она? Опасно... - Его голос был строгим, но в глазах мелькала неуверенность. - Я не уверен...

- Послушай, - вмешался Минхо, - я беру ответственность за это. Если что-то случится, я буду рядом.

Алби несколько секунд молчал, рассматривая Минхо. Его доверие к Минхо оказалось решающим. С тяжёлым вздохом он наконец сказал:
- Ладно... еле-еле согласен. Но предупреждаю: я доверяю только тебе. Если что-то пойдёт не так - последствия будут серьёзными.

Минхо кивнул.
- Спасибо. Я прослежу за ней.

Джули с трудом сдержала улыбку, кивнула и быстро собралась. Она перекусила немного на кухне и направилась к границе лабиринта вместе с Минхо.

- Готова? - спросил он, когда они подошли к тропе.

- Да, - тихо ответила Джули, сжав кулаки.

Они вошли в лабиринт, и сразу стало ясно: день будет тяжёлым. Тропинки узкие, стены высокие, воздух сырой и тягучий. Минхо шёл рядом, внимательно наблюдая за каждым её шагом.

- Держи голову выше, - напомнил он спустя некоторое время. - Здесь каждый шаг важен.

- Поняла, - тихо ответила Джули.

И хотя она была напряжённой и усталой, внутри зародилось ощущение: первый шаг сделан, и теперь она сможет проверить себя в реальности.

Часы шли, а стены лабиринта будто становились всё выше и мрачнее. Джули уже еле держалась на ногах, но старалась не показывать усталость. Минхо же шёл уверенно, хотя глаза его постоянно скользили по поворотам, высматривая хоть какие-то ориентиры.

В какой-то момент он остановился, резко выругался и ударил ладонью по камню.
— Чёрт… мы зашли слишком глубоко.

— Минхо… — Джули тяжело дышала, опираясь о стену. — Мы заблудились?

— Похоже на то, — буркнул он. Потом посмотрел на неё серьёзно, его голос прозвучал твёрдо:
— Но слушай сюда. Мы не будем прятаться, ясно? Надо найти ворота. Если не попробуем, нас просто смоет.

Джули сжала губы.
— Но ночь уже близко… Разве не безопаснее…

— Безопаснее? — Минхо резко перебил, покачав головой. — В лабиринте нет такого слова. Если мы остановимся, мы трупы. Так что двигаем дальше.

Он махнул рукой, указывая направление. Джули глубоко вдохнула, собрав все силы, и пошла за ним.

Теперь каждый поворот казался одинаковым. Каменные стены давили, время будто растягивалось. Вдали иногда доносился металлический скрежет — и от этого сердце Джули замирало.

— Минхо, — прошептала она, — а если мы не успеем?

— Мы должны успеть, — твёрдо сказал он, хотя в глазах мелькнула тревога. — Должны.

Они ускорили шаг, почти бежали. Но чем дольше шли, тем мрачнее становился лабиринт. Тени сгущались, а ворот всё не было.

И когда солнце окончательно скрылось, а снаружи послышался первый глухой рёв, Джули поняла: они не нашли выхода.

Часы шли, а стены лабиринта будто становились всё выше и мрачнее. Джули уже еле держалась на ногах, но старалась не показывать усталость. Минхо же шёл уверенно, хотя глаза его постоянно скользили по поворотам, высматривая хоть какие-то ориентиры.

В какой-то момент он остановился, резко выругался и ударил ладонью по камню.
— Чёрт… мы зашли слишком глубоко.

— Минхо… — Джули тяжело дышала, опираясь о стену. — Мы заблудились?

— Похоже на то, — буркнул он. Потом посмотрел на неё серьёзно, его голос прозвучал твёрдо:
— Но слушай сюда. Мы не будем прятаться, ясно? Надо найти ворота. Если не попробуем, нас просто смоет.

Джули сжала губы.
— Но ночь уже близко… Разве не безопаснее…

— Безопаснее? — Минхо резко перебил, покачав головой. — В лабиринте нет такого слова. Если мы остановимся, мы трупы. Так что двигаем дальше.

Он махнул рукой, указывая направление. Джули глубоко вдохнула, собрав все силы, и пошла за ним.

Теперь каждый поворот казался одинаковым. Каменные стены давили, время будто растягивалось. Вдали иногда доносился металлический скрежет — и от этого сердце Джули замирало.

— Минхо, — прошептала она, — а если мы не успеем?

— Мы должны успеть, — твёрдо сказал он, хотя в глазах мелькнула тревога. — Должны.

Они ускорили шаг, почти бежали. Но чем дольше шли, тем мрачнее становился лабиринт. Тени сгущались, а ворот всё не было.

И когда солнце окончательно скрылось, а снаружи послышался первый глухой рёв, Джули поняла: они не нашли выхода.

Они сидели в нише, стараясь не дышать. Лабиринт погрузился в гнетущую тишину, лишь изредка слышался гул моторов. И вдруг на плечо Джули упала вязкая холодная капля. Она вздрогнула и подняла голову.

Сверху, на каменной стене, медленно сползал гривер. Металлические щупальца блестели в тусклом свете луны, из-под брони стекала густая слизь.

— Минхо… — успела прошептать Джули, но через мгновение её пронзил ужас. Грудь сдавило, ноги подкосились. Из её горла вырвался пронзительный крик.

Крик эхом разнёсся по коридорам лабиринта — он был таким сильным, что в Глэйде, далеко за стенами, несколько глэйдеров подняли головы, услышав его.

Минхо мгновенно подскочил. Сердце ухнуло в пятки: Джули стояла неподвижно, словно окаменев, глядя прямо на чудовище.

— Чёртова ты… — выругался Минхо и рванул к ней.

Щупальце гривера вытянулось, ударило в камень рядом, брызги слизи разлетелись. Джули даже не шелохнулась — ступор сковал её тело.

Минхо, не думая, схватил её за кисть и дёрнул на себя.
— Бежим, глупая! — рявкнул он.

И только тогда она словно очнулась. Ноги подогнулись, дыхание сбилось, но Минхо тянул её вперёд, уводя прочь от смертоносного чудовища. Сзади раздавался металлический гул и скрежет, слизь капала с камня, будто само чудовище преследовало их по пятам.

Солнце клонилось к закату, тени становились длиннее. У ворот лабиринта собралось всё больше глэйдеров. Каждый смотрел в тёмные проходы, ожидая увидеть знакомые силуэты.

— Где они? — пробормотал Чак, переминаясь с ноги на ногу. Его лицо было бледным.

— Должны были вернуться ещё полчаса назад, — сказал Фрайпен, стирая пот со лба.

Алби стоял прямо у ворот, скрестив руки на груди. Его взгляд был прикован к лабиринту, но в глазах росло напряжение.
— Минхо никогда не опаздывает. Никогда, — сказал он низким голосом.

— А она с ним первый раз, — вставил Ньют, нахмурившись. — Может, сбились с пути.

— Это уже не сбились, — резко ответил Алби. — Ворота закроются через несколько минут. Если они не появятся — всё.

Толпа глэйдеров зашумела, кто-то начал спорить, кто-то предложил идти искать, но Алби поднял руку:
— Никто не пойдёт. Слишком поздно.

Стук механизмов уже отдавался в стенах. Ворота медленно начали двигаться, замыкаясь с глухим скрежетом. Чак зажмурился, Ньют сжал кулаки.

— Чёрт, — выдохнул Ньют. — Они там.

И в этот момент, когда последние просветы в воротах исчезали, по лабиринту разнёсся дикий, пронзительный крик. Он ударил по ушам, отразился эхом от каменных стен. Все в Глэйде замерли.

— Это… — Чак открыл рот. — Это был её голос?..

Алби сжал челюсти так, что заскрипели зубы. Его лицо побледнело.
— Да.

Скрежет затих, ворота захлопнулись, окончательно отрезав лагерь от лабиринта. В Глэйде повисла тягучая тишина. Каждый понимал: за этими стенами теперь творится что-то страшное.

Минхо и Джули бежали уже несколько часов. Казалось, что лабиринт бесконечен: поворот за поворотом, одинаковые каменные стены, гулкие шаги отдавались эхом. Каждый новый звук позади напоминал им, что гривер всё ещё где-то рядом.

Джули задыхалась, ноги горели от усталости, дыхание сбивалось.
— Минхо… я больше не могу… — прохрипела она.

— Можешь, — рявкнул он, не останавливаясь. — Иначе не доживёшь до утра.

Они свернули за очередной угол, и вдруг Минхо резко остановился. Его взгляд упал на массивную лиану, свисающую со стены. Толстые стебли переплетались, образуя густую завесу.

— Сюда, — прошипел он и схватил Джули за руку.

Они нырнули за лиану, прячась в её тени. Минхо прижал пальцы к губам, заставив Джули замолчать. Она еле сдерживала дрожь, стараясь не дышать громко.

Секунды тянулись вечностью. По коридору впереди протопал гривер. Его металлические щупальца царапали камень, слизь капала на плиты пола. Существо остановилось прямо напротив их укрытия, будто чуяло присутствие.

Джули сжала губы так сильно, что почувствовала вкус крови. Она боялась, что сердце громко стучит и выдаст их. Минхо, затаив дыхание, медленно положил ладонь на её плечо — мол, терпи, не двигайся.

Гривер замер на несколько секунд, затем развернулся и пополз дальше, его гул постепенно стихал в лабиринте.

Только когда звук окончательно исчез, Джули позволила себе выдохнуть. Она обессиленно сползла на холодные каменные плиты.

— Я думала… — прошептала она, — он найдёт нас.

Минхо устало кивнул.
— Я тоже.

Они остались сидеть за этой лианой, притаившись, понимая, что до утра двигаться было слишком опасно.

Лианы скрывали их от глаз гриверов, но воздух вокруг был густой от страха и усталости. Джули сидела на холодных плитах, обхватив колени, и старалась не слушать жужжание и металлический скрежет вдалеке.

Минхо неподвижно вглядывался в темноту коридора. Его лицо было каменным, но внутри клокотало раздражение. Ночь только началась, а впереди казалось — целая вечность.

— Ты слишком громко дышишь, — прошептал он, не поворачиваясь.

— Что? — Джули подняла голову, в её голосе дрогнула обида. — Я просто стараюсь успокоиться!

Минхо покосился на неё, глаза сверкнули.
— Успокаивайся тише, иначе нас услышат.

— Может, это не я кричала на поллабиринта?! — резко выпалила Джули. — Если бы не я, мы бы вообще здесь не сидели!

— Именно из-за тебя мы здесь! — прошипел Минхо, наклонившись ближе. — Твой крик услышали даже в Глэйде!

Джули почувствовала, как к горлу подступают слёзы, но сдержалась.
— Прости, что я не идеальный бегун, как ты. Это мой первый раз, Минхо!

Он замолчал на секунду, потом резко откинулся к стене.
— Знаешь что? Первый или десятый — в лабиринте это не имеет значения. Здесь либо держишь себя в руках, либо дохнешь.

— Отлично, — фыркнула она. — Тогда брось меня здесь, раз я только мешаю.

— Я бы с радостью, — процедил он, — но Алби меня разорвёт, если я вернусь без тебя.

После этого они оба замолчали. Джули отвернулась, уставившись в камень, а Минхо продолжал смотреть в темноту. Между ними повисла тяжёлая тишина, в которой звучали только далёкие шаги гриверов.

Ночь казалась бесконечной.