Я вижу твой взгляд
Солнце только начинало пробиваться сквозь листву. В хижине было душно и тихо. Джули открыла глаза — спала она плохо, ворочалась всю ночь, а теперь чувствовала себя разбитой. Под глазами залегли тёмные круги.
Минхо уже сидел у выхода, завязывая шнурки на ботинках. Он даже не посмотрел в её сторону.
— Мог бы потише, — буркнула Джули, садясь на койке. — Шумел всю ночь.
— Да это ты ворочалась, — отрезал он, не поднимая головы. — Я хоть спать пытался.
Джули нахмурилась.
— Ещё скажи спасибо, что я вообще в этой хижине с тобой живу.
Минхо хмыкнул.
— О да, честь для меня — делить крышу с заносчивой истеричкой.
— Придурок.
— Стерва.
Они обменялись ледяными взглядами. Казалось, ещё чуть-чуть — и снова начнётся.
Джули резко встала, накинула куртку и направилась к выходу.
— Надоело. Я пойду помогать Фрайпену. Хоть там люди нормальные.
Минхо фыркнул ей вслед:
— Только не забудь всем рассказать, какая ты идеальная. Без тебя мы тут, конечно, все пропадём.
Она остановилась у двери, сжала кулаки, но промолчала. Слишком устала, чтобы снова ввязываться. И вышла, оставив Минхо одного.
Он выдохнул, провёл рукой по лицу и пробормотал:
— С ней жить хуже, чем с самим лабиринтом.
---
Утро
Джули проснулась раньше обычного. Под глазами снова залегли тёмные круги, но она заставила себя встать — внутри было чувство, что сегодняшний день будет непростым. Она собрала волосы, натянула чистую рубашку и пошла на кухню помогать Фрайпену.
— О, ты сегодня ещё раньше, чем я, — подмигнул он, передавая ей миску. — Давай, замешивай тесто. Радуйся, что у тебя талант к этому делу.
Джули хмыкнула и, закатывая рукава, ответила:
— Радуйся, что я вообще готовлю.
Фрайпен рассмеялся, но промолчал. Вскоре на кухню зашёл Бэн, прихрамывая, с яблоком в руках.
— Доброе утро, Джули, — он улыбнулся. — Ты как?
— Нормально, — тихо сказала она.
Они перекинулись парой слов, и Джули даже позволила себе улыбнуться.
Когда она вышла из кухни, держа в руках поднос с готовыми блинами, Ньют перехватил её взгляд. Он заметил, что она оживлённо разговаривала с Бэном, и в груди кольнуло неприятное чувство.
— Джули, можно тебя на минуту? — сказал он спокойным, но чуть напряжённым голосом.
Она кивнула, передала поднос Фрайпену и пошла за ним в сторону сада.
— Я… — начал Ньют, но замолчал.
Она подняла брови:
— Ну?
Он выдохнул, глядя в землю.
— Прости за вчера. Я слишком сорвался. Просто… я иногда боюсь тебя потерять.
Эти слова удивили её. Джули остановилась, вгляделась в его лицо и впервые заметила — за спокойной улыбкой Ньюта всегда пряталась тревога.
— Ньют… я не собираюсь тебя оставлять, — мягко сказала она. — Но мне нужны и друзья. Ты понимаешь?
Он медленно кивнул, а потом, словно решившись, протянул ей небольшой букет полевых цветов.
— Знаю, может, глупо, но… это тебе. Хотел с утра подарить.
Джули улыбнулась — искренне, впервые за долгое время. Она взяла цветы и прижала их к груди.
— Спасибо. Я тоже была не права. Давай попробуем… без криков?
Он усмехнулся и осторожно взял её за руку.
— Договорились.
Они стояли рядом в тихом уголке Глэйда, и впервые за много дней напряжение спало, уступив место простому теплу.
Вечер
Закат окрасил небо в золотисто-розовые оттенки. Глэйд постепенно затихал: кто-то заканчивал работу, кто-то собирался к ужину. Ньют ждал Джули у края лагеря, возле старого дерева, и держал в руках фонарь.
— Ну что, готова к вечерней прогулке? — спросил он с лёгкой улыбкой, протягивая ей фонарь.
— Конечно, — кивнула она, поправляя волосы. — После всего дня я только об этом и мечтала.
Они пошли по узкой тропинке в сторону леса. Лёгкий ветер колыхал листья, воздух был свежим и тихим. Первой заговорила Джули:
— Знаешь… я много думала. О нас. О том, как мы ссорились.
Ньют посмотрел на неё внимательно.
— И?
Она вздохнула:
— Я не хочу терять тебя из-за каких-то глупых обид. Я просто слишком упрямая иногда.
Он усмехнулся, но мягко:
— А я слишком ревнивый. Признаю. Наверное, потому что… я никогда не встречал никого вроде тебя. Ты другая.
Джули замерла на секунду, а потом улыбнулась.
— Это комплимент?
— Конечно, — ответил он. — Ты упрямая, внимательная до каждой мелочи, и иногда меня этим сводишь с ума. Но… именно в этом вся ты.
Они остановились посреди тропинки. Джули посмотрела на него в полумраке и вдруг почувствовала, что сердце бьётся быстрее.
— Ньют… — тихо сказала она. — Я хочу, чтобы у нас всё получилось.
Он шагнул ближе и осторожно сжал её руку.
— У нас получится, Джули. Обещаю.
Она сжала его пальцы в ответ и впервые за долгое время почувствовала, что тревога внутри отступает.
Вечер был тихим и простым — без громких слов, без лишних споров. Только они двое, лес и лёгкий свет фонаря, озаряющий дорогу вперёд.
Джули возвращалась в лагерь одна — Ньют проводил её почти до середины, но дальше она настояла, что справится сама. Вечер был тихим, только стрекотали насекомые, а в груди всё ещё теплом отзывались его слова.
Она свернула к своей хижине, как вдруг чья-то рука резко схватила её за рот и талию. Джули дёрнулась, но тело будто налилось свинцом — голова болела так сильно, что силы будто утекали сквозь пальцы.
— Тише, — зашипел грубый голос у самого уха. — Крикнешь — мёртвой найдут.
Её резко дёрнули в сторону, утаскивая в тёмную, пустую хижину. Джули пыталась упереться ногами, но мир плыл, и звук собственного сердца заглушал всё вокруг.
Она не могла даже закричать.
В тусклом свете факела стояли двое. Один ухмылялся, другой уже облокотился о стену, заглядывая на неё так, что у Джули по коже побежали мурашки.
— Ну-ну, вот и наша красавица, — протянул первый, не отпуская её руки. — А мы тут спорили, чья очередь будет с тобой разговаривать…
— Разговаривать? — хмыкнул второй. — Да какая там болтовня. Смотри, как она дрожит. Наверное, ждала, когда кто-то наконец заметит её настоящие… достоинства.
Оба засмеялись грязно и гулко.
— Отпусти! — голос Джули сорвался, но второй тут же приложил палец к губам.
— Тсс, милая. Кричать не стоит. Хочешь, чтобы весь Глэйд слышал, как мы тут… знакомимся?
Они переглянулись, и первый нарочито медленно провёл взглядом по её фигуре.
— Думаю, ей понравится, — прошептал он. — Правда ведь?
У Джули закружилась голова. Боль в висках усиливалась, сердце колотилось, будто вырвется наружу. Она дёрнулась, но хватка только крепче стиснула её руку.
Голова закружилась ещё сильнее, ноги подогнулись, и Джули почувствовала, как теряет опору. Слезы потекли сами собой, и через мгновение сознание окончательно покинуло её.