3.Скрываемые чувства
Хогвартс дышал осенью. Сквозь витражи Башни старост вечерние лучи ложились косыми полосами на каменный пол, подчеркивая пыль в воздухе, заброшенные книги и легкий беспорядок. Гермиона, склонившись над свитком, что-то сосредоточенно писала. Её каштановые непослушные локоны рассыпались по плечам, а между бровей залегла морщинка, когда она грызла кончик пера - привычка, от которой, казалось, она никогда не избавится.
Драко, стоявший у окна с чашкой кофе, поймал себя на том, что уже несколько минут просто смотрит. Не украдкой, не случайно. Просто... смотрит.
Соберись, Малфой. Это - Грейнджер. Грязнокровка. Активистка. Враг. - неожиданно закричали в голове тени прошлого, от которого он так упорно пытался бежать.
Он стиснул чашку крепче. Всё должно было быть просто. Делить пространство, выполнять обязанности, держать дистанцию.
Но ничто не было простым, когда дело касалось Гермионы Грейнджер.
***
Всё началось с маленького происшествия. Буквально из ничего.
На уроке Защиты от тёмных искусств профессор Лайтфулт , автор, присланный Министерством на должность в этом учебном году, приказал ученикам тренироваться в парах - парировать внезапные заклятия. Гермиона оказалась с Драко, к их общему раздражению. Слишком часто их ставили в пару, будто сговорившись, профессора разных дисциплин. Это становилось закономерностью , непонятно чем обоснованной. Напряжение повисло в воздухе.
- Stupefy! - выкрикнула она, не раздумывая.
- Protego! - отозвался он, но щит был выстроен не вовремя. Его отбросило в сторону, и он рухнул, неловко ударившись плечом о стену.
- Малфой! - Гермиона бросилась к нему, испуг в голосе выдал больше, чем она хотела.
Он стиснул зубы, собираясь оттолкнуть её помощь, но тут её пальцы коснулись его руки. Тепло, уверенно. И почему-то это не вызвало раздражения. Наоборот - остановило его острую реплику, уже оформившуюся в голове.
- Ты в порядке? - спросила она тише, почти шёпотом.
Он кивнул, но не сразу. И впервые, пожалуй, заметил, как близко её лицо. Как мягко блестят глаза. Как её беспокойство не кажется фальшивым.
Когда она отстранилась, в нём что-то дрогнуло.
Что за чёрт.
***
Он не мог выкинуть это из головы.
Она просто переживала. Это ничего не значит. Это ведь сердобольная Грейнджер, чувствующая личную ответственность за каждого.
Ты просто не привык, что к тебе кто-то относится по-человечески. Вот и всё.
- уговаривал он сам себя.
Он снова и снова прокручивал момент прикосновения. Тон её голоса. Её взгляд.
А потом - как его собственное сердце отозвалось. Не отвращением. Не раздражением. А тёплой, пугающей дрожью.
Нет, нет, нет. Это невозможно. Это... запрещено - внушал он сам себе.
***
Позже в башне, когда Гермиона ушла спать, он остался сидеть в кресле, уставившись в камин.
Это просто последствия. Война, стресс, давление. Не может быть, чтобы я... влюблялся. В Грейнджер. Это даже звучит абсурдно.
Он вспомнил отца. Вспомнил мать - её тревожные письма, наполненные мольбой держаться подальше от «грязных историй». Вспомнил Слизерин, его друзей, их насмешки, их вечные разговоры о «чистоте крови».
Если они узнают. Если она узнает...
Он ударил кулаком по подлокотнику кресла. Слишком громко. Одна из свечей дрогнула.
- Нет. Это чувство - ошибка. Я справлюсь. Я забуду.
***
На следующий день, столкнувшись с Гермионой у лестницы, он даже не позволил себе взглянуть ей в глаза.
- Уроки проверки по дисциплине сегодня в семь, как договаривались, - бросил он сухо.
- Драко... ты в порядке? - её голос был осторожным.
Он кивнул коротко.
- Мы не друзья, Грейнджер. Не путай вежливость с чем-то большим.
Её лицо дрогнуло. Легко, почти незаметно. Но он заметил.
И тут же возненавидел себя.
***
Этой ночью он долго не мог уснуть. Её образ стоял перед ним - с упрямыми глазами, с полными правды словами, с руками, что когда-то держали его - пусть и на секунду - не как врага. А как человека.
Но Драко Малфой решил: этого никто не узнает.
Не она.
Не он сам.