Глава 12. Осознание.
Глава 12. Осознание.
Когда вы не осознаете происходящее внутри вас, снаружи это кажется судьбой.
Карл Густав Юнг.
Витор проводил меня до комнаты, внутрь заходить отказался.
— О чем вы говорили с Дженом? – Он обнял меня, я не стала сопротивляться.
Мне... даже нравятся его объятия...
— Ни о чем особенном. Спросил про свадьбу, сражение, потом пришел ты. Встречный вопрос, - я заглянула в его глаза, - зачем тебя вызывал Айнех?
Витор провел пальцами по позвоночнику. Сидевшие тихо-мирно до недавнего времени чувства радостно выбрались наверх и наперебой заголосили, требуя продолжения.
Убить бы этого духа хранителя к бездне, чтоб больше не лез не в свое дело.
Витора моя реакция удовлетворила – он довольно улыбнулся и ответил:
— Любопытство губительно.
— Это не любопытство, - возразила я. – Вдруг магистр поручит тебе опасное задание, ты согласишься...
Ой... я что, волнуюсь за Витора? И впрямь волнуюсь... Ну, все. Приехали...
Он, видимо, подумал о том же.
— Переживаешь? – синие глаза потемнели, но явно не от злости.
— Обстановка в Королевстве нестабильная, - начала я выкручиваться, - мало ли что может произойти.
Витор до безумия напоминал довольного кота.
— Со мной ничего не случится, - прошептал он мне в губы.
Сердце пропустила удар... еще один...
Будь проклят этот дух хранитель!
Я взяла инициативу в свои руки и притянула Витор к себе для поцелуя. Внутри все возликовало. Его руки и губы, казалось, единственное, что нужно для счастья.
Осталось понять, где заканчиваются навязанные чувства и начинаются мои собственные.
Становилось все жарче, словно вокруг нас полыхал костер. Разум затуманился, тело отказалось отстраниться хотя бы на сантиметр.
Боги, вы не устаете меня удивлять.
Глаза Витора стали темнее ночи, в них с легкостью можно разглядеть отражение.
Я буквально повисла у него на руках, совершенно потерявшись в пространстве и времени.
Момент прервал Дин, неожиданно вышедший из комнаты.
— Воу-воу, ребята, кто заказывал бесплатный просмотр эротики?
Я сфокусировала взгляд на нем, медленно приходя в себя. Наше тяжелое дыхание, похоже, было слышно с другого конца коридора.
— Вы бы в комнату зашли, а то скоро зрители появятся, - Дин широко улыбался.
На его голос выглянула Малена.
— О-у... – она оценила картину. – Шикарно выглядите.
Скрытая ирония.
Волосы, я и без зеркала знала, растрепались, а задравшееся платье я спешно одернула еще при появлении Дина.
— Увидимся, - шепнул Витор, прошелся губами по щеке, вызвав толпу мурашек, и быстрым шагом удалился.
Неловкая ситуация...
Я прокашлялась и криво улыбнулась:
— Привет.
Дин с Маленой переглянулись, распахнули дверь и, едва я вошла, тихо засмеялись.
— Кое-что я застал, но мы требуем подробностей, - Дин уселся на кровать Малены.
На смятую кровать. Под столом валяется явно забытая футболка.
— Могу требовать от вас того же, - я указала на кровать и футболку.
Уши Малены вспыхнули, а Дин ничуть не смутился.
— Один-один, но ты первая, - он сцепил пальцы на затылке и откинулся на спину. – Мы ждем.
Я бы и без этого обошлась, если честно... Ну, раз просят.
— Не тяни, - поторопила Малена и пристроилась у Дина под боком.
Он с волосами цвета серебра, с не сходящей с лица улыбкой, она – с черными, как смоль, волосами, всегда с серьезным лицом из разряда «не подходи – убьет».
Идеальная пара.
— Хм... м-м... у нас, вроде как, свадьба скоро...
Лица друзей застыли в выражении «не успели осознать, но смысл дошел».
— Вы... – Малена запнулась.
— Свадьба? – Дин, не мигая, уставился на меня.
— Там бабушка, потом папа с Витором, и дух хранитель, в общем, так вышло, - на выдохе сказала, ожидая дальнейшей реакции.
А ее не было. Ребята в полной тишине искали признаки розыгрыша на моем лице. Я бы на их месте тоже не поверила. Я сама-то не до конца себе верю.
— Ты что-нибудь понимаешь? – Дин перевел взгляд на Малену, та замотала головой. – Угу, отлично. Рэне?
— А я что? Я тоже не понимаю, как все произошло.
Подруга села на край кровати, разглядывая мои глаза.
— Зрачки в норме... Ты серьезно? Вы с Витором же... э-э... я даже произнести не могу.
— Выходит, что да.
Их шок передался воздушно-капельным путем. Теперь и я сидела с отпечатком потрясения на лице.
— Я спать, - Дин слез с кровати, - такую новость лучше переваривать во сне.
Мы с Маленой синхронно кивнули.
Картина маслом – две девушки в ступоре друг друга гипнотизируют. Красота!
— Знаешь, - она подала признак жизни, - я рада. Да, я рада. Кто-то смог понять моего брата, но это не отменяет моего удивления. Просто я думала, никто Витора в здравом уме не вытерпит, и я либо ошибаюсь, либо ты чокнутая.
Да, на меня похоже. Идеальное определение, отражающее мою суть.
— Чокнутая, - подтвердила я и... засмеялась.
С нервным налетом, но главное – смех. Малена присоединилась ко мне.
— Дин прав, - она поднялась, все еще посмеиваясь. – За ночь новость в голове уляжется.
Согласна. Мягкая постель как раз то, что мне необходимо после долгого утомительного дня, не лишенного, впрочем, изюминки.
***
Ночь выдалась спокойной. Ирэне не тревожила мой сон, и к моменту вопля Малены: «Мы проспали!», я успела выспаться.
— Куда мы опаздываем? – мы неслись в душевую.
— Проклятия у магистра Пимслера.
— Он сам любит опаздывать, - припомнила я, когда мы бежали обратно.
— Да, но не любит, когда опаздывают другие.
Мы оперативно переоделись и помчались в кабинет с разноцветными шариками. Именно так я его и запомнила.
На втором этаже меня остановил Витор и попросил задержаться на пару минут. Малена напомнила про опоздание и скрылась в кабинете.
— Куда мы идем?
Витор уводил меня все дальше от кабинета. На вопрос он не ответил. Остановился в закутке возле лестницы и крепко поцеловал.
Дух хранитель наверняка танцует от счастья.
— Из-за этого я не пошла на урок?
Я оценила, конечно, но мы и без того опоздали.
— Хотел отдать твои вещи.
— Давай, - не растерялась я.
Витор усмехнулся.
— Я передумал, - он вновь потянулся к губам, - вечером зайдешь – отдам.
Вот же... Витор одним словом.
— Так я пойду? – мне удалось отойти на безопасное расстояние.
Безопасное с точки зрения наименьшей активности буйствующих чувств.
— Рэне, что тебя беспокоит? – спокойно задал вопрос Витор, не собираясь отпускать меня так просто.
Как бы сформулировать...
— Мне сложно поверить... – я запнулась, осознавая абсурдность ситуации. – Поверить, что это я, сама, чувствую.
Я с опаской подняла глаза. Витор, как обычно, прятал эмоции глубоко внутри, и я решила продолжить. Лучше говорить, чем молчать.
— Я настолько привыкла списывать все на духа хранителя, винить его во всем, - усмешка вышла преисполненная печали. – Мне кажется нереальным, что я по зову сердца могу к тебе... тянуться.
Витор улыбнулся с налетом превосходства, и притянул меня к себе. Тепло от его прикосновений растеклось по телу... Да, ощущения мои, собственные... Но какие же непривычные!
— Хочешь, сменим духа? – он продолжал улыбаться.
Не думала над проблемой под этим углом. Нельзя такой вопрос спонтанно, опираясь только на мое желание.
— Честно – хочу, - призналась я. – Но он столько раз меня спасал. Будет некрасиво по отношению к нему после всего пережитого от него отказаться.
— К твоим светлым сторонам надо привыкнуть, - Витор задумался.
— Это называется совесть и чувство благодарности.
— Где ты видела некроманта с чистой совестью? – с ехидством спросил он.
Нигде. Просто я лично знаю не так много некромантов, поэтому не могу отвечать за всех.
— Где-нибудь точно есть, - надеюсь, даже в уголках темного мира найдутся личности, идущие вразрез с общим представлением.
— Невозможно поднимать людей из могил и оставаться с чистой совестью, - возразил Витор, перебирая пальцами мои волосы.
Пожалуй, он прав. Делать то, что они творят с мертвыми, бесчеловечно. Я в завещании укажу сжечь мое тело после смерти. Не хочу, чтобы какой-нибудь мальчик практиковал на мне свою некромантскую магию.
— Значит, духа не трогаем? – уточнил Витор.
Я покачала головой.
— Пусть живет.
Все-таки обнимать Витора совершенно осознанно без внушений, принуждений и страха – непривычно. Чувствовать от него то же, что ощущаю я, хотя раньше думалось, что он неспособен на любые чувства, кроме злости и всех сопутствующих. Мир для меня перевернулся с ног на голову. Без преувеличения.
— А я не понял, - прервал раздумья многообещающий голос, - чего стоим? Ждете особого приглашения?
Ухмылка на губах магистра подсказывала – фантазия Айнеха в действии.
Витор не спешил отвечать, я тоже предпочла промолчать, а то наше положение на несколько пунктов может ухудшиться.
— Полигоном вас не напугать, а мне хочется подарить вам новые, яркие, незабываемые впечатления.
Вид у магистра не лучше маньяка – предвкушение мучений и последующее наслаждение от наблюдений.
— Может, не надо? – я жалобно заглянула в глаза Айнеху.
На мгновение там отразилось просветление, но... всего на мгновение.
— Надо, Савелье. Скрашу ваши предсвадебные хлопоты.
О, нет... Слишком доволен магистр. Ничего хорошего точно не будет.
Витор молча ждал приговор с отстраненным спокойствием. Я бы сказала – безразличием.
— На территории Академии скоро пройдет день открытых дверей для выпускников школ, и я поручаю вам организовать полный спектр мероприятий для нового поколения, - Айнех светился от придуманного наказания. – Считайте, генеральная репетиция вашего торжества.
— И все? – наивно поинтересовалась я, не видя в сущности ничего ужасного. – Организовать день открытых дверей?
Была я на подобных мероприятиях. Не понимаю, отчего магистр так этому рад. По-моему, чистка полигона гораздо хуже.
— Вам хватит, - заверил Айнех. – Все несчастные случаи будут на вашей совести, все разрушения лягут на ваши плечи. И! Если вы допустите нанесение ущерба моей Академии, я в долгу не останусь.
Магистр сцепил руки за спиной и, насвистывая какую-то мелодию, прогулочным шагом ушел.
— Я чего-то не знаю, да, о ваших «открытых дверях»?
Витор скривился.
— Даже не представляешь.
Ну, раз даже Витора проняло... Видать и впрямь Айнех повеселится на славу.
Мы, вернее я, не успела оправиться после военных действий, а магистр уже окунул нас в суровые будни адептов.
Да, мы еще не разобрались с тем, кто, как оказалось, стал инициатором и главным руководителем восстания.
Я уткнулась лбом в плечо Витора. Когда все это прекратится, гады будут пойманы и наказаны, затребую отпуск на море. Уж море здесь точно должно быть.
— Переезжай обратно, - ошарашил меня Витор предложением, - ко мне.
Рано или поздно вопрос бы поднялся, но я не предполагала, что так скоро. Я рада, что наши отношения приобрели ясность и конкретизировались, но не готова я сразу жить вместе.
Как прикажете ему об этом сказать? С Витором не так-то просто обсуждать щепетильные моменты на базе отказала. Не категоричного, временного, но надо ж постараться успеть ему объяснить, пока он будет в состоянии слушать. Увы, весьма короткий промежуток времени.
— А... может... – осторожно начала я, подбирая слова. – Мы пока... – ай, к черту! Скажу, как думаю. – Пока не будем торопиться?
Ох, сейчас глаза почернеют, зубы заскрипят, и молчанием он скажет больше, чем словами.
— Ладно, - согласился он.
— И? – я с замиранием ждала продолжения, но он лишь добавил:
— Не будем торопиться.
Вроде ничего не изменилось, по виду не похожу, чтобы он злился...
Странно, очень странно. В чем-то определенно скрыт подвох. Совершенно точно уверена! Это ведь Витор. Так просто... Нет, тогда он будет не тем Витором, которого я знаю. Или я его плохо знаю?
— Мне пора, пока магистр в довершение не поручил убирать полигон.
— Если что, я рядом, - Витор невесомо поцеловал меня и скрылся на лестнице.
В этом я не сомневаюсь. В Академии он всегда появлялся либо в самый неподходящий момент, либо когда мне так или иначе требовалась помощь.
— Ты где пропала? – Хмуро встретила меня Малена. – Он тебя пытал?
Я села рядом.
— Мы разговаривали. Я много пропустила?
Магистр Пимслер чертил на доске символы, схемы и не заметил моего появления. По крайней мере я так думала.
— Мисс Савелье, я рад, что вы решили почтить нас своим присутствием, - он не отрывался от росписи доски. – С вас мы и начнем.
Магистр Пимслер взял указку.
— Вставайте, Савелье, - тонким голосом произнес он, - посмотрим, как хорошо вы самостоятельно изучили материал.
Мне за опоздание такая честь выпала или из-за большой любви?
— Я предупреждала, - шикнула Малена.
— Мисс Гарье, до вас тоже очередь дойдет, не переживайте, - пропищал магистр, подергивая указкой. Он ей кому-нибудь глаз выткнет.
Малена сделала вид прилежной ученицы и опустила взгляд в конспект.
— Долго мы будем вас ждать, Савелье? – очки в пол-лица делали и без того большие глазам огромными.
— Магистр Пимслер, так война же была, - мой голос не отличался уверенностью. – Уважительная причина.
Со стороны было похоже будто я сама сомневаюсь в причине моего незнания нового материала.
— Я не оспариваю ваши заслуги перед Королевством, адептка Савелье, - пышные усы шевелились при каждом слове. – Выходите к доске, пусть все на вас полюбуются. Давайте-давайте, не тяните время.
Он дергал указкой, словно мог таким образом придать мне ускорения.
Я с угрюмым видом доплелась до доски, поравнявшись с магистром.
— Война, говорите... Ага, ага... Давайте, значит, такую ситуацию рассмотрим: вам поручено провести разведку и собрать данные о местонахождении противника. По собственной глупости вы попадаете в ловушку – за вами наблюдает маг и готовится к атаке. Ваши действия?
— Сделаю вид, что не заметила его, дождусь удобного момента и пристрелю из лука.
Все логично, на мой взгляд.
Магистр Пимслер постучал указкой по доске.
— Мы изучаем проклятия, Савелье. Нет у вас лука, меча тоже нет, - тараторил он. – Неожиданно вы вспоминаете, что магистр Пимслер в Академии обучал вас тонкой материи – проклятиям, но вы учились плохо и мало что помните. Так что вы примените, адептка Савелье?
Магистр нервно подергивал указкой.
«Будь ты проклят чертов маг», - точно смогу сказать. Толку от этого будет не больше, чем от простого плевка, но душу облегчу. А если серьезно и по теме, то с проклятиями у меня сразу не задалось. Парочку могу припомнить, чтоб совсем бездарностью себя не выставлять.
— Может «Иступленное сердце»?
Если я правильно помню, проклятый скончается от разрыва сердца. Оно взорвется, бам! – и все. Ужас, но под ситуацию подходит.
— Отразит даже школьник!
— «Дыхание бездны»?
Проклятый слепнет, словно погрузился в бездну, и постепенно, медленно и мучительно у него отказывают легкие.
— Мгновенный откат на посылающего в виде ступор. Десяти секунд хватит, чтобы вас заметили другие маги.
— Проклятие мгновенного сна! – выпалила первое, что всплыло в памяти.
— И как же вы собрались его наслать? – с ехидством спросил магистр Пимслер. – Подойдете к магу, дотронетесь до плеча и скажете: «Я вас сейчас прокляну»? Контактное проклятие, мисс Савелье. Контактное! Садитесь на место. Будете отдельно сдавать все проклятия по классификациями.
Черт! Проклятая бездна. Кто вообще придумал классифицировать проклятия?
Магистр Пимслер продолжал гневаться.
— За каждую ошибку минус десять баллов! До конца года будете сдавать!
А скоро еще Айнех подключится к моему обучению и до конца года я не доживу.
Убиться и не жить на третьем курсе Академии НЦиБМ.
— Дин поможет тебе, - шепнула Малена. – Он в проклятиях хорошо разбирается. Некромант все-таки.
— Адептка Гарье! – пропищал магистр. – Ваш черед.
Малена застонала.
— Запомни меня такой, - пробурчала она и пошла к доске.
Да-а... Я уже успела забыть какого это – учиться в Академии, к тому же магической.
***
— «Берите пример с мисс Кафро», - перекривляла Малена магистра Пимслера и хлопнула дверь нашей комнаты.
Та жалобно скрипнула и приоткрылась.
— Обидно, - я закрыла дверь. – Ты почти на все вопросы ответила правильно, он просто захотел придраться.
Малена фыркнула и швырнула на стол тетрадь.
— Я ему докажу, что я ничем не хуже Кафро. Повыдергивать бы ей косички...
— У преподавателей всегда есть свои любимчики, - я подперла подбородок рукой, - кроме Айнеха.
Подруга села напротив и скопировала мою позу.
— У Айнеха умертвия самые любимые. Их и покрамсать можно, и убить, и ничего ему за это не будет.
Я засмеялась от накативших воспоминаний.
— А помнишь, как мы за магистром следили?
Малена заулыбалась.
— Подозревали его во всех бедах. И Дин накручивал: «Айнех виноват», «это все магистр».
Мы хохотали в унисон.
— А когда... ой... когда меня магистр застукал возле зала Некромантии... я чуть с жизнью не попрощалась, так страшно было.
Воспоминания постепенно поднимали настроение. Теперь казалось забавным, что мы подозревали магистра, следили за ним, строили догадки и теории, когда виновный ходил рядом, был под носом у ищущих правды, то есть у нас.
— Над чем смеетесь?
Мы не заметили, что в комнату зашел Дин.
— Я тоже хочу повеселиться, расскажите мне, - он плюхнулся на кровать, смотря по очереди на меня и на Малену. Она просмеялась первой.
— Вспоминаем, как за Айнехом шпионили.
Дин сидел в ожидании продолжения.
— И?
— Что «и»? – я увидела на его лице отпечаток непонимания.
— Вы вспоминаете, как следили за магистром, и? Где смеяться?
Малена скривилась.
— Он не понимает, - она посмотрела на меня. – Он безнадежен.
Теперь Дин засмеялся.
— Я безнадежен? Малышка, ты у меня научилась смеяться.
Она показала ему язык.
— Я бы поспорила.
— Спорим, - подскочил Дин, протягивая руку.
Малена колебалась несколько секунд, но все же согласилась.
— Спорим!
— Если я докажу, что прав, ты... – дальше я не слышала.
Условие тихо-тихо шепталось на ушко, и чем дольше Дин говорил, тем гуще краснела Малена.
Я хихикнула про себя и мне вдруг тоже захотелось поспорить, и чтобы потом вот так же краснеть, слушая условие.
Странное желание, однако...
—Уф... – выдохнула Малена. – Ладно. Хорошо. Но если выиграю я... – повисла пауза. – Ты исполнишь мое желание и все то, что сейчас мне наговорил. Идет?
Дин улыбался во все свои ровные зубы. В этом споре не будет проигравшего.
— Разбей, - он обратился ко мне, - ты свидетель.
После заключения пари мы с Маленой засобирались на теорию классического боя к магистру Айнеху. Дин удивил нас вестью, что магистр отбыл из Академии по важным делам и его уроки отменили.
Отсутствие Айнеха само по себе вызывает подозрения, а отмена его занятий заставляет задуматься.
Дин заверил, что причина ему неизвестна, а я решила потом допросить Витора. Возможно его источники донесли ему информацию, и даже в случае ее неточности, она вполне может прояснить ситуацию.
До обеда мы просидели в комнате, вспоминая давно минувшее. Было интересно послушать про детство Малены и Дина. Они много путешествовали с родителями и часто ходили в походы в леса и в горы.
Я лениво мыкала и угукала на все обращения ко мне, пока Малена не спросила про блокнот. Вернее, удивилась, что я ничего в нем не записываю как раньше.
Я, разумеется, «забыла» о блокноте, и постаралась узнать о нем больше. Подруга сказала, что я записывала там события, на мой взгляд наиболее важные. Конкретно о содержании она сказать не смогла, поскольку, с ее слов, она никогда блокнот не открывала, хоть он и не был защищен.
Меня данный факт поразил. Почему она не записывала все в свой дневник, а вела еще блокнот, который, к тому же, никак не защитила? С предусмотрительной Ирэне это никак не вязалось. Узнать что в нем тоже не так просто – подруга последний раз видела его летних каникул.
Оставался вопрос, куда Ирэне при жизни его спрятала. Спрашивать у нее плохая идея. Пока она не врывается в мои сны я ее сама «вытягивать» не стану.
После обеда я отправилась к Витору. Не исключено, что он знал про блокнот и сможет подсказать, откуда начать поиски.
До комнаты Витора я не дошла. Внимание привлекли искорки, вспыхивающие возле дверей наружу.
Вокруг ни адептов, ни магистров, кто бы мог их создавать.
Желтые маленькие вспышки появлялись и гасли. Странно...
Я подошла к дверям, оглянулась. Искорки вспыхнули вновь напротив моих глаз.
Может, снаружи кто-то магичит?
Открыла дверь, спустилась на пару степеней вниз.
Среди кустов собрались адепты, но они не смотрели в сторону Академии. Чуть дальше от входа на тропинке ссорилась парочка, и вряд ли они были причастны к странному явлению.
Впереди вновь вспыхнули искры. Адепты не обратили на них внимания.
Чертовщина какая-то...
Я подошла к тому месту, где они сверкали, и заметила их в этот раз среди деревьев. Может, это результат аномальной зоны? Пришельцы какие-нибудь дают о себе знать, например.
«Или тебя заманивают в ловушку», - саркастично откликнулся внутренний голос.
Вариант имеет право на существование.
Прежде чем ступить на территорию леса, подумала, что в случае чего свидетелей хватит, чтобы меня спасти.
Стоило допустить такую мысль, как на глаза опустилась пелена, а сознание в один миг покинуло, не дав по-человечески испугаться.
�.