Потерянное время

После того как в жизни Кейли появились близнецы Уизли, Хогвартс словно наполнился новым светом. Каждый раз, когда она встречала Фреда и Джорджа в коридорах школы, их заразительные улыбки и весёлые подбадривания заставляли её забыть обо всех неприятностях. Их рыжие волосы, словно два огненных всполоха, всегда появлялись там, где она меньше всего ожидала, а их добродушное подшучивание помогало ей взглянуть на проблемы под другим углом.

Теперь, когда она шла по коридорам замка, косые взгляды и перешёптывания больше не вызывали в ней прежней тревоги. Она замечала, как некоторые ученики, прежде смотревшие на неё с презрением, теперь отводили глаза или даже кивали в знак приветствия. Шёпот по углам всё ещё можно было услышать, но он становилсь всё тише и реже, словно сами стены замка впитывали негатив и превращали его в тёплый, уютный гул. Сама атмосфера школы изменилась — возможно, другим ученикам действительно надоело сплетничать.

Кейли начала замечать, как меняется её отношение к школе. То, что раньше казалось враждебным и неприветливым, теперь выглядело просто обычным. Она всё чаще ловила себя на мысли, что улыбается, проходя по коридорам, и что её шаги стали легче и увереннее. В библиотеке, где она проводила много времени, её стали приветствовать кивком. В классе зельеварения она могла сосредоточиться на приготовлении зелий, не отвлекаясь на посторонние разговоры. Её руки уверенно перемешивали ингредиенты, а глаза внимательно следили за реакцией смеси. Даже в тёмных переходах подземелий, где раньше она чувствовала себя особенно одинокой, теперь ей казалось, что рядом всегда есть невидимая поддержка.

Каждый день в жизни Кейли теперь был наполнен яркими рыжеволосыми вспышками — два неугомонных огонька непрерывно мельтешили перед глазами, создавая вокруг неё атмосферу постоянного праздника. Их присутствие стало настолько привычным, что она ловила себя на мысли: как же она жила раньше, в мире, где не было этих озорных улыбок и весёлых подначек?

Фред и Джордж поначалу действительно присматривались, словно два осторожных зверька, которые боятся спугнуть добычу. Они помнили тот неприятный случай в коридоре, когда их безобидная шутка чуть не обернулась катастрофой. Их глаза, обычно искрящиеся весельем, иногда становились серьёзными, когда они смотрели на Кейли, словно пытаясь прочесть её мысли. Но постепенно, день за днём, они начали замечать, как её лицо светлеет при их появлении, как её губы всё чаще растягиваются в улыбке, когда они затевают очередную шалость. Снейп оказалась не просто не против их веселья — она сама становилась его частью, добавляя в их проказы свою небольшую, но особенную изюминку.

Дафна, наблюдая за преображением своей подруги, не могла сдержать нежной улыбки. То, как сияли глаза Кейли в компании двух неугомонных гриффиндорцев, как её лицо расцветала от их шуток, наполняло сердце слизеринки искренней радостью. Но эта радость смешивалась с тревогой — она прекрасно понимала, что на факультете такое общение не останется незамеченным и не прощённым.

В один из вечеров, когда они сидели в общей гостиной Слизерина, Дафна, понизив голос до едва слышного шёпота, поделилась своими опасениями. Её изящные пальцы нервно теребили край мантии, а в серебристых глазах читалась искренняя забота. Она объяснила подруге, что их семью на факультете, мягко говоря, недолюбливали, и новость о её дружбе с Уизли может привести к серьёзным последствиям. Кейли, выслушав подругу, молча кивнула. Она понимала, что Дафна права — её отец занимал слишком высокое положение в Слизерине, чтобы подвергать его репутации риску. Поэтому, следуя совету подруги, она начала встречаться с близнецами тайно.

Теперь их разговоры проходили в укромных уголках замка и за его пределами. Кейли научилась незаметно ускользать из общей гостиной, кабинетов, скрываясь в коридоре вдали от однокурссников, и большого зала, после приёмов пищи. Их встречи были краткими, но наполненными искренней радостью и теплом.

В коридорах замка они лишь мельком улыбались друг другу, проходя мимо, словно случайные знакомые. Но в те редкие моменты, когда им удавалось встретиться наедине, их общение становилось таким же искренним и беззаботным, как и прежде. А Дафна, наблюдая за этой игрой в прятки, не могла не восхищаться выдержкой подруги. Она видела, как тяжело Кейли даётся это тайное общение, но понимала, что ради сохранения репутации отца и своего положения на факультете, это единственный возможный путь.

Так стала развиваться необычная дружба между дочерью зельевара и двумя гриффиндорскими близнецами, поддерживаемая и оберегаемая четвёртой участницей этого треугольника — верной подругой Дафной.

Северус Снейп, привыкший замечать малейшие изменения в настроении дочери, не мог не отметить разительную перемену в её поведении. Его тонкие губы чуть заметно дрогнули в подобии улыбки, когда он видел, как легко и свободно она двигается по коридорам замка. Но в глубине его чёрных глаз таилась тревога — он всё ещё не понимал причин её недавней хандры, и это не давало ему покоя.

Однажды холодным вечером, проходя по коридору, он случайно стал свидетелем сцены, от которой его брови резко взлетели вверх. Кейли, окружённая двумя рыжеволосыми — Фредом и Джорджем Уизли — весело смеялась над какой-то их проделкой. Снейп, спрятавшись в тени ниши, внимательно наблюдал за троицей. Его мантия почти сливалась со стеной.

Их непринуждённое общение, искренний смех, то, как естественно они двигались вместе — всё это вызывало у зельевара противоречивые чувства. В его голове проносились проклятия в адрес близнецов, их фамилии эхом отражались от стен его разума. "Уизли, Уизли, Уизли" — словно мантра повторял он про себя, сжимая в кармане палочку. Как декан Слизерина, он прекрасно понимал, насколько рискованно такое общение для его дочери. Гриффиндорские близнецы, известные своими проделками, могли навредить её репутации на факультете.

Его длинные пальцы нервно барабанили по стене, пока он наблюдал за дочерью. Он боялся не столько самой дружбы, сколько реакции окружающих на неё. В его голове проносились возможные последствия: шепотки в коридорах, косые взгляды, слухи, хотя всё это уже произошло с ней, только по другой причине. Мужчина знал лишь небольшую часть слухов о Кейли, но сделать что-то не мог, ведь это только подлило бы масло в огонь.

Когда троица скрылась за поворотом, Снейп ещё долго оставался на месте. Его мысли были полны мрачных предчувствий. Он понимал, что должен что-то предпринять, но не мог нарушить хрупкое счастье дочери, видя, как она расцветает рядом с этими неугомонными гриффиндорцами. В его душе разгорался внутренний конфликт: отцовская любовь не позволяла разрушить счастье дочери, но и с другой стороны профессор боялся, что сделает только хуже, если не вмешается, пока все не узнали. И пока он стоял в тени, его чёрные глаза мрачно следили за коридором, где недавно смеялась его Кейли, а разум был полон тревожных мыслей о будущем.

***
Идя по пустому коридору, где лишь изредка раздавались эхо шагов и далёкое тиканье старых часов, Снейп пыталась сосредоточиться на материале к следующему уроку. Её мысли упорно возвращались к учебнику, который она держала в руках. Но внезапно её внимание привлекло тихое, едва уловимое всхлипывание. Звук был таким нежным и прерывистым, что сначала она подумала, будто это игра её воображения. Однако, плач становился всё более явственным, пробиваясь сквозь её сосредоточенность, как надоедливый комар в тихую ночь.

С каждым шагом звук становился всё более отчётливым, раздражая её слух и мешая концентрации. Кейли поморщилась и уже было собралась ускориться, чтобы поскорее оставить этот шум позади, как что-то внутри неё остановило. Это было странное, не похожее ни на что чувство. Она медленно повернула голову в сторону, откуда доносились всхлипы, и её взгляд упал на дальнюю стену коридора. Кейли замерла, пытаясь понять, что происходит. Её сердце забилось чуть быстрее, а ноги словно приросли к полу. Почему-то ей казалось неправильным просто пройти мимо. Она недовольно посмотрела в сторону источника всхлипов, который находился за углом, и не понимала, почему вообще делает это. Твёрдыми шагами слизеринка направилась к неизвестному ученику, мысленно негодовая с собственного решения.

Завернув за угол, серые глаза Кейли мигом расширились. Перед ней, прижавшись к стене, сидела знакомая фигура — Гермиона Грейнджер. Девочка пыталась заглушить всхлипывания, но они прорывались сквозь её старания, как волны прибоя сквозь прибрежные скалы. Слезы градом катились по щекам гриффиндорки, оставляя за собой мокрые дорожки на её бледном лице. Она выглядела такой беззащитной в этом пустынном коридоре, что у Кейли сжалось сердце.

— Эй, — тихо позвала слизеринка, словно боясь спугнуть испуганную птицу.

Гермиона дёрнулась, как от удара, и её большие карие глаза, полные слёз, испуганно уставились на Снейп. В этот момент она пыталась быстро смахнуть слёзы, которые продолжали течь, словно неутомимый ручей. Кейли медленно приближалась к гриффиндорке, будто ступала по хрупкому льду, боясь спугнуть её. Каждый шаг давался ей с трудом.

— Что случилось? — девочка старалась сделать свой голос мягким. В глазах читались искреннее беспокойство и желание помочь. Она остановилась в нескольких шагах от Гермионы, давая той возможность собраться с мыслями.

В этот момент коридор словно замер, время остановилось, и всё, что существовало — это две девочки, одна из которых искала утешения, а другая — способ помочь. Кейли чувствовала, как внутри неё что-то теплеет при виде этой уязвимости, и понимала, что не может просто пройти мимо чужой боли.

— Кейли... — прошептала гриффиндорка, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы, но улыбка вышла дрожащей и неуверенной, как первый луч солнца, пробившийся сквозь грозовые тучи. — Я не ожидала встретить тебя здесь, - слизеринка мягко улыбнулась в ответ, подходя ближе. Её серые глаза, обычно холодные и отстранённые, светились искренней заботой.

— Позволь, - сказала она, доставая из кармана мантии белоснежный платок. 

Гермиона благодарно кивнула, принимая его. Её пальцы слегка дрожали, когда она осторожно вытирала мокрые дорожки на щеках. Обычно аккуратно уложенные волосы растрепались.

— Это всё Рон... — начала Грейнджер, но голос снова дрогнул. — Он... он вечно нелестно отзывается обо мне. Я так стараюсь подружиться с ним и Гарри, но он...!

Кейли понимающе кивнула, присаживаясь рядом на корточки. Её мантия слегка зашуршала по каменному полу, создавая едва уловимый звук. В юных глазах отражалось такое глубокое понимание, словно она сама не раз пережила подобные моменты одиночества и непонимания.

— Знаешь, — мягко произнесла она. — Я тоже часто слышу подобные вещи от других студентов. Они говорят столько ерунды, что я уже перестала терять своё время на эти их доводы. И тебе тоже не стоит, - Кейли мягко коснулась плеча гриффиндорки. - Скоро Рон перестанет, я уверена в этом.

Гермиона удивлённо посмотрела на неё, а затем слабо улыбнулась.

- Думаю, ты права, - Грейнджер отвела взгляд на стену, позади Снейп, задумываясь над её словами.

- И... - неуверенно протянула Кейли, внимательно смотря на Гермиону, боясь её реакции. - Давай станем подругами? - уж очень девочка хотела общаться с ней после того дня в библиотеке.

Первокурсница искренне улыбнулась и её лицо озарилось такой большой радостью, что Кейли почувствовала, как её сердце наполняется светом.

— Подруги, — подтвердила она. — И знаешь что? Я рада, что это именно ты нашла меня сейчас.

Кейли улыбнулась, помогая гриффиндорке подняться.

— Пойдём, — предложила она, уводя подругу за собой. — Я знаю одно место, где можно спокойно поговорить. Без всяких Ронов Уизли, - уже тише добавила Снейп.

Гермиона кивнула, чувствуя, как её сердце наполняется благодарностью.

— Спасибо, Кейли, — прошептала она, когда они вместе направились по коридору. — Ты не представляешь, как много это для меня значит.

Слизеринка лишь улыбнулась, чувствуя, как внутри неё расцветает что-то тёплое и светлое.

— Для меня это тоже много значит, — тихо ответила она. — Иногда нам просто нужно, чтобы рядом был кто-то, кто поймёт и поддержит.

***
— Ужин уже начался! Мерлин, как мы могли так засидеться? — воскликнула Гермиона, вскакивая с холодного пола, на который девочки предусмотрительно постелили свои мантии, чтобы не замёрзнуть. В туалетной комнате, залитой мягким светом от мерцающих свечей, они сидели, погружённые в оживлённый разговор, забыв обо всём на свете.

Гриффиндорка была сама взволнованность: её щеки раскраснелись, глаза горели, а руки нервно теребили подол юбки. Она начала торопить Кейли, которая сидела с невозмутимым выражением лица, словно время для неё не имело значения.

— Ну, Гермиона, — протянула Кейли, медленно поднимаясь с места, где они так уютно устроились на полу. Её серые глаза блестели озорством. — Мы всё равно уже опоздали. Некуда торопиться, — она улыбнулась, наблюдая за подругой, которая лишь закатила глаза и с энтузиазмом потянула её к выходу.

Гермиона, словно вихрь, схватила Кейли за руку, увлекая её к двери. Тёмноволосая слизеринка едва успела подхватить свою мантию с пола, чуть не споткнувшись в своём стремлении поскорее покинуть укрытие. Не глядя вперёд, Кейли на полной скорости врезалась в спину застывшей Грейнджер.

— Ты чего встала-то? — спокойно спросила Снейп, поднимая взгляд и встречаясь лицом к лицу с троллем. Его ужасающий вид заставил её ноги ощутимо дрожать: массивное тело, покрытое зеленоватой чешуёй, маленькие злобные глазки и оглушительный рёв, от которого, казалось, затряслись стены.

С невероятной скоростью, которой удивила даже саму себя, Кейли дёрнула Гермиону за руку, увлекая её в сторону кабинок. Они юркнули в небольшое пространство, захлопнув за собой дверь. Кейли прижалась спиной к ней, не давая ей распахнуться к опастности. В тусклом свете они увидели, как тролль с грохотом ломает кабинки, превращая их в щепки. Слизеринка схватила гриффиндорку за плечи и толкнула на пол, сама прикрывая её своим телом, словно щит. Они сжались в комочек, стараясь стать как можно меньше и незаметнее.

Каждый удар тролля о стену отдавался эхом в их ушах, заставляя дрожать от страха. Кейли чувствовала, как её сердце колотится где-то в горле, но она не могла позволить страху парализовать их. Она быстро оглядела подругу: бледное лицо, расширенные от ужаса глаза, но живая и невредимая.

— Всё будет хорошо, — прошептала Кейли, крепче сжимая руку Гермионы. — Мы справимся.

Внезапно в комнату, словно вихрь, ворвались Гарри и Рон. Их появление было столь неожиданным, что Кейли на мгновение растерялась. Она не знала, как ей реагировать на эту сцену: мальчики, которые могли бы позвать на помощь взрослых, оказались здесь, где бушевал огромный тролль, и теперь стояли перед двумя испуганными первокурсницами, которые лежали под обломками и нуждались в защите. В глазах Снейп мелькнуло и удивление, и благодарность, и раздражение одновременно. Как же она надеялась, что эти гриффиндорцы, осознав опасность, тут же побегут за помощью к профессорам! Но, зная их характер, понимала — они не оставят девочек в беде.

- Гермиона, Кейли, бегите! - крикнул Гарри, на что вторая закатила глаза. Им было уж очень нелегко сделать это, находясь в ногах у чудища!

Гарри и Рон, не теряя времени, начали действовать. Даже без волшебной палочки они пытались отвлечь чудовище, швыряя в него остатками перегородок и крича какие-то фразы. На удивление, мальчики выглядели очень смелыми, стараясь не показывать своего страха перед серьёзной опасностью. Кейли, наблюдая за их безрассудством, не могла сдержать смешанного чувства злости и мыслей об их идиотизме. Эти гриффиндорцы были по-настоящему самонадеянными, готовыми рисковать своей жизнью ради других. Она понимала, что их действия могут быть опрометчивыми, но в то же время искренне благодарила их за помощь.

Гермиона и Кейли, стараясь не привлекать внимания тролля, медленно отползали в сторону, пока мальчики отвлекали чудовище. Каждый удар тролля о стену отзывался эхом, заставляя всё внутри сжиматься от страха, но присутствие Гарри и Рона давало надежду на спасение. А когда огромное существо наконец переключило своё внимание на них, девочкам удалось выбраться из под завалов и перебежать в новое укрытие - под раковинами, чтобы он их не заметил. Но тот, незаинтересовавшись гриффиндорцами, резко повернулся обратно, замечая передвижение своих прошлых жертв. Не теряя времени, тролль замахнулся, приготовившись сделать очередной удар. Гермиона и Кейли отползли в разные стороны, стараясь избежать его, но обломки раковины всё равно задели их, заставляя Грейнджер закричать от испуга.

Гарри, чувствуя безысходность ситуации, резким движением выхватил палочку из-за пазухи мантии. Его глаза сверкали решимостью, когда он бросился прямо на тролля, словно маленький воин, готовый противостоять огромному чудовищу. Схватившись за массивную руку тролля, он попытался остановить его движение, но это было всё равно что пытаться удержать движущийся поезд — Поттер лишь повис на огромной конечности, словно тряпичная кукла.

Отчаянным рывком он спрыгнул с противной руки и, проявив невероятную ловкость, взобрался на широкую шею тролля. Существо, почувствовав присутствие мальчика, взревело от ярости и начало бешено крутиться по комнате, пытаясь сбросить своего маленького противника. Кейли, наблюдая за этой опасной сценой, почувствовала, как её сердце замерло в груди, а руки похолодели от страха за жизнь храброго гриффиндорца.

В этот момент Гарри, удерживаясь на шее тролля, умудрился воткнуть свою палочку прямо в нос чудовищу. Отвратительный звук и вид деревянной палочки, торчащей из мясистой морды тролля, заставил всех присутствующих скривиться от омерзения. По комнате разнёсся зловонный запах.

Кейли, затаив дыхание, следила за каждым движением Гарри, молясь, чтобы он смог справиться с этим чудовищем и остаться в живых. В её голове проносились тысячи мыслей, но одна была громче всех: "Только бы он выжил, только бы справился". Однако, тролль, наконец, схватил Гарри за ногу своей огромной лапой и поднял его вверх. Поттер болтался в воздухе головой вниз, его мантия развевалась от резких движений чудовища.

— Сделай что-нибудь! — закричал Гарри, его голос дрожал от страха и напряжения.

— Что?! Что я могу сделать? - в отчаянии воскликнул Рон, в панике оглядываясь по сторонам.

— Что угодно! — прокричал Поттер, пока тролль продолжал вертеть им, словно игрушкой, пытаясь ударить его о стену.

Гермиона, наконец подав голос, подсказала Уизли заклинание. Рон, мгновенно схватив палочку, выкрикнул его. Дубинка тролля, повинуясь, зависла в воздухе, но в следующий миг резко рухнула прямо на голову своему хозяину. Чудовище издало оглушительный рев, его массивное тело зашаталось, как дерево под сильным ветром. Кейли, затаив дыхание, наблюдала за происходящим. Тролль, оглушённый ударом, начал падать прямо на Гарри, который в последний момент, извиваясь как змея, успел отползти в сторону.

— Круто... сработало! - Рон, всё ещё держа палочку дрожащими руками, расплылся в широкой улыбке.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием всех участников этой опасной схватки. Они победили, но какой ценой — никто не знал, что могло бы произойти, если бы заклинание не сработало вовремя. Гарри, всё ещё дрожа от пережитого ужаса, медленно поднялся на ноги, его лицо было бледным, но глаза светились гордостью за их общую победу.

Гермиона, осторожно ощупывая пол дрожащими руками, поднялась на ноги. Её волосы были в полном беспорядке, юбка покрыта пылью и мелкими осколками дерева и керамики. Она протянула руку Кейли, которую всё ещё слегка шатало после пережитого потрясения. Снейп, опираясь на подругу, с трудом выпрямилась. Её лицо было бледным, а в глазах читался немой ужас. Оглядев себя, они увидели, что их одежда превратилась в лохмотья: на мантии Кейли зияла огромная дыра, а юбка Гермионы была покрыта темными пятнами грязи. Медленно, словно во сне, они направились к мальчикам, которые, несмотря на усталость и страх, выглядели гордыми своим подвигом.

— Он мёртв? — тихо спросила Гермиона, не отрывая взгляда от неподвижного тела тролля. Его массивная фигура лежала на полу, издавая тяжёлое, хриплое дыхание.

— Не думаю, он просто без сознания, — ответил Гарри, внимательно рассматривая чудовище. Его голос дрожал, но он старался держаться уверенно.

Поттер, морщась от отвращения, наклонился к уродливому лицу тролля. Его палочка всё ещё торчала из мясистого носа чудовища, покрытая густой слизью и неприятными выделениями. С трудом вытащив её, Гарри отпрянул, держа палочку двумя пальцами, словно ядовитую змею.

— Фу, ну и вонь от него! — скривился он, стараясь держать палочку как можно дальше от себя. В комнате действительно стоял невыносимый запах — смесь пота, грязи и чего-то ещё более отвратительного, от чего у всех присутствующих перехватывало дыхание.

Рон, стоявший рядом, тоже поморщился и закашлялся. Все четверо, несмотря на усталость и страх, обменялись взглядами, в которых читалось облегчение — они справились, они выжили, и теперь нужно было решить, что делать дальше. Но в этот момент в помещение ворвалась тройка перепуганных учителей. Впереди всех, тяжело дыша, мчалась профессор Макгонагалл. Её длинная юбка развевалась при каждом шаге. За ней следовали профессор Снейп и профессор Квиррелл.

— Господи! Вы оба сейчас объясните мне, что здесь произошло! — воскликнула Макгонагалл, её голос дрожал от волнения и гнева. Она ошарашенно оглядывала разгромленную комнату, неподвижное тело тролля и четверых грязных, потрёпанных учеников.

Кейли, увидев отца среди прибывших учителей, почувствовала, как её сердце замерло. Их взгляды встретились, и она увидела в его глазах не только тревогу, но и неприкрытое беспокойство за дочь. Девочка виновато поджала губы и, не выдержав его взгляда, опустила глаза в пол, чувствуя, как краска стыда заливает её лицо. Всё-таки подвела его.

— Это моя вина, — раздался уверенный голос Гермионы, которая, несмотря на всю ситуацию, старалась держаться прямо, и сделала шаг вперёд. Минерва удивлённо перевела взгляд на девочку, её брови слегка приподнялись. — Я пошла посмотреть на тролля, — продолжила Грейнджер, её голос слегка дрожал, но она старалась говорить твёрдо. — Я читала о них в книгах и думала, что смогу справиться с ним самостоятельно. Но я ошиблась, — девочка виновато опустила голову, её каштановые волосы скрыли лицо. — Если бы не Гарри и Рон, которые нашли меня, я бы уже была мертва.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Все учителя, включая профессора Снейпа, с удивлением смотрели на маленькую гриффиндорку, которая, несмотря на свой юный возраст, взяла всю вину на себя, пытаясь защитить друзей.

— Даже если так, это было чистое безумие! А вы, мисс Снейп, — Макгонагалл резко развернулась к Кейли, заставив девочку мгновенно вскинуть голову и встретиться с пронзительным взглядом профессора, — Что вы здесь делаете?

Кейли, словно застигнутая врасплох, застыла на месте. Её сердце бешено заколотилось, а в голове лихорадочно заметались мысли в поисках подходящего оправдания. Она чувствовала на себе пристальный взгляд отца, который, несмотря на своё положение, не мог скрыть беспокойства за дочь.

— Я... у меня болел живот, и я сидела здесь, пока Гермиона не пришла, — быстро протараторила Кейли, стараясь не смотреть в глаза профессору. Её взгляд метнулся к Гермионе, словно ища поддержки, но тут же вернулся к полу. — А потом тут оказался тролль и... — она замолчала, понимая, что все уже знают продолжение случившегося.

— Вам следовало пойти к мадам Помфри, — строго произнесла Макгонагалл, её взгляд словно пронзал насквозь. Кейли кивнула, нервно сцепив руки за спиной.

Северус Снейп, словно тень, стоял в стороне. Его тёмная фигура, вечно облачённая в чёрную мантию, выделялась на фоне светлого помещения. Проницательные глаза, в которых читалась тревога в сочетании с пытающимся её прикрыть  безразличием, не отрываясь следили за дочерью. Они, казалось, видели её насквозь, мгновенно распознав ложь в словах слизеринки. Но он не стал устраивать допрос при всех, лишь слегка приподнял бровь в знак неодобрения, подсказав Снейп младшей, что ей придёться подробно объясниться ему лично о произошедшем здесь сегодня.

Кейли, оглушённая происходящим, словно погрузилась в другой мир. Её сознание металось между воспоминаниями о только что пережитом ужасе и о возможных последствиях, что ожидают их всех. Она больше не слушала, что происходило вокруг. Только чувствовала, как кровь приливает к щекам, а сердце бешено колотится в груди. В голове, словно в калейдоскопе, продолжали мелькать огромное множество мыслей, из-за чего та стала болеть ощутимо сильнее.

Время, казалось, остановилось, растягиваясь в бесконечную череду мгновений. Каждый движение давалось с трудом, каждый взгляд преподавателей словно прожигал её кожу. Она стояла на месте, низко опустив голову, как будто пытаясь спрятаться от осуждающих глаз, но ведь их и не было. Снейп, наблюдая за дочерью, видел, как её плечи слегка подрагивают от напряжения.

Когда их наконец вывели из разгромленной туалетной комнаты, Кейли ощущала себя словно в тумане. Она понимала, что это приключение точно не останется без последствий.