Одно сердце на двоих

Азалия

Я схватилась за живот, когда резкая боль пронзила его. Низкий скулёж вырвался из меня, заставляя Орландо проснуться. 

— Азалия? — обеспокоено спросил Орландо, зажигая бра над своей головой. Его сонный взгляд пробежался по мне, прежде чем он перекатился поближе ко мне, чтобы поцеловать в губы.

— Пинается, — сказала я сонно и улыбнулась, поглаживая живот.

Тёплая ладонь Дино тронулась моей на животе, которому было достаточно для схваток. По какой-то причине я не рожала, хотя должна. Это меня пугает, вдруг с ней или ней что-то случилось? Постоянные мысли о мёртвом плоде сжимают мои нервные клетки до уничтожения.

— Уверена? Может, вызвать врачей? — поинтересовался он, всё ещё проводя ладонью по моему животу.

Я прижалась к груди Дино со вздохом. Его плечи сжали меня в защитном жесте, а мягкий поцелуй опустился на мою макушку.

— Не надо, — просто ответила я, посапывая в грудь Дино.

Но вдруг что-то с силой ударило по моему животу изнутри. Я снова схватилась за него, сжимая, будто могла успокоить боль, которая всё быстрее развивалась.

Орландо рядом со мной напрягся, садясь в кровати. Его взгляд прошёлся по мне, хмурясь.

— Азалия, я волнуюсь. Давай вызовом врача, — настоял Дино, вставая с кровати. На нём были лишь пижамнык штаны, поэтому он быстро накинул свою рубашку и подошёл ко мне.

— Что ты делаешь? — возмутилась я, когда он осторожно поднял меня с кровати. Крепкие руки обвили мою спину, прижимая к себе. Орландо успокаивающе улыбнулся.

— Возможно, она сегодня родится, — выдал он, спускаясь по лестнице.

Ком застрял в моём горле, когда я попыталась это представить. Почему-то от этой мысли я покрывалась каплями холодного пота. Одна только мысль, одно воспоминание об этом делает меня размазнёй. Я боюсь всего. Боюсь, что это может навредить ребёнку, который всё ещё не родился. Я ведь почти мама и должна заботится о нём.

Я нервно захихикала.

— Не знаю, хорошо это или плохо, — вздохнула я, а Дино весело покосился на меня.

Протянув руку к его лицу, я погладила выбритую щеку. Его взгляд смягчился и упал на мой живот, смущая меня.

— Разве я не выгляжу неуклюже беременной? — поинтересовалась я.

Дино, не задумываясь, ответил:

— Ты выглядишь сексуально.

Мои брови полетели вверх, вызывая улыбку.

— Как это? Что во мне сексуально? — смущённо спросила я, что заставило Дино рассмеяться.

Меня положили на диван полный подушек. Поясница на секунду кольнула, но тут же её отпустила. Со вздохом я устроилась на паре подушек, пока Дино пытался помочь мне. Я боялась, что ему было сложно, ведь живот тоже весил много.

Когда Орландо сел перед диваном, то уставился на меня.

— Ты стала такой мягкой, — заявил он, и я приоткрыла рот от изумления. — Нежной и открытой. Ты стала другой, что, конечно же, не очень мне нравится, ведь твоя перчинка меня заводила, — закатил он глаза, показывая свои густые ресницы.

Улыбаясь, я слушала его.

— Но ещё ты очень милая, и я это так же сильно люблю, — произнёс он, беря мою руку в свою.

Главное было то, что мы любили все наши стороны? Я думаю, да. Возможно, это было одним из главных вещей в любви. В любви совершенно разных людей. Кто-то может сказать, что мы подходим друг другу? Да. Но так же и другие могут сказать, что мы не должны любить друг друга. Мы разные, но важно ли это для нас? Мы любим. Всё. Больше ничего не важно.

Прошло более двадцати минут и мой живот скручивало.

— Ты рожаешь! — возгласила Луна, бегая вокруг меня с мокрой тряпкой.

Я вздыхала и выдыхала, чтобы успокоиться, но нервы уже были на пределе.

Папа стоял возле окна, говоря со своими коллегами с работы, которые были окушерами. Боже, он и вправду хотел отправить их в Милан, чтобы быть уверенным в работе надо мной.

— Что, правда? — съзвил Дино, кружась возле меня, будто я была в опасности.

Луна зло прошла возле него, задевая плечом, но он лишь фыркнул на неё.

Закатив глаза, я откинулась на спинку дивана. Сначала я ходила по комнате, разминая ноги и поясницу. Дино натирал мою спину, чтобы я могла чувствовать себя менее плохо, но чёрт, это всё ещё было невыносимо.

Я почувтвовавала руку на своём животе и открыла глаза. Дино яро прожигал во мне дыру.

— Что? — еле выдавила я, собираясь встать, но Дино быстро подхватил меня, помогая.

— Поехали в больницу, — сказал он, подходя к входной двери.

Раздались злые шаги позади нас. Луна подбежала к Дино, которые обувался со мной на руках.

Новый укол боли поонзил сои нервные окончания и я заскулила, сжимая грудь Дино.

— Куда это вы? Папа, он её увозит! — прокричала Луна.

Голова сжалась от дурных мыслей. Как я буду рожать? Что, если я не смогу родить? А если с ребёнком что-то будет? Я бы не пережила подобного.

— Ты хочешь, чтобы она родила на диване? — прошипел он, выходя на улицу. Было раннее утро, поэтому можно было любоваться ярким рассветом.

— Я поеду за вами, — сказал папа позади нас, запихивать Луну в машину.

Когда боль стала слишком резкой я всхлипнула и прижалась к Орландо, пока он пытался посадить меня на заднее сиденье машины.

— Потерпи, Азалия. Ты сможешь.  Ты родишь быстро и легко, — успокаивал гн, но я слышала, как его голос был напряжён. Он тоже знал, что я не рожу без боли.

Раньше боль неипцгала меня настолько, но почувтвовав свои схватки, я поняла, что боюсь её больше всего.

Дмно завёл машину настолько быстро насрлько мог. Даже маленький толчок его Теслы заставил меня пробормотать проклятия из-за очередной схватки. Время, которое мы ехали казалось незаканчиваемым.

— Боже, убей меня, — всхлипнула я, повисая на сильных руках Дино. Он быстро нёс меня ко входу в больницу, пока Луна и папа возился с парковкой. Дино, вероятно, было всё равно, что будет с его машиной, потому что он оставил её на переходе в больницу.

— Нет. Не убью. Ты сможешь, — спокойно говорил он.

Запах больницы ударил мне в нос, и я подумала, что, возможно, мне стошнит. Боль была невыносимой, поэтому мне хотелось делать несколько вещей одновременно, чтобы перебить её.

— Можно врача? Побыстрее. Девушка рожает, — грубым тоном произнёс Орландо. К нему сразу же сбежались несколько медсестёр, чтобы проверить меня.

— Какой месяц? — спросила врач средних лет.

Я уже было собиралась сказать, но Дино поцеловал меня в бледное лицо и ответил:

— Последний.

Врач кивнул, что-то записывая в своей тетради.

— Первая беременность?

Дино кивнул, принимая от женщины ещё несколько вопросов, от которых волоски на моей шее встали дыбом.

— Тогда везём её в родилбную палату, — заявила она.

Я быстро огляделась на Дино. Моё дыхание участилось, я боялась, что он не согласится.

— Дино..

Он лишь кивнул. Ему не нужно было слышать мою просьбу. Он знает, что я боюсь.

Глаза защипало, когда меня положили на кушетку и повезли в родилтное отделение. Схватки ставали всё больнее, и мне уже становилось не по себе, когда я думал про остальные схватки. Последние. От которых я рожу.

Прошло не так много времени, и мне показалось, что я заснула, но новая и новая схватка заставляла меня всхлипнуть, когда воды отошли и сила потуг стала в разы больнее.

Мне казалось, что я не вынесу этого.

— Дино, — выдавила я, когда меня переложили на кровать.

Мгновенно моя рука оказалась в тепле другой руки. Мне пришлось расслабиться, но ненадолго.

Губы накрыли мою руку в успокаивающем жесте, когда врачи метушились вокруг меня. Мои глаза нашли Дино, и часть боли, казалось, перешла ему, потому что он с жалостью посмотрел на меня. Мне так хотелось улыбнуться, но я серивила гримасу от боли, которая скрутила мой живот в узел.

Пот бисеринками скатывался по мне, пока я тужилась.

— Сильнее! — потребовала врач, когда посмотрела на меня сквозь одноразовую простыню. Несколько медсестёр постоянно ей что-то подавали, но я была настолько усталый, что даже не замечала Дино рядом с собой, который всё время держал меня за руку.

— Ей слишком больно! Вы должны что-то сделать! — нервно зарычал Титан.

Врач посмотрела на него, будто он был не первым таким в отделении, что, вероятно, было правдой.

В какой-то из моментов я заметила, что глаза всё чаще сомпались, а врачи не пытались мне помочь, лишь перешёптывались. Тут же мне стало страшно. Меня бросило в дрожь, я пыталась нащупать свой живот.

— Где ребёнок? Что с ним? — тихо проговорила я, пытаясь встать, но тут же сильные руки сбоку остановили меня. Я взглянула на Дино, и он покачал головой.

Нижняя губа задрожала, и остарая боль впилась в мой живот, от чего я закричала на всю палату, заставляя врачей оглянуться на меня.

— Азалия.. — прошептал слабый голос Дино.

Как бы мне хотелось его обнять, а не чувствовать боли, которая буквально убивает меня.

Малышка слишком большая.

— Делаем кесарево, — прозвучал строгий голос врача, но я слышала нотку нервозность в её голосе, что заставило меня напрячься. Что за чёрт? Разве я не могу просто родить?

Я подняла свой взгляд на Орландо, он так же, как и я, неспокойно посмотрел на доктора.

Женщина быстро подозвала его к себе, пока медсёстры готовили меня дня анестезии.

— Что с моим ребёнком? — слабо выдавила я из-за препаратов, которые мне ввели по вене.

Медсёстры переглянулись и отошли от меня.

Я попыталссь что-то сказать, но смогла лишь двинуть ртом, после чего увидела Дино, приближающегося ко мне. Он в моменте улыбнулся мне, что успокоило, по крайней мере, хотя бы мой сон.

Я проснусь с ребёнком на руках?

***

Яркость ламп заставила мои глаза открыться, но в то же мгновение я их закрыла и скривила гримасу. Запахи больницы казались слишком знакомым, поэтому я стала вспоминать всё, что должна была.

Боль. Вода. Сон. Усталость. Дино. Ребёнок.

Мой ребёнок. Где он?

Я быстро потянулась к своему животу и резко вздохнула: его не было. Живот пустовал. Значит, ребёнка вырезали? Но что случилось? Почему я не рожала природным путём?

Медленно открыв глаза, я оглянулась. Шея болела, но ещё больше болел мой живот, который был разрезан прошлой ночью.

А где Дино? Что с ним? Он был всё это время, когда я рожала? Возможно, он испугался, что почти невозможно, и ушёл. Но я очень надеялась, что он оставался со мной до конца. Кстати, как давно закончилась операция?

Кнопки вызова нигде не было, а кричать я не могла, поэтому попыталась встать, что было не самой лучшей идеей. Мне нужно было увидеть моего ребёнка. Я всё ещё её видела, кто это, девочка или мальчик. Во время всех узи Дино и я не хотели знать, какого пола ребёнок, чтобы была возможность прочувствовать другие эмоции во время родов.

Дино уже знает, кто у нас, но я? Мне хотелось бы увидеть девочку. Орландо очень желал именно её, что имя было придумано ещё за четыре месяца до родов: Аза́ми. Он настоял, чтобы дочка была названа так же, как и я, но я сказала, что так она не будет уникальной, как он предполагал. Цветок чертополоха. Сильная, отважная, чрезмерно энергичная. Орландо хотел сделать из неё копию мамы. Это был.. мило и грустно. От части я понимала, почему он хотел этого. Моя болезнь прогрессировала, а врачи, которых он нажимал не могли вылечить меня. Всё время беременности Дино звонил врачам из Египта и Франции, чтобы заставить их вылечить мою болезнь. Он ведь уверен, что меня можно вылечить и, что я буду всегда с ним и малышкой. Не всегда всё будет так, как ты хочешь. Что-то может пойти не по планам, но ты это не изменишь, потому что это уже пошло не по плану. Можно направить проблемы в другую сторону, но со своего пути ты их не сведёшь.

Взявшись за живот и хватаясь за рамц кровати, я медленно поднялась и села, что не принесло мне особого удовольствия, но я всё же сдала хоть что-то.

Оглянувшись, я поняла, что была в палате, а не в родильном отделении.

Как раз, когда я поставила ноги на голодный пол, в комнату ворвался Дино. Его причёска была растрёпана, а лицо слегка пунцовым.

Он посмотрел на меня, и на его лице появилось облегчение, а после радость. В два шага он оказался возле моей койки, закрывая за собой дверь. От него веяло теплом, которое, безусловно, успокаивал мою тревогу.

— Спасибо, — лишь произнёс он, обдавая жарким вздохом моё лицо. Рука обхваиила моё лицо слишком осторожно, а мягкие губы прижалась к моей нижней губе, щекоча сухие губы.

— И тебе, — прошептала я, обнимая его, но немного отстраняясь из-за боли в животе. — Ты видел?... — Я с интересом посмотрела на него, иследуя каждую жёсткую черту его лица.

Орландо медленно отстранился, вздыхая, пока тёмный взгляд обдавал меня нежностью.

— Давай посмотрим вместе, — ухмыльнулся он, протягивая руку, я взглянула на неё с прищуром, но медленно вложила свою и аккуратно встала.

— Ты не скажешь мне, это девочка или мальчик? — спросила я, когда он помог мне встать. Ноги слегка пологнулись, но Орландо вовремя подуспел, схватив меня на руки. Так мы и вышли с палаты. Лёгкая боль задела мышцы, но я не показала, чтобы подольше оставаться в этом моменте.

— Мы увидим это вместе, — лишь ответил он, заставляя меня врасплох.

— Ты.. ты не смотрел?

Он покосился на меня, входя в лифт.

— Конечно видел, но почему бы нам не разделить этот момент сейчас, когда ты впервые увидишь своего ребёнка, — сказал он и с нежностью посмотрел в мои глаза. Темнота его глаз была настолько затягивающей, что мне хотелось смотреть в них вечность.

Конечно, он не сказал, девочка это или мальчик.

Коридоры освещались тусклый светом от бра. Скорее всего, был уже вечер, потому что по всей больнице слышались лишь глухие голоса из палат. За стойками стояли медсёстры, поглядывая на нас, когда мы проходили возле них. Мне уже нетерпеливо увидеть то, что я буду называть дочь или сын.

Непонятное чувство прокатило по мне, создавая на теле рой мурашек. Дино лишь иногда просматривал меня, но молча продолжал нести к отделению новорождённых. Я была настолько в предвкушении увидеть моего ребёнка, что пропускала взгляды на людей, охраняющих отделение, в котором я лежала.

Конечно, Дино защитит меня и нашего ребёнка. В этом не было сомнений. Как он и говорил: я буду переживать вдвойне, ведь вы самое дорогое, что когда либо существовало в моей жизни.

Мы зашли в дверь, на которой было указано: "новорождённые". С трепетом в венах я осмотрела помещение, которое было отгорожено пластмасовыми стенами. Мой рот приоткрылся в восторге, когда я увидела множество маленьких тел, освещающихся светом. Их тела ангельски распростёрлись на маленьких кроватках. Тихие сопения еле слышно доносились к нам, но чувство трепета всё же заполнило меня сполна.

Я взглянула на Дино. Он с обожанием посмотрел на меня, указывая на женщину, несущую маленькое тело в руках. Моя глаза зажгли, когда Дино отпустил меня и нежно забрал ребёнка из рук медсестры. Она так же быстро удалилась, как и пришла.

Руки затряслись, и я подняла их к белоснежной пелёнке, чтобы увидеть мягкое личико девочки.

Первая слеза скатилась и упала на руку Дино. Он быстро стёр её и улыбнулся.

— Это девочка, — тихо прохрипела я, рассматривая гладкое лицо ребёнка.

Орландо передал мне девочку, и я на мгновение засомневалась, но когда он помог мне придержать её, обнимая за спину, все сомнения в ту же минуту стали пустым местом, по сравнению с девочкой у меня на руках.

— Азами, — сказал он мягко.

Я улыбнулась, покачивая Азами на руках, пока Дино прижимался к моей спине, целуя в щеку.

— Она родилась в шесть ноль один, первого августа, — произнёс он позади меня.

Волна тепла пронеслась по мне, когда я провела пальцем по бархатный щеке девочки, её ресницы затрепетали и медленно раскрылись: янтарно-бурые глаза устало посмотрели на меня, обводя окружение и останавливаясь на мне. Потерянный взгляд перекидывался с меня на своего отца. Дино позади меня захихикал, прижимаясь губами к изгибу моей шеи.

— Она похожа на тебя, Азалия, — сказал Дино.

Я повернулась к нему с нашей дочкой в руках.

— Но она наша, — утвердила я.

Дино покачал головой, улыбаясь так, будто от этого зависела его жизнь. Он потянулся к Азами, захватывая её лицо в свои громадные руки, чтобы поцеловать в крошечный носик.

— Я отдам всё, чтобы вы навсегда оставались счастливыми. Каждый карат, алмаз или изумруд будет приподнесён вам в ноги, — мягко произнёс он. — Даже если для этого мне нужно будет отдать своё сердце.

В том, что Орландо обеспечит нашу с Азами безопасность даже на небе не было сомнений. Мы будем для него таким же важным, как и он для нас.

***
love them 🙂‍↔️🩷