Влюблённые враги

Лалиса

Утро выдалось непростым. Мы с Чоном встретились с двумя подрядчиками, после чего я пошла в конференц-зал, где уже находились наши юристы и бухгалтера.

Улыбка сползла с моего лица, когда я увидела во главе стола отца. Я даже не знала, что он снова приехал... Хотя, может, он и не уезжал.
- Я думала, ты вернулся во Флориду.
Отец строго взглянул на меня.
- Очевидно, здесь я нужнее.
- Да? - я скрестила на груди руки. - Тебя кто-то просил об этом?

Только сейчас я обратила внимание, что в комнате было очень много мужчин, которые переводили взгляд с меня на отца, наблюдая за нашей словесной перепалкой.
Я кивнула на дверь.

- Может поговорим снаружи?
Мой любимый папочка очень хотел отказаться, но все же, вздохнув, вышел со мной из зала.
- Лалиса, ты не мыслишь рационально. Ты не можешь управлять отелем, и возглавлять проведение юридической проверки. А нашей семье это нужно, чтобы выкупить оставшиеся акции.
Я покачала головой.

- Мы уже все обсудили за ужином. Если понадобится твоя помощь, я попрошу.
Как обычно, отец проигнорировал мои слова.
- Ты должна сосредоточиться на том, чтобы найди нужную информацию из Чона.
- Какую информацию?

Он вздохнул так, будто не мог поверить, что мне надо все объяснять.
- Торгм закрыты, и было бы неплохо заранее узнать о том, какую ставку предложат Чоны, чтобы мы смогли предложить чуть больше.
- И как, по-твоему, я должна это узнать?
- Этот щенок, который вступился за тебя на ужине, явно неровно к тебе дышит. Используй это против него.
- Ты о чем говоришь вообще?

Я решила сделать вид, что не понимаю. Мне с трудом верилось, что отец предложил такое мне, своему ребенку. Или, может, я просто не хотела верить, что для него деньги были важнее чести собственной дочери.

- Используй свои женские чары, Лиса. Бог свидетель, ты унаследовала их от матери.
- Ты сейчас серьезно? - Я побагровела от злости.
- Иногда приходится идти на крайние меры ради семьи.
Я стиснула зубы и сделала глубокий вдох, прежде чем ответить.
- И ради какой семьи ты готов на такие жертвы? Семьи, из которой ты ушел, когда мне было три недели от роду, или в которой ты обрюхатил свою девятнадцатилетнюю любовницу?
- Не умничай, Лалиса. Тебе не идет
.
Как всегда, попытка быть серьезной и вести себя профессионально с отцом оказалась бесполезны. У меня были дела поважнее, чем спорить, поэтому я оставила эту тему. Пока что. Он выиграл этот бой, но не войну. Плюс, оценка стоимости отеля займет недели, а жена моего отца ни за что не позволит ему отсутствовать так долго. Я дождусь его отъезда.

- Знаешь, что? Почему бы тебе не взять команду по оценке отеля на себя? У меня и так куча других дел.
Он коротко кивнул.
- Хорошо. Рад, что мы понимаем друг друга.

Я натянула фальшивую улыбку, но отец никогда не знал меня так близко, чтобы заметить разницу.
- О, я отлично понимаю тебя, папа. Увидимся.

~~~

- Вижу, твой отец уже вернулся.
Я работала за стойкой регистрации в лобби, когда Чон появился у меня за спиной. Он стоял слишком близко, так что я перешла за другой компьютер.
- У тебя, смотрю, много свободного времени, раз ты расходуешь его на меня и мою семью, - ответила я. - Мог бы потратить на что-то полезное. Пока Луис ищет нам персонал, сотрудники надрываются.

Ты мог бы пойти и почистить туалеты, они бы это оценили.
Чон поставил локоть на стойку и встал вполоборота ко мне.
- Не похоже, что и ты сильно занята. Ходишь от одного компьютера к другому.
Я вздохнула и махнула рукой.

- Видишь здесь кого-нибудь еще? Я подменяю Луиса, который проводит собеседование с кандидатом на место помощника менеджера. Рене, которая работает на ресепшен сейчас распределяет номера комнат для будущих заселений, а ее помощница на обеде.

- Хочешь получить награду «лучший работник месяца»? Подхалимка.
Рене, как раз подошедшая к стойке регистрации, взглянула на нас с Чоном.
- Простите, я могу подойти потом.
- Нет-нет, все в порядке. Ты нас не прерываешь. Чем могу помочь?

Рене протянула мне маленький картонный чехол, внутри которого находилась пластиковая карточка-ключ от номера.

- Я поменяла вам номер. Мне попросить горничных перенести туда вещи?
Я покачала головой, взяла ключ и положила в карман.
- Нет, все в порядке. Я справлюсь сама чуть позже. Спасибо.

Как только Рене ушла, Чон с прищуром взглянул на меня.
- И зачем ты переехала в другой номер?
- Захотела побольше места. Когда я приехала, люксы были заняты.
- Также и со мной было. Куда ты переезжаешь?
Я знала, что ему не понравится мой ответ.
- В один из президентских люксов.
- Я тоже просил люкс. Сколько сейчас свободных?
- Только один.
- И почему он достается тебе?
- Потому что я ответственная и, в отличии от тебя, на работе с самого утра. А ты где был? Я видела, как
рано утром ты выходил из отеля.
- У меня была встреча.
Я подняла бровь.
- Еще одна? Дай угадать: это секретная информация, да?

Чонгук поджал губы.

Я показала ему уже давно знакомую улыбку и прошла к концу стойки.
- Так я и думала.
Он снова последовал за мной.
- Если два гостя отеля оба потребовали люкс, кому бы из них ты отдала?
- Тому, кто попросил первым.
- Предлагаю поступить тут также.
Когда мы с Чоном прилетели в Нью-Йорк, я осталась ждать багаж в аэропорте, а он пулей полетел в «Графиню», и естественно приехал первым. Поэтому технически, он был прав. Но всю прошлую неделю у меня были проблемы со сном, поэтому я решила, что будет отличной идеей спать и работать в разных номерах. Перед сном я видела кипу документов, ноутбук на столе, думала, сколько дел предстоит завтра, и меня так и подмывало спрыгнуть с кровати и заняться делами.

Я вздохнула.
- Как насчет альтернативы? Неделю я, неделю ты?
- Или... Мы могли бы делить номер на двоих? Мы оба знаем, как ты любишь проводить со мной наедине время в постели.

Я усмехнулась.
- Я так не думаю.
Он пожал плечами.
- Как хочешь, но ты многое теряешь.
Я покачала головой.
- Уверена, потом я буду ругать себя за то, что отказалась от такого прекрасного предложения.

Чон встал прямо сзади меня, пока я смотрела на клавиатуру и продолжала печатать за компьютером.
- Кстати, ты прекрасно выглядишь с собранными волосами. Спасибо, я это ценю.

Он был так близко, что я чувствовала тепло его тела.
- Мне не нужно твое одобрение. У нас был уговор, и я его придерживаюсь - вне зависимости от того, нравится он мне или нет.

Чонгук подался вперед. Его дыхание щекотало мне кожу.
- И ты не думала обо мне, пока смотрела в зеркало, собираясь сегодня утром? Ставлю на то, что думала.

Я и правда думала о нем, но никогда не признаюсь.

- Ты не поверишь, но мир не крутится вокруг тебя. И я тем более.
- Хочешь узнать, почему я так люблю твою шею?
«Да».
- Мне все равно.
- Мне нравится твоя кожа. Когда у тебя собраны волосы, я могу смотреть на твою шею и оставаться незамеченным. Как сегодня утром в полседьмого, пока ты брала себе кофе.

Наверное, это должно было заставить меня чувствовать себя неуютно, но нет. На деле, это меня возбудило. Однако я постаралась успокоиться.
- Тебе нужно найти хобби, Чонгук.
- О, оно у меня есть, - он наклонился и прошептал: - В следующий раз я хочу заняться с тобой сексом прямо напротив того зеркала, перед которым ты каждый день собираешься. Чтобы, смотрясь в него, ты думала только о том, как я смотрю на твое отражение, пока ты кончаешь.
Я была уверена, что если подвинусь к Чону ближе, то почувствую его твердый член. И хотя, согласно тому же договору, по которому я сегодня сделала высокую прическу, наши с Чоном отношения должны оставаться тайными, у меня возникло желание сделать шаг назад и увидеть, что будет, даже если нас может кто-нибудь заметить.

Парочка гостей прошла через вращающуюся дверь и направилась прямо к стойке регистрации. Это привело меня в чувства.

Чонгук отступил назад, как только они подошли, и к тому моменту, как я их зарегистрировала, его уже не было.

Я сделала глубокий вдох и попыталась прогнать из головы похотливую дымку, чтобы вспомнить наставления Луиса о работе на ресепшен, но, в конце концов, все же пришлось обратиться за помощью к Рене. К счастью, вскоре я смогла снова вернуться к активной работе.

Я потратила еще несколько часов за стойкой, и потом пошла к команде, отвечающей за оценку стоимости отеля, которые расположились в конференц-зале этажом выше. К моей радости, отец уже уехал. Я присела возле Чарльза, главного менеджера аудиторов. Трое мужчин и одна женщина сгрудились над бумагами, которыми был завален стол. Чарльз сказал, что пригласит нескольких экспертов для оценки рыночной стоимости картин, расположенных по всему отелю, а также эксперта по антиквариату. Разговор занял около часа и прибавил мне еще десяток дел.

Взглянув на часы, я не могла поверить, что уже было почти шесть вечера.
- Отец говорил, что придет вечером?
Чарльз покачал головой.
- Я не думаю, что он сегодня вернется. Но он сказал, что хочет встретиться со мной завтра.

Я вздохнула.
- Замечательно.
Чарльз понимающе улыбнулся.
- Если это поможет, ты сама справляешься на отлично. Он спросил все то же самое, о чем вчера спрашивала ты.

После такого тяжелого дня эти слова заставили меня улыбнуться.
- Спасибо.

Уже темнело и скоро горничные закончат работать, поэтому мне нужно было побыстрее перенести свои вещи в новый номер, чтобы старый успели убрать до завтра и заселить новых постояльцев. Отель не пользовался безумной популярностью, но и не пустовал.

Я собрала туалетные принадлежности из ванной, документы с рабочего стола и одежду вместе с вешалками. Я заменю их свободными из шкафа в люксе, когда закончу с переездом и пойду в лобби, чтобы дать знать, что номер свободен.

Честно говоря, лучше бы я перенесла все в два захода. Чтобы лифт поехал на верхние этажи, надо вставить ключ-карту, поэтому пришлось балансировать со всеми вещами в руках, чтобы для начала хотя бы достать карту из кармана.

Тридцать второй этаж был последний этажом отеля, а также этажом всех люксов. Два самых больших, президентских, находились по двум противоположным концам коридора. А между ними располагались бриллиантовые номера. Мой был под номером двенадцать.

Когда я доставала электронный ключ, выронила документы, а когда начала поднимать их, на пол с вешалок упали два вечерних платья. В общем, я едва не растеряла все, пока не зашла в номер.

Придерживая дверь бедром, я закидывала сумки и одежду внутрь, игнорируя то, что упало. Главное оно уже было в номере. Вздохнув, я перешагнула через разбросанные вещи, и прошла дальше в номер.

«Вау, мои страдания того стоили!»
Из французских окон гостиной открывался вид на Центральный парк, а еще тут был камин, мягкий уголок из дивана и двух кресел и просто огромных размеров плазменная панель.

Одна стеклянная дверь вела в маленький офис, вторая - в спальню. Туда-то я и прошла, и сразу заметила королевских размеров кровать. У одной стены располагались: красивый диван, миленькое кресло и камин, другая была стеклянной от пола до потолка, прямо как в гостиной...

«Постойте-ка, а что это на кресле? Багаж?»
Я подошла ближе.
«Боже мой! Меня поселили в номер, который еще не освободился!»
Только теперь я услышала шум в ванной и поняла, что там кто-то есть.

«Господи, прямо сейчас там принимают душ!»
Я замерла, а затем рванула к двери. В панике, я начала быстро собирать свои вещи и выкидывать в коридор, но, к сожалению, опоздала.

- Куда-то собираешься?
Только у одного мужчины был такой грубый, низкий, уверенный в себе голос, который одновременно возбуждал и выводил меня из себя.

Мне даже не надо было поворачиваться, чтобы понять, кто вышел из ванной.
По-хорошему, мне стоило продолжить начатое: покидать вещи в коридор и бежать, но вместо этого, я сделала глубокий вдох и обернулась.

Чонгук стоял в одном полотенце, завернутом вокруг бедер, и от одного его вида мой мозг отключился.
- Я знал, что ты скоро придешь, - он усмехнулся. - Ты могла присоединиться ко мне в душе. Хотя мне и нравится самому тебя раздевать.

Я еще не видела его так близко без одежды. Сексом мы занимались только сзади и в одежде, хоть и расстегнутой. Конечно, когда он прижимался ко мне, я чувствовала его грудь, но вид голого спортивного тела вызывал во мне совершенно другие чувства. Капли воды стекали по накаченному торсу, и я боролась со страстным желанием слизать их языком.

Казалось невозможным поднять взгляд выше от этого прекрасного зрелища, но я смогла себя заставить.
- Какого черта ты делаешь в моем номере? Я подумала, что Рене дала мне еще занятый номер.

- Твоем номере? Хочу напомнить, что мы чередуем недели.
- Да, но первая неделя моя!
- Кто сказал? Ты согласилась, что первым получает номер тот гость, кто первым его просит.
- Но у меня уже был ключ. Ты знал это! Ты видел, как Рене передала его мне.

Не отвечая, Чон перевел взгляд на мою грудь, и я почувствовала, словно он ко мне прикоснулся. Черт знает, как у него это получалось.
«Тут стало жарче?»

Мое сердце выпрыгивало из груди, пока эмоции захватывали сознание. Отвращение - немного к нему и много к себе, злость, конфликт и здоровая порция «Господи, Боже, я никогда в жизни не чувствовала такое сильное возбуждение».

Чонгук медленно приближался ко мне. Исходя из чувства самосохранения, я подняла руку, пытаясь остановить его.

- Стой. Ближе не подходи.
Он остановился и взглянул мне прямо в глаза. Прекрасное море синих ирисов затмили расширенные зрачки. Мы простояли так долго, держа все это напряжение.

Чонгук не мог решиться, как ему поступить, пока его взгляд не упал на что-то справа от меня. Несколько секунд он туда смотрел, а потом взглянул прямо на меня. Я почувствовала изменение атмосферы.

Он с трудом сдерживал ухмылку, а его глазах озорно блеснули. Я повернулась, чтобы увидеть, что привлекло его внимание и встретилась со своим отражением. Огромных размеров зеркало висело в коридоре, над столом в форме полумесяца.
«Вот черт!»

Я закрыла глаза и затаила дыхание, услышав, как что-то мягкое упало на пол.
«Его полотенце».
- Развернись. Руки на стол. Задницу ко мне, милая.
Я не сдвинулась. Гнев закипал внутри.

«Неужели мне так сложно противостоять этому телу, которое принадлежит ненавистному мне мужчине, который так любит отдавать мне приказы? Снова? Какого черта я делаю?»

Дверь находилась в метре от меня. Я точно была в состоянии сделать этот шаг и оставить Чонгука с раненной самооценки и болезненной эрекции.

Но... Я не могла отрицать, что сама его хотела. Очень хотела. Казалось, будто моя кожа находится в огне без его касаний.

Чон двинулся ближе. Я не могла решиться, стоит мне идти к нему или к двери и просто стояла с закрытыми глазами.

Чон положил руку на мое бедро и сильно сжал.
- Ты должна дать мне знак. Кивни, скажи «да», наклонись и покажи, чего ты хочешь, стони, можешь даже моргнуть, если на большее не способна. Мне нравится идея играть с тобой в недотрогу, если тебя это заводит. Но только если ты мне дашь знак, Лиса.
Другую руку Чонгук положил мне на шею. Пальцами он провел сначала по моему горлу, а потом по ключице.

Остатки моего сопротивления растворились с этими движениями. Я открыла глаза и увидела, с каким желанием он на меня смотрит.
- Ладно. Но на этом все закончится. Я серьезно, Чон. Так не должно продолжаться.
- Как скажешь.
- Я не шучу.
- И я. А теперь повернись. Руки на стол и не отрывай взгляд от зеркала.

Трудно изобразить праведное негодование, когда собираешься наклониться и дать мужчине войти в себя. Но я была стойкой.
- Эй, Лис?
Я встретилась с его взглядом в отражении.
Он усмехнулся.
- Кончать или не кончать - вот в чем вопрос.
Я еле сдержалась, чтобы не засмеяться.
- Давай уже кончим с этим.

~~~

«Кончим. При чем, дважды».
Я вздохнула, приглаживая волосы. Для мужчины, который так хотел, чтобы у меня были собраны волосы, Чон как-то уж слишком быстро распустил их. Он точно был любителем тянуть их во время секса.

И, к моему отвращению, я наслаждалась каждым рывком.
А теперь пришло время того, что я так сильно ненавидела. Через две минуты, после того, как Чонгук поправил мне юбку и ушел в ванную, холодок рациональности заменил тепло абсурдности. Моим легким будто недостаточно воздуха, когда Чон рядом и смотрит на меня темными, полными желания глазами.

Но как только это заканчивается, поток кислорода снова наполняет мой мозг.
Я поторопилась собрать все свои вещи до того, как Чон выйдет из ванны, но опять не успела. Стоя в коридоре, я наклонилась поднять свою сумку, как почувствовала его руку на своей.
- Дай мне две минуты и номер твой.
Я обернулась.
- Ты отдашь мне люкс?
Он кивнул.
- Мне нужно только собрать вещи.
- Уверен? - я изучала его лицо.
- Мне нравится идея меняться через неделю, - он усмехнулся.
Я закатила свои глаза, понимая, что впервые с ним чувствую себя так комфортно.
- Иди пакуй свои вещи, придурок.

Чонгук улыбнулся и исчез в спальне. Через несколько минут он вышел с закрытой сумкой в одной руке и рубашкой в другой. Поставив на пол сумку, он быстро натянул рубашку, и я впервые заметила на боку Чона огромный шрам.

Он был сливался с тоном его загорелой кожи. Раньше я отвлекалась на его идеальные мышцы, наверное, поэтому и не заметила.
- Это из-за какой-то операции? - я спросила.

Чон нахмурился. Он посмотрел в пол и начал застегивать рубашку.
- Ага.
Очевидно, он не хотел продолжать этот разговор, но мне было любопытно.
- А на чем операция была?
- На почке. Очень давно.
- Ох, - я кивнула.

Он поднял с пола сумку, не заботясь о том, чтобы до конца застегнуть рубашку или хотя бы ее заправить.
- Я оставил тебе кое-что в спальне.
- Что именно?
- Увидишь.
Чон не знал, как попрощаться. Но через несколько секунд заговорил.
- Ты ведь понимаешь, что я ухожу потому, что вижу - ты хочешь побыть одна, верно?
- Спасибо.
- Пока я еще здесь: мне нравится твоя задница, но я не против заняться сексом лицом к лицу в другой раз. Может даже попробовать на вкус твои губы, которыми ты так любишь кричать на меня, - он подмигнул. - Может даже укусить их пару раз.

Я вздохнула и отвела взгляд.

- Не должно быть другого раза. Нам правда стоит это прекратить.
Даже не видя, я знала, что Чонгук улыбается.
- Спокойной ночи, Лисенок.