Глава 16
Холодок от увиденного в лесу еще не отпустил, а Мегги уже проснулась от моего резкого движения. Она уткнулась лицом в подушку и застонала, как умирающий лебедь.
– Хееейли... – голос был хриплым от сна. – Который час? Убивать будут за опоздание?
– Рассвет еще не наступил, – ответила я, стараясь звучать спокойно, отодвигая Гримуар подальше от края кровати. Мысль о Теневых Стражах и синих цветах у границы миров не давала покоя. – Спи дальше.
Но сон Мегги был бесповоротно нарушен. Она села, взъерошив огненно-рыжие волосы в невообразимый шар, и уставилась на меня мутными глазами.
– Что это ты там прячешь? – спросила она подозрительно, указывая на книгу. – Неужели уже учебник по Боевой Магии штудируешь? Эфи тебя точно добьет, если узнает.
Юмор ситуации – я, дрожащая от леденящих душу предчувствий, а она, думающая, что я зубрю – немного разрядил обстановку.
– Что-то вроде, – уклончиво ответила я, пряча улыбку. – Старый... конспект. Бабушкин. Там про местную флору. Например, про синие цветы у леса. Знаешь, что это?
Мегги зевнула во весь рот.
– Ммм... Лунные Колокольчики? Или Песни? Что-то такое. Бабушка упоминала разок. Говорила, трогать нельзя, опасно. – Она потянулась, костяшки хрустнули. – Ох, сегодня Зельеварение первым уроком. Интересно, мы что-нибудь взорвем?
Перспектива взрыва в первый день практических занятий по зельям не добавила мне спокойствия, но хотя бы отвлекла от ночных кошмаров. Юмор Мегги, как ни странно, был моим якорем в этом безумном мире.
* * *
Столовая утром напоминала муравейник, атакованный сахарной лихорадкой. Сотни девушек в цветных мантиях толкались у буфетов, где еда появлялась буквально из воздуха – тарелки с омлетом, вафлями, фруктами материализовались по мановению руки невидимых поваров-эльфов (или что там за магический персонал отвечал за кухню). Ароматы кофе, свежей выпечки и чего-то явно волшебного, пряного, витали в воздухе.
– Смотри! – Мегги тыкнула пальцем в тарелку с кашей у проходящей мимо девушки. Каша была... розовой. И пузырилась. – Говорят, это "Энерджи-Овсянка". Если съесть, можешь всю ночь не спать и учиться. Правда, потом два дня отходишь.
– Звучит как ужасная идея, – фыркнула я, накладывая себе нормальных, не пузырящихся яичниц. – Лучше уж кофе.
Мы с трудом нашли свободное место за нашим голубым столом. Вероника и Анжелика уже сидели, поглощенные оживленной беседой. Вероника жестикулировала, рассказывая о чем-то, Анжелика лишь кивала, осторожно пробуя свой розовый... пудинг?
– Привет, боевые подруги! – Вероника сияла. – Представляете, я вчера вечером попробовала сконцентрироваться, как учила Эфи! И у меня... заискрила заколка! Прямо на волосах! Мама дорогая, я чуть зеркало не разбила от испуга!
– У меня одеяло замироточило, – мрачно добавила Анжелика. – Стало мокрым и холодным. Пришлось менять.
– А я уснула, как убитая, – призналась Мегги, с аппетитом откусывая вафлю. Крошки посыпались на мантию. – Никаких искр. Только сон про гигантскую клубнику, которая меня преследовала... – Она задумалась. – Интересно, это предзнаменование? Может, мне на Зельеварении сегодня клубничное зелье варить?
Интрига подкралась тихо, как тень. За соседним красным столом сидела Селена Вандервуд со своей свитой. Они не шумели, не смеялись громко. Они перешептывались, их взгляды, холодные и оценивающие, то и дело скользили в нашу сторону, задерживаясь... на мне. Селена что-то нарисовала пальцем на скатерти, и крошечная искорка проскочила между ее пальцами, тут же погаснув. Предупреждение? Напоминание?
– Не обращай внимания, – шепнула Вероника, заметив мой взгляд. – Пусть шипят, как чайники. Главное – не давать повода.
– Повод? – удивилась Мегги, вытирая варенье с подбородка. – Какой повод? Мы же просто едим.
Именно в этот момент ее локтем неловко дернуло, и полный стакан апельсинового сока опрокинулся... прямиком на сидящую за соседним столиком ученицу в *желтой* мантии (факультет Заклинаний). Холодный, липкий поток хлынул ей на колени и дорогую кожаную сумку с учебниками.
– Ой-ой-ой! – вскрикнула Мегги, вскакивая. – Простите! Я нечаянно! Тысяча извинений!
Девушка в желтом вскочила, лицо ее покраснело от возмущения. Она была высокая, строгая, с идеально уложенными каштановыми волосами.
– Неуклюжая! – фыркнула она, отряхиваясь. Магическими усилиями сок начал медленно испаряться с ткани, но пятно на сумке осталось. – Смотрите под ноги! Или у вас на голубом факультете только ногами и думают?
– Эй! – вступилась Вероника. – Она же извинилась! Нечаянно!
– "Нечаянно" – это девиз вашего факультета? – язвительно бросила кто-то из свиты Селены. На красном столе раздался сдержанный смешок.
Интрига накалялась. Селена наблюдала за происходящим с едва заметной улыбкой удовольствия. *"Стравливают",* – мелькнуло у меня. Желтые против голубых – красным только на руку.
– Позвольте, – я встала, доставая из кармана платок (обычный, без магии). – Вот, попробуйте оттереть. И... простите еще раз. Мегги не хотела.
Девушка в желтом смерила меня холодным взглядом, но платок взяла.
– Спасибо, – процедила она неохотно. – Надеюсь, на Заклинаниях вы будете аккуратнее, чем за завтраком. – Она развернулась и ушла, высоко держа голову.
Мегги выглядела совершенно раздавленной.
– Я все испортила... Теперь все желтые нас ненавидят.
– Не драматизируй, – вздохнула я, усаживая ее обратно. – Просто несчастный случай. С кем не бывает? Главное – не корми троллей. – Я кивнула в сторону красного стола, где Селена уже отвлеклась, делая вид, что не заметила фиаско своей провокации.
И тут случилось нечто, от чего у меня перехватило дыхание. В дальнем конце столовой, у входа, появилась знакомая фигура. Высокая, темноволосая, в простой черной рубашке и джинсах, он выглядел как инородное тело среди моря цветных мантилий. **Майкл.** Его черные глаза, как два уголька, прочесывали зал... и остановились на мне.
– Ты какого...? – вырвалось у меня. Мегги, Вероника и Анжелика последовали за моим взглядом.
– Ого! – прошептала Вероника. – А это кто такой? Новенький? Но он же... парень! И без формы!
– Он... он выглядит знакомо, – нахмурилась Мегги. – Где-то я его видела...
Майкл не стал пробираться через толпу. Он просто стоял там, у двери, его взгляд был тяжелым, неотрывным. На его лице не было ни улыбки, ни привычной самовлюбленности. Было что-то... сосредоточенное. Настороженное. Он поймал мой взгляд и едва заметно кивнул в сторону выхода в холл. Явно приглашая поговорить.
Интрига достигла апогея. Что он здесь делает? Как он вообще прошел через ворота и охрану? И почему именно сейчас? Мои мысли метались между предупреждением бабушки о колдунах и его странной, двойственной ролью в моей жизни – спаситель/раздражитель.
– Это... это тот парень? – спросила Мегги, наконец сообразив. – С обрыва? И с аварии?
– Да, – выдохнула я. – Майкл. И понятия не имею, что ему здесь нужно.
– А ты пойдешь? – с интересом спросила Вероника. – Выглядит... интригующе. И опасно. Идеальная комбинация для первого учебного дня.
Селена Вандервуд тоже заметила Майкла. Ее брови поползли вверх. Она что-то быстро сказала своим подружкам, и все они уставились сначала на него, потом на меня. В их взглядах читалось не столько удивление, сколько... узнавание? Или оценка угрозы?
Юмор ситуации окончательно испарился. Завтрак был испорчен. Майкл все еще стоял у двери, ожидая. Его черные глаза, казалось, говорили: "У нас есть о чем поговорить. И это не может ждать".
– Ладно, – встала я, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала. – Видимо, у меня назначена внеплановая встреча перед Зельеварением. Если я не вернусь... ищите в Лесу Теней или спрашивайте у красных. – Я бросила последний взгляд на настороженные лица подруг и направилась к выходу, чувствуя на себе тяжелый взгляд Майкла и колючие взгляды Селены и ее свиты.
Что ему было нужно? И почему его появление заставило нервничать даже "элиту" красного факультета? Интрига витала в воздухе гуще, чем запах магической овсянки.