Сердце Молнии

– Какого, мать твою, лешего?! – громко выругалась Агнесс.

Заслышав поздний стук в дверь, она даже не усомнилась, что нелегкая принесла Оина. Но и подумать не могла, что тот приволочет с собой чье-то бездыханное тело.

– Жива, – заверил Оин, без спроса переступая порог с девушкой, перекинутой через плечо.

Пройдя в приемную, он уложил её на кушетку, на которой сам не так давно предавался скоротечной безмятежности. Потертая ткань бархатной обивки тут же пропиталась кровью.

– Оин... – ошарашенная и разгневанная Несс возникла за его спиной. – Ничего не собираешься объяснить мне? Кто она? Кто эта девушка?

– Не знаю, – честно ответил он, переминая затекшим плечом. – Она пыталась убить меня, а потом из очага возникла эта тварь из щеулов и было не до того, чтобы разбираться.

– Она что пыталась сделать?

– Убить меня, – как ни в чем не бывало повторил парень.

Скинув с себя куртку, он опустился возле незнакомки и внимательно осмотрел её. На первый взгляд обычная девчонка. Никакой гербовой вышивки на одежде – значит, не из знати. Хотя принадлежавший ей меч говорил прямо об обратном – эруанская сталь, очень тонкая работа. Наверняка украла. Но вспомнив, как мастерски она обращалась с ним, Оин засомневался.

Что-то в ней никак не давало ему покоя.

– Чего это ты удумал? – спохватилась Несс, увидев, что он собирается расстегнуть нижние пуговицы её рубашки.

– Она ранена – не видишь?

– Дай-ка – я!

Хлопнув Оина по руке, Агнесс отпихнула его в сторону, наказала принести теплой воды и повязок с травяными мазями, а сама взялась за окровавленную одежду незнакомки.

Бок девушки пострадал от демонического шипа, но рана, на счастье, оказалась неглубокой, кости – целы. А вот рубашку было уже не спасти.

Пока Агнесс делала компресс, Оин в подробностях пересказал ей встречу в каменоломне.

– Сердце Молнии, – она нахмурила тонкие брови, – впервые слышу о таком артефакте. Ты уверен, что правильно понял?

– Выражалась она предельно ясно, – пробубнил Оин, недовольно потирая подбородок. Удар локтя до сих пор сильно ощущался.

– Может, ты накосячил где-то вне своей заклинательской деятельности? – Агнесс насмешливо хмыкнула.

– Например?

– Бросил бедняжку и забыл. А она возьми, да свихнись. Вот и думает теперь, что ты украл у неё "сердце".

– За кого ты меня принимаешь? – почти уязвленно спросил Оин.

Со стороны кушетки послышался тихий стон – незнакомка начала приходить в себя. Агнесс сразу отошла подальше, опасаясь, как бы та не накинулась и на неё.

– Тебе нужно лежать, – посоветовал Оин, глядя в затуманенные глаза раненой девушки. Никакого изумрудного мерцания в них больше не было.

Она не сразу сообразила, что произошло. Но осознание быстро наполнило её взгляд, заставив стремительно вскочить с кушетки. Попытка дотянуться до меча не увенчалась успехом – Оин оказался проворнее и первым схватил его с тумбы.

– Верни! – вкрадчиво произнесла девушка, посматривая то на Оина, то на клинок, направленный в её сторону.

– Чтобы ты зарезала меня им?

– Я и голыми руками с тобой справлюсь, если вздумаешь играть со мной.

– Она точно не бывшая? – вмешалась Агнесс.

Оин кинул на подругу недовольный взгляд. Этой секунды хватило, чтобы незнакомка выбила у него меч. Теперь оружие было в её руках, но сама она оказалась пленена крепким захватом парня.

– Пусти, подлец! Пусти!

– Я бы рад, да подожду, пока ты успокоишься...

Оин удерживал её всего одной рукой, но из-за слабости после ранения девушка не могла сопротивляться ему в полную силу. Она брыкнулась, раз, два, не помогло. Тогда она изо всех сил навалилась на него спиной. Оин качнулся, но стена позади подперла его, не давая упасть.

– Угомонись, – прорычал он ей в ухо, и тут же получил макушкой в нос. Удар вышел слабый и неточный, поэтому Оин выстоял.

– Если вам нужно уединиться, идите в мастерскую! – не удержалась Агнесс. Она не могла спокойно смотреть на их возню, происходящую возле её коллекции астральных камней, один из которых уже укатился на пол. Чтобы как-то пережить это, она принялась протирать запылившиеся очки.

Оин отплевался от волос с макушки незнакомки, и снова обратился к ней:

– Я готов тебя выслушать.

– Сначала отпусти! – она всё ещё пыталась давить спиной на его грудь.

– После того, как объяснишь, на кой я тебе понадобился, – он сделал паузу, чтобы язвительно добавить: – и поблагодаришь за спасение.

– Лучше уж быть мертвой, чем в долгу у кого-то вроде тебя!

Девушка поелозила плечами, пытаясь выпутаться, но только попусту растрачивала силы. Спустя ещё пару вялых попыток, обдумала что-то она все же заговорила:

– Ты украл артефакт, принадлежащий моей семье. Теперь весь мой клан в опасности!

– Я ничего не крал.

– Я собственными глазами видела тебя. Пусти!

– Хорошо... – Оин сделал спокойный вдох, затем выдох, схваченная им девушка невольно повторила за ним. - Я отпущу тебя и отдам меч...

– Свихнулся? – прошептала Несс.

– ...если ты прекратишь вести себя, как дикая кошка.

Почувствовав, что девушка, зажатая в его тиски, расслабилась, Оин убрал руку и позволил ей отскочить на безопасное расстояние. После этого он доверительно протянул меч. Девушка помедлила прежде, чем забрать его, всё ещё ожидая подвоха. Но его не последовало.

– Я Оин, – представился он, отступая назад к своей подруге. – Это Агнесс. А ты?

– Рэйна, – неохотно представилась она.

– Как ты узнала о том, что я Теневой, Рэйна?

– Я выслеживала тебя целый год, – ответила она так и застыв перед ними с мечом в руках, не спеша убирать его в ножны, – с момента, как ты украл артефакт.

– Год? – Агнесс вопросительно вскинула брови. Водрузив тщательно протертые очки обратно на нос, она вышла из-за спины Оина и сказала: – Если кража произошла год назад, то твоим вором был кто угодно, только не он.

– Я видела его!

– Значит, обозналась, – Несс была уверена в своей правоте не меньше, чем Рэйна в своей. – Глянь, – она указала на правую руку Оина, отсутствие которой и без того бросалось в глаза, – весь прошлый год он провалялся бревном в Мунране – восстанавливался после одной неприятной встречи с агмару. Я сама его выхаживала и могу заверить, что он был беспомощнее щеночка.

Оин не порадовался такому сравнению, но промолчал.

Рэйна недоверчиво изучила Ангесс взглядом, пытаясь понять правдивы ли её слова или она просто выгораживает друга. Затем ещё раз глянула на отсутствующую до локтя правую руку парня, рукав которой был завязан снизу узлом. Она точно помнила – вор, унесший артефакт, не был калекой. Но что мешало ему потерять руку сразу после кражи?

– Когда точно это случилось? – она кивнула головой на увечье парня.

Оин открыл рот, но Агнесс опередила:

– Он слег за день до Первого цветения. Праздник вышел дерьмовым, знаешь ли...

– Не у тебя одной, – насупилась Рэйна, не веря, что она могла так серьезно ошибиться.

Она точно знала, что в сам праздник Сердце Молнии ещё находилось в горном храме, потому что провела там всю службу, с утра до самого вечера, до момента, пока храм полностью не опустел. А потом явился Он.

Рэйна сверкнула глазами, глянув на стоящего перед ней Оина. У неё оставался лишь один неопровержимый аргумент в сторону его обвинения:

– На него сработала подвеска, связанная с артефактом.

– Даже лучшие устройства дают сбой, – Агнесс знала о чем говорит, – но если ты так уверена, проверь ещё раз. Где твоя побрякушка?

Рэйна подняла руку:

– Проклятье богов, – выругалась она, не застав на запястье браслета и тут же недобро зыркнула на Оина.

– Я не при чем, – сразу ощетинился он. – Иди, ищи в каменоломне!

Ещё раз смерив его недоверчивым взглядом, Рэйна схватила с тумбы ножны, всунула в них меч и без лишних слов направилась к выходу.

– Не буду спрашивать, в какое дерьмо ты влип на этот раз, – Агнесс обернулась к нему, когда дверь за девушкой громко затворилась, – но думаю, тебе стоит наведаться с этим к Дэшу.

– К нему? С чего вдруг?

– Как тебе такой повод: некая безумная ищет кого-то похожего на тебя?

***

Оин не собирался вестись на благоразумные нотации Несс, но так и не смог выкинуть их из головы. Поэтому на следующий день с самого утра притащился к дому Дэша и ещё долго ошивался возле него, пялясь, как болван, на темную кирпичную кладку фасада, пока не устал от собственной нерешительности.

Поднявшись на высокое крыльцо, он без стука отворил дверь. Внутри его встретил мрачный, обшарпанный антураж, типичный для обители наемников. Сторожевой артефакт при входе, замаскированный под черепушку агмару, почему-то не сработал, как и спрятанные под половиком печати от непрошенных гостей. Убедившись, что никаких ловушек больше не предусмотрено, он направился в глубь дома.

Оин хорошо помнил, где располагался кабинет Дэша. Нужно было пройти через левую приемную с камином, выйти из нее в коридор и, не доходя кухни, постучать во вторую дверь по счету.

– Тебе стоит проверить свою охрану, Дэш, кажется, у артефактов выдохся срок годности, – сказал он, заворачивая в кабинет, где, как и ожидалось, застал дядю за письменным столом.

– Я деактивировал их, когда увидел, что ты появился перед домом, – без тени удивления произнес тот, не отрываясь от документов. – Целый час прошел. Я уж перестал надеялся, что ты решишься войти.

Дэш поднял на племянника взгляд, в ответ на который тот недовольно скривился.

Оин так и завис в дверном проеме, не имея никакого желания сокращать и без того небольшую дистанцию между ними.

– Как твои дела, Оин?

– Я пришёл не болтать.

Дэш понимающе кивнул:

– Тогда выкладывай, что у тебя за дело?

– Скорее помеха...

Оин немного помялся, но сделал шаг внутрь кабинета и выложил дяде историю о своем новом знакомстве в каменоломне.

Дэш слушал очень внимательно и покачивал головой в такт рассказу, пока один момент особенно сильно не заинтересовал его:

– Ты говоришь, глаза у девчонки горели зеленым?

– Это всё, что тебя заинтересовало? – возмущенно фыркнул Оин. – Как насчет того, что она в одиночку завалила сотню агмару, чтобы выманить меня и обвинить в воровстве?

– Глаза – важная деталь, – спокойно пояснил Дэш, – думаю, девчонка из Нефритов.

– Каких ещё Нефритов?

– Нефритовые Грозы – закрытый горный клан.

– Те, что из Тригорья? – припомнил Оин. – Не слышал, чтобы они покидали свои общины.

– Видимо появился повод.

– Да плевать, откуда она взялась, Дэш! – вспылил он, глядя как дядя задумчиво отвел глаза. – Эта чокнутая, не угомонится, пока не прирежет кого-нибудь. Я подумал, что тебе стоит об этом знать.

– Польщен твоим беспокойством...

– Я беспокоюсь не о тебе! Думаю, ты и сам прекрасно понимаешь, кто мог быть вором так похожим на меня. – Оин внимательно глянул на сидящего перед ним мужчину с такими же пепельно-серыми волосами, как у него самого, но совсем не похожими чертами лица. – Где он? Мой отец.

– Я давно не держал связь с братом.

– Тогда, может, подсуетишься и предупредишь его?

– Попробую что-нибудь предпринять, – сухо пообещал Дэш.

Оин не стал бы просить, если бы не знал, что дядя обязательно сдержит данное обещание. В целом исход разговора его устроил, и он повернулся, чтобы уйти.

– Раз ты здесь, не хочешь снова обдумать мое предложение? – бросил вдогонку Дэш. – Комната твоя, если захочешь.

– Я всё сказал ещё тогда. Мне ничего от тебя не нужно.

Оин вышел из кабинета. Когда-то давно он решил держаться подальше от этого человека и не собирался идти наперекор своим принципам.

Остаток дня он прошатался по улицам города, занимаемый неясной тревогой. А к вечеру, за неимением собственной крыши над головой, вернулся к Агнесс. Но та, к великой неожиданности, отказалась пускать его на свой порог. Со словами, что у неё не ночлежка, она захлопнула дверь перед самым его носом.

Неужто всё ещё дуется из-за сломанного секстанта, недоумевал Оин, или злится из-за той безумной девчонки, которую он беспечно приволок к ней в дом?

Впрочем, разницы особой не было – всё равно эту ночь ему сулило провести на крыше городской ратуши, деля место с шумными голубями. Зато в относительной безопасности, учитывая, что агмару могли раскочегарить очаг прямо посреди улицы.

Перед тем, как уснуть, Оин долго смотрел на небо, размышляя как бы разжиться деньгами. Снова лезть в очаг ему не хотелось. Но это все, что он умел... Или он зря так себя недооценивал?

Оин впервые задумался, о постоянной работе. Такой, чтобы не приходилось сильно рисковать. Кем бы он мог стать? Уж точно ни кем-то из административных – такие места управленцы берегли для своих, да и слишком грамотных старались не брать. Он вполне мог бы стать плотником или конюхом. Но кто примет на работу однорукого? В работники трактиров, разве что, брали всех, кого не попадя, но те горбатились как проклятые, не получая за свой труд и серебряника. Хорошо платили только блудным девкам.

Подумав ещё, Оин понял, что не хочет связываться с работой для нао. Со своим заклинательским опытом он вполне мог найти более приличное место. Например стать искателем болотных духов или фокусником на детских ярмарках. Или он мог открыть лавку снадобий и амулетов. И помереть там от скуки... Ещё неплохо приплачивали наемникам, но их работа была напрямую связана с риском и вечными столкновения с агмару – их когтями, клыкам и слизью. Ко всему прочему Оин терпеть не мог наемников – всю их заносчивую братию. А те в ответ не жаловали таких как он – Теневых.

Теневых никто не жаловал. В погоне за темной энергией, они открывали новые бреши, которые, зачастую, не удосуживались захлопывать обратно, чем прибавляя работы борцам со всякой нечистью. Такая деятельность истончала и без того измученное разломами пространство и являлась незаконной.

Оин не был из их числа и никогда не распахивал для демонических тварей новые двери. Он предпочитал брать энергию из уже имеющихся брешей. Это никому не вредило. Он всего-то осторожно перехватывал вести, чтобы успеть сделать теневой сбор до прибытия наемников. Но кого волновало его теневое благородие? Для многих он оставался такой же занозой в заднице, как и прочие нелегальные Заклинатели. Но если когда-то общественное осуждение ещё имело для него значение, то со временем на него стало совсем плевать, ведь он наконец начал зарабатывать. Да, сейчас дела не клеились, но Оин понимал, что это были лишь временные трудности.

Посему получалось, что лучшего, чем Теневое дело, он не смог для себя придумать.

Он почувствовал, как его клонит в сон. Но он продолжал вглядываться в небо. Две звезды из созвездия Вилорога, без устали подмигивали ему слабым зеленым светом.

Прямо как глаза той безумной... Рэйна – кажется, так её звали?

Поймав себя на мыслях о ней, Оин едко цыкнул:

– Вот ещё, не хватало!

Он перевернулся на бок, но не смог избавиться от чувства, что вся эта странная история ещё не окончена. И что его дернуло, спасать её? Теперь проблем не оберешься.

Думая, что этот день уже не принесет ему ничего хорошего. Оин задремал. Но через пол часа его разбудит механический щелчок вестника. Достав из устройства нежно-розовый свиток, он слабо улыбнулся посланию, выведенному трогательной девичьей рукой. Что-то в его жизни ещё не успело пойти под откос.