6
Предупреждение: в главе присутствует описание употребления наркотиков
За завтраком Гарри сделал объявление ученикам. Директор не сильно сопротивлялась, когда он накануне сообщил ей о своих планах.
– Сегодня занятий ЗоТИ не будет, – сообщил он всем сидящим в Большом зале. – Сегодня я целый день буду учить всех желающих заклинанию Патронуса. Всех желающих, – повторил он. После этого пожелал профессору Малфою и остальным преподавателям доброго дня и ушел. Взгляд Драко он чувствовал точно между лопаток.
Первыми по расписанию были занятия у первокурсников Равенкло и Хаффльпафа. Гарри улыбался весь урок, пытаясь научить совсем начинающих волшебников такому непростому заклинанию, как Патронус. Впрочем, добиться искр из кончика палочки смогли все.
Драко же был задумчив даже для своего обычного состояния. Однако студенты радовались недолго и, встряхнувшись, он взялся за уроки и снимание баллов с шутников и не подготовивших домашние работы. Временами он и сам себе напоминал Снейпа уровнем яда по отношению к студентам, но лишь став преподавателем, понял, насколько у него нервная работа. Тем более что сегодня был Хэллоуин и по всему замку витали запахи тыквы, конфет и веселья. Сегодня детям учиться не хотелось, что и доказывало количество отнятых баллов и выговоров.
– Маврикс! Я просил прочитать пятый абзац на сто двадцатой странице, а не пялиться на... кхм, Эмили Уайт!
– Эрбигри! Убери немедленно свою гусеницу со стола, иначе я ее опущу в твое же зелье, а зная тебя, она сдохнет!
– Криспи! Десять баллов с Гриффиндора! И застегни уже нормально рубашку!
И так целый день. На обед Драко не ходил, занятый проверкой работ, а идти на ужин откровенно и не хотелось. Удушающая атмосфера праздника и присутствие Поттера сейчас могли вызвать лишь головную боль. Этот день и так был слишком изматывающим. Потому что по коридорам, несмотря на запрет колдовать вне классов, носились Патронусы: зайцы, кошки, суслики, тигры, голуби, гуси, орлы, а за ними вприпрыжку скакали радостные младшекурсники. Драко мог поклясться в том, что даже землеройку видел. Настроения ему это не добавляло, потому что помимо всего прочего он то и дело вспоминал о своих неудачных попытках овладеть именно этим заклинанием.
Собрав в середине дня своих учеников, он заявил, что если кто так или иначе скомпрометирует этим вечером факультет Слизерин, получит отработку у Мастера Зелий до конца учебного года. После чего с чувством выполненного долга ушел на восьмой этаж. В Выручай-комнату.
Легендарную комнату, объятую пламенем года назад, удалось спасти. Для этого пришлось приложить много сил. Многое было уничтожено, однако Комната выжила, а потом и помогла сама себе восстановиться. Запирать на заклятия по распоряжению Макгонагалл ее не стали. Новый директор Хогвартса посчитала, что Выручай-комната – это часть школы, созданная еще основателями для учеников и ни у кого нет права ее уничтожать, тем более закрывать.
Поэтому с годами снова появились слухи, а Драко, знавший про эту комнату, как преподаватель, три раза засекал подростков, которые туда заходили по своим делам.
Как и он сам.
Он всегда хорошо учился, потому что так было нужно. Уровень его магических сил с годами возрос, а искренний интерес к Зельеварению сделал его Мастером Зелий. Но было одно заклинание, которое ему никак не давалось вот уже много лет. Оглянувшись по сторонам в пустом коридоре, Драко толкнул тяжелую кованую дверь.
Сегодня проблем быть не должно. Уже наступил вечер и в Большом зале полным ходом идет праздничный пир. Свой факультет он предупредил, а видеть Поттера не хотел. Конечно, он был зверски голоден, но хотелось тишины и покоя. А еще он надеялся, что этот дурной Герой не найдет его хотя бы здесь, и можно будет спокойно потренироваться с заклятьем Патронуса. Тем более что делал он это непозволительно редко.
***
Гарри шел по коридору. Одет он был уже совсем не как учитель Хогвартса: джинсы и однотонная черная толстовка с капюшоном, на ногах зеленые кеды. В одной руке он держал Карту Мародеров, в другой палочку и пирожок, который ел. Он двигался к центру замка, чтобы было проще искать Драко. Малфой спрятался. Эта новость одновременно приятно удивила, разожгла азарт и вызвала странное раздражение. Гарри исследовал всю карту и нигде так и не смог найти движущуюся надпись «Драко Малфой». Либо он был вне школы, либо там, где его не может обнаружить карта. Гарри вдруг замер на месте. Быстро запихал в рот остатки пирожка, он проверил карман, в котором лежали четыре самокрутки, запихнул в задний карман джинсов карту и поспешил на восьмой этаж.
Невилла он навестил днем в теплицах. Тот поприветствовал его и улыбнулся, как и всегда. Гарри он всегда нравился. Неуклюжий, робкий, но отчаянно смелый, верный. Гарри чувствовал, что Невилл всегда поможет, если потребуется.
Вообще, изначально это была не его идея. Невилл рассказал, что Драко экспериментирует и ему нужны маггловские растения с необычными свойствами. Невилл посчитал коноплю с ее наркотическими свойствами и невероятной прочностью волокон подходящим растением. Гарри уговорил его высушить ему пару веточек от куста. После утренних событий он решил, что Драко надо расслабить, чтобы хотя бы просто поговорить.
Если сильно захотеть, можно найти и Выручай-комнату, и того, кто там засел. Поэтому после нескольких прогулок перед одной из стен появилась дверь и Гарри тут же ее толкнул.
Его взгляду предстал тот самый тренировочный зал, где когда-то упражнялся Отряд Дамблдора, а посреди зала спиной к двери стоял Драко: злой, растрепанный, судя по всему, тяжело дышащий; мантия валялась в углу, как и пиджак с галстуком.
– Экспекто Патронум! – зло кричал парень. Но из палочки валил лишь легкий серебристый дымок. – Твою мать!!!
– Ты не правильно делаешь, – спокойно сказал Гарри.
Малфой обернулся, из его палочки вылетело заклинание и растворилось в защитном щите Поттера.
– Отвали, Поттер! Убирайся! – рявкнул Малфой, когда отошел от первоначального шока, свято полагая, что уж тут-то его не найдут. – И прекрати копаться в моей голове! Ступерфай!
– Протего! – Гарри отразил заклинание. – Спокойно, Малфой. Давай вот, поешь. Успокоишься.
Рядом с Драко появился высокий табурет, на котором стоял поднос с едой.
– Я не хочу есть! – снова повысил голос Драко. – Убирайся!
– Врешь. Ты не был ни на обеде, ни на ужине.
– Просто. Уйди!
– Ты же знаешь, что я все равно сделаю, как хочу. А я не хочу уходить. И ты, повторяю, неправильно создаешь заклятье Патронуса.
– Да куда уж мне до тебя! – Драко, злой и голодный, повернулся к Гарри. – Национальный герой, гордость волшебного мира! Тьфу! Оставь меня в покое!
– Драко, ты зря так орешь, – пожал плечами Гарри. У стены появился камин и широкое кресло, в которое Гарри плюхнулся. – Я просто хочу тебе помочь. Понимаешь? Или в кои-то веки у тебя «Тролль» по сообразительности? – он достал из кармана самокрутку, зажал один ее конец губами и прикурил от палочки, делая неспешную глубокую затяжку.
Драко подозрительно уставился на него:
– Ты что делаешь?
– Расслабляюсь. Побывал у Невилла, он там для тебя кое-что выращивает.
– И ничего из этого вроде бы не курят.
– Плохо ты изучал свойства некоторых растений, Малфой, – Гарри подумал-подумал и поднялся. – Иди-ка сюда.
Малфой на автомате отошел на шаг, но Поттер все равно приближался.
– Тебе чего надо?
– Да не бойся ты. Мерлин, пугливый как котенок. Стой спокойно. – Гарри подошел к нему и остановился в полушаге, затем сделал глубокую затяжку, задержал дыхание и, схватив Малфоя за воротник рубашки, притянул к себе, впиваясь губами в его губы, с силой заставляя их раздвинуть и выдыхая тяжелый сизый дым. Драко схватил его за плечи, на автомате вдохнул полной грудью и моргнул.
– Постарайся задержать дыхание и не кашлять, – быстро посоветовал Гарри, придерживая его за плечо.
Драко послушно замер, больше от любопытства, а когда стало не хватать воздуха, выдохнул. И посмотрел на Поттера.
– А теперь, иди, ешь, – улыбнулся тот и легонько подтолкнул Драко к подносу, а потом – в появившееся второе кресло. Драко плюхнулся и, схватив кусок пирога, откусил. Поттер вернулся в свое кресло и сделал еще затяжку. – Так вот, ты не правильно колдуешь. Во-первых, надо расслабиться. А ты вон аж покраснел от натуги, – слегка усмехнулся Поттер. – Может, тебе помочь расслабиться?
Драко тут же вспомнил про утро и буркнул:
– Не надо. Ты только напрягаешь...
– Да брось. Я же не специально.
– И целовал не специально?
– Ты сначала поешь, – улыбнулся Гарри, делая новую затяжку.
Поттер был каким-то подозрительным. Но Драко был голодным, так что обратил свое внимание на поднос. Через пару минут его натура все-таки не выдержала:
– Так что ты куришь?
– У магглов эта трава является легким наркотиком...
– Что?! – Драко округлил глаза. – Ты... ты...
– Расслабься, Малфой, – отмахнулся Гарри. – Кстати, для этого она и предназначена. Для расслабления. Помимо медицинских показателей, как полагают медики некоторых стран. Так вот, – он достал палочку. – Во-вторых, надо вызвать в памяти самое счастливое воспоминание. Надеюсь, у тебя есть такое. Экспекто...
– Что ты делаешь?! – Драко больше испугался, чем возмутился, даже забыв про то, что Поттер только что вынудил его принять наркотик. Он даже зажмуриться не мог.
– ...Патронум, – закончил Гарри.
Из кончика палочки вырвался серебристо-голубой луч и перед ними появился Патронус – олень, величественный, с ветвистыми рогами и красивым воротником на шее; олень чуть склонил голову и растворился.
– Поттер, ты псих, – прохрипел Драко.
– Почему?
– Это же мощное заклятье!
– И?
– Тьфу ты боггарт! – Драко с остервенением накинулся на мясной салат, поглядывая на вазочку с фигурными конфетами.
– Ну, ты хоть запивай иногда, а то подавишься, – посоветовал Гарри.
Драко внимательнее присмотрелся: Поттер развалился в кресле в непринужденной позе, широко расставив колени, уложил палочку на подлокотник и легко улыбался; глаза при этом, яркие и зеленые слишком уж блестели.
– Ты уже... как это называется у магглов... под кайфом?
– Есть немного. Сейчас ты доешь, я и тебя таким сделаю.
– Вот скажи мне, Поттер, – Драко отодвинул салат и взялся за вазочку с конфетами. – Почему ты не считаешься с моим мнением?
– Ты не прав, – спокойно возразил Гарри. – Я считаюсь с твоим мнением, если ты не заметил. Я же соглашаюсь иногда с тобой и делаю так, как хочешь ты. В данном случае, я знаю, что прав, – пожал он плечами. – А ты – нет. Потому что ты смотришь на предмет спора однобоко.
– Что? – Драко аж изумился.
– Знаешь, я давно уже не ребенок, – сообщил, словно тайну, Гарри. – Я понимаю, что делаю.
– А у меня иногда складывается ощущение, что ты как раз сопляк, который не понимает, что творит.
Драко был раздражен. Тому были причины: у него все еще не получалось проклятое заклятье, которое Поттер мог сотворить даже под кайфом, плюс этот самый Поттер сейчас сидел напротив и учил его жизни, раскуривая маггловский наркотик. Мерлин, до чего он докатился…
– У меня начинает болеть от тебя голова... – пробормотал Драко, наливая себе второй стакан тыквенного сока. – Вот чего ты сюда пришел, а? Рассказать какой ты отличник и можешь вызвать Патронуса? Или по доброте душевной решил покормить меня? Зачем тебе это надо, а, Поттер?
Гарри затушил остатки самокрутки в металлической пепельнице, поднялся на ноги и подошел к Драко.
– Вставай. Буду учить тебя правильно вызывать Патронус. А потом мы еще покурим.
– А если я не хочу?
– Чего именно?
– Да ничего! – рявкнул Драко.
– Врешь ты все. Поднимайся давай.
– Даже в Выручай-комнате от тебя покоя нет... – Малфой обреченно поднялся.
– От меня спрятаться в Хогвартсе невозможно вообще, – доверительно сообщил Поттер. – Так, вставай сюда. Ага. Руку вот так, – он встал позади Драко, слишком близко, по мнению самого слизеринца, и принялся показывать, ухватив его руку за запястье. – Теперь расслабься.
– Учитывая, что ты ко мне прижимаешься, это не так просто, – не остался в долгу Малфой.
– Малфой! Ты хочешь научиться Патронусу или нет?
– Да!
– Ну и все! Итак. Расслабься.
Драко глубоко вздохнул.
– Теперь найди самое счастливое воспоминание. Неважно, если на первый взгляд оно может показаться совсем несчастливым. Попытайся заглянуть глубже. Почувствуй то, что чувствовал тогда. Вот так взмахни палочкой, – он показал как, – и произнеси заклинание. Необязательно громко, но твердо, с уверенностью.
Драко попробовал повторить, сделать, как сказал Поттер:
– Экспекто Патронум! – из кончика палки посыпались серебристые искры, а потом появилось небольшое облачко и тут же исчезло.
– Прогресс, Малфой, – одобрительно кивнул Гарри и легонько погладил его пальцами по шее.
Драко хотел было возмутиться, но мысль оказалась вялой и тут же исчезла, вытесненная самым счастливым воспоминанием, полностью его захватившим.
Оно было очень смутным. Ему было тогда лет восемь. Северус Снейп иногда бывал в мэноре, и когда никто не видел, он отдавал Драко небольшой мешочек с конфетами, трепал по волосам, а затем отворачивался. Никто, ни мать, ни отец, не проявляли такого вот казалось бы простого жеста – потрепать по волосам маленького мальчика, подарив ему обычные сладости.
– Малфой. Эй, Малфой...
Драко не услышал его.
– Экспекто Патронум... – тихо и с толикой грусти сказал он снова. Облачко стало больше и попыталось оформиться в фигуру, но снова растворилось.
– Драко.
– Экспекто...
– Так. Стоп.
Драко моргнул и словно вышел из оцепенения. Ему между губ тут же всунули самокрутку.
– Делай медленный, но глубокий вдох, – велел Поттер, поджигая палочкой эту сигарету.
Драко даже не подумал сопротивляться, просто сделал, как сказали, от неожиданности. И самокрутка исчезла.
– Выдыхай, – весело велел Поттер.
И Драко выдохнул.
– Боггарт, ты прав! Надо пожрать, – Поттер отошел и плюхнулся в кресло, рядом с которым появился поднос с пирогами и кубок тыквенного сока.
Дым был едким и после него Драко начал кашлять, а затем сел в кресло напротив. Он смотрел на Поттера, а в голове все вдруг перемешалось: воспоминание из детства, Поттер в его постели, мертвый Поттер восемь лет назад, Суд, родители...
Драко закрыл глаза и невесело хмыкнул:
– Хреновая какая-то жизнь... Давно я об этом не задумывался... Это все твой наркотик.
– Нормальная жизнь, – возразил чавкающий Гарри.
– Ну да...
– Ты, что, плохо живешь? – насмешливо спросил Поттер. – Преподаешь в Хогвартсе, профессор Зелий, Декан факультета, ученики трепещут перед тобой. Ты проводишь исследования и экспериментируешь с зельями. Чем плохо-то?
– Неважно. Тебя это в любом случае не касается, – Драко поднялся. – Я пойду к себе.
– Не пойдешь, – спокойно сказал Гарри.
Драко закатил глаза:
– Поттер, прекрати вести себя, как ребенок. Не всегда будут учитываться твои «хочу» и «буду». У меня есть своя жизнь и свои дела.
Поттер подошел к нему и встал напротив, спокойно глядя в глаза:
– Ты так и не понял...
– Чего?
Гарри вздохнул. Он не знал, как объяснить Драко то, что он чувствовал внутри, учитывая, что сам многого не понимал. Он закрыл глаза. И обратился к Выручай-комнате.
Драко заметил, что вдруг стало темно. Он оглянулся и увидел множество свечей вокруг. Снизу шел зеленый свет. Он посмотрел вниз и увидел, что они стоят в большой пентаграмме, а вокруг них нарисовано еще несколько. Он чувствовал, как от пентаграмм поднималась магия – густая, древняя, темная, ведь некоторые символы он узнал. А потом все исчезло. Он поднял голову и посмотрел в яркие зеленые глаза Поттера.
– Что… эт-то... было? – выдохнул изумленный Драко.
– Я сам плохо понимаю. Но, с учетом того, что мы выяснили про мое происхождение...
– Древний род и темная магия.
– Как и в твоем роду.
Драко затих. Потом прикрыл глаза и вспомнил то, что он только что видел. Большинство символов он не понимал, знал, что они были старше тех, кто мог про них рассказать. Но разве еще осталось что-то подобное?
– Это появилось, когда мы стали общаться, понимаешь? Пока я не приехал сюда и не стал общаться с тобой, я просто жил, практически без магии.
– Это...
– Это как-то связано.
– Только как, – Драко снова уставился на Поттера. – Твои кошмары. Что-то подобное было раньше?
– Нет.
– Мне надо подумать, – он снова упал в кресло.
Гарри воспользовался его состоянием и, подвинув парня в его же кресле, сел рядом и снова сунул ему в рот сигарету.
– Давай, Малфой. Просто кури уже. Вреда в этом тебе точно не будет.
Драко заторможено затянулся и задержал дыхание. Затем еще пару раз. Он кашлял, пил и снова курил. А Поттер сидел вплотную рядом, прижимаясь бедром, и курил свою самокрутку.
– Не к добру это, – пробормотал Драко. – Слишком... это что-то древнее...
Гарри забрал у него остатки сигареты, дождался, пока тот выпьет еще стакан сока и позвал.
– Малфой.
– А?
Гарри притянул его за шею к себе и поцеловал. На удивление Драко не сопротивлялся. Он позволил себя целовать, даже слегка приоткрыл рот. Гарри списал это на затуманенный разум. И все же тепло, разливающееся в груди, было слишком приятным, что все списать на наркотик или мимолетную глупость.
***
Северус начинал нервничать. Часы скоро отмерят четыре утра, а Драко все не было. Наконец, дверь открылась и в комнате появился Малфой. Нарисованные брови нарисованного Снейпа поползли вверх: Драко был растрепанным, одежда мятой, а на щеках едва заметно алел румянец. А еще он странно двигался и то и дело хихикал.
– Драко, что с тобой?!
Малфой вздрогнул, хихикнул и повернулся к портрету:
– А, Северус, это ты.
– Кто же еще! Что... Почему ты в таком виде?
– Ну... Это очень долгая история.
– Я думаю, в четыре утра торопиться уже некуда.
Малфой повалился на диван и косо глянул на портрет.
– Ну, я как обычно, тренировался с Патронусом. Потом пришел Поттер. Мы курили, да... Очень странное растение, кстати. Надо к Невиллу будет сходить. И вкус...
– Не отвлекайся, Драко.
– Ну, так вот… А потом он меня целовал. Да...
– Кто?
– Поттер.
– Целовал?!
– Угу. Долго целовал. Потом опять курили. А еще та-ак хотелось есть...
Северус даже сказать ничего не успел, Драко отвернулся к стенке и уже сопел. Ничего не понимая, он направился в другой портрет, который Поттер так и не вернул в его старый кабинет.
Поттер точно был в комнате, Северус видел валявшиеся на пороге спальни кеды. Он собрался и в лучших традициях гаркнул:
– Поттер, идите сюда! Немедленно!
Послышалось копошение и в дверях появился сонный Гарри. Он смотрел на портрет осоловевшими глазами.
– В чем дело, профессор?
– Немедленно объясните, что вы сделали с Драко, – потребовал Снейп.
– Ничего я с ним не делал. Учил Патронусу.
– Он утверждает, что вы целовали его.
– Ага, – кивнул Гарри и улыбнулся.
– Я повторяю свой вопрос: что вы сделали с Драко? Он что-то упоминал о каком-то растении.
Поттер отмахнулся:
– Нормально с ним все. Спокойной ночи, профессор, – попрощался он и ушел в спальню.
Снейп от возмущения исчез из портрета и появился в картине рядом с картиной Дамблдора. Тот снова пил чай. В пять утра.
– Альбус, Вы можете мне объяснить, что происходит с Поттером и Малфоем?!
– Северус! Не кричите так громко, уважаемые директора спят. Заходите ко мне, попьем чаю.
Снейп поджал губы, но зашел в картину к Дамблдору и уселся за стол.
– Их поведение уже становится ненормальным. Я волнуюсь за Драко.
– Да, вы всегда любили мальчика, – покивал Альбус, пододвигая к бывшему Мастеру Зелий блюдце и чашку. – Но он уже взрослый юноша и сам за себя отвечает.
– В его жизнь вмешался ваш обожаемый Поттер, и у него все идет наперекосяк!
– Вы так думаете? А мне кажется, Драко стал улыбаться.
Снейп открыл рот, чтобы возразить, но замолчал и потянулся к чашке.
***
Несмотря на конец осени, день выдался солнечным, хотя и весьма прохладным. Ученики надели зимние мантии, замотались теплыми шарфами и даже надели шапки. Драко тоже надел зимнюю мантию, на высоте двадцати метров было ветрено. Матч Слизерин – Гриффиндор. Трибуны были полны, как и всегда. Он, разумеется, сидел в преподавательской трибуне. Рядом с Поттером. Тот был одет так же в зимнюю мантию, на голову был накинут капюшон, делая его похожим на сказочного мага.
Комментировал Талбот.
– Итак, дамы и господа! А так же преподаватели, мистер Филч и миссис Норрис! Сегодня Гриффиндор против Слизерина. Разумеется, мы вас сделаем, учитывая то, что осталось от прошлогодней команды...
– Талбот! – рявкнул Драко.
– Простите, декан. Но факт есть факт.
– Талбот, я тебе сейчас...
– Итак, на поле выходят…
Гарри хмыкнул, слушая эту перебранку в прямом эфире. Ему казалось, что Драко старается быть похожим на Снейпа, но вместо этого он вел себя как усовершенствованная версия Минервы Макгонагалл. Хм. Кто знает, возможно, лет через двадцать он и займет пост директора Хогвартса. Вот будет умора.
– Поттер, прекрати! – тихо зашипел на него Драко.
– Что прекратить? – не понял тот.
– Пялиться на меня!
– Я всего лишь задумался, – улыбнулся Гарри. – Правда, как раз о тебе. Представляешь, твой портрет в кабинете директора спустя много лет.
– Мой портрет?
– Ага, по соседству со Снейпом и Дамблдором.
Лицо Драко застыло в маске ужаса.
– Ты с ума сошел!
– А мне кажется, тебе бы понравилось, – бесхитростно заметил Гарри и отвернулся к игрокам.
– Игра началась!
Драко с трудом отвел взгляд и тоже посмотрел на поле. Ему хотелось как следует стукнуть Поттера, возможно с членовредительством. Ему в последнее время вообще очень хотелось стукнуть Поттера.
С их странного вечера в Выручай-комнате прошел уже не один день и с тех пор гриффиндорец сделал вид, будто бы ничего и не было. Это напрягало, потому что Драко ощущал, что пытаются усыпить его бдительность. Только не известно, что Поттер может выкинуть в следующий раз. Но он был уверен, что гриффиндорец что-то задумал, а эта мысль наводила на размышления о собственной маниакальности, что тоже не было хорошо.
Победил в этой игре в итоге Слизерин. Впрочем, Драко знал это заранее, потому что Талбот был прав: в этом году команда Гриффиндора после прошлогоднего выпуска очень сильно ослабла.
Кажется, больше всех расстроился Хагрид.
– Слушай, Малфой, пошли, полетаем, – предложил Поттер, когда они возвращались со стадиона. – А то что-то прямо такая ностальгия, что аж зубы сводит. Пошли, а?
Драко был совсем не против. И нет, дело не в больших зеленых глазах Поттера, а в том, что он сам давно не садился на метлу.
Когда они вышли с метлами из главного входа, Поттер полез в карман своей мантии и выудил... нечто.
– Держи! – и нацепил это на голову Драко.
– Ты что сделал?! – зашипел Малфой, щупая свою голову. Потому что на него надели черно-зеленую полосатую шапку с большим пушистым помпоном.
– Чтоб уши не отморозил! – ухмыльнулся Гарри.
Драко офигел, просто офигел от происходящего. Другого определения этому не было. Поттер ухмыльнулся и нацепил на себя бордовую полосатую шапку.
– Кто поймает снитч, получает 150 очков, – сообщил скалящийся Поттер и оседлал метлу, зависнув у земли.
Драко только зубами скрипнул:
– Есть согревающие чары.
– Не будь занудой.
– Я практичен, – парировал Драко. – И 150 очков меня не устраивают.
– И чего же ты хочешь?
Драко ухмыльнулся:
– Кто проиграет, будет весь завтрашний день исполнять то, что велит выигравший.
– Отлично! Но учти, если проиграешь ты, пощады не жди, – пообещал Гарри.
Драко достал из кармана снитч и выпустил из ладони...
***
...Как он мог проиграть Поттеру?!..
– Новый день, начинается в полночь, Малфой, – самодовольно усмехаясь, сообщил Поттер спустя час.
Драко заметил, насколько напряжен, когда согнул вилку, которую держал в руках за ужином. Снейп пытался его разговорить, но он пригрозил, что завесит портрет тканью. Стоило часам пробить полночь, как на пороге появился Поттер, одетый в джинсы, кеды и теплую куртку.
– Привет, Малфой, – кивнул Поттер и сразу прошел в спальню, к шкафу с одеждой.
Драко пошел за ним, но не мешал. Гриффиндорец переворошил его шкаф, выудил на свет темные брюки, мягкий светлый джемпер, а зимнюю мантию уменьшил до размеров маггловской толстовки. Все это он положил на кровать.
– Одевайся, – с легкой улыбкой сказал он. Думая, что в следующий раз в подобной ситуации стоит взять с Драко Непреложный обет, для подстраховки, на всякий случай. А то если Малфой сейчас откажется от своих слов, будет обидно за испорченные планы.
Но Драко не сказал ни слова. Хотя и удивлялся сам себе, ведь он мог просто отказаться, так как магического договора они не заключали. Но... Он подошел к кровати и быстро оделся.
Гарри оглядел его и довольно кивнул.
– Пошли.
– А куда мы?
– В Хогсмид. А оттуда в Лондон.
– Ночью? – изумился Драко, пока они шли по коридорам.
– Все самое интересное в Лондоне происходит именно ночью.
– Так мы... к магглам?– отшатнулся слизеринец.
Гарри остановился и кивнул.
– Да. Не волнуйся, я тебя там не брошу
-Я не волнуюсь.
– Ну, конечно.
Они стояли посреди пустого коридора на первом этаже. Гарри вдруг подошел слишком близко. Драко инстинктивно шагнул назад, и уперся спиной в стену.
– Я знаю, что ты не бываешь в мире магглов. Но я прожил там почти всю жизнь. Мне есть, что показать тебе. Ты ведь вроде бы не так плохо теперь относишься к ним, – говоря все это, Гарри сильнее прижимал его к стене, а потом мягко улыбнулся. – У нас договор. И я хочу пригласить тебя... на свидание.
Драко сглотнул, и отвел взгляд.
– И ты не можешь отказаться, – лыбился довольный Поттер.
Драко совсем не хотел к магглам. Но спорить с Поттером было бесполезно. Об остальном он вообще решил не думать.
В Хогсмиде они заглянули в «Сладкое королевство», где Поттер накупил сладостей и спрятал в небольшой мешочек, на который были наложены чары незримого расширения, не иначе. Из Хогсмида они аппарировали на окраину Лондона. Драко было не по себе среди магглов и их железных машин, но на улице они пробыли мало времени. Поттер затащил его в дом. Внутри был небольшой холл, окошко с надписью «Касса» и бар. Пока Драко оглядывался, рассматривая недвигающиеся картины с надписями, Поттер купил билеты и совершил набег на бар. Когда он подошел к Драко, то одной рукой прижимал к себе огромное ведро каких-то хлопьев, второй – четыре огромных стакана с торчащими из них трубочками, а на руке висела сумка, в которой тоже что-то лежало.
– Пошли, сеанс, скоро начнется, – сказал Поттер и жестом попросил забрать у него ведро. Драко забрал.
– Какой еще сеанс?
В ответ тот кивнул на картину перед носом Драко: Марафон «Властелина колец», гласил он.
– Что это?
– Я думаю, тебе понравится.
Ничего не понимая, Драко пошел следом за Поттером к одной из дверей, возле которой стояла девушка в форменных брюках и жилетке.
– Добрый вечер, – улыбнулась она. – Ваши билеты?
Гарри отдал билеты.
– Ряд двенадцатый, места восемь и девять. Приятного просмотра,– девушка оторвала хвостики от билетов и вернула их Гарри.
– Пошли, – он кивнул в сторону двери и прошел.
Драко зашедший следом, оказался в просторном зале с креслами, а перед ними во всю стену большой белый экран.
– Это что?
– Малфой, а ты на маггловедение вообще ходил? – считая ряды, спросил шедший впереди Гарри.
– Я спал на том уроке.
– Тогда все ясно. А, вот.
Они пробрались между кресел и сели в те, на которых были написаны их номерки.
– Это, Малфой, кинотеатр. И мы проведем тут около десяти часов, – сообщил довольный Гарри.
– Да ты шутишь?! – округлил глаза Драко. Он что-то припоминал про маггловское кино, но десять часов!
– Неа, – отозвался Поттер. – Это довольно длинная история. Попкорн? – предложил он.
– «Поп» что?
– Попробуй, – Гарри протянул ему ведро с хлопьями. – Скорей бы свет погасили.
Драко протянул руку, чтобы взять несколько хлопьев, но замер.
– Зачем? – прищурился он, ничего не смог с собой поделать. Гарри подмигнул ему и незаметно показал несколько самокруток. Драко сглотнул и запустил в попкорн всю пятерню.
– А если увидят?
– Ну, во-первых, тут кроме нас всего два человека, а во-вторых, в эту часть Лондона даже полиция редко заглядывает. Так что все нормально.
Драко в шоке взирал на гриффиндорца.
– Знаешь, Поттер, кажется, я просто охренеть как ошибался на твой счет, когда мы учились. Я думал, ты весь такой чуткий и правильный.
– Возможно, я им и был, – пожал плечами Гарри, жуя попкорн. – Но мне уже не пятнадцать лет и я тот, кто я есть. Хотя я по-прежнему чуткий, – подумав, добавил он.
Малфой на это рассмеялся и едва не подавился попкорном.
Вскоре свет выключили, и началась реклама. Гарри был занят раскуриванием самокруток, поэтому не обращал внимания на лицо Драко, который смотрел трейлеры новых фильмов, которое скоро выйдут в прокат.
В магическом мире не существовало кинотеатров, поэтому Драко сейчас выглядел как маленький ребенок: он обнял ведро с попкорном и во все глаза смотрел на экран, где в рекламе стреляли, влюблялись и решали смешные проблемы. Занятый своими делами Гарри, не сразу это заметил, а когда повернулся, мягко улыбнулся: Драко казался ему совершенно другим человеком. Впрочем, его и обычная версия вполне устраивала. Он протянул Драко раскуренную сигарету и поджег себе. К тому времени, как они докурили, Драко уже сожрал половину ведра попкорна и теперь негромко комментировал происходящее на экране:
– Это маг? Гендальф. Хотя имя подходящее.
– Двери! Двери круглые!
– Гномы!
– Эльфы!
Гарри меланхолично жевал чипсы и тихо улыбался.
А Драко уже наплевал на то, что рядом с ним извечный враг и герой магического мира и счастливо трындел каждые две минуты.
– А я читал, что энты действительно существовали, но это уже относят к разряду легенд.
– Нет, определенно девушки тут... не слишком красивые.
– Я это... Поттер, тут туалет есть? – Малфой моргнул и уставился на Гарри. – И где тут еще еда есть?
– Погоди, – шикнул Гарри. – Минут через десять первый фильм кончится, вместе сходим. На вот, пожуй, – он разорвал пакет с чипсами и отдал Драко.
Удивительно, но Малфой, продолжая пялиться на экран, самозабвенно захрустел чипсами.
Пока шли титры, они рванули до туалета, потом Гарри купил еще ведро попкорна и молодые люди вернулись как раз к началу второго фильма. Если честно, Гарри с трепетом ждал его. Ему было интересно, как Драко отреагирует на битву. Лично его битва за Хельмову падь очень впечатлила в свое время. А где-то между разрушением Изенгарда и встречей с Гендальфом Белым Гарри подсунул Драко бодрящее зелье. Увлеченный фильмом Драко выпил, не поморщившись. И продолжил с открытым ртом пялиться в экран. Даже не замечая, что жует. В итоге ведро попкорна довольно быстро опустело. Малфой оставил его и уселся удобнее: уперся подбородком в спинку стоящего впереди кресла и обнял ее руками.
Поттер не смог сдержать смешка. Повадки трехлетнего ребенка. А впрочем, почему бы и нет.
Гарри выпил свое зелье и тоже уставился в экран, давая Драко возможность спокойно смотреть кино, раз ему так нравится.
– Да! – заорал Драко, когда после ночи битвы за Хельмову падь с рассветом Гендальф привел армию Рохана. Совершенно неаристократично заорал, вскакивая и поднимая руки вверх в победном жесте.
Гарри широко улыбнулся, обернулся и извиняюще покивал обернувшейся парочке, показывая, что Драко не специально, просто эмоции. Но при этом, глянув на снова усевшегося Малфоя, довольно улыбнулся. На самом деле он сейчас чувствовал себя очень хорошо. Его внутренние ощущения и эмоции были на удивление спокойными и плавными. Он уже замечал такое, но неосознанно. Подобное случалось, только когда рядом был Драко. Может быть, и после кошмара он пришел к нему именно поэтому? Это «тянет» оказалось более глобальным, чем он думал изначально, и из шутки превратилось в нечто большее.
После второго фильма Драко снова вытащил Гарри в холл. Они посетили туалет и опять закупились в баре. И даже еще не дойдя до своего кресла, Драко набил рот и жевал попкорн, как хомяк.
– Я же забыл! – Гарри достал шоколад.
– М-м-м, сладенькое, – Малфой тут же отставил попкорн и сосредоточился на разноцветных конфетках.
Гарри очень хотелось подколоть, но он не стал.
***
Когда они вышли из кинотеатра, уже давно рассвело и улицы заполнились людьми. Драко был задумчив, так что Гарри без труда тащил его по городу, потом запихнул в автобус и Драко очнулся, когда автобус вдруг резко затормозил. Он принялся оглядываться, а потом вцепился в Поттера.
– Где мы?
– Едем в центр, – Гарри погладил его по пальцам, вцепившимся в руку. – Пешком – далеко, а на метро с тобой ехать... я поседею.
– А... зачем нам туда?
– Зайдем в какой-нибудь ресторанчик, позавтракаем и погуляем. Ты ведь не видел никогда маггловский город толком. А я покажу.
Драко к удивлению Гарри не стал спорить и только сильнее вцепился в его руку: слишком много магглов вокруг, все незнакомое и странное, и его это напрягало.
Гарри не выдержал, отцепил его от себя и тут же переплел их пальцы, сильно сжав.
– Я не отпущу.
– Ладно, – отрывисто кивнул Драко, отворачиваясь.
Кафе было милым, хотя почти все столики были заняты. После всего съеденного в кинотеатре есть не особо хотелось, поэтому они ограничились кофе.
– И у вас много таких... фильмов? – спросил Драко.
– Вагон и маленькая тележка, – улыбнулся Гарри. – На любой вкус. Есть вот такие сказки – фентезийные фильмы, есть ужасы – страшилки, есть комедии, есть мелодраматичные истории любви, есть фильмы, действие которых происходит среди звезд, – сказал он, не зная, как иначе определить для чистокровного волшебника понятие «космическая фантастика».
– Фродо чем-то похож на тебя, – сказал вдруг Драко. – Та же тяжелая ноша. – Сказано это было без сарказма или издевки. Драко просто озвучил то, что пришло на ум.
Улыбка Гарри на мгновение потухла, но расцвела вновь.
– Да, пожалуй, – ответил он. – К счастью, мы оба с ней справились: он – со своей, я – со своей.
После кафе они немного прошлись, побывали на мосту, а потом Гарри посмотрел на Тауэр и замер. Драко сразу понял, что он что-то задумал. Гарри изучал крышу башни. Потом схватил Драко, и они побежали. Сразу за мостом Гарри увидел рекламную тумбу. Они спрятались за ней. Поттер огляделся по сторонам, еще раз глянул на крышу Тауэра, прижал к себе Драко и аппарировал.
Драко почувствовал рывок, и вот он уже стоит на крыше башни и смотрит вниз на Темзу.
– Эм, Поттер, – поинтересовался он. – Ты же вроде собирался показать мне город.
– Да, так и есть. Но его лучше осматривать сверху.
– С Тауэра?
– С воздуха, – поиграл бровями Поттер. – Веди себя прилично и не забудь поклониться.
– Что сделать? – не понял слизеринец.
Гарри не ответил, он как-то по-особому свистнул и взмахнул палочкой. Потом наложил на них иллюзорные чары. Драко хотел было снова спросить, но тут услышал шуршание крыльев и перед ними на крышу опустился гиппогриф.
– Привет, Клювокрыл, – поздоровался Гарри и поклонился ему.
Драко отшатнулся. Последняя встреча с этой птицей много лет назад закончилась для него больничным крылом. И хорошим ударом в челюсть от Грейнджер.
– Эм...
– Поклонись, давай.
– Да он все равно меня ненавидит.
– Все будет зависеть от тебя, – улыбнулся Гарри.
Ненависти Драко к этому гиппогрифу уже точно не испытывал. Подростковая импульсивность и ненависть к миру уже прошли. Поэтому он, косясь на волшебное создание, глубоко вздохнул, постарался забыть о старом страхе и, подойдя ближе, склонил голову в приветливом жесте. И замер. Гарри замер рядом.
Секунды потянулись слишком медленно. Но, наконец, Клювокрыл мурлыкнул и тоже склонил голову в ответ.
Гарри широко улыбнулся.
– Пойдем, он покатает нас, – он тянул Малфоя к гиппогрифу. – Только держись крепче.
Сидеть на гиппогрифе оказалось тем же, что и сидеть без седла на лошади. Ему пришлось обхватить Поттера, чтобы не свалиться. Клювокрыл летел аккуратно, чтобы седоки не свалились, а Гарри рассказывал Драко про все, что они видели.
Драко неожиданно для себя понял, что ему нравится вот так прижиматься к Поттеру. Ощущение было странным, словно... правильным. Поэтому в какой-то момент он расслабился и сидел уже, вслушиваясь в то, что рассказывает про магглов и город гриффиндорец.
Клювокрыл спустил их на землю за городом. Гарри поблагодарил его и обнял. Гиппогриф гаркнул, взмахнул крыльями и улетел.
– Итак, – улыбнулся Гарри. – У меня есть еще двенадцать часов.
Драко даже сказать ничего не успел, как Поттер аппарировал их в Хогсмид.
Оказавшись в более привычной обстановке, Драко расслабился. И тут же зевнул.
– Если честно, у меня просто нет сил. Даже если ты сейчас захочешь полетать, побегать или попрыгать. Поттер, пойдем спать, а?
– Спать? Ну, пошли,– Гарри кивнул, и они направились к замку.
По пути им попадались старшекурсники, бегавшие стайками по Хогсмиду с пакетами, по Хогвартсу сновали младшекурсники, летали привидения и где-то орала миссис Норрис.
Драко довольно улыбался и зевал всю дорогу до учительского крыла. Гарри шел следом и молчал. Когда же они дошли до покоев Малфоя, Поттер без зазрения совести прошел в комнаты и стал раздеваться.
– Поттер, а ты чего делаешь? – изумился Драко. Кажется, Северус в картине тоже очень хотел об этом знать.
– Ты же сам хотел спать, – не понял Гарри.
– Я имел в виду: каждый в своей постели.
– А-а. Ну, тут такое дело, – сказал он, – я буду спать с тобой, ну, а ты – там, где захочу я. Я хочу спать в твоей кровати. Мне там спится хорошо. Так что раздевайся, Ма-а-алфой, – зевнул он, – и пошли спать.
– Вот прям предложение так предложение, – ехидно буркнул Драко.
– Согласен, – пробормотал Снейп.
Однако уговор есть уговор, а Малфои всегда держат свое слово. Поэтому Драко со вздохом разделся, достал из шкафа старую белую футболку, а когда обернулся к кровати, Поттер уже взбивал себе подушку.
– Это ненормально, – пробормотал Драко. – Это же моя кровать. Не его...
Но деваться было некуда. Он забрался в кровать, лег на спину и почти сразу провалился в сон. А проснулся от того, что его целуют нежные губы.
Это было... мягко и тепло. Ему было уютно и хорошо, его кто-то обнимал, прижимая к теплому телу, а губ нежно касались, иногда проходясь ласково языком. Драко выдохнул, не желая просыпаться. Ему хотелось и дальше ощущать это. Слишком давно никто так не касался его. Так правильно...
Гарри держал слово, он не давил, его руки не опускались ниже пояса, медленно поглаживая Драко по спине. Он чувствовал себя удивительно: легко и спокойно, словно вне кровати не существовало ничего, были лишь они. Драко, видимо, не до конца проснулся, потому что совсем не сопротивлялся, даже наоборот, прижался ближе. А потом и сам обнял за плечо, притягивая ближе к себе. Гарри на это улыбнулся и снова принялся его легко целовать, не напирая. Ему нравилось вот так касаться, без страсти или злости, а просто лежать рядом и обнимать.
Однако вскоре Драко все же пришел в себя и распахнул глаза.
– П-п-поттер... – то ли со сна, то ли от удивления прошептал Драко.
– Привет, – улыбнулся ему Гарри.
– Так мне не приснилось?
– Нет. Я продолжу?
Драко прикрыл глаза, давая молчаливое согласие. Ему не хотелось сейчас думать о том, почему он это сделал. Было слишком уютно, а это ощущение он болезненно не хотел терять сейчас, в эту секунду. А потом и сам снова обнял за плечо, притягивая ближе, теперь уже осознавая, что делает.
Гарри продолжил его целовать и Драко растворился в ощущениях. Ему в кои-то веки было хорошо, он уже забыл, что бывает так хорошо, а может и не знал. Поттер сместился ниже и теперь целовал линию челюсти, иногда переходя к шее. Драко приоткрыл глаза, а потом и вовсе распахнул их: вокруг них вспыхивали изумрудные искры, то и дело становясь золотыми. Он замер. Рожденный Малфоем он много знал о первородной магии, именуемой темной, и знал, что эти искры – результат смешения магий, пытающихся соединиться и стать единой. Без ритуалов. Без заклинаний. По своей сути. Гарри заметил, что что-то не так, немного отстранился и проследил за взглядом Драко, точно так же заметив эти искры.
– Это невозможно, – прошептал Драко.
– Что это? – спросил Гарри. Драко сел и уставился искры, которые начали гаснуть, а потом на Гарри. Тот тоже сел. – В чем дело, Драко?
– Это... Ты ведь тоже видишь эти искры?
– Да.
– Святой Мерлин, это же невозможно.
– Драко...
– Это наша магия. Твоя и моя. Она пытается слиться в единое целое. Но это невозможно. Это должна быть такая сила, которой мы не облад... – Драко во все глаза уставился на Поттера. – Ох. Мне не хватает знаний. Катастрофически. Только одни догадки… – он начал бормотать и бормотать.
Гарри не выдержал, схватил его в охапку и прижал к себе.
– Это не катастрофа?
– Да как сказать.
– Хогвартс устоит?
– Да. Я так думаю.
– Ну и отлично, – Поттер приподнял Драко за подбородок и снова поцеловал.
Но в этот раз поцелуй был более глубоким. Гарри хотелось хоть немного ответной реакции и он не удержался, превратив поцелуй из легкого в страстный, лаская и прикусывая так, словно хотел показать, как это может быть.
Об остальном они подумают позже.