Глава 2 «Сеновал и недоразумения»
После изматывающего первого дня в коровнике Гермиона (теперь уже прочно ставшая Герой Мионовой) едва передвигала ноги. Всё тело болело от непривычной работы, руки казались чужими, и мысли путались от попыток понять, что же пошло не так с маховиком времени. Когда солнце медленно сползло за горизонт, она наконец вырвалась из цепких лап старшей доярки Зойки Бридж (как она узнала, кличка была получена старшей дояркой после того как та проиграла в карты 50 литров молока), чей розовый халат мелькал перед глазами весь день, сопровождаемый непрерывными ворчаниями и нравоучениями. Зойка явно невзлюбила новенькую, при каждом удобном случае критиковала её, да ещё и постоянно напоминала, что «практикантка не должна думать о всяких глупостях вроде романов с начальством». Но Геру вовсе не интересовал этот загадочный и столь почитаемый бригадир Малофей Драков. Единственное, о чём она могла думать — это маховик времени, потерявшийся в сене. Без него ей было не вернуться домой.Решив действовать ночью, когда все уже спали, Гера тихонько направилась к сараю, где, как она предполагала, всё ещё лежал её единственный способ покинуть эту абсурдную реальность.Но стоило ей приблизиться к заветному сеновалу, как навстречу вышла высокая нескладная фигура. Парень с ярко-рыжими волосами, конопатым лицом и добродушной улыбкой приветливо помахал ей рукой:— Ага! Вот ты где! А я весь вечер искал, думал, ты уже домой сбежала, не выдержав Зойкиного воспитания. Меня Роня зовут, я тут зоотехник.Гера в замешательстве остановилась. Лицо этого парня было ей так знакомо, что она чуть не вскрикнула вслух:— Рон... то есть Роня! Как ты тут... эм, оказался?— Как это как? — удивился Роня, почёсывая затылок. — Я всегда здесь был, вырос в деревне этой, всю жизнь среди коров и поросят. Слушай, ты какая-то странная девчонка. Точно из города?— Да, конечно, просто я ещё не совсем освоилась, — смущённо ответила Гера, пытаясь не показать, насколько она сбита с толку. — Слушай, а ты... не видел тут в сарае такую маленькую блестящую вещицу, вроде медальона на цепочке?— В сеновале? — нахмурился Роня. — Да там кроме соломы и старого сена давно ничего нет. Да и не ходи ты туда зря — там мыши и всё такое.— Нет-нет, это очень важно! Я просто обронила кое-что, без чего домой не могу вернуться... — взволнованно выпалила Гера.Роня ухмыльнулся и дружески похлопал её по плечу:— Эх, Мионова, ты ещё неделю не прожила, а уже домой собралась. Ну давай завтра днём поищем твою штуковину, а сейчас поздно уже, спать пора.— Нет, мне обязательно нужно сейчас! — настаивала Гера.Но Роня был непреклонен, преграждая ей путь к сараю.— Нельзя. Малофей строго запрещает посторонним шастать ночью по колхозу. Увидит — будут неприятности.Гера тяжело вздохнула, понимая, что спорить бессмысленно, и побрела обратно в комнатушку, выделенную ей для проживания.Однако ночью сон так и не шёл. Она только и думала, как незаметно проскользнуть к маховику времени и поскорее убраться отсюда. Не выдержав тревоги, около трёх часов ночи, когда колхоз полностью погрузился в сон, Гера снова отправилась на сеновал.Пробравшись внутрь, она начала судорожно рыться в сене, ощущая, как сердце стучит всё сильнее. Наконец, её рука нащупала что-то твёрдое, она почти вскрикнула от радости, но в этот момент прямо под ней послышался чей-то сонный голос:— Ты чего, Гера? Это что, правда настолько скучно, что ты решила ночью меня навестить?Гера с ужасом обернулась и увидела, что на сене, сонно потягиваясь, сидит тот самый Роня.— Ты... что здесь делаешь?! — спросила она, не веря своим глазам.— Да я тут иногда ночую, — без смущения ответил парень. — В общежитии кровати слишком короткие, а я длинный. На сеновале удобнее. А ты-то чего?— Я... я... — растерянно начала Гера, пытаясь придумать хоть какое-нибудь оправдание. — Я тоже решила здесь поспать.Роня посмотрел на неё удивлённо, а затем рассмеялся:— Ага, ну конечно! Знаешь, Гера, ты очень плохая врунишка. И, судя по тому, как ты нервно копалась в сене, ты тут явно что-то ищешь. Потеряла кольцо, что ли?— Ну... типа того, — уклончиво ответила Гера.Роня улыбнулся и вдруг серьёзно добавил:— Ладно, завтра утром помогу тебе найти твою вещицу. А сейчас ложись рядом, пока холодно не стало.Гера нерешительно прилегла на сено, чувствуя себя совершенно нелепо рядом с этим рыжим зоотехником, который был так похож на её друга Рона. Но от усталости глаза сами собой закрылись, и вскоре она заснула.Проснувшись утром, она снова увидела перед собой улыбающееся лицо Рони:— Проснулась? Ну и соня ты! Давай вставай, уже дойка скоро. А то придёт Зойка — мало не покажется!Гера вскочила и, поправляя халат, торопливо вышла на утренний двор. На душе было одновременно и тревожно, и смешно. Она так и не нашла маховик времени, зато уже успела провести ночь на сеновале рядом с совершенно неожиданным новым знакомым.А маховик продолжал лежать глубоко в мягких охапках, слегка поблёскивая в утреннем свете...