Глава 25
Принятие
Я резко распахнула глаза, подумав, что уже довольно долго проспала. Но вместо привычной мне комнаты меня окружила лишь тьма...
Все было похоже на то место, где мне впервые пришлось встретиться со своим волком. Словно я вновь попала в собственное сознание, в котором все также господствовала совершенная тишина.
Я сделала пару шагов во тьму, которые эхом разнеслись по коридору. Вдали передо мной показалось большое зеркало, что хоть немного освещало комнату. Неожиданно его стекло треснуло, трещины быстро начали расползаться и создавать новые осколки. Но они, также резко и неожиданно, остановились, как и возникли...
Я подошла чуть ближе к треснувшему зеркалу и осторожно подняла руку к нему, совсем не страшась пораниться. Но стоило мне только прикоснутся к трещинам, как в каждом осколке появилось отражение моей тьмы, которая хитро улыбалась мне, обнажая свои клыки, в несколько раз острее моих.
Я в страхе, пробирающего до костей, попятилась назад. Сердце забилось уже где-то в горле. Дрожащая ладонь бессильно опустила зеркало. И как только я сделала шаг назад, оно разлетелось на мелкие кусочки, царапая мою кожу, в некоторых местах оставив сильные раны.
Я прикрыла глаза рукой, чтобы те не пострадали. Вторая рука сама потянулась вперед, стараясь телекинезом остановить падающие на меня осколки стекла. И когда я попыталась открыть глаза , то кусочки зеркала остановились в нескольких сантиметрах от моего лица.
Но моя сила сработала лишь на мгновение, осколки вновь, не поддаваясь мне, полетели на меня. И я, потеряв равновесие, упала на холодный пол. Острое стекло впивалось в кожу и создовало на моем теле новые раны, из которых быстро сочилась кровь.
Вдалеке послышался женский смех, в котором чувствовалась столько злорадства, сколько не было ни в одном слове или действии Феликса. Я взглянула в ту сторону, откуда он шёл. Это была девушка в точности похожая на меня, но только глаза были огненного цвета с узким зрачком. И только взглянув на неё, я поняла, кто стоял передо мной...
Девушка подошла ближе ко мне. Она шла настолько уверенной и властной походкой, что ее каблуки противно цокали по коридору, разнося эхо по всему моему сознанию. Тьма присела передо мной на корточки, чтобы смотреть прямо в глаза и показать власть надо мной, опасно улыбнулась.
От этой девушки исходил мертвый холод, который прошёлся мурашками по моему телу. Сердцебиение усилилось, а дыхание, наоборот, замедлилось, словно я боялась дышать около неё. Эридовы эды, я даже коленки поджала, страшась своей тьмы:
— Как интересно же за тобой наблюдать, когда ты боишься меня и страдаешь, — со смехом сказала та и взяла меня за левую руку, на которой на всю ладонь красовалась глубокая рана от осколка стекла. Она надавила на самое кровоточащее место в надежде, что из моей груди вырвется крик боли, которую было невозможно стерпеть. Но я не издала ни звука и на зло тьме смело продолжала смотреть ей в глаза, стараясь подавить свой вскрик, смешанный с плачем. — Строим из себя сильную, Фоуз?
Я хотела ответить, что нет, но девушка опередила меня:
— Не ври мне, я знаю тебя лучше всех остальных...
— Мы с тобой договорились, — грубо перебила я ее и постаралась вынуть свою руку, но девушка вновь крепко схватила ее, оставляя после себя красные отметины своих пальцев.
— Поверь, ты уже готова принять меня назад, хоть и отрицаешь это.
«Фоуз, все хорошо?» — во всем сознании послышался шёпот Тео. Эридовы эды, только его тут не хватало!
— Тео!? — я в недоумении крикнула во тьму разума. Мне хотелось верить, что после голоса парня пойдут толчки в бок, чтобы мне удалось проснуться. И это оказалось бы лишь дурным сном.
— Я бы посоветовала, пока не спешить с этим парнем, — вставая на ноги промолвила тьма.
— Ч-что ты имеешь ввиду?
— Он старается уберечь тебя, скрывая кое-что важное. Ты не злись на него, парень старается пробыть с тобой рядом, как можно дольше, — с грустной улыбкой ответила та. — Конечно, мои слова ты и не вспомнишь, но у тебя в сердце останется это противное чувство недоумения и немного недоверия. Не важно, какой сегодня будет твой ответ.
— Ответ на что?
— Догадайся.
— Чего ты хочешь?
— Пошли со мной, Фоуз, я тебе все расскажу, — хитро протянула тьма и кивком поманила меня дальше по коридору.
Я встала с пола с треском осколок, что оказались у меня под ногами, и направилась за ней.
— Почему я здесь? — осторожно поинтересовалась я, рассматривая свою рану, которая была настолько глубокая, что после мог остаться заметный шрам.
— Ты сама сюда пришла, но зачем не знаю, — тьма, не останавливаясь и не поворачиваясь ко мне, махала руками и беззаботно отвечала. Видимо, это была ее территория, где она была хозяйкой. — Может, ты мне это расскажешь?
— Очень смешно, — холодно ответила я. — Я никогда бы не пришла к тебе сама.
— О, нет пришла бы, как сейчас. Ты сама это не контролируешь, этим занимается твоё подсознание, — на ее слова я лишь закатила глаза, и слава Фелисити, что она это не заметила. — Вот только, что остаётся мне непонятным... Ты сама так решила, потому что поняла, что готова. Или тебя что-то подтолкнуло, после чего ты поняла, что уже пора...
— Очень умно! — с сарказмом рассмеялась я. — Сначала мне угрожать смертью, а потом говорить, что я сама приняла такое решение!
— Я тебе смертью не угрожала. То, что ты долго осознавала всю опасность, сугубо твои проблемы. Меня советую в это не ввязывать, —тьма остановилась и повернулась ко мне полу боком.
— Если не ты, то кто тогда? — все с таким же сарказмом спросила я, вновь закатив глаза.
— Я-то откуда знаю?! Эридовы эды, про этот голос я знаю столько же, сколько и ты, — недовольно ответила тьма, уже процедив свой ответ сквозь зубы, словно подавляя свой рык.
— Тогда, кто ты в моей голове? Какую роль ты играешь в моей жизни? — я с рыком смело подошла к тьме и ткнула на неё пальцем здоровой руки.
— Я — твоя сущность. Я — твоя сила, — вновь посмотрев на меня, ответила девушка. В ее рыжих глазах словно разгорелось пламя, что не предвещало ничего хорошего. — Я — та, без которой ты можешь умереть, потому что четыре года назад нас с тобой решили разделить, заперев меня здесь, — в ее маняще-сладком голосе не было ни капли грусти и жалости, чтобы я могла ей поверить, в нем был только холод, расчетливость и жажда мести.
— Ложь, — я обнажила свой клинок, который был у меня на поясе, и приложила его к груди тьмы. — Будь ты моей силой, то ты бы не выглядела в точности как я. Ты — тьма!
Девушка внезапно пропала из моего вида, словно растворилась в этой тьме сознания. Кинжал тоже исчез из моих рук. Но затем я почувствовала, как его холодное лезвие прислонилось к моему горлу, перекрыв путь к кислороду.
— Тебе-то откуда знать, как я должна выглядеть? — прошептала на ухо тьма, все сильнее прижимая кинжал к шее. Ее шепот прошёлся мурашками, но сразу на их место пришло жжение на том месте, где был кинжал, словно это была не моя тьма, а сам Артес.
— Я изучала, — я схватила девушку за руку, что держала нож, и перекинула ее через своё плечо. Тьма с глухим стуком упала на пол, опустив кинжал. — Только тьма может сливаться с мыслями и принимать форму того, в ком он относится.
— Тьмы не существует. Есть только сила, которая по-разному раскрывает свой талант, — вставая с ног, тихо проронила она.
Я ещё раз взглянула на девушку. Это была не ее форма. Мне было известно, как неудобно находятся не в своем истинном обличии, видела, как Сиенна долго не могла свыкнуться с формой кошки. Хоть девушка и скрывала это, в ней все равно было что-то нечеловеческое. Но тьма, или сила, хорошо приспособилось к этому образу холодной и расчетливой девушки, которая не знает, что такое страх и сожаление.
— Даже если ты говоришь правду, то это не твоя истинная форма, — предположила я, немного расслабившись. Тьма не хотела причинить мне вред, ей нужно было другое, поэтому причин защищаться от нее у меня больше не было. — Ты приобрела эту форму, чтобы иметь связь со мной? — неуверенно сказала я, на что тьма лишь усмехнулась. — Ты приобрела эту форму, чтобы иметь связь со мной.
— На будущее, всегда говори прямо. Даже если ты не уверена, — холодно ответила та. Девушка сделала недолгую паузу и спросила. — Ты согласна?
Я хотела спросить, чем на самом деле грозил мой отказ, но тьма меня опередила вновь:
— Нам грозит смерть в скором времени, если откажешь. Боги возложили на тебя весь мир и все его жизни, даровав тебе такую силу, и они не потерпят отказ от неё.
— Как думаешь, я готова? — словно подругу, спросила я девушку.
— Сама посуди, — хмыкнула та мне в ответ. И пошла туда, откуда мы пришли.
Последовав ее совету, я принялась перебирать все свои мысли и опасения, которых было гораздо больше. Что если моя сила была намного больше меня самой? Что если, согласившись, я стала бы более холодной, расчетливой и не знала, что такое жалость? Что если я начала бы мстить хуже, чем моя тьма?
Что если из-за моей силы многие пострадают...?
Я представила себе картину, как мое пламя сжигает множество домов, замок. Где-то были слышен плач, крики. И кто-то сквозь это алое пламя громко крича и плача, срывал свой голос: «Пожалуйста, хватит, мне страшно!»
Нет, я не могла согласиться с ней. Я не смогла бы ее контролировать. Нет, нет, нет, у меня не получится справиться с этой энергией, с этой силой.
Из-за этих мыслей меня бросило в дрожь, на глазах навернулись слезы. Сердце начало пульсировать в ушах, никак не перебивая мои мысли. В руки по венам спускалась сила, но я не могла ею воспользоваться. Страх брал верх надо мной и не выпускал ее, а она жаждала этой свободы. Жаждала показать свой потенциал, поставив всех на колени.
— Фоуз, — осторожно промолвила мое имя тьма.
— Я не могу, не могу! — срываясь на крик, начала я. — Ты все жжёшь.
— Ты не должна бояться меня, — спокойно ответила та, сделав пару шагов вперёд.
Я резко вскинула раненую руку, в которой чувствовалась сила в несколько раз больше той, чем была. Все осколки зеркала взмыли вверх, образовывая щит, который преграждал дальнейший путь тьме.
— Ты права, это ты должна бояться меня! — слетело с моих губ, на которые легла хитрая ухмылка.
Но, поняв, что вырвалось у меня, я бессильно опустила руку, и за ней со звоном упали все острые кусочки разбитого зеркала. Мои ноги стали ватными и больше не могли удерживать. Но я старалась держаться из последних сил, чтобы вновь не упасть на холодный пол.
— Ты подумала, что не сможешь принять меня? — нежно спросила тьма и, притворившись, что заботиться обо мне, почти невесомо погладила меня по плечу.
— Не знаю, — честно призналась я.
— Теперь попробуй подумать, как я помогу тебе.
После ее слов меня накрыло чувство силы и власти, словно мне на голову надевали корону. Перед глазами встала картина, как я сажусь на трон, держа меч, имя которого могло быть Немессис. Люди, что собрались в тронном зале поклонились мне и называли меня их королевой. А мои губы безмолвно повторяли одну фразу: «Я никогда не убегу».
— Что ты видишь? — поинтересовалась под руку девушка.
— Я согласна, — я вытянула руку вперёд, продолжая смотреть в пустоту. Тьма улыбнулась и ждала продолжения. — Будь верна мне, ведь все склоняться передо мной, они будут называть меня их королевой.
Я перевела взгляд на девушку, которая ждала именно этого ответа, а на ее губах красовалась опасная улыбка. Тьма вскинула мой кинжал над нашими руками и по очереди провела им по ладоням. И мою руку пробрала жгучая боль, которая чувствовалась всем телом, но вместо алой крови из раны возникли рыжие языки пламени.
И когда часть «ритуала» была сделана, тьма пожала мою раненую ладонь. Ее рука внезапно загорелась пламенем, которое быстро расползалось и по моей и добралось до ключицы, где была моя лисья метка.
Внутри меня начала бушевать сила, которая только почувствовала свободу и казалась больше меня самой и моего тела. И я вместе с ней словно научилась дышать полной грудью, сбросив все цепи. Я снова стала собой. Лисьим пламенем.
Когда пламя с руки тьмы начало исчезать, девушка тоже начала превращаться в яркие искры магии, которые все полетели ко мне в сердце. А вслед она успела мне сказать:
— Они будут бояться и поклоняться тебе, Лисье пламя!
После ее слов она полностью растворилась, и те последние искры полетели ко мне в сердце. Они словно хранили мою память с тех пор, как от меня закрыли мою силу, потому что мою голову наполнили самые разные воспоминания из прошлого. Как меня тренировал с мечом папа, как Эвелин учила стрелять из лука в дворцовом дворе, как вечером родители мне рассказывали разные истории. И самое ужасное, я вспомнила их смерти, как нашли их тела, как по моим щекам текли слезы и боль от этих воспоминаний...
Но воссоединение с моим прошлым прервал глухой рык позади меня.
Это оказалась огромная огненная лиса похожая на ту, что я призвала при встречи с Феликсом. Она была величественная и гордая и смотрела мне прямо в глаза, словно ища во мне частичку себя.
Я лишь криво улыбнулась ей в ответ, зная, что могу ей не кланяться. Мы с ней были одним целым, мы были на ровне.
Она вновь гордо зарычала, дав понять, что я сделала все, как ей этого хотелось.
— Меня, Фоуз Слэйер, дочь королевы Нэриссы и короля Эриса, дочь двух народов, Вивиана и Алтея, Убийцу врагов больше не остановить, — поклялась я лисе, подойдя ближе. — Я — Лисье пламя, я больше никогда не убегу. Меня больше не остановить!
Я сделала ещё шаг навстречу лисе. Та сделала поклон в знак принятия моей клятвы. И я решилась погладить ее по огненной шерсти, а потом и вовсе упереться об ее переносицу.
Я вновь обрела себя и свою силу спустя столько лет...