И всё исчезло.
Глава 8. И всё исчезло
Никто не знает, в какой именно момент что-то сломалось.
Может, когда дверь за Даной закрылась без звука.
А может — когда Камила услышала то, что до этого только подозревала.
Они остались вчетвером. Потом втроём. А потом — вдвоём.
⸻
— Она не вернулась, — тихо сказала Камила, глядя в окно.
Там шёл снег. Лёгкий. Простой. Как будто мир не знал, что один человек ушёл — и не вернулся.
Ростик уже сутки почти не говорил. Он пил чёрный чай, крепкий, как удары в грудную клетку, и смотрел в точку.
Никто не знал, что у него внутри. Даже он сам.
— Может, вернётся, — пробормотал Денис.
Камила посмотрела на него.
— Ты правда так думаешь? Или просто не хочешь чувствовать?
Он пожал плечами. Словно устал. Словно не хотел обсуждать.
— Что, Камила?
— Ты никогда ничего не хочешь обсуждать. Ни чужие чувства. Ни свои. Даже... даже меня.
Он резко встал. Его лицо стало жёстче.
— Слушай, не начинай, ладно? У меня нет сил.
— А у меня есть? — она подняла голос. — Моя подруга ушла. Исчезла. И да, я не уверена, что она просто обиделась. А ты сидишь и...
— Ты не мой тип, Камила! — сорвалось с его губ.
Комната опустела.
Воздух стал другим.
Как будто что-то рухнуло.
Громко. Без возможности вернуть назад.
Она не плакала. Просто застыла.
— Хорошо, — сказала она. — Спасибо, что наконец сказал.
Через час она уже собирала вещи.
Молча. Спокойно. Так, как уходят навсегда.
⸻
Ростик не остановил её. Он сидел на кухне, с пустым взглядом и руками, сжатыми в кулаки.
Он не ел. Не спал.
Он просто слушал, как одна за одной хлопают двери.
Потом пошёл снег.
И больше никто не сказал ни слова.
⸻
Дни потянулись, как резина.
Дом стал холодным. Ненужным. Бесформенным.
Денис ушёл в работу. Вернулся в город. Бросился в проекты, задачи, цифры. Не потому, что хотел.
А потому что иначе — всё вспоминалось.
Ростик стал другим.
Тише. Закрытей. Вечерами он сидел с гитарой, но не играл. Смотрел на струны, как на что-то мёртвое.
Он часто выходил в парк один.
Никогда не отвечал на звонки.
⸻
А потом прошли месяцы.
Полгода.
Зима ушла. Пришла весна. Всё расцвело — кроме них.
И однажды, возвращаясь домой поздно вечером, Камила открыла дверь своей квартиры — и увидела Данy.
На диване. В пледе. С чашкой чая.
Дана подняла глаза.
— Привет, — сказала она. — Я... я не знала, куда ещё идти.
Камила уронила сумку.
Не потому что удивилась. А потому что всё внутри оборвалось и снова срослось.
— Где ты была? — прошептала она.
— Жила. Просто... не там, где меня искали.
Иногда, чтобы вернуться, нужно уйти до конца.
Камила присела рядом.
Обе молчали.
Только спустя десять минут, не глядя друг на друга, Камила сказала:
— А они...
— Знают?
— Скучают.
И вдруг Дана — впервые за долгое время — вдохнула глубоко.
— Знаешь, Камила, я не уверена, что они всё потеряли. Просто иногда люди разбегаются, чтобы через время понять — они были ближе, чем думали.
⸻
То утро было другим.
И всё начинало меняться.
Медленно.
С болью.
Но — с надеждой.