Глава 4
2013
Одеяло тяжёлыми складками забилось между ног Гермионы. В комнате было до ужаса душно. Открытое окно не помогало. Наоборот, сигнализации соседских автомобилей давили на ушные перепонки. Да ещё и Рон, занимающий вторую половину кровати, храпел похуже огромного тролля.
— Агх. Всё, не могу.
Гермиона сбросила одеяло и вскочила с кровати. Рон прервал свою симфонию и резко, распахнув глаза, сел.
— Всё нормально, я просто хотела сходить за водой. Прости, что разбудила. — женщина коснулась его плеча и успокаивающе сжала. Похоже, он не успел до конца проснуться. Глаза медленно закрылись и Рон погрузился обратно в сон.
Схватив палочку с прикроватной тумбы, Гермиона накинула халат и туго завязала тонкий пояс на нём, прежде чем выйти, тихо закрыв за собой дверь.
Часы в коридоре показывали половину четвёртого утра. Они вернулись от Поттеров всего три часа назад, но сон никак не приходил.
Дверь в детскую была открыта. Гермиона заглянула в небольшую комнату, почти такую же, как и их с Роном. Она предпочла не использовать расширяющее заклинание на доме, хотела сохранить первозданный уют.
Гермиона зажгла тусклый свет на конце палочки и осмотрела комнату. Посередине возвышался широкий шкаф на маленьких ножках, по обе его стороны стояли два небольших стола. Один — заваленный всевозможными книгами и тетрадями, второй — идеально чистый, ничего лишнего. У стен, напротив друг друга, две кровати.
Свет упал на ту, которая была ближе к Гермионе, но там никого не оказалось. Рука, в которой находилась палочка немного напряглась, пока луч не достиг стены напротив. Две руки, сцепленные в замок свисали с края кровати. Светлая макушка покоилась на мягкой подушке. Ниже по груди парня рассыпались маленькие тёмные кудряшки.
В уголке глаз скопилась влага. Гермиона часто заставала их в таком виде. Хотя сами же они отрицали это. Тепло разлилось где-то внутри. Ближе к сердцу. Как странно: как всего два человека могут заставить все бури вокруг стихать.
Оставив лёгкий поцелуй на макушках, Гермиона тихо выскользнула из комнаты. Живоглот растянулся прямо у входа на кухню. Женщина перенесла кота на его законное место с помощью палочки и завернула на кухню. Свет зажёгся при лёгком взмахе древка.
С тех пор, как Рон передал ей письмо из Хогвартса, Гермиону не покидают тревожные мысли. Неприятные картинки со скоростью света сменяются друг другом в голове. Она помнит, как первый раз получила старенький конверт с большой красной печаткой в одиннадцать лет. Тогда весь её мир перевернулся с ног на голову. Но это было так правильно. Все пазлы встали на свои места. Все эти странности, которые происходили с маленькой девочкой, нашли своё объяснение в виде магии. Книги со сказками и школьной литературой сменились на большие тома «Истории магии» и применения всевозможных заклинаний и зелий. Помнит, как трепетали невидимые мотыльки внутри, когда она зашла в Большой зал с зачарованным потолком и непустеющими столами. И как сильно стучало сердце, когда распределяющая шляпа произнесла: «Гриффиндор!».
Но сейчас. Сейчас всё было по-другому. Не было мотыльков и приятного трепета. Сердце стучало не от радости, а от тревоги. Радостную улыбку заменила дрожь в руках.
Гермиона берегла своих детей от этого мира, держала подальше. Да, где-то в глубине души она знала, что рано или поздно, волшебный мир откроется им, но старалась это оттянуть.
Любимая кружка с фотографией их троицы, которую они сделали ещё на четвёртом курсе, наполнилась кипятком. С верхней полки спустились горшочки с сахаром и кофе. Одну ложку первого, две ложки второго. Размешать против часовой. Долить одну четвёртую кружки молока. Перемешать по часовой.
В детстве Гермиона терпеть не могла кофе. Горькое, с неприятным послевкусием и резким запахом. Но, когда Бодроперцовое зелье переставало помогать, волшебная способность кофеина спасала друзей, выигрывая им немного времени на поиск всевозможной информации о крестражах. Потом это превратилось в привычку, укрепилось в жизненной рутине. Особенно сейчас.
Утром Гермиона должна рассказать Орионе и Скорпиусу, что они получат долгожданную возможность отправится в школу их мечты. Но перед этим проинформирует их о всех опасностях заклинаний и неизвестных зелий. Сейчас же она не вернётся в кровать. Забытая верхняя полка с ветхими томиками — вот, что занимает бывшую гриффиндорку сейчас. Всё-таки её позвали преподавать Историю магии, и она не подведёт Макгонагалл, позабыв о своих переживаниях хотя бы на несколько часов. Гермиона не сомневалась в своих знаниях. Она перечитывала эти книги по многу раз ещё в школе, потом возвращалась к ним после войны, и даже иногда, когда оставляла детей у мамы с папой, а Рон уезжал на матчи по квиддичу.
Горячая кружка нашла своё место на журнальном столике. Гермиона уселась в любимое маленькое кресло в позе лотоса и разместила книгу в ногах. Отбросив гнетущие мысли в сторону, она погрузилась в изучение знакомых ей страниц.
***
Зеркало в ванной запотело от высокой температуры. Маленькие капли стекали вниз маленькими змейками. Юноша провёл рукой по влажной поверхности, открывая небольшую полоску его отражения.
Скорпиус проснулся полчаса назад, когда первые лучи солнца безжалостно начали бить в глаза. Он оставил сестру досматривать её спокойные сны, а сам отправился в душ. Вчера они пришли слишком поздно, что случалось очень редко, но похоже, маме это было нужно. И поздний приход не остался незамеченным. Время, предположительно, было около шести утра. Парень не любил валяться в постели до полудня, как и его мать. Но несмотря на такое раннее утро, он уже выглядел помятым и с лёгкими тенями под глазами.
Переодевшись в свежую одежду, Скорпиус отправился на кухню, не предоставив своим волосам должного внимания. Свет на кухне уже горел. Живоглота не было видно под ногами. Значит, он не единственный, кому не спиться в выходной день. Запах кофе ещё стоял в комнате приятными нотками. Мама всегда пила кофе по утрам, сколько он себя помнит. Он продвинулся вглубь кухни и бросил мимолётный взгляд на гостиную.
Гермиона Грейнджер, собственной персоной, полулежала в маленьком кресле с толстой книгой на коленях. На столике перед ней стояла пустая кружка, в которой недавно находился терпкий напиток. Скорпиус недовольно потряс головой. Схватил плед, лежащий на диване, забрал томик с колен и накрыл женщину мягкой тканью.
«История магии». Вес книги приятно отягощал. Парень пробежал подушечками пальцев по бархатной старой обложке. Они с сестрой часто ворошили библиотеку родителей, но им строго-настрого было запрещено брать книги с верхних полок. Но, конечно же, кому это помешало, наоборот, разожгло интерес. Однако, когда Ориона попыталась достать одну из запретных книг, руку как будто ошпарило. Скорпиус тогда подумал, что сестра шутит, она это любила. Но он также отдёрнул руку, ещё даже не прикоснувшись к фолиантам. Тогда они отбросили попытки узнать, что же такое секретное может там храниться.
Краем глаза юноша заметил движение слева. Он сразу отправил книгу на стол, рядом с кружкой, и обернулся лицом к креслу.
— Ты опять уснула за книгой, — голос сына звучал строго, но заботливо.
Гермиона повела плечами, разминая их после сна в неудобной позе.
— Прости, всю ночь не могла уснуть, решила отвлечься, — она скинула заботливо накинутый плед и встала с кресла. — Кушать хочешь?
Да, Скорпиус заметил, что мама какая-то не такая в последние дни, хотя она отчаянно пыталась это скрыть. Она не спала ночами, а днём ходила, заламывая пальцы и кусая губы. Также он знал, что пытаться говорить с ней об этом было не лучшей идей. Если она что-то скрывает, то она останется единственной, кто будет знать, что именно.
— Мам, ты в порядке? — слова сами слетели с губ, совершенно не спрашивая разрешение у разума.
Гермиона на секунду застыла в дверном проёме. Ну конечно, её сын мог видеть людей также хорошо, как и она. Он всегда знал, когда поддержать свою сестру или своих родителей. И она даже гордилась этим. Но не сейчас, когда Гермиона сама не знала, в порядке ли она.
— Да. Твоя сестра ещё спит?
И, как-будто услышав её вопрос, со стороны спален медленной походкой вышла Ориона с растрёпанными во все стороны волосами и в пижаме.
— Вы двое так громко разговариваете, что спать просто невозможно, — она плюхнулась на кухонный стул, зевнула и потёрла ладошками глаза. Её сонный взгляд остановился на двух стоящих в проходе людях. — Если вы меня ждали, то я уже пришла. А если нет, то можете продолжить диалог, я слушать не буду. Только дайте чего-нибудь закинуть в рот, иначе мой живот съест сам себя.
Гермиона отмерла, прошла дальше, на кухню. Поцеловала дочь в макушку.
— И тебе доброе утро.
На столе появились три порции завтрака. Рон ещё спал, и Гермиона предполагала, что встанет он не скоро. Клубок нервов застрял где-то в районе солнечного сплетения. Мерлина ради, да она не волновалась так даже в битве за Хогвартс. Но если она не скажет им сейчас, то только отсрочит неизбежное, сделая только хуже. Слишком долго ждала.
— Я бы хотела поговорить с вами. Обоими. — две пары глаз внимательно уставились на неё, вертя в голове ситуации, в которых они могли налажать. — Мне предложили новую работу, далеко отсюда, и я бы хотела, чтобы вы знали это.
Скорпиус оторвался от ложки с кашей и выпучил глаза.
— Ты хочешь сказать, что уезжаешь, оставляешь нас тут.
В ногу под столом сразу прилетела босая девичья ступня.
— Успокойся, истеричка, дай закончить.
Гермиона прочистила горло. Пути назад уже нет.
— Да, я уезжаю, но уезжаю не одна. С вами. Я уже забрала документы с вашей школы, с этого года вы учитесь в другой школе.
Ориона заинтересованно оглядела женщину и нахмурилась.
— И куда мы едем? В Эдинбург, Йорк, может в Ливерпуль? — глаза кучерявой загорелись.
— Нет, мы едем в Хогвартс.
Две ложки с громким звуком ударились о дно тарелок. Кухня погрузилась в тишину. Два удивлённых взгляда прожигали в Гермионе огромные дыры. Но уже через секунду звонкий радостный визг отразился от стен комнаты, а её тело оказалось в плену детских рук. Улыбка невольно растянула губы. Её дети прямо светились от счастья. Она уткнулась в каппу кудрявых волос, второй рукой притягивая сына ближе к себе.
— Это правда? Ты не шутишь? Мы правда будем учиться в самой крутой школе магии. Там, где училась ты, тётя Джинни, дядя Гарри и папа? — Скорпиус не унимался, задавая вопросы. Ориона всё ещё прижималась к маме и глупо улыбалась.
— Да, это правда. И если вы приступите к сборам прямо сейчас, возможно, успеете на Хогвартс-экспресс завтра утром.
Дети ещё раз обняли Гермиону и бросились в свою комнату, оставив на столе недоеденную кашу. На душе сразу стало как-то легко. Клубок почти распустился. Улыбка всё ещё украшала её лицо, оттеняя все признаки тревоги.
Она убрала грязную посуду и отправилась собирать вещи, по пути составляя список, чтобы ничего не забыть. К тому же, ей ещё чемоданы детей проверять. Приятная суматоха заполонила разум Грейнджер, а в теле появилась лёгкость, впервые за последние дни.
***
— Лили, пожалуйста поставь лису на место! Джеймс помоги отцу спустить ваши чемоданы. Альбус, почему ты ещё в пижаме, ты хочешь опять опоздать?!
Джинни бегала по всему дому и раздавала всем приказы. В такие моменты она до ужаса напоминала свою мать. Уже через пару часов они должны быть на платформе, а никто ещё толком не собран. Андромеда отправила сову о том, что Тедди должен прибыть с минуты на минуту. Семейство подруги согласилось отправиться вместе, поэтому дом Поттеров трещал по швам от перевозбуждения.
Стук в дверь отвлёк рыжую от метания по гостиной. Она поправила волосы, собранные в высокий хвост, и направилась открывать дверь. На пороге стояла Грейнджер с детьми и большими чемоданами. Она нахмурилась, но заключила подругу в объятья.
— Где мой невыносимый брат? — спросила Джинни запуская их в дом. Перед этим конечно одарив своих племянников поцелуями.
— Его срочно вызвали на работу. Какой-то важный персонаж приезжает, все на взводе, поэтому я сказала, чтобы он не волновался, мы справимся сами, — Гермиона оставила чемоданы в коридоре, а сама с детьми отправилась в гостиную.
— Ничего нового. Пропускает всё на свете, — Поттер закатила глаза и плюхнулась на кресле напротив них. — Ну что, готовы к первому учебному году в самой классной школе магии?
Дети как-будто только и ждали, что этого вопроса. Они со всеми подробностями принялись описывать все свои эмоции, не стесняясь ничего. Гермиона наблюдала за этим с замершим сердцем. Видеть счастливые лица своих детей, было самым прекрасным, что случалось с ней за всю жизнь.
— Лили тоже не может держать себя в руках. Всё утро крутится, как волчок. У меня уже голова болит от её вопросов. Она теперь знает столько, что никакая карта Мародёров не нужна, — Джинни вздохнула с лёгкой улыбкой на губах.
— Поверь мне, эти двоя ничуть не отстают, — Гермиона зыркнула на двух человечков, поедающих свой любимый пирог.
— Ну и как вам мама в роли вашего будущего учителя? — рыжая поёрзала на кресле, разворачиваясь лицом к детям, и озорно улыбнулась.
— Она из неё никогда и не выходила, — прожевав кусок пирога, промямлила Ориона. Скорпиус, всё ещё занятый своим важным делом, прыснул в ответ на шутку сестры. Джинни засмеялась, прекрасно зная, о чём говорит девушка.
Гермиона лишь показала им троим язык, прежде чем их отвлёк очередной стук в дверь. Хозяйка дома вскочила и быстрым движением открыла дверь. Сидящие в гостиной смогли разглядеть только ярко-синие волосы, торчащие во все стороны.
Джинни обняла новоприбывшего и запустила в дом. Дети также накинулись на друга с крепкими объятиями, прежде чем пропустить в гостиную.
— Привет Тедди, — Гермиона оставила лёгкий поцелуй на щеке парня. — Как твои успехи в постижении метаморфизма?
Тедди примостился между друзьями на диване и схватил кусок пирога.
— Намного лучше, я уже не свечусь красным, когда злюсь или фиолетовым, когда переживаю. Слышал, вы теперь будете преподавать у нас «Историю магии» — спросил парень не отрывая взгляд от пирога.
Гермиона кивнула в подтверждение этих слов, когда со стороны лестницы послышался грохот. Вниз спускались чемоданы разных размеров и цветов. За ними Гарри с вытянутой палочкой. Следом все дети Поттеров. Лили с лисой на руках, Альбус, что-то бормочущий себе под нос, и Джеймс с книгой подмышкой. Зелёные и карие глаза уставились на гостей. Дети побежали в объятья друг друга, а взрослые с широкими улыбками наблюдали за этим.
— Так, у нас осталось совсем мало времени. Проверьте всё ли вы взяли. Будем поочередно отправляться на вокзал через камин. Лили и Альбус, вы пойдёте со мной. Ориона и Скорпиус, с Гермионой, а Джеймс и Тедди, с Джинни. Гермиона, вы пойдёте первые.
Грейнджер кивнула другу, придвинула чемоданы и подхватила детей под руки. Мешочек с летучим порохом приземлился в руки женщины. Она встала посередине камина. Ориона и Скорпиус по бокам.
— «Старый Чеширский сыр», — зелёное пламя окутало всех троих. Невидимый крючок зацепился за пупок и дёрнул их в пространство ходов.
Трое людей вышли из камина в тёплое пространство старого паба. Посетители совершенно не обратили внимание на прибывших волшебников. Проверив самочувствие детей, Гермиона остановилась ждать друзей около барной стойки.
Через несколько минут они все уже выходили из паба в сторону вокзала Кингс-Кросс. Легкие Грейнджер наполнились запахами давно забытых улиц, которые хранили много воспоминаний. Она вспомнила, как впервые ступила на каменную кладку дорог, в предвкушении путешествия.
Выйдя из прохода на платформу девять и три четверти, они оказались окружены толпой людей, через которую было не протолкнуться. Но у них же было преимущество в виде Гарри Поттера, перед которым до сих пор расступаются люди с широко открытыми ртами.
Гермиона должна была через полчаса вернуться в паб, в котором они приземлились всего пару минут назад, чтобы через каминную сеть попасть прямиком в Хогвартс.
Поттеры что-то рассказывали своим детям. Джинни крепко сжимала Лили в крепких объятиях, а по её щекам текли слёзы. Гарри серьёзно наказывал сыновьям следить за сестрой. Но потом не удержался и тоже заключил их в объятия.
Гермиона развернулась на пятках к Орионе и Скорпиусу, которые были явно потеряны, судя по их лицам. Она крепко сжала их плечи, обращая их внимание на себя.
— Не переживайте. Это всего лишь приятное путешествие, вам понравится, обещаю, — она протянула руку вперёд, дожидаясь пока дети сделают то же самое, и в привычном жёстче вскинула три ладошки в воздух. — К тому же, мы совсем скоро увидимся. И вы обязательно мне расскажите, что интересного с вами произошло.
Гермиона поцеловала каждого в щёки и отправила к остальным в вагон. Проследила, как все они садятся в купе и машут плачущим родителям рукой. Ну вот, а она переживала. Если дети счастливы, то и она тоже. А это самое главное, остальное они обязательно переживут вместе, несмотря ни на что.
***
Каждый человек на их пути вырастал преградой как-будто из воздуха. Все эти люди либо светились, как лампочки, либо повышали влажность на платформе. Они уже добрых десять минут проталкиваются через людей, что начинало раздражать не на шутку. Драко остановился и кивнул на свободный вагон.
— Давайте здесь остановимся, всё равно дальше нам не пробиться.
Забини, шедший за ним, согласно покачал головой, останавливая Нотта с детьми. Паркинсон не смогла отпроситься с работы, поэтому родительские обязанности свалились на них целиком.
— Пап, но это же не наш вагон. Наш в самом конце с нормальными купе, — девушка с длинными волнистыми волосами застонала, глядя на Теодора.
— Мэдисон, ради всего святого, ты можешь хоть в этом году не портить настроение с самого утра, — смуглый парень выглянул из-за спины Блейза и уставился на подругу.
— Чейз, а не пойти ли тебе...
— Молодые люди, не забывайте, где вы находитесь, — Забини грозно зыркнул на них свысока. — Вот садите в поезд и шлите друг друга, куда душе угодно.
Блейз растянул губы в улыбке и потрепал сына по волосам. Мэдисон нахмурилась, но усмирила свой пыл, а Чейз так и остался стоять со скрещенными руками на груди. Драко окинул толпу взглядом. Слишком много людей. Он вообще не хотел идти, но друзья уговорили проводить племянников. Малфой задрал рукав рубашки и взглянул на часы. У него оставалось мало времени, всего полчаса. Он быстро прокрутил в голове, всё ли он взял, отправил ли письмо домой и наложил ли запирающее на свой дом.
Толчок в бок отвлёк его от размышлений.
— Мне кажется, мы вчера перебрали, потому что я прямо сейчас вижу там Грейнджер.
Малфой с Ноттом проследили за взглядом друга и наткнулись на небольшую группку людей. В глаза бросились две рыжие шевелюры — Уизлетта и её выродки, и круглые очки Поттера. Ну конечно, все в сборе. Но внимание Драко привлекли вовсе не они. Глаза зацепились за аккуратно уложенные каштановые кудри, строгий костюм и чёрные шпильки. Давно забытые черты лица украшал лёгкий макияж. Она стояла, улыбаясь, и прижимала к себе два маленьких тела. Нет, это не маленькие Поттеры. Точно, это не они.
По правую руку стояла девочка с такими же непослушными кудрявыми волосами, в коротком сарафане нежно-голубого цвета и маггловских кедах. Слева мальчик с платиновыми короткими волосами, синем свитере, джинсах и кроссовках. Грейнджер что-то говорила им, улыбаясь.
— Это что её дети? — голос Нотта прозвучал где-то далеко.
Блейз рядом хмыкнул и быстро взглянул на Малфоя.
— Впервые вижу её после войны. Да ещё и с детьми, какой сюрприз. Скажу вам, что она неплохо сохранилась, — мулат дёрнул Драко за рукав, обращая внимание на себя.
Быстро выбросив из головы только что увиденную картинку, Малфой попрощался с друзьями. Бросил детям что-то типа «скоро увидимся» и умчался в направлении каменной стены.
Драко слышал, что Грейнджер живёт с Уизли в каком-то маггловском районе Лондона. Но это было столько лет назад. С тех пор ни одной новости о бывших однокурсниках. В голове не укладывалось одно, никто из детей, облепивших гриффиндорку, не был похож на Уизли. Что-то щёлкнуло в голове, но он быстро спрятал это глубоко в сознание.
Малфой расталкивая всех на своём пути, в несколько больших шагов оказался около прохода и исчез за каменной стеной.