Сердце Молнии

На Дэша смотрели две пары возмущенных глаз. Он ожидал такой реакции, поэтому нисколько не удивился, когда новые постояльцы дома без стука вломились к нему в кабинет.

– Как ты себе это представляешь? – голосил Оин. – Она же прикончит меня прямо во сне!

– Сдался ты мне, крысолов, – небрежно бросила Рэйна. Она была возмущена не меньше, но старательно делала вид, будто соседство с ним нисколько её не заботит.

– Эта безумная распалила очаг, чтобы выманить меня и убить! – громыхая напомнил Оин. Тут он обернулся к девушке: – Ты упомянула об этом, когда нанималась на работу?

– Я убила всех тварей, что породила открытая мною брешь. Так что, считай, ничего предосудительного не случилось.

– Всех, кроме самой здоровой, агмару тебя дери!

Оин умолк и выжидающе уставился на дядю. Дэш отклонился на спинку кресла, внимательно осмотрев обоих.

– Мы с Рэйной всё уладили, – спокойно сообщил он в ответ на оголтелые крики племянника, чем вызвал у того крайнюю степень недоумения.

– Уладили?

– Ты поведал, что она мастерски владеет мечом. – Услышав похвалу в свой адрес, девушка поджала губы, чтобы не выдать улыбку. – Когда Рэйна пришла сюда, я предложил ей поработать на меня, пообещав в обмен, что лично займусь поисками своего брата и артефакта, им украденного. Поэтому, пока я разбираюсь со всем этим недоразумением, она будет жить здесь и честно отрабатывать ночлег.

– Чудесно. Мне ты обещал, что предупредишь моего отца об опасности, а не выведешь на него эту...

– А ну, не тыкай в меня! – Рэйна шлепнула Оина по выставленному в её сторону пальцу и тут же одернула руку. Её щелкнуло током. Оин ощутил то же самое и резко тряхнул кистью, чтобы избавится от странного ощущения.

– Я бы с радостью оградила себя от лицезрения твоей недовольной физиономии, – проговорила девушка, – но, к сожалению, Дэш моя единственная зацепка и связь с артефактом.

– А как же твоя волшебная подвеска, которая с ним связана?

– Я не нашла её, – сквозь зубы проронила Рэйна. Она тоже начинала заводиться.

– Раз ты потеряла её, может и артефакт заодно где-то посеяла?

– Или её украл ты, как истинный сын своего вора-отца! Недаром говорят – кровь от крови не отмыть! Прости, Дэш.

Мужчина понимающе кивнул. При упоминании отца Оин гневно сверкнул глазами и снова обернулся к дяде:

– Если она прикончит его, это будет на твоей совести!

На этом он покинул кабинет. Рэйна потянула мгновение прежде, чем выпорхнуть следом, и Дэш остался один.

Выждав, пока за дверью всё стихнет, он раскрыл потайное отделение в верхнем ящике своего стола и задумчиво уставился на браслет с подвеской в виде нефритового зигзага, покоящийся внутри.

– Не почувствовала...

***

Первую ночь в доме наемников Оину долго не спалось. В выделенной ему комнате он оставаться не рискнул, поэтому отвоевал себе место на неудобном диване в приемной, предпочтя выслушивать остроты Дэйзи по этому поводу. Уж лучше это, чем пребывать в сомнительной компании обезумевшей девчонки.

Для начала он решил разобраться с почтой, пропущенной за пять тюремных дней, пока был отлучен от вестника и перечитал все семнадцать розовых свитков, содержащих одни и те же милые, взволнованные строки. Но отвечать на них было поздно. И лень.

Потом Оин долго разглядывал узор на потолке, отбрасываемый светом уличного люксарового фонаря через окна, и размышлял, как ему поправить свою жизнь, которая так неудачно подвернула ногу. Он мог сбежать. Но неприятное чувство ответственности уже привязало его к этому месту. На том толковые мысли закончились.

Ближе к утру дом начал наполняться различными шорохами.

Дэш первым спустился на кухню. Оин притворился, что всё ещё спит, чтобы не пересекаться с ним ни словом, ни взглядом. С Дэйзи такой трюк не прокатил.

– Нечего тут разлеживаться, бездельник! – она плюхнулась рядом с ним на диван, звякнув чашкой о блюдце.

– Где мой кофе? – нагло пробубнил Оин.

Получив от девушки ободряющий щипок, он всё же поднялся с дивана и побрел на кухню.

За годы скитаний по разным ночлежкам и крышам он успел позабыть, что такое домашний комфорт. Здесь были и стол, и стулья, и нормальная вместительная плита – не то, что одноместный чугунный брикет в квартире Несс.

Раскрыв большой шкаф, стоящий в углу, Оин и вовсе приятно удивился. Дэш достал где-то охлаждающий артефакт, чтобы хранить скоропортящиеся продукты под рукой, а не в погребе.

Внимательно разглядывая содержимое шкафа, он вдруг ощутил, как от спины вверх пробежали мурашки. Оин обернулся и увидел, что на кухню вошла Рэйна. Поприветствовав друг друга холодными взглядами, они занялись своими завтраками, стараясь как можно меньше пересекаться, передвигаясь по помещению кухни.

Оин поставил на плиту турку с кофе, закинул в сковороду сосиски, несколько яиц и принялся рубить помидоры. Тонко нарезать их без помощи второй руки было не совсем неудобно. Но кого это его не волновало? Разве что Рэйну, которая впервые видела, что кто-то мог так грубо обращаться с овощами. Оина её косые взгляды не волновали. Он был воодушевлен предстоящим завтраком. Раз уж придется отрабатывать долг перед Дэшем, то питаться за его счет он собирался по-человечески.

Всё шло по плану – готовка и холодная война с несостоявшейся соседкой, пока кофе и яичница не решили одновременно выйти из-под его однорукого контроля.

Оин успел убрать с плиты только сковороду. Рэйна – турку.

Спасибо... – подумал он. Не сложно было сказать это вслух, но он никак не мог перебороть себя, и внимание девушки быстро переключилось обратно на свои шкварчащие на сковороде оладьи. После этого находиться рядом с ней стало ещё более неловко.

В кухню заглянула Агнесс. Оин не ждал её здесь увидеть и приятно удивился. Но вспомнив, чьими стараниями оказался в трудовом рабстве у Дэша, и нахмурился.

– И не думай, – с порога заявила она, – извиняться не собираюсь!

– Можно подумать, я ждал.

– Конечно ждал. Иначе, к чему такой щенячий взгляд? – Нэсс пошарила рукой по холщовой сумке и выудила из нее совершенно новенький, блестящий секстант: – Только не возомни, что я вдруг стала слишком доброй – ты должен мне три серебряника. И знай, сломаешь этот, забудь мой адрес!

Оин просиял, получив в руки новое устройство. Перемирие было засчитано.

– Ты принесла те рубашки? – оживилась Рэйна, с чего-то обращаясь прямо к Агнесс.

– Я же обещала, – с неподдельной дружелюбностью ответила та и под изумленный взгляд Оина принялась демонстрировать девушке принесенные с собой вещи.

– Какая прелесть, – Рэйна осторожно провела пальцами по тонкому пастельному муслину и витиеватой вышивке на воротничках. – Несс, – Оину резануло по ушам, – ты уверена, что хочешь отдать их мне? Эруанское шитье большая редкость!

– Брось, – отмахнулась та, – я всё равно не ношу подобное. А эти достались мне от тетки и только место в комоде занимают...

– Во имя всех Пустых, что тут происходит?! – прервал их Оин.

– Что не так? – возмутилась Агнесс.

– Почему вы... Ты что, дружишь с ней?

– Двое одного не ждут, – Дэйзи завернула в кухню, чтобы поставить пустую чашку в раковину, – не знал?

– Тебя не спрашивали!

В отместку на его грубость наемница, примкнула к девушкам и нежно потянула Агнесс за упругую кудряшку:

– Милая Несс, знай, если этого зануду всё-таки вздернут на площади, мы с Рэйной придумаем, как тебя утешить.

– Когда вы успели так спеться? – недоумевал он. – Меня не было всего пять дней!

– Им есть против кого дружить, – Тод неожиданно проявился за спиной Оина, словно сонный призрак.

– Привет, Агнесс.

– Тод.

Оба обменялись приветственными кивками и устроились за столом, приглашенные Рэйной, отведать горячих оладий.

Ощущая себя участником какой-то странной пьесы, Оин решил больше не растрачивать силы на бессмысленные пререкания и уселся рядом с остальными, но к оладьям так и не притронулся, предпочтя им свою остывшую яичницу.

Завтракать пришлось очень быстро. Дэш получил утренние вести с координатами новых очагов и спешил выпроводить всех на задания. Тода он отправил зачищать какую-то глушь от грамургов, Дэйзи – в западный район города, где отряду наемников срочно потребовался специалист по ядам. Оину и Рэйне досталась неизвестная тварь, которую не смогли добить местные гвардейцы.

– Я и один прекрасно справлюсь! – заявил Оин, не желая иметь ничего общего с этой девчонкой.

Но Дэш был непреклонен.

– Вы теперь напарники.

– Пытаешься всучить мне няньку? Думаешь, я не завязал с теневой магией?

– А ты завязал?

Оин как-то неоднозначно дернул бровью, но потом изрек:

– Ты ясно дал понять, что отправишь меня обратно в камеру, если уличишь в обратном.

– Хорошо, что ты это понял. Но Рэйна всё равно едет с тобой. Магия хороша в совокупности с мечом.

***

Они взяли гехорнов. До места был всего час езды.

Оказавшись в седле, Оин с трудом поборол желание, хлестнуть своего скакуна, чтобы тот унес его, как можно дальше от этого дома, от Дэша и его идиотских идей исправить нерадивого племянника.

Он с трудом представляя, как пройдет это задание. Но в одном был уверен – ничего хорошего из этого не выйдет. В последнее время всё, за что он не брался, оборачивалось настоящей катастрофой, а тут, в придачу, ему выпала целая комбинация самых "удачных" обстоятельств. Он ехал искать монстра, которого всегда старался избегать, без привычных инструментов Теневого Заклинателя, в сопровождении девчонки, которая ещё недавно желала его смерти. Что могло пойти не так?

Единственное, что Оина не смущало в этом наборе – отсутствие одной руки. Он давно привык справляться без нее, не замечая никакого неудобства.

А вот Рэйне это явно не давало покоя:

– Как ты собираешься бороться с агмару, если с яичницей едва управился? – рассуждала она, пока они ехали к месту, которое указали гвардейцы.

– Я спас тебя от щеула, – нехотя отозвался он, – или ты запамятовала?

– Я была без сознания, – напомнила девушка. – Чего не видела – того не было.

Рэйна больше не предпринимала попыток поразить его мечом и вообще редко смотрела в его сторону.

Какое-то время Оин ещё пытался найти в себе силы и дальше с прежним рвением не терпеть Рэйну, но за дорогу как-то поостыл. Оттого их яркое противостояние постепенно сошло к слабому покалыванию друг друга словесными пиками.

Если так пойдет дальше, может, они и вовсе перестанут замечать друг друга – размышлял он. Было бы здорово. Он не хотел расстроить Агнесс, убийством её новой подруги, если та вдруг надумает снова слететь с катушек. Боги, да ради Несс он готов был даже попытаться наладить с ней нормальный разговор. Почему бы и нет. Но с чего стоило начать?

– Не хочешь поговорить о том, что между нами происходит? – спросил он несколько скомкано.

– Избавьте боги, – прыснула Рэйна.

– Хватит дурить, ты поняла, о чем я.

Оин бросил на неё косой взгляд. Он до сих пор не понял, кто она – мару или нао? Нефритовые грозы, клан к которому она принадлежала, жили закрыто и держали свои секреты под надежным замком. А те, что когда-то утекли, превратились в мифы. Амулет предчувствия на его запястье упорно молчал, не реагируя на неё. Значит магической силы у Рэйны не было. Стало быть, она – нао. Но её глаза... С тех пор, как она очнулась в доме Несс, Оин больше не видел, чтобы они мерцали зеленым, как при их первой встрече в каменоломне. Могло ли ему тогда показаться?

– Ну и что ты хочешь знать? – спросила Рэйна, предпочтя худой разговор неудобному молчанию.

– Расскажи про артефакт, из-за которого ты меня чуть не убила.

– Я всё объяснила ещё в нашу прошлую встречу.

– Ты сказала, что из-за пропажи этой штуки...

– Сердца Молнии, – напомнила она.

– ...из-за её пропажи весь твой клан в опасности. Что именно ты имела ввиду?

Теперь Рэйна кратко покосилась на Оина, не понимая, куда делась вся его спесь. Он не сводил глаз с дороги, но его прямой профиль выглядел вполне серьёзно.

– Возможно ты не в курсе, – недоверчиво начала она, – горные кланы издревле являются сторожами Тригорья, – это Оину было известно, но он решил промолчать, – мы следим, чтобы заточенные в скалах древние духи не вырвались на свободу и не навредили общинам Тригорья. Мой клан Нефритовых Гроз стережет Полуденную гору, в которой заключен...

– Дух Красного пепла. Я знаю эту сказку. Мать в детстве рассказывала.

– Это никакая не сказка! – тут же взбрыкнула она и замолчала.

Оин пожалел, что не умеет держать язык за зубами.

– Прости, – через силу выдавил он. – Значит, Сердце Молнии это артефакт, который сдерживает духа внутри горы?

Девушка обиженно кивнула.

– И если его не вернуть, будет большая катастрофа?

– Теперь понимаешь, что твой вор-отец наворотил, украв его?

При всем желании Оин не спешил испытывать вину.

– Твой древний дух как-то не сильно торопится вредить вашим общинам, раз целый год ждет, пока ты отыщешь свою магическую безделушку.

– Потому что Фиелу удается сдерживать его!

– Кто такой Фиел? Великий Заклинатель?

Рэйна отвела глаза, посчитав, что и так сказала лишнего, но все же ответила:

– Он глава клана Темных Сиенитов, главенствующего над всеми общинами Тригорья. И мой жених.

Оин открыл рот для вопроса, но не задал его. Они прибыли на место.

Спешившись, привязав гехорнов подальше от открывшегося бурелома, они принялись осматривать округу, где поваленные деревья оголили местность с неестественно потемневшей почвой. При контакте с ней подошва обуви сразу становилась неприятно липкой.

– Как думаешь, с кем здесь столкнулись гвардейцы? – Рэйна остановилась, чтобы обтереть о ствол поваленного дерева налипшие на летние тапочки листья и мох.

Оин пожал плечами. Он не обладал расширенными познаниями о демонических тварях, и не мог, определить их породу, просто полизав почву в месте, где те потоптались.

Амулет предчувствия на его запястье слабо мигнул, намекая, что пора насторожиться.

– Что это за штука?

– "Чутье", – ответил парень, перебирая взглядом окружающие их кусты и деревья, – предупреждает о посторонних магических аурах.

– Откуда у крысолова такая редкая вещица?

– Несс подарила. – Заметив, что его скупой ответ не утолил любопытство девушки, он добавил: – Она обменяла её у Странников на одну из своих поделок.

Не успела Рэйна бросить, что такому неблагодарному болвану, слишком повезло с подругой, как высокие кусты перед ними громко затрещали и заходили ходуном.

– Что-то не маленькое, – предположил Оин с видом знатока.

– А я-то решила, к нам мышь крадется...

Из леса с ревом выскочил агмару, размерами вдвое превосходящий самого здорового медведя. Он не имел передних лап, но это не мешало ему свободно бегать на задних, хрипя и плюясь слизью на право и на лево, создавая тем на поляне вонючие темные лужи.

– Надо угомонить его! – крикнул Оин

Тварь так резво крутилась, что Рэйна никак не могла улучить момент и попасть по ней мечом, только чиркнула пару раз по толстенной шкуре.

– Я отвлеку! – крикнула она и погнала демона подальше от Оина, давая ему время подготовить магическую ловушку.

Оин достал люксаровый мел и принялся чертить им печать прямо по земле. Тот все время крошился, ломался, выводя из себя. Но самое большое неудобство заключалось в том, что готовая печать, нарисованная им, активировалась не сама по себе, а при помощи ишиёсо – человеческой магии. Поскольку Оин не обладал таковой, являясь обычным человеком, ему пришлось запастись намидами – крошечными капсулами с заключенной в них частичкой чужого ишиёсо.

Оин спешил закончить ловушку, пока Рэйна ещё могла занимать собой агмару, но намиды всё время норовили выскользнуть из пальцев. Теневая магия слишком разбаловала его, лишив былой ловкости. Да, она была нестабильной, но при этом размывала границы дозволенного, позволяя Оину управлять собой, будто собственной энергией. Используй он её, это в разы упростило бы дело. Но Дэш ясно дал понять, что разорвет договор, если он хоть раз сорвется. Пока что Оину не настолько сильно хотелось обратно в тюрьму.

Когда ловушка была готова, он подал Рэйне сигнал, и девушка повела монстра западню, где тот ожидаемо запутался в магических сетях. Все сработало четко. Эту часть Оин и Рэйна успели продумать ещё по дороге. А вот ту, где агмару вырывается из хитроумной ловушки и пытается их прикончить – нет.

Увидев, что слизь агмару растворяет магические путы, Рэйна поспешила окликнуть Оина, но тот не успел среагировать и был повален шипастой тварью прямо в лужу вонючей слизи. Тварь немедленно затоптала бы его, если бы не напарница, которая изловчилась запрыгнуть на спину агмару, цепляясь за редкие выступающие шипы, чтобы увести его назад.

Пока Рэйна пыталась удержаться на спине существа, Оин смоделировал в воздухе ударную печать и направил её прямо в пасть шипастой твари.

Раздался хлопок, сопровождаемый голубоватым залпом. Агмару отлетел в сторону, а вместе с ним и Рэйна, упав в соседнюю лужу слизи...

***

Уставшие, все в едкой слизи они поднялись на крыльцо. Победа была быстрой, но без потерь не обошлось. Всю дорогу до дома Рэйна не могла перестать сокрушаться по своей испорченной рубашке, одной из тех, что подарила Несс. Как ни странно, Оину не хотелось над этим позлорадствовать.

– Проклятье Пустых, – Дэйзи учуяла их появление со второго этажа. – Что это с вами? Боги... – она заткнула нос.

– Отстань, Дэйзи, – Оин принялся устало стягивать с себя куртку, измазанную слизью.

– Столкнулись с гидрой?

– Кем бы ни была эта тварь, она уже мертва.

– Дай сюда, – наемница отняла куртку, провела по ней пальцем, понюхала склизкую материю. – Точно! Щелобрюхая гидра. Вы оба – марш в купальню!

– И без тебя догадались, – Оин отнял у неё куртку и направился из коридора вниз по лестнице.

– Я первая, – попыталась опередить Рэйна.

– Не так быстро, – он преградил ей путь рукой. – Раз я убил гидру, то и первые купальные лавры достанутся мне.

– Мыться! ОБА! – скомандовала, преследовавшая их Дэйзи. – Слизь гидры токсична. Если не хотите провести ближайшую неделю в качестве овощей, изрыгая нечто подобное, – она погрозила им испачканным пальцем, – то немедленно идите смывать эту дрянь!

– Но мы не можем мыться вместе, – неуверенно защебетала Рэйна. – Я... я точно не могу!

– Тогда жди очереди, – пожал плечами Оин. – Дейзи, приготовь ей койку и тазик.

Он вошел в купальню, кинул куртку в угол, следом полетели ботинки и ремень.

Дейзи бесцеремонно втолкнула Рэйну следом за ним и захлопнула дверь. Сердито пыхтя, девушка попыталась выбраться, но дверь оказалась намертво запечатана магическими морами, а голос наемницы с издевкой заверил, что заклинание спадет, как только они оба приведут себя в порядок. Делать было нечего, кроме как повиноваться.

Когда Рэйна обернулась, Оин уже стягивал с себя рубашку. Не желая лицезреть, как он обнажается, она шмыгнула за единственную перегородку. Медлить с раздеванием она не стала – слизь гидры уже начала неприятно пощипывать кожу.

У края общей перегородки стояла большая кадка, наполненная водой. Рэйна сунула в неё руку и тут же вся покрылась мурашками – вода оказалась ледяной.

– Уйди, – прогнал её Оин.

Его рука высунулась из-за ширмы, и начертила на кадке несложную печать малого огня. Намида привела её в действие, и вода внутри быстро нагрелась до нужной температуры.

– Надо же, от тебя и в быту есть какой-то толк, – проронила Рэйна, наблюдая за поднимающимися на поверхность пузырьками воды.

– Это простейшая печать. Даже такая деловая нао как ты должна знать её.

– Я не нао!

– Кто же тогда? – удивился Оин, зачерпывая ковшом воду.

– Мару. Разве не ясно? – ответила девушка, она, пока утихнет шумный всплеск за его ширмой.

– Чутье не засекло тебя. Или ты... Пустая?

– У меня спящее ишиёсо, а вовсе не пустое!

Из-за ширмы Рэйны послышался обиженный всплеск воды.

Оин знал, что мару всегда слишком резко реагировали, когда речь заходила о пустом ишиёсо, но никогда не понимал этого. Подумаешь – магия без особых талантов. По его мнению, наличие даже такого ишиёсо стоило считать большой удачей – всяко лучше, чем его полное отсутствие. Человек, с ограниченными магическими способностями хоть и не имел особых техник, но всё ещё мог освоить многие полезные трюки. Например, рисовать печати собственной магией, не используя для этого люксаровый мел, и уж тем более намиды, которые, при всем своем неудобстве, имели ещё привычку быстро заканчивались и с каждым годом расти в цене. И все же сами мару продолжали считать Пустых неполноценными – полу-мару полу-нао.

Но если о Пустых Оин знал хоть что-то, то про спящее ишиёсо слышал впервые. Почему оно спало и могло ли пробудиться? Вопросов было очень много. Оин мог бы поинтересоваться обо всём у Рэйны, но не хотел показаться слишком заинтересованным.

– Зараза! – его лопатку неприятно обожгло остатками несмытой слизи.

– Что там у тебя?

– Не могу дотянуться до этой дряни на спине...

На пару секунд в купальне воцарилась тишина. Оин огляделся в поисках какой-нибудь щетки, но ничего не нашел. Сейчас бы пригодилась вторая рука...

– Иди сюда, – позвал голос Рэйны.

Оин не потратил много времени на раздумья – лопатку жгло все сильнее и сильнее. Он обернул бедра полотенцем и вышел из-за ширмы, неловко придерживая его одной рукой.

Рэйна уже успела обмотаться в тонкую простынь, спадающую до пола, и собрать мокрые волосы в низкий слабый пучок. Она окинула Оина оценивающим взглядом и крутанула пальцем, показывая, чтобы он повернулся и подставил ей спину.

– Надеюсь, ты не прячешь клинок где-нибудь под простыней?

Она загадочно пожала плечами, и Оину пришлось довериться.

Рэйна занесла губку, готовая избавить его от разъедающей плоть слизи, но застыла, увидев рваный шрам, растянувшийся во весь позвоночник.

– Если будешь долго пялиться к шраму прибавится ещё и ожог, – пробубнил Оин.

Рэйна отбросила растерянность и провела мочалкой по покрасневшей коже. Осторожно, едва касаясь.

– Не нежничай, ты, три сильнее.

Повинуясь его желанию, она надавила, даже немного чересчур, из вредности. Оин цокнул языком, уворачиваясь от губки, всё-таки слизь успела разъесть кожу, а Рэйна испытала довольство досадив ему. Но оно быстро сменилось задумчивостью.

– Это осталось после того столкновения с агмару, о котором говорила Несс? – Шрам на позвоночнике Оина хорошо ощущался под подушечками её пальцев.

– Да, редкостная дрянь попалась.

Рэйна глянула на его предплечье, которое теперь заканчивалось ничем:

– И как это... – она почему-то не смогла подобрала слова, и чтобы избавиться от излишней драматичности, бросила небрежно: – Небось, занимался всяким теневым непотребством?

– Вроде того, – уклончиво ответил Оин.

Рэйна сполоснула губку, чтобы ещё раз начисто протереть его спину.

– Слушай, Оин... Я не стану извиняться за то, что пыталась убить тебя. Но могу заверить, что не собираюсь повторять этого в будущем.

– Я всё равно не доверяю тебе, – сказал он, оборачиваясь, – но попробую сделать с этим что-нибудь. Рэйна.

Он стоял так близко, что можно было рассмотреть опаленные края его светлых бровей и ресниц, мокрых от воды.

В углу раздался скромный щелчок вестника. Оин сразу направился к устройству, а Рэйна поспешила избавиться от предательской краски, полыхнувшей на её щеках.