Глава 27
– ТОГДА –
– Продолжаем сражаться! – крикнул Уголек, увидев, что Крутобок стоит, как вкопанный. – Мы должны прогнать Кровавое племя!
Еще один или два воина Грозового племени издали рык в знак согласия, но Крутобок не мог заставить себя распороть горло Змею, тем самым гарантировав смерть Гремлин. Не обращая внимания на сердитое ворчание своих соплеменников, он втянул когти и отступил назад, позволив Змею встать на лапы.
– Фурия, – начал он, пристально глядя на предводительницу Кровавого племени, – у Кровавого племени нет ни единого шанса выиграть эту битву. У нас много воинов, и мы все хорошо подготовлены. Если ты продолжишь сражаться, то обречешь своих соплеменников, или как ты их там называешь, на смерть. Неужели ты действительно хочешь этого? Неужели тебе наплевать на тех, кто пошёл за тобой и пострадал из-за этого? Неужели тебе безразлична их судьба?
Фурия была непоколебима.
– Я делаю всё для их блага, захватывая эту территорию для Кровавого племени, – ответила она.
Крутобок разочарованно выдохнул.
– Что хорошего в обладании территорией, если большинство или даже все твои соплеменники погибнут, захватывая ее? – спросил он.
– Это стоит того, чтобы я выжила, – прорычала Фурия. – Я буду драться до тех пор, пока останется хоть кто-то поддерживающий меня.
«Во имя Звездного племени, о чем можно разговаривать с такой кошкой? – подумал Крутобок. – И как вообще коты следуют за ней?»
Затем в ледяной тишине, последовавшей за словами Фурии, он услышал звук капающей крови. Присмотревшись и принюхавшись, он увидел, что Фурия получила тяжелую рану в бою: вдоль ее бока тянулась глубокая рана. Кровь всё ещё сочилась из неё, орошая Высокую Скалу.
Крутобок бросил взгляд на Пепелицу, которая пробралась сквозь толпу, чтобы встать рядом с Гремлин. Целительница внимательно рассматривала предводительницу Кровавого племени. Затем она повернулась к Крутобоку, и по выражению ее лица он понял, что был прав: рана действительно очень опасна.
«Никогда не был так рад видеть раненую кошку! – подумал Крутобок. – Эта рана дает мне возможность вести с ней переговоры».
Крутобок подошел ближе к Скале предводителя, глядя на Фурию снизу вверх.
– Ты очень тяжело ранена, – заметил он.
Фурия посмотрела на себя с удивлением, как будто только сейчас заметила рану. Крутобок увидел, как она поморщилась, видимо, только что почувствовав боль.
– Я вижу, что рана серьезная, – продолжал Крутобок. – Ты побывала в достаточном количестве драк, чтобы знать, что происходит с теми, кто так истекает кровью. Если кровотечение сразу не устранить, они обычно умирают.
– Кровь скоро остановится, блохастая шкура! – прорычала Фурия.
Крутобоку показалось, что ее голос прозвучал неубедительно.
– Даже если это произойдет, – сказал он ей, – рана, скорее всего, будет заражена. И если это случится, тебе будет очень больно.
Теперь предводитель Кровавого племени выглядела еще более неуверенной.
– Меня не победить какой-то царапине! – упорствовала она.
– Крутобок прав, – вставила Пепелица, подходя к нему и становясь рядом. – Я целительница Грозового племени, и я знаю, о чем говорю. – Инфекция — это не то же самое, что обычный порез. Если эта рана загноится, она заставит болеть твое тело, ты не сможешь её вылизать или победить болезнь с помощью сна. Но мы можем остановить кровотечение и дать тебе травы, чтобы побороть инфекцию.
Крутобок согласно кивнул.
– Наша целительница права. Грозовое племя может вылечить тебя. Тебе не обязательно умирать от этой раны.
Эти слова явно дали Фурии пищу для размышлений. Она на мгновение отвела взгляд и задумалась. Кошка топнула лапой по скале предводителя, казалось, испытывая противоречивые чувства, и сердце Крутобока забилось в предвкушении. Но как только он начал верить, что она может принять их предложение, Фурия снова встретилась с ним взглядом и покачала головой.
– Ты просто пытаешься напугать меня, – заявила она. – Я из Кровавого племени, а наше племя – самое сильное племя в лесу. Небольшая царапина не остановит...
Она резко замолчала, когда волна боли накрыла ее.
Стоя рядом с Крутобоком, Пепелица вопросительно посмотрела на него. Он знал, что она молча спрашивает его, должна ли она действовать как целительница для блага их врага. Какое-то мгновение Крутобок не отвечал. Он боролся со своей совестью, его доброта противостояла осторожности. Самая безжалостная часть его души говорила ему, что он должен переждать этот момент. Самое худшее, что могло случиться — это смерть врага, злобной безжалостной кошки. И это будет справедливая смерть, сказал он себе. Фурия принесла такой хаос и горе Грозовому племени, что он знал: Звездное племя не накажет ни его, ни его соплеменников, если она погибнет сегодня.
Но он должен был дать ей шанс.
– Ты можешь говорить всё, что хочешь, – мяукнул он Фурии, изо всех сил стараясь, чтобы его слова звучали спокойно. – Но это не изменит того факта, что ты скоро умрешь. Грозовое племя готово помочь тебе, но ты должна поклясться, что Кровавое племя оставит нас в покое навсегда.
– Ни за что! – прорычала Фурия. – Я никогда не отступаю перед лицом угроз. Я сильный и могущественный лидер! Я беру то, что хочу, когда хочу, и если вы, Грозовое племя, думаете, что просто можете…
Фурия осеклась, когда ее захлестнула еще одна волна боли, более сильная, чем предыдущая. Ее лапы дрожали, и она почти потеряла равновесие, стоя на вершине скалы. Ее лицо исказилось страхом, взгляд метался от одного кота Кровавого племени к другому. Крутобок видел, что ни один из них не сделал ни малейшего движения, чтобы подойти к своей предводительнице. Никто из них, казалось, не был обеспокоен ее ранением.
В конце концов, она ясно дала понять, что и ей на них наплевать.
Когда она поняла это, плечи Фурии поникли, как будто ее одолела усталость. Она должна была хорошо понимать, что даже если выживет после ранения, ее последователи больше не объединятся вокруг нее. Битва была окончена.
Грозовое племя победило.
Фурия наполовину скатилась, наполовину сползла со скалы предводителя и рухнула на землю, даже не пытаясь больше скрывать свою рану. Пепелица сделала шаг вперед, но Крутобок хвостом преградил ей путь.
– Нет, – прорычал он. – Она должна попросить нас о помощи. И она должна пообещать перед всеми, что уведет Кровавое племя подальше отсюда и никогда больше не нападет на Грозовое племя.
Фурия подняла голову и посмотрела на Крутобока с ненавистью в глазах.
– Ладно, ты, блохастая пародия на кошку, – прорычала она. – Будь по-твоему.
– Ты даешь обещание?
– Да, – ответил Фурия. – Я обещаю.
Позже, когда последние лучи солнца опустились за верхушки деревьев, Крутобок направился через лагерь в палатку целительницы. Он уже говорил с Пепелицей, когда она обрабатывала раны воинов Грозового племени. И она рассказала ему, что приложила припарку из календулы и паутину к ране Фурии и дала ей маковые зерна, чтобы та могла заснуть.
После того, как Фурия согласилась на требования Крутобока, остальная часть Кровавого племени покинула своего предводителя, разбежавшись в разные стороны. Крутобок послал наименее раненых воинов убедиться, что нападавшие покинули территорию. Он не мог быть полностью уверен, что они никогда не вернутся, но надеялся, что они были достаточно унижены своим поражением, чтобы оставить Грозовое племя в покое в обозримом будущем. В любом случае, в отсутствии своей предводительницы они больше не были организованной боевой силой.
Крутобок пробрался сквозь полог из папоротников и обнаружил, что Фурия доедает остатки полевки.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он ее.
– Нормально, – ответила Фурия, враждебно глядя на Крутобока. – Я собираюсь покинуть это место, так что тебе не придется меня выгонять.
– Мы не выгоняем отсюда попавших в беду, – мягко ответил Крутобок. – Пепелица, она готова уйти?
Целительница отвернулась от кучи трав, которые сортировала.
– Да, почти, – мяукнула она. – Но, Фурия, если рана снова откроется или станет красной и воспаленной, ты должна вернуться ко мне.
Сначала единственным ответом Фурии было ворчание. Она поднялась на лапы и вышла из палатки, бросив на ходу через плечо Пепелице короткое “спасибо”.
– Не забудь, что ты обещала! – напомнил Крутобок, следуя за ней. Он остановился перед Фурией, вынуждая остановиться и её. – Отныне ты оставишь Грозовое племя в покое.
– Не волнуйся. – Фурия явно старалась говорить уверенно. – Я больше не вернусь на эту кишащую блохами территорию. Я, вероятно, вообще уйду из леса.
«Надеюсь, ты так и сделаешь», – подумал Крутобок, наблюдая, как кошка из Кровавого племени с трудом пересекает лагерь и исчезает в утеснике. Несколько котов рядом с кучей свежей добычи повернули головы, чтобы проследить за ней. Тростинка и Яролика зловеще прищурили глаза, когда она проходила мимо них. Никто не шевельнулся и не начал задирать ее, но сила их враждебности была так сильна, что Крутобок буквально ощущал ее вкус.
«Скатертью дорога! – подумал он, радуясь, что его племя объединилось. – Буду рад, если никогда больше не увижу тебя, Фурия!»
Сделав глубокий вдох, Крутобок, наконец, дал выход нервному напряжению, которое он подавлял с самого начала битвы. Оно хлынуло по его телу так стремительно и мощно, что он почувствовал, что его вот-вот вырвет. Внезапно Крутобок понял, как легко он мог потерять Грозовое племя. Огнезвезд мог вернуться домой в пустой лагерь – или, что еще хуже, попасть прямо на новую территорию Кровавого племени, не имея ни малейшего представления о том, что он теперь тут незваный гость. Кровавое племя убило бы его, и он так бы и не понял, что произошло.
«Но мы справились, – с благодарностью подумал Крутобок. – Все в порядке».
Когда волна эмоций схлынула, Крутобок почувствовал себя настолько изможденным, и его лапы начали так сильно дрожать, что, казалось, он вот-вот рухнет. Он с трудом заковылял в свою палатку.
Но, прежде чем он добрался до нее, Крутобок заметил Дыма, Белохвоста и Терновника, собравшихся возле кучи свежей добычи. Три ученика стояли перед ними, глядя широко раскрытыми испуганными глазами на своих наставников.
«Ах да, ученики…» – подумал Крутобок, поворачивая в их сторону.
Когда он подошёл ближе, то услышал голос Белохвоста:
– Я думаю, что, если вы целую Луну будете ухаживать за старейшинами, это будет правильным наказанием, не так ли?
— Это как минимум, – согласился Терновник. – Для начала.
– И никаких больше охотничьих патрулей, пока последний клочок грязных подстилок в этом лагере не будет убран и заменен свежим, – добавил Дым.
К облегчению Крутобока, никто из учеников не выглядел серьезно раненым. Серолап облизывал одну лапу, как будто она была ранена, а у Чернушки на плече было пятно паутины, но в остальном они были невредимы.
– Ладно, разойдитесь по своим гнездам, – приказал Терновник.
– Но мы же ничего не ели!
– Мы голодны!
– Мы не сможем заснуть!
– Зато вы сможете лежать без сна и думать о том, что происходит с учениками, которые не подчиняются приказам, – беззлобно парировал Дым.
Трое учеников поспешили прочь. Когда они проходили мимо Крутобока по пути в свою палатку, он услышал, как Серолап пробормотал:
— Это того стоило!
Медянка взволнованно подпрыгнула.
— Это было потрясающе!
Крутобок покачал головой, сдерживая смех. Молодые коты были справедливо наказаны, но он восхищался их храбростью и преданностью своему племени. Это напомнило ему о днях его ученичества вместе с Огнезвездом.
«Было ли что-нибудь, чего бы мы ни сделали, чтобы произвести впечатление на старших воинов?»
Направляясь к палатке воителей, Крутобок заметил, что снаружи его поджидает группа соплеменников, к которым быстро присоединились трое наставников. Крутобок напрягся, ожидая, что они обвинят его в том, что он отпустил предводительницу разбойников, поверив ее обещанию, что она больше не представляет угрозы.
Когда он остановился перед ними, то воцарилось долгое неловкое молчание.
«Если вы собираетесь ругаться со мной, давайте быстрее покончим с этим».
Наконец, заговорила Кисточка:
– Молодец, Крутобок, – громко мяукнула она. – Ты сделал большое дело!
Пока Крутобок стоял в полном изумлении, остальные члены его племени начали собираться вокруг него.
– Да, ты потрепал нам нервы, – заявил Терновник. – Но ты сделал всё правильно!
– До тех пор, пока Фурия снова не соберет эти блохастые шкуры и не вернется, – вставил Дым. – Но даже если она это сделает, мы будем готовы к встрече с ними.
Бурый подался вперед, чтобы оказаться напротив Крутобока, и почтительно склонил голову.
– Прости, что рассердился на тебя, Крутобок, когда ты решил довериться Гремлин, – мяукнул он. – Ты был прав, а я ошибался.
Золотисто-коричневый кот выглядел таким несчастным, что последние следы обиды, которые мог бы почувствовать Крутобок, тут же испарились. Он наклонился вперед, чтобы коснуться носом Бурого.
– Ничего страшного. Я знаю, что рисковал. Ты был прав, когда поделился со мной своим мнением.
Облегчение вспыхнуло в янтарных глазах Бурого.
– Спасибо, Крутобок!
Стоящий рядом с ним Уголек ковырял лапой землю.
– Думаю, это относится и ко мне.
«Ну, это не совсем извинение, – подумал Крутобок. – Но полагаю, что это должно быть им».
– Все в порядке, Уголек, – мяукнул он.
Горностайка мягко подошла и коснулась носом уха Крутобока.
– Ты показали себя достойным глашатаем, – сказала она ему. —И я думаю, что говорю от имени каждого в этом племени, если скажу, что, когда Огнезвезд присоединится к Звездному племени, и, будем надеяться, этот день наступит не скоро, Грозовое племя останется в надежных лапах с тобой в качестве своего нового предводителя!
Слова старейшины были встречены хором одобрительных выкриков. Крутобок счастливо моргнул, наполовину смущенный похвалами своих соплеменников, наполовину напуганный перспективой, которую открыла для него Горностайка. Из-за ситуации, возникшей с Кровавым племенем, он впервые понял, через что должны пройти предводители племен.
Он разработал план сражения. Он должен был предвидеть, что ученики вернутся, и, если бы их убили, это была бы его вина. Ему нужно было найти лучший способ обеспечить безопасность старейшин и малышей в детской.
«И это всего лишь одна ситуация, – подумал Крутобок. – Если бы я был предводителем, мне пришлось бы принимать эти важные решения все время».
И ему стало отчетливо понятно, что он не хочет всей этой ответственности.
На следующее утро, когда Крутобок вышел на поляну, он с удовлетворением увидел, что его соплеменники заняты своими обычными обязанностями. Уголек вел охотничий патруль обратно в лагерь, все четверо воителей были нагружены добычей. Бурый и Дым чинили палатку воителей, пострадавшую в битве. Трое учеников, шатаясь под тяжестью массивных комков грязного мха, выходили из палатки старейшин.
Снаружи детской Тростинка и Яролика грелись в лучах солнца, наблюдая, как Капушенька и Паучишка играют в битву.
– Убирайся, шелудивая шкура из Кровавого племени! – взвизгнул Капушенька.
– Нет! – Обнажил крошечные когти Паучишка. – Эта моя территория!
Белолапка, чьи глазки только что открылись, с удивлением наблюдала за ними, а Яролика прикрывала ее своим хвостом, защищая на случай, если она решит присоединиться к большим котятам в их игре.
Крутобок кивнул в знак приветствия двум королевам и уже собирался проскользнуть в детскую, когда увидел, что к нему бежит Пепелица, сжимая в зубах кусочек корня кервеля.
– Ты идёшь увидеть Гремлин? – спросил он.
Пепелица кивнула.
– Она может скоро окотиться, – пробормотала она, держа корень в зубах.
– Прежде, я хочу кое-что с тобой обсудить, – мяукнул Крутобок.
Голубые глаза целительницы раздраженно сверкнули, но она опустила корень на землю.
– Ладно, только давай побыстрее, – ответила она. – Я нужна Гремлин.
– Послушай, Пепелица, я все думаю о том, что Звездное племя сказало тебе у Лунного Камня. Подобно трехголовой змее, множество тропинок расходятся в лесу. Они сказали, что я должен идти своей дорогой, но «остерегаться укуса змеи». Теперь, когда все кончено, как ты думаешь, что они имели в виду? Они советовали мне заключить сделку с Гремлин или предостерегали от этого?
Пепелица на мгновение задумалась, наклонила голову и несколько раз медленно лизнула себя в плечо.
– Я же сказала тебе тогда, что, по-моему, они тебе ничего не сказали, – наконец ответила она. – За исключением того, что тебе самому нужно решить, что делать.
– Очень содержательно! – пробормотал Крутобок.
– Но именно так работает Звездное племя, – объяснила Пепелица. – Если бы они говорили каждому предводителю племени или даже каждому целителю, что делать в критической ситуации, то племена больше не были бы независимыми. Мы были бы учениками Звездного племени, а они нашими наставниками. Ты или любой другой действительно хотел бы этого?
Крутобок тяжело вздохнул.
– Наверное, нет, – признался он. – Но ведь это было бы гораздо проще! А как насчет второй части того, что они рассказали тебе?
Он быстро продолжил, когда Пепелица наклонила голову, чтобы снова поднять корень кервеля.
– «Берегись укуса змеи». Это должно относиться к Змею, коту из Кровавого племени, верно?
– Думаю, это так, – согласилась Пепелица. – Похоже, они советовали тебе избегать Змея. Может быть, он был воином Кровавого племени, которому суждено было убить тебя, если бы битва пошла по-другому.
Крутобок кивнул, хотя и не был полностью удовлетворен.
– Я не знал, кого из них зовут Змеем, – пробормотал он себе под нос. – Так как же я мог избежать встречи с ним? Я узнал, кто он, только тогда, когда Фурия велела ему схватить Гремлин. И после этого… Пепелица! – внезапно воскликнул он. – Помнишь конец битвы, когда я склонился над Змеем, готовый разорвать ему глотку? Что, если Звездное племя предупреждало меня остерегаться кусать Змея?
Голубые глаза Пепелицы расширились от внезапного понимания.
– Крутобок, я думаю, ты прав, – мяукнула она. – Если бы ты убил Змея, то коты Кровавого племени убили бы Гремлин, и битва продолжилась бы. И кто знает, чем бы всё закончилось?
Дрожь пробежала по его телу от ушей до кончиков когтей.
– Я был так близко… – прошептал он. – Я хотел убить его.
– Но ты же не убил его, – напомнила Пепелица. – Ты выбрал милосердие для Змея и Гремлин. И, в конце концов, для Фурии. Это был правильный выбор. Кровавое племя исчезло, и лес снова стал мирным.
Она тихонько засмеялась.
– Крутобок, ты становишься настоящим мудрецом. И готов стать предводителем!
– Надеюсь, что нет! – Крутобок задорно мяукнул. – Думаю, что Огнезвезд вернется скоро и не даст случиться этому.
– И подумай, какую историю ты ему расскажешь! – Пепелица щелкнула его хвостом по уху. – Пойдем, посмотрим на Гремлин.
В детской беременная кошка лежала, растянувшись на толстой, покрытой мхом подстилке. Пепелица дала ей пожевать корень кервеля, затем осмотрела, тщательно обнюхав с головы до хвоста и осторожно ощупывая лапами ее раздутый живот. Крутобок почувствовал укол беспокойства, когда увидел, что глаза его целительницы расширились от беспокойства, и она отодвинула лапы, чтобы проверить часть живота Гремлин во второй раз.
– Как ты себя чувствуешь, Гремлин? – спросил Крутобок.
Кошка испустила долгий вздох.
– Я в порядке, – вяло ответила она.
Крутобок видел, что это не так. На рассвете она похоронила своего брата, и теперь, казалось, была полна глубокой печали. Крутобок хотел бы сделать что-нибудь, чтобы помочь ей, но всё, что он мог сделать, это повторить свое обещание.
– Здесь, в Грозовом племени, ты в безопасности. И через несколько дней ты снова почувствуешь себя лучше.
Гремлин неуверенно моргнула.
– Я благодарна тебе за то, что ты выполнил свое обещание, – начала она. – Ты благородный кот, Крутобок.
– Ты заслужила свое место здесь, – пробормотал Крутобок, смущенно облизывая мех на груди.
– Но теперь, когда Хлама больше нет, – продолжала Гремлин со вздохом, – все кажется мне другим. Я знаю, что быть в племени – это хорошо для беременной кошки, но я чувствую себя неуютно при мысли о постоянной борьбе. Это ваш образ жизни здесь, в диком лесу. Грозовое племя безопаснее Кровавого, но насколько?
– Мы не все время сражаемся, – возразил Крутобок.
– На протяжении всей этой войны между Грозовым и Кровавым племенами, – продолжала Гремлин, и ее зеленые глаза расширились от горя, – всё, о чем я могла думать, это мои нерожденные котята. С тех пор, как я узнала, что беременна, мне стало не по пути с Кровавым племенем. Я в ужасе от мысли, что жизням моих котят может что-то угрожать. Их безопасность – единственное, что сейчас имеет для меня значение, и я не знаю, достаточно ли безопасно Грозовое племя для моих детей.
– Так что же ты собираешься делать? – мягко спросила Пепелица.
Гремлин заколебалась, глубоко вздохнув, прежде чем ответить.
– Я никогда не думала, что скажу это, но… я собираюсь найти себе Двуногих.
Крутобок изумленно разинул рот.
– Ты хочешь стать домашней киской?
– Мне будет жаль расставаться со своей свободой, – призналась Гремлин. – Но я буду рада их защите и помощи с моими котятами, и Хлам больше не сможет препятствовать мне в этом.
– Но и мы поможем тебе с котятами, – пообещала Пепелица. – А что, если Двуногие заберут твоих котят после того, как они родятся?
— Это будет больно, – призналась Гремлин. – Но если их отдадут другим Двуногим, я, по крайней мере, буду уверена, что они в безопасности, что о них позаботятся. Кроме того, всё гораздо сложнее, – продолжала она. – Я знаю, что Фурия отступила в конце битвы, и она, вероятно, выполнит свое обещание оставить Грозовое племя в покое, но она знает, что я помогла тебе. Я боюсь, что, если мой путь пересечётся с её в будущем, она просто убьет меня за предательство Кровавого племени. Она злобная и мстительная. И если она найдет меня, – ее голос слегка дрогнул, – она также отправится за моими котятами. И мне невыносимо думать об этом. Они – мои единственные родственники.
Ее слова опечалили Крутобока, но он понимал Гремлин. На мгновение кот задумался, правильно ли поступил, позволив Пепелице лечить Фурию и спасти ей жизнь. Но потом отогнал эту мысль. Какой предводитель будет просто стоять и смотреть, как умирает еще одна кошка, даже такая, как Фурия?
– Нам будет жаль потерять тебя, – мяукнул он, – и мы всегда будем благодарны тебе за то, что ты для нас сделала.
– Я поступила правильно, – ответила Гремлин. – Я не нуждаюсь в благодарности за это.
Пепелица выглядела все более и более несчастной, пока Гремлин объясняла ей ее планы. Она снова провела лапой по животу кошки.
– Я бы хотела, чтобы ты передумала, – мяукнула она. – Или, по крайней мере, оставайся здесь, пока не родятся котята. Я осмотрела тебя, и, как же говорила, почти уверена, что один из котят идет лапами вперед. Тебе лучше держаться поближе к моей палатке. Если ты все же решишь уйти, ты можешь сделать это, когда котята перестанут питаться молоком.
Гремлин покачала головой.
– Нет, это как раз то, что мне нужно. И я слышала, что у Двуногих самые лучшие травы, так что я уверена, что буду в порядке.
Пепелица выглядела лишь слегка успокоенной.
– Тебе лучше надеяться, что ты быстро найдешь себе Двуногих, – предупредила она Гремлин. – И помни, тебе нужен корень кервеля. Я знаю, что ты знаешь, как он выглядит. Ты должна взять немного и продолжать жевать его.
Гремлин поднялась на лапы.
– Я поняла, – мяукнула она. – И спасибо тебе за всё, что ты для меня сделала, Пепелица. Для нас.
Почтительно склонив голову перед целительницей, она вышла из детской.
Крутобок последовал за ней и зашагал рядом к туннелю утесника. Ему было грустно видеть, как она уходит. Если она действительно станет домашней у Двуногих, кто знает, где она окажется? Двуногие жили во многих местах, и вряд ли он когда-нибудь увидит ее снова. Он заметил, что Бурый и Дым с любопытством наблюдают за ними, и ему показалось, что в их глазах мелькнуло сожаление.
Теперь, когда они знают, что Гремлин сдержала свое обещание, возможно, они пришли к мысли, что она могла бы стать членом их племени.
У входа в туннель Гремлин остановилась и обвела взглядом лагерь. Затем она повернулась к Крутобоку.
– Мне жаль уходить, – сказала она ему, – но я действительно думаю, что так лучше.
– Грозовое племя всегда будет у тебя в долгу, – ответил Крутобок. – Я желаю тебе и твоим котятам долгой счастливой жизни, которую вы заслуживаете. И если тебе когда-нибудь понадобится помощь, пожалуйста, возвращайся. Обещаю: всё, что тебе нужно будет сделать – только попросить.