Между ложью и любовью

Шли дни за днями, время летело очень быстро. Ренато уже начал привыкать к танцам, ко мне, а я — к нему. Мы постепенно сближались, становились ближе друг к другу. Он веселый, интересный, и несмотря на то, что у него нет богатых родителей и всего этого «богатства», которое так часто ценится, он оставался простым, настоящим. И именно это меня привлекало. Ренато раскрывался с другой стороны — загадочной и немного скрытной. Я уже рассказывала ему всю свою биографию, а о нём знала почти ничего. Просто он такой человек — таинственный и закрытый.

Прошло уже три недели наших занятий, и Ренато явно становился настоящим профессионалом в танцах. Мои подруги не верили мне, пока сами не увидели, как он движется, как точно и красиво повторяет движения. Я познакомила его с ними, и они сразу же поладили. Это приятно.

Сегодня суббота. Родители уехали на выходные к друзьям, брат как всегда развлекается по своим делам, а я, как назло, опаздываю на тренировку с Ренато. Мои любимые сапожки, с которыми я так не хотела расставаться, решили подвести — застёжка-молния заела. Я быстро пыталась починить её, схватила сумку и побежала к машине.

Джош, наш водитель, всегда меня отвозит. Я сказала ему, что иду в спортзал, и попросила остановиться около него  — чтобы никто не заподозрил, чем я действительно занимаюсь.

— Когда тебя забрать? — спросил Джош, внимательно глядя на меня.

— О, Джош, не нужно, — ответила я и чуть улыбнулась. — Я останусь ночевать у подруги.

— А твой отец в курсе? — привычный вопрос, который я уже слышала тысячу раз.

Я просто кивнула, не желая начинать спор. Джош махнул рукой и уехал. Я взглянула на часы и с ужасом поняла — я опаздываю уже почти на сорок минут! Сердце забилось быстрее, и я поспешила в студию.

— О, Мисс Совершенство, — с улыбкой встретил меня Ренато. — Я так долго вас ждал!

— Боже, Ренато, прости! — быстро снимая джинсовку, я выпалила, — Виноваты эти чертовы сапожки! Молния снова заела!

— А другие не могла надеть? — с легкой насмешкой спросил он.

— Нет, конечно! Они не подходят под мой образ! — я раздражённо хлопнула рукой. — Чёрт, снова застёжка!

Ренато тяжело вздохнул, опустился на колени передо мной и осторожно взял мою ногу в руки.

— Ты что, собираешься просить у меня руки и сердца? — громко засмеялась я, откинув голову назад.

— Дурочка, — улыбнулся он, — Давай-ка ногу, помогу с застёжкой.

Я почувствовала, как его рука слегка коснулась моей ноги. Чёрт, это так приятно... Так, мы теперь не просто партнёры по танцам — что-то большее.

— Давай сегодня просто поговорим, — предложила я, — Без тренировок, без танцев. Просто поразминаемся и откровенно поговорим.

— Не против, — кивнул Ренато, — Но тогда у меня есть только полчаса.

— Полчаса? Так мало.

— Адель, у меня тоже есть свои дела, — он посмотрел на меня серьезно.

— Но какие? Ты знаешь обо мне почти всё, а я о тебе — почти ничего.

— Что хочешь узнать? — он сел на пол рядом со мной, его взгляд стал мягче.

— Ну... про родителей, про твою работу, про бокс, который ты упоминал. Я хочу понять твою жизнь. Она ведь совсем не такая, как моя.

Он сделал глоток воды, потом посмотрел вдаль.

— Да, не такая, — тихо начал он. — Моего отца уже нет. Он умер. У матери новая семья, я живу отдельно. Бокс — с шести лет, мой тренер для меня как отец. Вот такая у меня жизнь.

— А работа? Как зарабатываешь? — спросила я, чуть нервно.

— Кхм, думаю, это тебя не должно волновать, — усмехнулся он, но глаза стали серьезными.

— Что? Это что-то связано с законом? — осторожно приблизилась я и села напротив.

— Возможно, — признался он, — У меня нет времени это обсуждать.

— Подожди! Извини... — я упрямилась.

— За что? За правду? — он улыбнулся с легкой горечью.

— Какую правду? — спросила я, с любопытством и тревогой.

— Ох, Адель... — его голос опустился, — Я зарабатываю деньги через нелегальные бои.

Я замерла. Он серьезно?

— Но это же опасно! — выдохнула я. — А что если полиция? Или что-то ещё? Ты рискуешь.

Он посмотрел мне прямо в глаза и, словно пытаясь разрядить напряжение, улыбнулся:

— Риск – часть игры, Адель. Но я привык.

— И как ты вообще в это попал? — тихо спросила я, стараясь не показывать дрожь в голосе.

Он опустил голову, сжал руки в кулаки.

— С детства бокс — это всё, что у меня было. Но денег всегда не хватало. Тренер много помогал, но для жизни нужно больше. Один знакомый предложил попробовать себя в нелегальных боях — больше денег, больше риска. Я сначала отказался, но потом... пришлось.

Я молчала, переваривая услышанное. Это объясняло многое: почему он скрытен, почему так бережет личное пространство.

— А ты боишься? — спросила, наконец.

Он задумался, а потом улыбнулся сквозь тень усталости.

— Бояться — значит жить в плену своих страхов. Я не хочу так.

— А я боюсь за тебя, — призналась я искренне. — Ты для меня важен, Ренато.

Он приподнял бровь и спросил:

— В каком смысле?

— Ты... мой партнёр, — ответила я, пытаясь подобрать слова. — Мне важно тебя не потерять. Просто как человека, как того, с кем мы вместе. Больше ничего.

Он задумался на мгновение, потом спокойно сказал:

— Хорошо. Главное — чтобы мы были на одной волне. Пока что мы просто партнёры. И так должно быть.

Я кивнула, чувствуя, как внутри одновременно и тепло, и лёгкая грусть.

— Мне это тоже нужно, — тихо сказала я.

***

После разговора с Ренато я, как и сказала отцу и Джошу, поехала к Нате. Сердце до сих пор било тревожную чечётку, а в голове крутились его слова, лицо, взгляд. Всё, что он сказал, никак не укладывалось в голове. Я всё ещё не могла поверить — нелегальные бои. Это ведь не кино, а реальность.

Когда я вошла в дом, Ната уже стояла у двери — в пижаме с мишками и с бутылкой шампанского в руке. На лице — восторг, в глазах — огонь.

— Ну что, подружка, сегодня у нас мини-вечеринка! — весело воскликнула она, покачивая бутылку.

— Ой, Ната, — выдохнула я и устало сбросила сумку, — сейчас не до этого.

Она сразу насторожилась. В её голосе исчезло веселье, и появилась забота.

— Родненькая, что случилось? Заходи, давай бегом, расскажешь.

Дом Наты я знала почти наизусть — у неё, как и у моей семьи, частный особняк. Здесь я провела не одну ночь, и если честно, иногда чувствовала себя тут даже спокойнее, чем у себя. Без вечного давления отца, маминых придирок и постоянных взглядов Сэма. Здесь я могла быть просто собой.

Мы прошли в гостиную. Я почти рухнула на белоснежный диван, вдавившись в мягкие подушки. Холодная ткань приятно коснулась щек. Ната устроилась рядом, внимательно глядя на меня.

— Ренато участвует в нелегальных боях, — выдохнула я.

— Чтооо? — протянула она, медленно откидываясь на спинку. — Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно. Он сегодня сам мне это рассказал. — Я провела рукой по лицу, будто могла стереть мысли. — Не знаю, стоило ли тебе это говорить. Возможно, он бы этого не хотел. Но, блин... Я не могу молчать, мне самой от этого тяжело. Если не выговорюсь — сойду с ума.

— Боже... — Ната уставилась в одну точку, обдумывая услышанное. — Это опасно. Очень опасно. Особенно если, не дай бог, полиция, облавы... А ты вдруг рядом... Это может закончиться ужасно!

— Ната, — чуть раздражённо ответила я, — мы только танцуем. В зале университета. Он не зовёт меня на бои. Не накручивай.

— Нууу да, но... — Она сделала паузу, хитро прищурившись. — Признай хотя бы, что он тебе симпатичен.

— Возможно, — я закусила губу, — но мы просто партнёры. Он поможет мне выступить — и всё. После этого наши пути разойдутся.

Говоря это, я сама понимала, как больно звучат эти слова. Потому что в глубине души я совсем этого не хотела. За эти три недели он стал для меня... чем-то большим. Не просто человеком, с которым я репетирую. Не просто парнем, с которым удобно двигаться в ритме. Он стал частью моего дня, чем-то настоящим, тёплым, невыдуманным.

— А если нет? — Ната всё смотрела на меня испытующе. — Что если вы не захотите расходиться? Что если всё только начинается?

— Тогда... — я на секунду замялась. — Тогда это станет проблемой. Для меня, для него. Если родители узнают — конец. Они закроют меня дома, поставят охрану под дверью и забудут, что у меня вообще есть личная жизнь.

— Они бы не одобрили? — уточнила она, хотя прекрасно знала ответ.

— Конечно нет. Ренато — не из нашего круга. У него нет фамилии, которая звучит на благотворительных вечерах. Нет счёта в банке с шестью нулями. Нет... покровителей. Папа бы сказал, что он позорит нашу фамилию, а мама – что я опозорила себя. И это в лучшем случае. В худшем – он сам окажется под ударом.

Мы замолчали. Я снова уставилась в потолок. Белый, безупречный, будто стерильный. Совсем как та жизнь, которую для меня всегда хотели родители – без пятен, без риска, без настоящих эмоций. Но разве можно жить по чистому листу, если ты хочешь написать свою историю?

— Ты ведь уже к нему привязалась, да? — тихо спросила Ната.

— Я... — голос предательски дрогнул. — Я не знаю. Может, да. Мне с ним легко. И не потому, что он говорит приятные вещи. Он молчит так, что я чувствую – он рядом. Он не просит меня быть идеальной. Он не судит. И — он не врёт.

— Адель... — она мягко взяла меня за руку. — Я тебя понимаю. Правда. Но будь осторожна, ладно?

Я кивнула. Осторожной. С Ренато? Как быть осторожной, когда его взгляд прожигает насквозь? Когда хочется быть к нему ближе, но не можешь? Когда он — твой запрет, твоя ошибка, твоя свобода одновременно?

— Ната... — вдруг сказала я, — а вдруг я его потеряю?

— А вдруг нет? — улыбнулась она. — А вдруг это только начало?

_______

Спасибо большое, что читаете мою книгу!
💛
Мне безумно приятно видеть вашу поддержку и отклики.
Если вам нравится история, буду очень благодарна, если вы будете ставить ⭐ на новые главы — для меня это огромная мотивация писать дальше!

А ещё приглашаю вас в мой ТГК: Анна о прекрасном.

Спасибо, что вы со мной 💫