Проклятие метки
Прошло несколько дней с тех пор, как Феликс вернулся домой.
Казалось, всё должно было стать прежним: его просторная комната с высокими витражными окнами, запах ладана и пергамента в коридорах дворца, привычные звуки королевства - смех пажей во дворе, звон мечей на тренировочном поле, тихие перешептывания служанок. Но что-то было не так.
Метка на его шее не утихала.
Она горела.
Каждую ночь, когда луна поднималась над башнями дворца, боль становилась невыносимой.
Каждую минуту, даже днём, он чувствовал её - как будто кто-то водил по его коже раскалённым лезвием, медленно, методично, не давая забыть ни на секунду.
Феликс сидел у окна в своей спальне, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони, оставляя кровавые полумесяцы. Он не спал уже трое суток. Боль не отпускала.
- Ликси.. - Джисон осторожно присел рядом на широкий подоконник, протягивая чашку с травяным чаем. Аромат мяты и лаванды слабо пробивался сквозь запах его собственного пота. - Ты должен хоть что-то выпить.
Феликс машинально покачал головой, не отрывая взгляда от горизонта, где темнел край демонического леса.
- Это не поможет.
- Но ты не можешь так продолжать! - голос Джисона дрогнул, и он схватил друга за плечо, заставляя того наконец посмотреть на себя. - Ты исчезаешь на глазах! Посмотри на себя!
В зеркале напротив Феликс увидел своё отражение: впалые щёки, синяки под глазами, потные пряди тёмных волос, прилипшие ко лбу. Крыльев больше нет..
Минхо, стоявший у двери в своей обычной стойке, молча наблюдал за ними. Его лицо, как всегда, было непроницаемой маской, но в глазах читалось то же, что и у Джисона — животный страх.
- Мы позовём лекаря - наконец сказал он твёрдым голосом, которым обычно отдавал приказы на поле боя.
Феликс открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент метка на его шее вспыхнула с новой силой. Острая боль пронзила всё тело, будто кто-то вливал расплавленный металл прямо в вены. Он вскрикнул, схватившись за шею, и рухнул на колени, сбив со столика хрустальный графин с водой.
- Ликси!
Джисон бросился к нему, но Минхо был быстрее. Как опытный воин, он подхватил брата за секунду до того, как тот ударился головой о каменный пол, чувствуя, как его тело сотрясается от боли.
- Сейчас же позовите лекаря! - рявкнул он в сторону двери, и где-то в коридоре тут же застучали торопливые шаги.
***
Лекарь был старым, с седой бородой до пояса и мудрыми, но усталыми глазами, видевшими слишком много страданий за долгие годы службы при дворе.
Он долго осматривал метку, прикладывал к ней заговорённые кристаллы, которые тут же чернели и трескались, шептал древние заклинания на забытом языке первых ангелов. Но чем дольше он изучал её, тем мрачнее становилось его лицо.
- Это не просто метка - наконец сказал он, откидываясь в кресле.
- Что это тогда? - вырвалось у Джисона, который всё это время не отпускал руку Феликса.
Лекарь вздохнул так глубоко, что его старческие лёгкие хрипло заскрипели.
- Это демоническая печать души.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Даже вечно невозмутимый Минхо замер, широко раскрыв глаза.
- Что это значит? - тихо спросил он, сжимая рукоять меча.
- Это значит - лекарь поднял дрожащий палец - что Хёнджин привязал его к себе не просто как к слуге или рабу. Эта метка - не просто знак собственности. Это магическая связь на уровне души.
Феликс закрыл глаза. Он и сам догадывался. Каждую ночь он чувствовал Хёнджина - его эмоции, его желания, даже когда тот был за много миль отсюда.
- Как её убрать? - голос Джисона звучал резко, почти рычаще.
Лекарь посмотрел на него, потом на Феликса, и в его взгляде была такая жалость, что Феликсу стало физически больно.
- Только одним способом.
- Каким?
- Убить того, кто её поставил.
Воздух в комнате стал густым, тяжёлым, будто перед грозой.
Феликс резко поднял голову.
- Нет.
- Ликс.. - Джисон сжал его руку так сильно, что кости хрустнули.
- Нет! - Феликс вскочил, отстраняясь от всех. - Я не... Я не смогу.
- Ты умрёшь, если метка не исчезнет - холодно сказал лекарь, складывая свои инструменты. - он сделает так, что она будет разъедать тебя изнутри. Сначала магию, потом плоть, потом душу.
Феликс зажмурился, чувствуя, как ком подкатывает к горлу.
- Я не убью его.
Минхо и Джисон переглянулись. В их глазах читалась одна и та же мысль.
- Тогда... — Минхо медленно подошёл к брату, осторожно, как к дикому зверю. - Ты хочешь вернуться к нему?
Феликс не ответил.
Но ответ был в его глазах.
***
Ночь.
Феликс стоял у окна, глядя в сторону леса.
Метка горела.
Но теперь он понимал почему.
Хёнджин звал его.
Не словами.
Болью.
Дверь скрипнула.
- Ты решил? - тихий голос Джисона раздался из темноты.
Феликс не обернулся.
- Да.
- И что ты выберешь?
Феликс закрыл глаза.
- Я не могу убить его.
- Значит... ты вернёшься.
- Да.
Джисон замер. Потом вдруг шагнул вперёд и крепко обнял его, прижавшись лбом к его плечу.
- Тогда я пойду с тобой.
- Что?
- Я не оставлю тебя там одного.
Феликс резко развернулся, отталкивая друга.
- Ты с ума сошёл?!
- Нет. - Джисон улыбнулся, но в его глазах была стальная решимость. - Если ты идёшь к нему, то я иду с тобой.
- Ты не выживешь там.
- А ты?
Феликс замолчал.
Минхо, стоявший в дверях, скрестил руки.
- Я тоже иду.
- Вы оба безумны!
- Нет - Минхо подошёл ближе, и впервые за много лет Феликс увидел на его лице не холодный расчёт, а искреннюю боль. - Мы - твоя семья.
Феликс сжал кулаки, чувствуя, как метка на шее пульсирует в такт его учащённому сердцебиению.
- Он не отпустит вас.
- Тогда мы будем бороться.
- Вы умрёте.
- Но не оставим тебя.
Феликс посмотрел на них — на Джисона, с его упрямой улыбкой, на Минхо, с его стальным взглядом.
И понял - они не отступят.
Так же, как и он когда-то не отступил ради них.
- Хорошо - прошептал он. - Но если что-то пойдёт не так... вы бежите.
Джисон усмехнулся.
- Ни за что.
***
Туман демонического леса обволакивал их, как живое существо. Каждый шаг давался Феликсу с трудом — не из-за усталости, а потому что каждая частица его существа противилась. Метка на шее пылала, но теперь это была не просто боль.
Это был зов.
Хёнджин чувствовал его приближение.
Феликс знал это.
За спиной шли Джисон и Минхо. Они не оставили ему выбора.
- Ты уверен? - Минхо положил руку на его плечо, и в его голосе впервые за долгие годы прозвучала неуверенность.
Феликс не ответил. Он просто шагнул вперёд - в туман, в лес, в мир, который когда-то стал для него домом.
***
Он ждал их у Чёрного Алтаря.
В свете кровавых факелов его алые волосы казались почти чёрными, а голубые глаза сверкали, как лёд под лунным светом. Но в них не было радости.
Только ярость.
- Ты вернулся - голос Хёнджина был тихим, но в нём дрожала угроза.
- Да - Феликс поднял голову.
- Но не один.
Хёнджин медленно перевёл взгляд на Джисона и Минхо. Его пальцы сжались в кулаки.
- Зачем ты привёл их?
Феликс почувствовал, как воздух вокруг сгущается. Магия Хёнджина уже работала.
- Они... моя семья.
- Твоя семья? - Хёнджин рассмеялся, но в этом смехе не было веселья. - Ты забыл, кто твоя семья теперь?
Он сделал шаг вперёд, и тени за его спиной зашевелились, как живые.
- Я дал тебе всё. Крылья. Силу. Себя. А ты... привёл их?
- Они не уйдут - сказал Феликс.
- А, я знаю - Хёнджин улыбнулся, и в этой улыбке было что-то жуткое. - Потому что я не позволю.
Он щёлкнул пальцами.
Из тени вышли демоны - десятки, сотни. Они окружили их, рыча, сверкая клыками.
Джисон выхватил меч.
- Ликс..
- Не двигайся - прошептал Феликс.
Но было уже поздно.
Хёнджин взмахнул рукой и тьма обрушилась на них.
Минхо первым бросился вперёд, его пепельные крылья расправились, ослепляя демонов серебристым светом.
- Беги, Феликс!
Но Феликс не мог бежать.
Он видел, как Джисон сражается, как его меч рассекает воздух, но демонов слишком много.
И тогда он понял.
Есть только один выход.
- ХЁНДЖИН!
Феликс рванулся вперёд, прорываясь сквозь строй демонов.
Хёнджин обернулся, его глаза расширились.
- Ты..
Феликс не дал ему договорить.
Он вонзил кинжал ему в сердце.
Всё замерло.
Демоны остановились.
Джисон и Минхо застыли.
А Хёнджин..
Он смотрел на Феликса.
Не с ненавистью.
С пониманием.
- Ты... выбрал их - прошептал он.
И рухнул на колени.
Метка на шее Феликса вспыхнула и погасла.
Он почувствовал, как что-то рвётся внутри.
- Нет... Нет, нет, НЕТ!
Он упал рядом с Хёнджином, хватая его за плечи, тряся, как будто мог вернуть его к жизни.
- Я не хотел! Я НЕ ХОТЕЛ!
Но демон уже не дышал.
Его голубые глаза, всегда такие живые, стали стеклянными.
Джисон бросился к Феликсу, пытаясь оттащить его.
- Ликс, мы должны идти!
- Я убил его... Я убил его... - Феликс рыдал, его тело сотрясали судороги.
Минхо схватил его с другой стороны.
- Он дал тебе выбор. Ты сделал его.
Но Феликс уже не слышал.
Он сломался.
***
Его в полубессознательном состоянии вынесли из леса.
Джисон нёс его на руках, а Минхо шёл рядом, меч наготове.
Но демоны не преследовали их.
Они потеряли своего повелителя.
А Феликс...
Он потерял часть себя.
Прошли месяцы.
Метка исчезла.
Боль утихла.
Но пустота осталась.
Феликс больше не был ангелом.
Но он и не был демоном.
Он был никем.
Иногда ночью, когда Джисон и Минхо думали, что он спит, он подходил к окну и смотрел в сторону леса.
Туда, где остался он.
Туда, где он убил того, кого любил.
И тогда Феликс закрывал глаза — и снова видел его.
"Ты выбрал их."
Да.
И это был самый страшный выбор в его жизни.