Глава 2
Блейк
Я открыл дверь холодильника и достал две бутылки с ледяной водой. Не церемонясь, отвинтил крышку первой бутылки и осушил ее практически за десять секунд. Вторую бутылку, со стекающими каплями конденсата приложил ко лбу.
Голова раскалывалась.
Клянусь, что больше не притронусь к алкоголю, никогда в жизни даже не взгляну на виски.
Опершись спиной о столешницу на кухне, я пытался вспомнить, куда делся мой телефон. Вчера он был при мне. Одна блондинка пыталась выхватить его и записать свой номер. Но я игнорировал настойчивые хищные выпады в свою сторону. А потом телефон в моей памяти не фигурировал. Домой я добирался на такси с Кайлом. Может, он знает, куда подевался мой телефон? Нужно позвонить ему.
Черт! Как я позвоню без телефона?
Живот протяжно заурчал и я, поморщившись, устало вздохнул. Тело требовало еды, но еда последнее, о чем я мог думать в этот момент. Справиться бы с тошнотой, а вот потом можно и позавтракать.
Убрав вторую бутылку ото лба, я решил прикончить и ее.
Этот день станет для меня настоящим испытанием.
Бросив пустые бутылки в ведро для пластика, я направился в душ, сразу включил напор воды посильнее и принялся намыливать тело и голову.
Нужно признать, что в последнее время я стал перебирать с алкоголем. Раньше мне не приходилось напиваться до состояния, когда я не помнил события вечера. Так что запишем алкоголь во вредные привычки, от которых мне нужно избавиться в течение года.
Я вышел из душа в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер.
Сегодня у нас встреча с какой-то компанией. Хоть у меня и не было телефона, я уже чувствовал, что опаздываю. Нужно одеться и выдвигаться в ресторан, там и позавтракаю.
По квартире разнесся громкий звонок входной двери. Я поморщился, чувствуя тупую боль, пульсирующую в висках.
Кого это принесло с утра пораньше?
Со стойким намерением уничтожить незваного гостя я направился к двери.
— Доброе утро, — просияла Майя, стоя на пороге моей квартиры с пакетом из «Куки Хэвен» в руках.
Закутанная в синее пальто, она выглядела, как всегда идеально. Светлые волосы собраны в аккуратный низкий пучок, на ногах высокие сапоги, заходящие на коленки, с уродливой формой каблука.
— Что ты здесь забыла? — не церемонясь, спросил я.
Широкая улыбка погасла. Майя оскорбленно вскинула бровь и, оттеснив меня, прошла в мою квартиру. Я поморщился, ведь ее каблуки громко ударялись о напольное покрытие в холле. Казалось, что мне делают трепанацию черепа.
— Какой грубиян, — бросила она, даже не обернувшись.
Я какое-то время стоял у двери, слушая ее шаги и шуршание пакета в руках.
«Куки Хэвен»? Кто в здравом уме будет называть так кондитерскую? Это название больше подходит для порно ролика.
Майя могла заявиться ко мне, когда сама того хотела, и я не имел ничего против. Она единственная девушка, которая бывала в моей квартире, за исключением клининга.
Не единственная.
Была еще одна девушка. И более того, та девушка спала на моей кровати, ела на моей кухне, и мы принимали душ вместе. Еще она узнала слишком много из того, что я предпочитал оставлять при себе. Так что сейчас я приказал своему мозгу заткнуться на хрен и не напоминать мне об этом лишний раз.
— Ты перезагружаешься? — насмешливо спросила Майя, запрыгивая на барный стул на кухне и закидывая ногу на ногу.
Я понял, что уже около минуты пялюсь на закрытую входную дверь.
— Пытаюсь понять, какого черта ты свалилась на мою голову с утра пораньше, — грубо бросил я.
— Должна тебя огорчить, но солнце встало два часа назад.
Майя стянула с рук синие вельветовые перчатки и небрежно откинула их на столешницу барного острова.
— Я голодна, выпьем чаю? — спросила она, вскакивая со стула и принимаясь хлопотать: поставила чайник и принялась разворачивать пирожные, которые она купила в «Куки Хэвен».
Я привалился плечом к стене, складывая руки на груди и прожигая ее настойчивым взглядом в надежде, что это подействует, и она уйдет.
Майя была дорога мне, но в последнее время я устал от людей. Вечеринки казались пресными, походы в клуб больше не прельщали меня. Мы приходили, я напивался, утром чувствовал сильнейшее похмелье, и все повторялось снова. Жизнь стала серой. Я попал в день сурка.
Все чаще мне хотелось остаться дома или загрузить себя дополнительной работой. За последние полгода мы даже перевыполнили план строительства. Проекты сыпались на меня как из рога изобилия, я всячески подталкивал отца к подписанию контрактов и работал по каждому из них сутками.
— Ты хоть бы накинул что-нибудь, — сказала Майя, кивая на мой обнаженный торс. Затем она подошла ближе, внимательно рассматривая меня. — Иисусе, Блейк, ты вообще ничего не ешь, а только занимаешься в зале? Рельеф как у каменной статуи.
— Спасибо за комплимент.
— Это не комплимент.
— Майя, я опаздываю.
Она несколько секунд смотрела на меня, затем улыбнулась и вернулась на стул.
— У тебя есть еще полчаса.
— С чего ты взяла?
— Твой телефон у меня, — сказала она, надкусывая эклер покрытый шоколадом.
— И что он делает у тебя?
— Ты сам отдал его мне, когда клубная гарпия висла на тебе, как на шесте, в попытках заполучить твой номер.
Точно.
Девушка не отлипала от меня весь вечер, практически умоляя взять ее в туалете, но я не стал с ней связываться. Случайный секс больше не привлекал меня.
Я рано познал все прелести мира секса, может, поэтому в последнее время вел себя как гребаный священник? Может, я пресытился бесконечным потоком тел и секса? И что теперь, в горы уезжать, уходить в монахи?
Нет.
Сегодня вечером я, пожалуй, сниму парочку блондинок или брюнеток в клубе. Яйца гудели.
Майя вытащила телефон из сумки и передала его мне.
— Вообще я пришла не из-за него, — сказала она.
— А зачем еще?
Майя вздохнула и отодвинула от себя тарелку с эклером.
— Джим не разговаривает со мной после вчерашнего. — Ее глаза стали наполняться слезами, и я понял, что пора валить. Но если я сбегу, то какой я друг после этого?
— Вы живете в одной квартире, — напомнил я.
Как они могли ни разу не поговорить за ночь? Тяжело игнорировать кого-то, кто спит рядом.
На удивление Майя стойко держалась, ни одна слеза так и не скатилась по ее щеке.
— Он привез меня домой и уехал. Разозлился, сказал, что ему нужно побыть одному и обдумать все как следует, — всхлипнула она. Все-таки слез сегодня мы не избежим, рано обрадовался. — Но я не понимаю, о чем он хочет подумать? О том, что меня следует бросить?
Я тяжело вздохнул, подошел к ней и обнял. Майя моментально прильнула к моей груди и схватилась за шею, как за спасательный круг. Секунда и ее тело сотряслось от судорожных рыданий.
Я уже упоминал, что Джим дерьмо, прилипшее к подошве ботинка, которое не стоило ни одной слезинки моей подруги?
Вот поэтому не стоит заводить отношений. После них чувствуешь, будто тебя поездом переехали.
***
Майя успокаивалась долго. Я не знал, как утешать девушек. Короткое «не плачь» почему-то не срабатывало.
На встречу я опоздал. Отец был недоволен.
— Здравствуйте, я генеральный директор «Джефферсон Констракшн» — Грант Джефферсон, а это мой сын Блейк — наш главный инженер, — выдал отец стандартную фразу нашим потенциальным клиентам.
Мужчина в черных джинсах поднялся, чтобы пожать отцу руку. Я скучающе оглядывал помещение ресторана. Мы часто проводили встречи именно здесь: тихое место, при этом находилось в самом центре города.
Отец пожал руку мужчине, и тот двинулся ко мне. Как только я увидел его лицо, меня мгновенно парализовало.
Пижон — он же Конрад Хэтфилд.
Настроение сразу упало до минимума, хотя оно изначально было на нуле.
Из-за его спины показалась хрупкая фигурка девушки, я видел лишь рукав белой блузки, изящное запястье и мелькнувшую темную макушку. Мне даже не нужно было видеть ее лица, чтобы понять, кто стоит за спиной Хэтфилда.
Что за...
— Черт, — сказала она, заметив меня и застыв, словно ледяное изваяние.
Джоанна Хэтфилд.
Или правильнее будет Селеста?
Ее лицо побледнело, и синие глаза на фоне этого белого полотна были как два больших сапфира.
Может, я все еще валяюсь дома в отключке после насыщенного вечера, в противном случае как объяснить то, что передо мной стоит Селеста Хэтфилд?
— Что? — тихо спросил Пижон, пожимая руку мне, но обращался он к своей сестре.
— Простите, — сказала она, но в голосе совсем не было раскаяния.
Глаза выдавали ее растерянность, но как же быстро она от нее избавилась, заменяя решимостью и непоколебимостью. Хрупкие плечи расправились, спина выпрямилась, подбородок поднялся до небес. Очень уверенная поза и стальной, надменный взгляд.
Она была другой.
Теперь-то, я видел, что в прошлый раз никак не укладывалось в моей голове. Тогда во французском ресторане среди богачей она была в своей среде — управляющая отелем и наследница огромной династии, если мне не изменяет память. И сейчас передо мной стояла не напуганная и взбалмошная девочка-официантка, а серьезная бизнес-леди.
Селесту я не знал.
Джоанну, как оказалось, тоже.
Селеста или Джоанна или хрен знает, кем она прикидывается еще, была просто фальшивкой. Жалкой и не стоящей ни капли моего внимания.
— Меня зовут Конрад, а это моя сестра Джоанна, работать вы будете с ней.
Я удивленно взглянул на нее. Вот, значит, перед кем мне придется отчитываться: перед девушкой, которую я не хотел бы видеть еще ближайшие двадцать лет.
— Очень приятно, — улыбнулся отец, пожимая ее руку. Джоанна кивнула ему и ответила:
— Это честь для меня познакомиться с вами, — голос по-прежнему был раздражающим и назойливым, словно будильник в шесть утра, при том, что отбой был в пять.
Когда пришло время жать руку мне, ее лицо приняло отстраненное выражение.
— Очень приятно познакомиться с вами, мистер Джефферсон, — пафосно сказала она. В глазах читались пренебрежение и ненависть — этот взгляд сильно разнился с ее словами.
Тебе не удастся изобразить гордую невинность. Я знаю, какой стервой ты можешь быть.
— Просто Блейк, — усмехнулся я.
Отличная тактика. Делает вид, будто не знает меня или не помнит.
А вот я помню все. Длинные волосы, которые щекотали мою шею каждый раз, когда я притягивал ее к себе, отзывчивые и чувственные губы, с которых срывались стоны, стоило ей немного потерять контроль, глаза... Ее невинный взгляд и длинные черные ресницы.
Чертов невинный взгляд.
Она смотрела на меня именно этим невинным взглядом, сидя на мне верхом и насаживаясь на мой член. А сейчас разыгрывала полное недоумение. Это чертовски злило. Мне впервые не хотелось прильнуть носом к ее шее, мне хотелось свернуть ее шею!
Я резко дернул руку Джоанны на себя, заставив ее на секунду потерять самообладание. Ее рот приоткрылся от неожиданности, с губ сорвался тихий, почти беззвучный вздох.
— Просто Джоанна, — сказала она, устремляя на мое лицо убийственный взгляд.
Ее рука плавно выскользнула из моей.
— Лучше мисс Хэтфилд, — ухмыльнулся я, наблюдая за тем, как меняется ее лицо, и наслаждаясь этим зрелищем.
— На самом деле из всех, кого я трахал, ты была самой дешевой, мисс Хэтфилд.
Она сжала челюсти, но, не проронив больше ни слова, отвернулась от меня.
Конрад тем временем разговаривал с моим отцом, но это не мешало ему бросать на нас подозрительные взгляды.
— Что ж, давайте присядем, — предложил Пижон, и мы сели за стол. Я оказался напротив мисс Хэтфилд, которая, с момента, как ее рука выскользнула из моей, даже не взглянула на меня.
— Как насчет завтрака? — спросил отец.
А вот это очень кстати, мой живот уже начал издавать предсмертные вопли.
Позавтракав, мы принялись обсуждать контракт и детали проекта. Идея была простой: построить трехэтажное казино и объединить его с основным зданием отеля.
Говорила в основном Джоанна, Пижон лишь изредка мог о чем-то напомнить или даже уточнить. Было видно, что казино — полностью ее проект.
Надо же, а когда-то я ревновал ее к Хэтфилду. У них на лицах не написано, что они родственники. Хотя сейчас, когда они оба сидят передо мной, я вижу сильное сходство.
Джоанна закончила выдавать заумные фразы и выдохнула. Подключился Конрад, который принялся обсуждать с отцом детали сделки.
Ее брови были немного приподняты, дыхание частым, а рот приоткрыт. Лицо побледнело, и она едва заметно дернула рукой. Если бы я не видел, какой бодрой она была в начале встречи, подумал бы, что ей нездоровится.
— Извините, — тихо сказала она и вдруг вскочила с места, убегая в сторону уборных.
Кажется, ей действительно нехорошо.
Я хотел извиниться, как положено, и пойти за ней.
Зачем? Понятия не имею, но это единственная мысль, возникшая в моей голове, как только она вскочила с места.
Но я не успел даже выдохнуть.
— Прошу прощения, я сейчас вернусь, — сказал Пижон и удалился следом за сестрой.
Не думал, что сегодня на меня свалится подобное дерьмо. Работать с Хэтфилд бок о бок — не та перспектива о которой я мечтал. Понятия не имею, как это у нас выйдет.
— Полагаю, встреча прошла хорошо, — сказал отец, откидываясь на спинку стула и расстегивая пиджак. — Мистера Хэтфилда все устраивает, а его сестре правда интересен этот проект и его воплощение.
— Она хорошо умеет притворяться, будет лгать в глаза и даже не моргнет, — тихо сказал я.
— Что? — спросил отец.
— Встреча прошла прекрасно, — ответил я, провожая взглядом Пижона. Джоанна уже скрылась за поворотом.
— Ты был слишком напряжен и не отводил взгляда от девушки, — заметил отец.
Я усмехнулся и взглянул на него.
— Тебе показалось.
Отец покачал головой и придвинулся ко мне ближе.
— Я не идиот, сын. Просто хочу напомнить, что она, как и ее брат, отныне наш клиент. Не нужно проделывать с ней то, что ты обычно делаешь с другими девушками.
— А что я делаю? Ты хотел сказать не трахать ее? — ухмыльнулся я, замечая, как темнеет взгляд отца.
Он огляделся, чтобы удостовериться, что нас никто не слышал и снова взглянул на меня.
— Если тебе удобнее выражаться так, то да. Не смей, включай уже голову и думай о последствиях.
— Как ты думаешь о последствиях?
Я чувствовал, как внутри кипят злость и раздражение. Грант последний, кто может говорить мне о последствиях. Сам-то он о них никогда не думал. К тому же жаль его разочаровывать, но с задачей я уже не справился. Год назад мы отлично повеселились с мисс Хэтфилд.
— Не здесь, Блейк, — прорычал он.
Я отвернулся от него. Не могу видеть его лицемерные глаза ни секунды больше.
— Расслабься, в любом другом месте я с тобой тоже говорить об этом не стану. Мучься сам со своей совестью, — добавил я и потерял к отцу какой-либо интерес.
Завтра состоится подписание договора и конференция по проекту, где я обрисую для двух Хэтфилдов детали строительства. А это значит, что мне придется встретиться с лжеофицианткой вновь.
Мы с отцом вышли из ресторана, я достал сигареты и закурил, выпуская клубы густого дыма.
— Подожди, пока наши клиенты уйдут, — сердито шепнул отец.
Я усмехнулся.
В трех метрах от нас стояла сестренка Хэтфилд и ждала Пижона, который почему-то задержался в ресторане.
— Они не будут против, — ответил я, снова затягиваясь.
Сомневаюсь, что Пижону есть дело до этого, а Джоанна в любом случае будет ненавидеть меня. Думаю, она с радостью сожгла бы меня на костре, и ей было бы глубоко плевать, зажата в моих зубах сигарета в этот момент или нет.
Как же меня раздражало то, что за все время наших переговоров Джоанна ни разу не взглянула на меня. Словно Блейка Джефферсона не существовало. Когда я говорил и указывал на какие-то моменты в ее наработках, она смотрела куда угодно, но не на меня.
Нет. Я не могу позволить ей так просто уехать.
Выбросив сигарету в урну, я подошел к лжеофициантке.
Она скосила глаза, заметила меня, но не хотела это показывать.
— Джоанна или Селеста? — спросил я, останавливаясь рядом и касаясь своим плечом ее.
— Не поняла... — отстраненно ответила она, не поднимая взгляда от телефона.
— Говорю, как называть тебя все-таки? Джоанна, Селеста, Мария, Вирджиния Хилл? — спросил я, краем глаза наблюдая за ее реакцией.
Джоанна удивленно вскинула брови и мельком взглянула на меня, одобрительно покачав головой.
— Провел параллель с казино, браво, Блейк. Иногда тыква на твоих плечах, гордо именуемая головой, может меня приятно удивлять.
— Тут ты не права, она будет удивлять, но не тебя.
— Удивлять? Так ты называешь невозможность достичь разрядки от твоего языка?
— Твою невозможность достичь разрядки слышали не только за пределами Аспена, но и за границей Колорадо.
— Хватит демонстрировать навыки остроумия...
— Что ты задумала? — перебил ее я.
— Я задумала? — Джоанна искренне удивилась, да так, что я почти поверил.
Она спрятала телефон и сложила руки на груди. Вот теперь она смотрела на меня. Не мимо меня, не на бумаги, не на моего отца, не в телефон, а в мои глаза. И это, пожалуй, именно то, чего я добивался.
— Скажи мне, почему среди всех строительных компаний Америки для воплощения своего проекта ты решила выбрать «Джефферсон»? — спросил я то, что не давало мне покоя всю встречу.
Она усмехнулась, однако не выглядела веселой.
— Я решила? Ты думаешь, что я хоть что-то решаю в отеле? — вырвалось у нее. Но как только Джоанна осознала, что сказала, сжала губы и сердито вздохнула.
Вот как значит. Она проговорилась о том, что не имеет влияния в бизнесе.
— Папочка не пускает маленькую девочку за штурвал? — издевательским тоном спросил я.
Джоанна опешила и дернула головой. Она злилась, и я наслаждался такой приятной картинкой. Большие синие глаза стали стеклянными, а щеки заалели от ярости.
Я попал в самую цель.
— Просто заткнись, Джефферсон. Ты и понятия не имеешь...
— Каково женщине в бизнесе? Ты права. Но меня это и не интересует. Мне повезло, я родился с яйцами.
Джоанна заправила выбившуюся прядь волос за ухо, обхватила себя руками и шагнула ко мне.
— Что произошло сегодня, ты оставил их дома?
На моих губах появилась ухмылка.
— Они всегда со мной, можешь встать на колени и проверить прямо сейчас, — с вызовом в голосе предложил я.
— Избавлю себя от этого.
— О, как-то поздновато думать об этом, ты не находишь? — Я не мог остановиться, был так зол на нее. — Значит, пока Хэтфилд-старший держит тебя на поводке, отелями заправляет любимый сын?
Джоанна была первой девушкой, которую я подпустил к себе, позволил перешагнуть порог. Но она, как самый отвратительный гость, прошлась в грязной обуви.
Этого больше не случится. Своей выходкой она оказала мне честь и напомнила, почему я так ненавижу дерьмо, которое люди называют чувствами. Я смотреть на нее больше не могу, не то что разговаривать, но если нам придется работать вместе, то я потерплю.
Она не ответила. Губы ее задрожали, словно она готова была расплакаться. Я видел, как она прикусила щеки изнутри, и решил немного сбавить обороты. У нас еще будет очень много времени повеселиться.
— Хорошо, братишка-пижон решил нанять нас. А отказать ему ты не пробовала? — серьезно спросил я.
— Я не знала, что это ваша компания, пока не увидела тебя, — тихо ответила она, смотря куда угодно, но не в мои глаза.
— Отлично, значит, теперь нам придется работать вместе, — недовольно бросил я.
— Думаешь, меня это обрадовало? Ты последний человек, с кем мне хочется вести хоть какие-то дела, — дерзко выдала Джоанна. — Но я профессионал, Блейк, поэтому мне не составит труда вести с тобой деловые отношения. И я надеюсь, что для тебя это тоже не проблема.
Я усмехнулся, вглядываясь в ее профиль. Лицо Джоанны было напряжено, нос, как и щеки, покраснел, и... Она плакать собралась что ли?
— Для меня это не проблема, — сказал я, не в силах оторвать взгляда от ее лица.
Несколько часов назад яхотел забыть ее, а не заключать контракт с империей ее семейки. Видимо, усудьбы другие планы.
Американская фигура организованной преступности, начавшая свою «карьеру» с подпольного казино.