8
Весь вечер, ночь и большую часть следующего дня Кевин провел в постели, но к ужину все-таки спустился в столовую.
Ширли доедала десерт, но, услышав донесшийся из коридора стук костылей, встала из-за стола, чтобы открыть для Кевина дверь.
Переступая порог, тот смерил ее взглядом.
- Спасибо, но я пока сам в состоянии справиться с подобными вещами.
Ширли не понравилось то, как он смотрел на нее - будто рентгеном просвечивал. Но еще больше она была недовольна собственной реакцией, потому что вдруг почувствовала себя раздетой.
Разумеется, ей и раньше доводилось находиться под прицелом подобных мужских взглядов, но сейчас она воспринимала все как-то особенно остро.
- Ничего, мне нетрудно, - пробормотала Ширли. - И потом, должна же быть от меня какая-то польза, раз уж я нахожусь в твоем доме.
Кевин доковылял до стола и неуклюже опустился на стул, оба костыля положив слева от себя на пол.
- Я как будто говорил, что не задерживаю тебя здесь.
Ох, все-таки он не забыл, о чем мы говорили вчера, перед тем, как ему стало плохо! - с беспокойством подумала Ширли.
- Да-да, спасибо, но...
Кевин насмешливо прищурился. Из-за черных кругов под глазами он в этот момент был похож на какую-то хищную ночную птицу.
- Что, не хочешь меня покидать?
- Вовсе нет! - быстро произнесла она, не без удивления почувствовав, что краснеет.
С чего бы ей смущаться? Как и прежде, она, словно барьером, защищена решимостью не подпускать мужчин к своему сердцу, поэтому причин для конфуза не существует. Другое дело, если бы Кевин ей нравился... но ведь этого нет, так что все в порядке.
- В таком случае что тебя здесь держит? - спросил он. - Признаться, я думал, что тебя уже давно и след простыл.
Выходит, он думал обо мне? - промелькнуло в мозгу Ширли. Хм, интересно...
- Меня? Держит? - захлопала она ресницами, изображая недоумение. - Ничего.
- В таком случае почему я до сих пор имею возможность любоваться тобой в своем доме?
Задавая этот несколько витиеватый вопрос, Кевин вновь оглядел Ширли с головы до ног. Его взгляд словно проникал под одежду, и Ширли сразу сообразила, что делается это нарочно, чтобы смутить ее еще больше. Ведь ясно, что Кевин заметил, как она порозовела минуту назад из-за его шутки.
Самым неприятным было то, что этот избитый в общем-то прием сработал: Ширли действительно почувствовала себя не в своей тарелке.
- Так что почему ты до сих пор находишься здесь? - повторил Кевин.
Потому что мне некуда ехать, хмуро подумала Ширли. Разумеется, произнесла она совсем другое:
- Дело в том, что я сейчас... э-э... не готова встретиться с Энди, своим братом.
- В самом деле? - вяло усмехнулся Кевин. - Что так?
Ширли отвела взгляд.
- Я сердита на него.
- Ай-ай-ай, - цокнул Кевин языком. - По какой причине, если не секрет?
- Будто сам не знаешь, - буркнула она. - Из-за того, что он поставил меня в такое дурацкое положение. Отправил неизвестно куда, неизвестно... - с ее губ чуть не слетело «неизвестно с кем», но она вовремя прикусила язык, - неизвестно зачем... а тут еще эта история с вертолетом... Словом, я пока не желаю видеть Энди. Возможно, до конца месяца успокоюсь, но сейчас я готова разорвать его в клочья.
В каком-то смысле это было правдой.
- Значит, прикажешь и дальше терпеть твое общество? - обронил Кевин, наливая себе в стакан минеральной воды.
Ширли вздохнула. Все-таки ей как-то неуютно было под взглядом этих карих глаз, даже несмотря на образовавшиеся под ними ужасные черные круги, а возможно, и из-за этого тоже. Кевин смотрел так пристально, что Ширли чувствовала себя приколотой к картону бабочкой. Разумеется, ей это не нравилось, однако она прекрасно осознавала, что, если даст волю эмоциям, счет окажется не в ее пользу. Конечно, проще всего встать, отправиться в спальню, собрать немногочисленные вещички и покинуть поместье. А дальше что? Куда деваться? Кто ее ждет? Кроме того, у нее даже денег нет на дорогу...
Ширли пожала плечами.
- Ведь таковы были условия договора: я остаюсь в качестве залога на весь срок, в течение которого Энди должен найти деньги для уплаты карточного долга. Так что...
- Так что выхода у меня нет - это ты хочешь сказать?
Ширли уже не знала, что и говорить.
- Я просто...
- Условия договора можно и изменить. Давай я прямо сейчас позвоню твоему брату и улажу этот вопрос.
Представляю себе его реакцию, мрачно проплыло в мозгу Ширли. Наверняка подумает, тут не знаешь, где денег достать, а теперь еще и сестренку придется куда-то пристраивать...
Но не спорить же с Кевином по такому вопросу! Ее нежелание отправиться домой покажется ему как минимум странным.
- Ну... как хочешь.
Кевин глотнул воды, поставил стакан на стол и вновь медленно повернулся к Ширли. Похоже, головная боль так и не отпустила его.
- Что-то ты не выражаешь особой радости по поводу моего предложения.
Тут Ширли долго не раздумывала, ответ был готов:
- Ведь я сказала, что не горю желанием видеть своего брата. Но встречаться с ним поневоле придется, потому что живем мы вместе.
- Ничего, разойдетесь по разным комнатам. Какой номер у твоего брата?
Кевин сунул руку в карман, вынул сотовый телефон, взглянул на дисплей...
- Батарея села! Последний раз я заряжал мобильник еще в Вегасе.
Кажется, пронесло! - облегченно вздохнула Ширли.
Однако радость ее оказалась преждевременной, потому что Кевин добавил:
- Придется воспользоваться стационарным телефоном. - С этими словами он принялся осторожно подниматься из-за стола. Видно было, что каждое движение по-прежнему дается ему нелегко. В какой-то момент он задел больной ногой за ножку стула, и у него вырвалось проклятье, лицо исказилось болью.
Ширли прикусила губу.
- Сиди, я подам тебе трубку.
Телефон здесь был беспроводной, поэтому перенести его с места на место не составляло труда. И хотя предстоящий телефонный разговор ничего хорошего Ширли не сулил, она все же не могла безучастно наблюдать за страданиями Кевина.
Однако через минуту выяснилось, что тот рассуждает иначе.
- Нет! Я сам в состоянии... - Он предпринял вторую попытку подняться. - В состоянии... О дьявол! - На этот раз из-за неосторожного движения боль сковала его голову. Прижав ладонь к виску, он несколько мгновений сидел неподвижно.
Ширли воспользовалась этой паузой, чтобы сходить за телефоном. Положив его перед Кевином, она вернулась на свое место за обеденным столом.
- Проклятье, когда же это кончится... - пробормотал тот, отняв руку от виска, но лишь для того, чтобы тут же начать его массировать.
- Если бы ты не начал со мной спорить, я спокойно принесла бы тебе телефон и у тебя не случилось бы этого приступа, - негромко заметила Ширли. - Понимаю, что гордость не позволяет тебе просить кого-либо о чем-то, но, когда человек плохо себя чувствует, ему позволительно принять помощь. Даже если он мужчина. Видишь, все равно кончилось тем, что я принесла тебе телефон. И ничего страшного не произошло.
Кевин провел рукой по лицу. Боль понемногу отступила, и можно было продолжить начатое. Он взял лежавшую перед ним трубку радиотелефона.
- Какой номер?
Ширли не осталось ничего, кроме как продиктовать цифры. Набрав их, Кевин поднес трубку к уху и стал ждать.
Вот и все, подумала Ширли. Сейчас эти двое между собой договорятся, а мне потом расхлебывать. И так всегда: мужчины решают, а женщины...
- Никто не отвечает, - произнес Кевин. И взглянул на Ширли. - Что бы это значило?
Она сразу повеселела.
- Откуда мне знать?
Немного помедлив, Кевин нажал одну из кнопок и положил трубку на стол.
- Ладно, оставим пока все как есть, мне сейчас не до разговоров...
- А ты давно принимал лекарство? - осторожно спросила Ширли.
- Не помню. Тебе-то что за дело? В няньки ко мне записалась?
- Почему сразу в няньки... Просто раз уж я здесь, то хочу быть чем-то полезна, могу таблетки принести или...
Кевин смерил ее мрачным взглядом.
- Тебе нравится поминутно подчеркивать мою слабость?
- Не-ет, - удивленно протянула Ширли. - Ты как-то неправильно все воспринимаешь. - После некоторой паузы она добавила: - А, понимаю - подобная подозрительность продиктована твоим болезненным состоянием. Но это дело поправимое. Как выздоровеешь, все пройдет. И настроение твое улучшится.
Он отвернулся.
- Мне кажется, что я никогда не выздоровею...
Больше всего ему сейчас хотелось побыть одному. Его мышцы ныли, нога болела, голова тоже, все тело будто побывало в мясорубке. Так что он с большим трудом удерживался от грубости. Даже миролюбивый тон Ширли, и тот действовал ему на нервы. Она то и дело напоминала, в каком беспомощном состоянии он сейчас пребывает, и это казалось ему оскорбительным. Настоящему мужчине не пристало быть слабым. Болен он или нет, это дела не меняет.
- Кевин! Ты здесь? - донеслось с порога, где появилась миссис Эббот. В руках у нее находился поднос. - А я поднялась к тебе в спальню, а тебя нет... Куда, думаю, он мог подеваться... А ты снова встал!
- Не все же мне валяться, - буркнул Кевин.
- Хорошо-хорошо, я просто так сказала, - зачастила миссис Эббот, обменявшись с Ширли многозначительными взглядами. - Раз спустился сюда, значит, здесь и поужинаешь.
Она выставила перед Кевином стоявшие на подносе тарелки, однако тот взглянул на них без интереса.
- Спасибо, но... что-то аппетита нет.
Миссис Эббот добродушно улыбнулась.
- Может, потом появится, там видно будет. Это все пусть пока постоит. - Окинув Кевина ласковым взглядом, она участливо спросила: - Как ты себя чувствуешь?
- Нормально! - резко ответил тот, чего явно не следовало делать, потому что в ту же минуту его виски вновь будто сковало раскаленным обручем. Процедив ругательство, он плотно сжал губы и зажмурился.
Пока Кевин боролся с очередным приступом боли, Ширли смотрела на него с состраданием. И не видела, что за ней в свою очередь внимательно наблюдает миссис Эббот.
Спустя некоторое время Ширли повернулась к ней.
- Не знаете, Кевин принимал сегодня лекарство?
- Я... - начала было миссис Эббот, однако Кевин тут же подал голос:
- Почему надо спрашивать кого-то, когда я сам здесь? Или, по-твоему, я не в состоянии ответить?
В его тоне сквозило такое раздражение, что Ширли внутренне сжалась. Миссис Эббот заметила скользнувшую по ее лицу тень.
- Не обращай внимания, детка. Кевин не всегда такой. Просто он... словом, ты его еще узнаешь.
Боюсь, что не с лучшей стороны, мысленно ответила Ширли. И потом, мне незачем его узнавать. Я здесь временно, так что не вижу в этом смысла.
- Прекратите разговаривать так, будто меня здесь нет! - воскликнул Кевин.
Миссис Эббот легонько тронула его за плечо.
- Не сердись, мы всего лишь беспокоимся о тебе.
Он нетерпеливо пошевелился.
- Благодарю, но я пока еще в сознании и способен разговаривать!
- К сожалению, - негромко обронила Ширли.
- Что?! - метнул в нее Кевин гневный взгляд. - Что ты себе позволяешь?!
- Тише, - спокойно произнесла она. - Я лишь пытаюсь сказать, что, если бы ты молчал, у тебя меньше болела бы голова. Кроме того, тебе следует принять обезболивающее. Когда боль отступит, ты сразу станешь словно другим человеком.
Не надо было обладать медицинским дипломом, чтобы понять, почему лоб Кевина покрылся испариной, а дыхание стало тяжелым. Разумеется, все это являлось признаками борьбы с болью.
Ширли украдкой взглянула на видневшуюся между половинок халата смуглую грудь Кевина. Наверное, это был единственный участок его тела, который выглядел здоровым, хотя, скорее всего, и здесь были ссадины. Однако по сравнению с бледным лицом - к тому же украшенным залегшими вокруг глаз черными тенями - мускулистая грудь смотрелась великолепно. Впрочем, шея и горло тоже. Да и лицо, когда сойдет бледность и исчезнут темные круги под глазами, приобретет былую привлекательность. Ширли еще не успела забыть, каким оно было до аварии, равно как и то, как приятны ощущения, вызываемые прикосновениями Кевина.
Тут ей вдруг, абсолютно некстати, представился он же, только без находившегося сейчас на нем халата и вообще без ничего, во всей мужской красе. Образ получился настолько ярким, что Ширли даже зажмурилась на мгновение, будто взглянув на солнце. Потом открыла глаза, но посмотрела не на Кевина, а на миссис Эббот, которая, к счастью, не вызывала столь бурных эмоций.
Впрочем, через минуту Ширли и вовсе перевела взгляд куда-то в угол и нахмурилась. Возможно, она рано успокоилась? Что, если ее проблемы еще только начинаются? И все эти картины вспыхивают перед внутренним взором неспроста. За ними маячит возникновение неких личных отношений с Кевином, что плохо само по себе, но и не исключает другой опасности - что отношения окажутся односторонними. То есть она воспылает к Кевину нежными чувствами, а он останется прохладным. Так воплотится в реальность то, чего Ширли боялась как огня: в ее сердце поселится безответная любовь.
Хуже всего то, что по прошествии всего этого времени, присмотревшись к Кевину, Ширли кое-что поняла. А именно: если бы у нее существовал образ некоего возможного возлюбленного, то Кевин являлся бы его олицетворением. Светлые волосы, непослушная челка, карие глаза, красивые губы, ямочка на подбородке, к которой взгляд возвращается будто сам собой...