~Часть 3~
Утром следующего дня, стоя под прохладным душем, Гермиона уже в десятый раз убедила себя, что ее безумная идея по «завлечению Драко Малфоя» провалится, не успев начаться. Слишком много «но» стоит на пути.
Можно начать уже с того, что это не какой-то там парень, а слизеринский, мать его, принц. Он ненавидит ее, презирает за кровь, его возмущает сам факт ее существования на этом свете. А как разрушить эту ненависть, она не имела ни малейшего понятия. Более того, он помолвлен. Пусть она и не питала любви к Гринграсс, но и плохо к ней тоже не относилась. Просто между девушками не было ничего общего. Они учились на разных курсах, жили разными интересами и практически не общались между собой. Однако разрушить чужие отношения она все равно никогда не посмела бы. По мнению Грейнджер, такой подлый и низкий поступок не в характере гриффиндорцев. В итоге страдать будут все. Точнее, Гринграсс и Малфой, она-то к тому времени жить уже не будет. И все же становиться коварной разлучницей ей не хотелось.
Ну и последний немаловажный фактор, подтверждающий, что идея провалится - это элементарная нехватка любовного опыта. С момента поступления в Хогвартс они постоянно сражались за свою жизнь. Пока другие влюблялись и бегали на свидания по ночам, она учила заклинания, способные защитить ее и любимых ей людей. Конечно, она не была полным профаном в отношениях. С Виктором у нее была хоть и не длительная, но довольно волнующая связь. Она разделила с ним первый поцелуй и несколько романтических свиданий. Было приятно, но на тот момент она была слишком молода, чтобы он мог надеяться на что-то большее, да и Гермиона была к этому не готова.
С Роном отношения тоже не сложились. С ним она разделила постель, а на утро оба поняли, что это было ошибкой. Боже, как неловко было утром смотреть в глаза друг другу. Вспоминая это, она до сих пор краснела. Хорошо, что они решили забыть этот момент, просто вычеркнуть его из памяти. Просто оба приняли желаемое за действительное. Им нужна была любовь, чтобы продолжать оставаться сильными. Ведь они постоянно были на волосок от смерти, жили в постоянном страхе и ужасе. Вокруг погибали великие волшебники, по силе и опыту превосходящие подростков.
Смерть Золотого Трио была лишь вопросом времени. Именно так они думали еще год назад. Никто из них не надеялся выжить в конце, но судьба дала им шанс. Вернее, Рону и Гарри, и каждый день Гермиона благодарила небеса за это. Они пока официально не объявили о разрыве отношений, как-то было не до этого, но они чисты друг перед другом. Если Рон заведет отношения с кем-нибудь, она только порадуется за него, но пока и он не спешил объявлять себя одиночкой. Может, не был готов к чрезмерному вниманию к своей персоне, а оно ему было гарантированно. Милый Рон так возмужал!
Возвращаясь мыслями к Малфою, она снова вздохнула. Ей не стоит связываться с ним. Она была хороша во многих аспектах, но здесь он переиграет ее. Как-то не очень хочется потратить последние месяцы жизни на ежедневные издевки и подколы с его стороны. Нет, они и так будут, но она даст ему еще один повод. Да еще и какой! Грязнокровка пытается соблазнить аристократа. Вот смех-то. Ее аж передернуло внутри. Лучше не тешить себя пустыми надеждами. С другой стороны, она заметила его реакцию на нее, хотя он и попытался это старательно скрыть. Что-то промелькнуло в его глазах, движениях, поспешном уходе. Если в начале он был «королем положения», то в какой-то момент, Гермиона забрала у него первенство.
Наскоро уложив волосы, натянув юбку с рубашкой, она поспешила на завтрак. Поглощенная своими мыслями, Гермиона, торопясь, спустилась по лестнице и буквально налетела на неожиданное препятствие. В нос ей ударил знакомый запах мужского одеколона, а руки невольно ухватились за крепкую спину. Парень, стоявший спереди, напрягся, а Гермиона решительно попыталась обойти его сбоку, делая вид, что ничего такого особенного и не случилось. Подумаешь, врезалась, с кем не бывает! Ошиблась, так как в следующую секунду ее развернули на девяносто градусов и прижали к перилам.
- Грязнокровка, смотрю, у тебя вошло в привычку постоянно лапать меня своими грязными руками. Видно, от недотраха совсем перестала соображать, раз накидываешься на добропорядочных волшебников с самого утра, - саркастично произнес Малфой.
- Это ты-то добропорядочный? Не льсти себе! - попыталась оттолкнуть его Грейнджер, но он не сдвинулся ни на миллиметр, а лишь сильнее прижался к ней. - Да будет тебе известно, меня тошнит только от одной мысли, что нам приходится видеться каждый день, и уж будь уверен: если бы был хоть малейший шанс избежать этого, я бы им воспользовалась.
«Какая наглая ложь, Гермиона. Ты же еще десять минут назад обдумывала, как завлечь его».
- А теперь убери ты свои руки и дай мне пройти: я опаздываю, - нравоучительно произнесла она и неожиданно замолчала, так как следующее, что она почувствовала - это ладонь, которая прижалась к ее рту. Глаза проследили за его взглядом, и Гермиона залилась румянцем. Три верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, и это открывало вид на ее нижнее белье, на которое беззастенчиво пялился Малфой.
Она возмущенно пискнула что-то не внятное и укусила его за ладонь, а может это был палец, не суть. Главное, что она наконец-то смогла найти способ убрать его руку от своего лица, а затем отпихнуть и его самого. Он моментально разозлился, но она не стала ждать его ответных действий, а молниеносно выскочила из гостиной, на ходу застегивая пуговицы дрожащими руками. Последнее, что она услышала - как он крикнул ей в спину: «Ненормальная!»
«Ненормальная!», - Драко мысленно проклинал Гермиону всю дорогу по пути на завтрак. Он был чертовски зол на нее и, попадись она сейчас ему под руку, он бы за себя не ручался. Самое ужасное, в чем Драко нехотя, но признался самому себе - его злило совсем не то, что она укусила его, а то, как его тело среагировало на нее. Оно хотело грязнокровку, и он был в ужасе от этого. Нельзя ее хотеть, это же дикость какая-то.
«Никто тебя не поймет, ты опозоришь себя и семью», - шептал ему внутренний голос. Малфой с ним соглашался, а разум рисовал совсем иные картинки. Гермиона лежит под ним, мокрая и полностью обнаженная. Он посасывает ее аккуратный сосок, а рука медленно скользит по ее гладкому животу вниз, спускаясь к мягким складкам. Надавливает на твердый бугорок и начинает поглаживать его круговыми движениями. Она сильно прикусывает свою нижнюю губу, пытаясь не стонать, но у нее плохо получается. Выгибается под ним, руки пытаются найти хоть какую-то опору, но получается лишь смять простыни, а он хочет лишь одного перед тем, как он войдет в нее - чтобы она кончила, смотря ему в глаза. Видела, кто принес ей это наслаждение, запомнила этот момент на всю жизнь.
Малфой дошел до большого зала и невольно посмотрел направо, где располагался отнюдь не его факультет. Гермионы и ее шайки не было. Блондин удовлетворенно улыбнулся, так как рассматривать ее за завтраком совсем не хотелось, да и кто-нибудь обязательно заметил бы это. Пришлось бы оправдываться, а в голове, как назло, ни одной мысли. Необходимо взять себя в руки. В эту минуту он твердо решил для себя, что будет избегать ее, пока наваждение не пройдет. Он погорячился ночью, когда решил узнать ее поближе, к черту эту затею. Потому, что это правильно, а начать общаться с грязнокровкой - нет.
**********************************************
Всю неделю Малфой хранил молчание. Он полностью вычеркнул Гермиону Грейнджер из своей жизни. Когда она заходила в гостиную Слизерина, он делал вид, что участвует в очень интересной беседе, хотя еще минуту назад сидел, полностью погруженный в свои мысли. Пару раз она пыталась завязать с ним разговор, но он лишь гневно смотрел на нее или вообще делал вид, что не понимает, к кому она обращается.
Такое странное поведение со стороны Малфоя приводило ее в замешательство. Еще совсем недавно он поливал ее грязью при любом удобном случае, не мог удержаться, чтобы не бросить очередную колкость в ее сторону, а тут вдруг стал полностью игнорировать ее. Раньше его можно было прочесть, как открытую книгу, в плане эмоций и чувств, но сейчас она не знала к чему готовиться.
«А нужно ли вообще к чему-то готовиться?» - шептал ей внутренний голос. Может, как раз и настал тот момент, когда ему все это просто наскучило. К тому же, он готовится к свадьбе с Асторией. Ему нет до тебя дела.
Гермионе следовало бы радоваться, что их война закончилась, но что-то в глубине противно свербило и разрушалось. Надежда? А на что ты надеялась, глупая? Между вами ровным счетом ничего не произошло. Пару неожиданных моментов, которые можно интерпретировать как случайность. Только почему тогда она ловит его взгляды на совместных уроках? Он определенно стал больше смотреть на нее. Она чувствовала это.
На самом деле не стоит пытаться найти смысл в действиях Малфоя. Все, что он делает, понятно лишь ему одному. Остальным же приходится только догадываться, какие планы и намерения скрываются в его голове.
Грейнджер уже час листала учебник по зельеварению и никак не могла сосредоточиться. Она закрыла книгу и рухнула поперек кровати. Стоит занять свои мысли другим человеком. Например, Теодором Ноттом. Как ей удалось выяснить, он тоже был Пожирателем Смерти. Правда, в войне не участвовал. Его вообще не было в стенах Хогвартса в тот момент.
Нотт-старший благоразумно отослал сына из страны. Хоть он и был сторонником Темного Лорда, но своему сыну такой жизни не желал. Когда Волан-де-Морт настоял на том, чтобы Тео получил метку, он не мог ослушаться приказа. Но как только началась вся заварушка с Поттером, отец Нотта, воспользовавшись ситуацией, вывез сына из страны, запретив тому возвращаться, пока все не закончится.
- Те-о-дор, - по слогам произнесла его имя Гермиона, как бы пробуя на вкус. Ей понравилось ощущение. Он был не похож на Малфоя. Пусть оба и были аристократами, но Нотт всегда держался в стороне, не принимая открыто ни ту, ни другую сторону. Он смотрел в будущее, которое открывало для него огромные перспективы, как при победе Гарри над Волан-де-Мортом, так и наоборот.
Благоразумие она ценила очень высоко, пусть и в такой спорной ситуации. К его достоинствам можно добавить красоту и ум. Если у блондина и есть конкуренты, то это именно Тео. Отличный выбор, чтобы влюбиться и попытаться влюбить в себя.
С этими мыслями она сладко потянулась и провалилась в сон.
**********************************************
В кои-то веки Драко понадобилась Грейнджер, и он никак не мог найти ее. Битый час он бегал по замку, как дурак, но все лишь разводили руками. С Поттером и Уизли ее не было даже на ужине, в библиотеке она тоже не показывалась, в астрономической башне пусто, никаких дополнительных уроков, а тем более наказаний, сегодня не проводилось. Он, конечно, постучал и в ее комнату, но ответом ему была тишина.
В эту минуту он был рассержен, проклиная ее у себя в голове всеми смачными эпитетами, и в то же время очень возбужден. Астория завела его и дала отворот поворот, сказав, что не будет заниматься с ним сексом ни в туалете, ни в комнате для мальчиков, куда в любую минуту может кто-то зайти, хотя до отбоя оставалось еще два часа. Не проблема! Он знает место, где они смогут побыть наедине и куда точно никто не войдет. Комната Грейнджер, которую она ему обещала. Оставалось дело за малым: найти ее и предупредить, чтобы до ночи и ноги ее не было в стенах подземелья.
Плюнув на все рамки приличия, он вернулся обратно в гостиную и сказал Астории, что все уладил с Грейнджер. Они договорились встретиться через час. Драко же пошел «вскрывать» комнату Гермионы. Первый сюрприз ждал его уже на пороге: комната была не заперта. Он распахнул дверь и уставился на кровать, на которой спала девушка. Аккуратно закрыв дверь, чтобы не разбудить ее раньше времени, он подошел к кровати и в нерешительности уставился на нее.
Она спала на боку, положив руку под голову. Короткие волосы закрывали всю левую часть лица, а юбка, которая по идее должна демонстрировать только то, что находится под коленками, сбилась в районе верхней границы бедер.
В будущем, прокручивая у себя в голове этот момент, он так и не смог найти объяснение, почему ему так отчаянно стало нужным увидеть ее лицо. Он облокотился левой рукой о край кровати, которая слегка прогнулась под тяжестью его тела, и навис над ней. Правая рука, вопреки здравому смыслу, аккуратно заправила волосы ей за ухо. Теперь он мог видеть, с каким выражением лица, она гостит в царстве Морфея. Абсолютное спокойствие. Губы слегка распухли от сна, а ровное и размеренное дыхание срывалось сквозь чуть приоткрытые губы. Что-то ёкнуло внутри него. Он не был сентиментальным человеком, и его вообще никогда не волновали такие моменты, как и с каким выражением, спит девушка, оставшаяся в его постели. Но сейчас он находил эту картину...милой?
Он наклонился еще ниже, и она неожиданно распахнула глаза. В первую секунду она просто моргала, но затем резко перевернулась на спину и непонимающе уставилась на него. Секунды молчания, и в глазах Гермионы появилось осознание, что это уже не сон, и Малфой действительно находится в ее комнате рядом с ее кроватью, и почему-то его лицо находится в опасной близости.
- Мал..л..фой, - облизнув пересохшие губы, хрипло прошептала она. - Что ты здесь делаешь?
- Как ни странно, ищу тебя, - спокойно ответил он ей.
- Зачем? - она всматривалась в его лицо, пытаясь предугадать его дальнейшие действия.
Его глаза продолжали пристально следить за ней.
- Зачем ты меня искал? - она была вынуждена переспросить, так как ответом на предыдущий вопрос ей послужила лишь тишина.
- Мне нужна твоя комната. Мы заключили сделку, помнишь?
Некоторое время она молчала, удивленно взирая на него снизу, но постепенно в ее выражение лица начало проскальзывать понимание, о чем он говорит. Она сжала губы и попыталась подняться, но он ей не дал, положив руки на плечи и прижав ее снова к кровати.
«Что ты делаешь, Драко? Дай ей встать. Плохо, это все может закончиться очень плохо. Просто развернись и выйди из комнаты».
Она не понимала, чего он хочет от нее. Если ему нужна комната, то почему не дает уйти. А еще этот взгляд, он действительно обжигает ее. Словно вокруг них ничего нет. Все растворилось и стало таким неважным. Только она, он, и его так чертовски много. Он заслонил собой все, что было в комнате. Даже воздух, его тоже стало катастрофически мало. Захотелось прочувствовать этот момент, раствориться в ощущениях. Запомнить его именно таким, прикоснуться к нему.
Гермиона медленно подняла руку и дотронулась до его лица. В такие моменты в бульварных романах герой-любовник закрывает свои глаза и отдается во власть этому моменту, но не Малфой. Он смотрел, наблюдал за ней, за каждым ее движением и жестом. Не оттолкнул, как она ожидала, и ей вдруг захотелось сделать еще более глупый поступок. Не обдумывать и строить грандиозные планы, а поддаться моменту.
Нежно, почти невесомо, она провела ладонью по его гладко выбритой щеке. Кончиками пальцев прошлась по переносице, плавно очертила линию губ. Она изучала его, как незрячий знакомится с людьми путем касания. Ее рука так же медленно переместилась к шее, погладила затылок и слегка надавила на него. В эту же секунду их губы соединились. Мягко, нежно. Без страсти, огня, с некой опаской, пробуя на вкус.
Драко моргнул и резко отстранился. Медленно вытер губы рукавом рубашки и презрительно усмехнулся.
«Это что сейчас было? Совсем крыша поехала от отчаяния? Очнись, это же Малфой!» - в сердцах проклинала себя Гермиона, закусив губу.
- Через двадцать минут придет Астория. Уйди к этому времени и не возвращайся до ночи, - чеканя каждое слово, холодно бросил Драко. Он развернулся и вышел из комнаты, оставив ее в состоянии медленного разрушения. Только сейчас ее разрушала не болезнь, а сердце, которое билось внутри как сумасшедшее.
Продолжение следует...