Иди в пекло, Грейнджер!
Мое спокойное утро началось с тренировки в ранний час, после того, как я проснулась с криком от очередного кошмара. Не в силах больше заснуть, я переоделась в спортивную форму и отправилась в тренировочный зал штаба, где пересеклась с Джейкобом. Без лишних вопросов, он умело загонял меня упражнениями, после чего я в довольно хорошем настроении вернулась в школу.
Как раз успела к завтраку.
Я читала газету со свежими новостями, когда в зал ворвался Гарри. Подобно смертоносному урагану, он устремился прямиком ко мне, метая глазами зеленые молнии. Когда-то я бы разнервничалась, ведь было очевидно, что парень злится на меня, но не сейчас, а особенно не сегодня, когда очедной кошмар разрывал мне сердце — у меня просто нет сил.
Когда для меня стало привычно просыпаться от собственного крика, надрывающего горло до болючей хрипоты? Когда для меня стало обыденностью залечивать его каждое утро?
Когда я привылка к своему бледно-серому отражению? Когда призраки в карих глазах успели меня опустошить?
Такое ощущение, что так было всю жизнь. Я уже забыла, что такое, на самом деле, нормальный, обычный сон.
— Ты доверила распределение отборов Малфою? — громко спросил Гарри, шумно прикладываясь руками о стол, давя на меня взглядом. Он не понимал, что немного заходит за рамки дозволенного. — Скажи, что Рон неверно понял твои слова!
— Доброе утро, Гарри, — спокойно ответила я другу, посмотрев на него поверх газеты и снова возвращая свой взгляд к тексту. Сейчас меня волновали статьи о происшествиях в стране. — Что именно тебе рассказал Рональд? И, когда я должна была советоваться с твоим мнением по школьным вопросам?
— Я не успел договорить, — виновато произнес Рон, сев напротив меня и силой усаживая Поттера рядом с собой, укоризненно смотря на друга.
— Как всегда, — я усмехнулась и сложив газету пополам, отложила в сторону. Подняв взгляд, я посмотрела прямо в глаза Гарри, который продолжал метать в меня невидимые зеленые молнии. Зелены из-за цвета глаз, а не потому что Авада Кедавра. — Малфой предложил отдать первый отбор той команде, которая больше всего в этом нуждается, а команда Когтеврана нуждается в колоссальном доборе. Это предложение показалось мне разумным, и поэтому распределение я доверила ему. В целом за квиддич будет ответственен он, — я ничего не смыслю в этой игре. Правила знаю, но не хочу вникать. Зачем страдать, если у меня есть Малфой? Пусть и развлекается.
— Он правда сам это предложил? — Гарри удивился тому факту, что подобная идея могла принадлежать не просто слизеринцу, а именно Драко Малфою. — Это точно Малфой предложил?
— Может его во время битвы куском глыбы контузило? — шепотом предположил Рон, обернувшись на стол Слизерина, за которым Малфой что-то увлеченно обсуждал с Забини, иногда постукивая длинными пальцами по столешнице.
…не суди по обложке, не зная истории…
Почему мы тогда судим Малфоя? Знаем ли мы его историю? Или для нас все совместное время обучение и время, что провели не просто в одной школе, а классе, и есть его история? Мы не правы, так же, как и он не прав.
Мы незнакомцы.
— Хватит, Гарри, — сказала я, когда парни, насмотревшись, снова вернулись к своим столам. — И если это все, то пожалуйста, больше не сомневайся в моих решениях. Кажется я не давала повода в себе сомневаться, не так ли?
Я не обуза.
— Кто там сомневается в моей девочке? — Жози села рядом со мной, сложив руки на столе. — Простите, люблю эффектные появления. Ребят, всем доброе утро! — жизнеродостная улыбка девушки, приятно грела душу.
— Доброе, — ответили парни хором.
— Как спала? — спросила она чуть тише, наклонившись ближе ко мне и делая вид, будто тянется за яблоком.
— Как обычно, — я улыбнулась одними уголками губ и снова бросила взгляд на газету, не понимая, что именно сама хотела там увидеть. — Все в порядке.
— Ложь, — резко говорит она, с грохотом опустив яблоко на стол. — Я даю тебе срок неделю. Ты или сама рассказываешь парням, хоть часть правды, Гермиона, или это сделаю я.
— О чем шепчетесь? — прерывает Рон Жози, которая уже угрожающе шипела мне на ухо, как ядовитая змея.
— Просто спрашиваю у Гермионы, будет ли странным, если на трансфигурации, я сяду с тобой, — она мило улыбается Рональду. Парень тут же расплылся в ответной улыбке, начав медленно краснеть под насмехающимся взглядом Гарри. Жози так ловко вертит им, аж поразительно.
— Ты сидишь за столом Гриффиндора, — ответила я ей, ладонью указывая на другую сторону нашего стола, где большая часть нашего факультета находилась немного в шокированном состоянии от того, что к нам села слизеринка. — Думаю, после такого, ты не должна волноваться о таких мелочах.
— Я даже не подумала об этом, — Жози нахмурилась и посмотрела за спину Рона, и когда я проследила за ее взглядом, тихо выдохнула, потому что по ту сторону зала, Пэнси буравила взглядом Жозефину, которая уже в открытую гладила руку, покрасневшего, как рак, Рона. Парень не был готов к таким провокационным играм на публику со стороны своей подружки. — Порчу им аппетит?
— О да, — простонали мы с Гарри в один голос, встречаясь взглядами и улыбаясь друг другу.
— Тогда пожалуй еще посижу, — Жози мило нам улыбается и сразу принимается накладывать еду себе в тарелку.
— Кстати, Рональд, ты должен сдать мне свое расписание занятий до среды, хорошо? Мне надо успеть хотя бы набросать черновой вариант дежурств.
— Ты думала, как это будешь делать? Как обычно по факультетам? — спросил в ответ Рон, не подумав, что стоит сначала пережевать, а потом говорить. Если мы с Гарри привыкли к такому, то вот Жозефина сейчас укоризненно смотрела на рыжего, который чуть не подавился завтраком.
— Сначала думала сделать по старому, — ответила я Рону, сложив руки в замок на столе, — но потом решила, что после, — я замялась, потому что должна сказать слово «война», но она не закончилась, по крайней мере для меня. Или закончилась? ТОМОН это работа. Это другое. — После всего стоит налаживать отношения между факультетами. Необходимо хотя бы сделать видимое перемирие среди старшекурсников, что может послужить примером для младших курсов.
— Гриффиндора и Слизерина, — Жози оторвал свой взгляд от Рона и перевела теперь на меня, и в нем я прочитала полное согласие с моим решением. — Мы сами с тобой пример, Гермиона.
— Именно, — я пожала руку девушке, получив в ответ благодарную улыбку. — Именно поэтому я решила разделить парные дежурства. Второй напарник будет меняющийся, так я думаю налаживать отношения. Признаю, с некоторыми будут проблемы, но я постараюсь их решить, — просто для начала покажу, кто здесь главный.
— Мы тебе поможем, если что, — сразу же отозвался Гарри.
—Знаю, Гарри, — я улыбнулась Поттеру, который нервно поправлял очки на переносице, правильно уловивший мои интонации, потому после такого тона, следует просьба. — Ты ведь читал новые правила, да?
— Ту часть, где все перед тобой отчитываются? — уточнил он, закусив нижнюю губу.
—Да. Ты не мог бы одолжить мне одну вещь, — я многозначительно посмотрела на него, надеясь, что он поймет о чем идет речь. — Обещаю, вернуть ее в целости и сохранности сразу, как найду альтернативу.
— Знал, что попросишь, — ответил Гарри с хитрой улыбкой, протягивая мне тетрадь по трансфигурации. Взяв ее в руки, я открыла тетрадь в середине и убрала желтый пергамент в свою, стоящую сумку рядом, убедившись, что никто не увидел этого. — Кажется, я начинаю справляться и заслуживаю дополнительные баллы от главной Старосты школы.
— Спасибо, — поблагодарив его, я начала вставать из-за стола. Мне еще надо пойти отправить письмо капитану, до того, как тот заявится в школу. — Но не надейся. Встретимся в классе!
***
— Как первый день в школе? — поинтересовался Д’Арманьяк, когда я поравнялась с ним, возле с кабинетом директора.
— Пока нормально, — ответила я и обернулась, дабы убедиться, что мы одни в коридоре. — Я ознакомилась с вчерашними отчетами. Когда будет операция по освобождению?
— Как только, так сразу, — тумано отвечает капитан, останавливаясь у окна. — Скорее всего сегодня ночью, так что будь готова.
— С ночной вылазкой проблем у меня не будет, — бурчу я себе под нос, чуть отвернувшись. — Камин у меня точно открыт?
— Проверь после обеда, тем более, тебе стоит забрать кое-какие вещи в штабе. Министерство решило, что нам всем в униформу стоит добавить маски, после того, как Сим использовал обливейт на волшебнике, который запомнил его лицо.
—Будет сделано, капитан. — Согласно кивнув ему, я выглянула в окно. На улице сегодня было довольно солнечно, но вот желания прогуляться, как бывало раньше, сейчас напрочь отсутствовало. — Тут ввели новые правила. Ученики должны поставить меня в известность прежде, чем выйдут из школы. Ваша идея?
— Мы не можем рисковать юными волшебниками, — Фредерик даже не стал отрицать очевидного, лишь удовлетворённо улыбнулся. Ему нравится, что от меня ничего не скроешь. — Защита Хогвартса не такая, как прежде. Территория огромна, и к сожалению, возможны бреши в щитах.
— Так и думала, но у меня тогда просьба, — он кивнул, поощряя к продолжению. — Мне нужна главная книга и примерно три десятка копий к ней, — где ученики будут оставлять записи о том, что покидают школу.
— Копии?
— Да, так будет удобнее, чем сотни писем в день на моем столе. — Ответила я, снова оглядываясь. — На входах и выходах, раздам старостам факультета, потом подумала, что можно будет и в коридорах, где встречаются большее количество учеников.
— Я дам распоряжение и к вечеру они будут в штабе.
— Спасибо.
— Всегда пожалуйста, — я уже развернулась, чтобы уходить, но он меня остановил, легко коснувшись моего локтя. — Не суйся пока к Д’Арку.
— Нельзя давать ложные надежды, — тихо ответила я, отведя взгляд в сторону. — Я помню это, капитан.
Кивнув ему в знак прощания, я все же покинула коридор, спешно спускаясь этажом ниже, в класс по трансфигурации, которую у нас так же будет вести профессор МакГонагалл. Об этом она сообщила нам на ужине вчера и так же сказала, что в скором времени появится аспирантка, которая будет замещать профессора в особо тяжелые дни.
Я остановилась у двери в класс, аккуратно поправляя значок на мантии, что висел у меня на груди. Сейчас совместный урок вместе со Слизерином и им не стоит забывать о моем новом положении. Пусть их выходки меня сейчас с трудом могут задеть, но терпеть, а особенно слушать их брюзжание совсем не хочется.
Широко распахнув дверь, я задержалась на пороге, оглядывая тех, кто оказался внутри. К сожалению, второй факультет сейчас в большинстве, но среди этого большинства не было Жозефины, зато была Пэнси, которая нервно подергивала палочкой, пока я шла к парте.
Я была рядом с партой, собираясь уже положить сумку на столешницу, когда обо что-то споткнулась. Начав терять равновесие, уже готовилась выхватывать палочку, но не упала. Крепкие руки ловко удержали меня на месте.
— Снова падаешь мне в ноги? — насмехающийся высокомерный тон, звучащий над моим ухом, был не чьим иным, как мистера Малфоя.
— Снова говорю, что ты слишком большого о себе мнения, — отвечаю я и смотрю на ту, которая только что сделала мне преграду на пустом месте. Это было не сложно вычислить, ведь Пэнси злорадно улыбалась, крутя палочку в руках. — Чего тебе, Малфой?
— Расписание, — он кинул на парту пергамент и окинул меня оценивающе-презрительным взглядом. Все было как обычно, только выделялось легкое удивление, отразившееся в его холодных серых глазах, когда он заметил мой ответный, подобный ему самому взгляд. Мимолетно проскользнувшее удивление стало некоторым разнообразием в наших отношениях.
— И все? Так просто? Даже не надо повторять одно и тоже несколько раз и требовать это у тебя, угрожая палочкой? — теперь немного удивилась я, смотря на пергамент лежащий поверх стола. — Ты чего такой покладистый, а, Малфой? — Мерлин, кажется я опять пошла не в ту степь.
— Мне намекнули, что стоит быть хорошим мальчиком и получить хорошую характеристику, — отвечает он в своей старой манере, чуть растягивая гласные. Эта привычка давно покинула его, но сейчас Малфой делает это намерено. — А также мне подсказали, что общение с тобой может восстановить мое шаткое положение в обществе.
Шаткое? Да это очень мягко сказано. На самом деле, сейчас настолько все плохо, что Малфоя смело игнорирует половина его сокурсников, и черт пойми из-за чего: то ли из-за статуса бывшего Пожирателя, то ли из-за того, что в конце он все же смог выбрать правильную сторону.
Так где его влияние?
— Хорошо, буду иметь ввиду. О, кстати, только между нами. — Быстро убедившись, что нас не слушают, я сделала несколько рискованных шагов к Малфою. — Я знаю, для чего тебе нужна эта характеристика, которую я могу дать тебе завтра, через месяц или в конце года, — закончила я улыбаясь, попутно убирая расписание во внутренний карман своей мантии.
— Не смей меня этим шантажировать, Грейнджер. — Его голос стал на тон ниже и приобрел угрожающие нотки. — Это не по-гриффиндорски.
— Я староста школы. Я вне факультетов, — спокойно отвечаю я, скрестив руки на груди, как обычно, чуть вздернув подбородок. Эта детская привычка всегда со мной и исчезать она не собирается. — Ты меня услышал, Малфой?
— Мне нужна эта гребанная характеристика, — сказал он очень тихо, делая шаг ближе ко мне, но я не стала отступать назад, а лишь пошла навстречу. Меня научили смотреть в опасности в лицо, а не жаться к стене в надежде, что не заметят. — Но не думай, что я позволю, жалкой грязнокровке раскрывать рот…
— Я могу лишить тебя всего твоего имущества, — в моем голосе звучит непоколебимая, несгибаемая сталь, которая начала проявляться у меня после того, как основной моей работой стал допрос. Я не хотела, ругаться с Малфоем. Не планировала пользоваться интуитивно выработанным тоном и тембром голоса, что вводят человека в ступор, заставляя вслушиваться в мои слова и бояться их, когда они образовывают предложения. Я правда не хотела, с ним ссориться, но его мерзкое оскорбление, изменило мое решение. — Тебе следует выбирать выражения, хренов хорек, потому что, как раньше не будет! Я всегда думала, что если игнорировать тебя и твои выходки, то добьюсь того, что наскучу тебе. Но нет, чем дольше я молчала, тем больше поощряла тебя на эти выступки. Я не буду стоять в стороне, и мне остается надеяться, что ты поймешь это раньше, чем оступишься, Малфой.
— Иди в пекло, Грейнджер! — почти выплевывает он мне в лицо, с еле сдерживаемым гневом. Малфой не был готов к отпору с моей стороны и эта его беспомощность против меня, с лихвой удовлетворяла ту жажду, тот голод, с которым справлялись только грубые допросы.
— Только там и живу, Малфой, только там.
