То, что скрыто.

Сторона Безумного доктора
Арора не заходила уже восемь дней. О её состоянии мне ничего не говорят, камеру покидать запретили, поставив сразу двух Смотрителей. Беситься смысла нет — уже напичкали успокоительным так, что и вздохнуть лень.
Что же с ней не так, если меня даже не подпускают?
— Эй, Безумный, Арору перевезли на другую зону, её больше тут нет, — голос одного из Смотрителей заставил стиснуть зубы. Смысл сказанного выветривался из головы под действием лошадиной дозы седативного.
— Почему перевезли? Что случилось?
«Она, скорее всего, от тебя сбежала. Ей противно находиться в одном обществе с таким монстром, как ты», — прошипела маска.
«Заткнись!» — мысленно рявкнул я, стараясь не сорваться.

— Её перевели в 27-ю зону. Для лечения. Подробностей не знаю… Эй? Ты слышишь?
Сторона Ароры
Открыв глаза, я увидела дневной свет. Под головой — мягкая подушка, судя по всему, из гусиного пуха. Пахнет лавандой, такая... домашняя.
Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в просторной, светлой комнате. Большое окно с белыми занавесками, сквозь которые мягко проникает золотой свет полуденного солнца.
— О, пришла в себя. Рад этому, — в комнату вошёл мужчина среднего роста, в очках и белом халате. Рыжевато-русые короткие волосы, добрый голос.
— Я Аксий, главный врач зоны 27.
— Как я здесь оказалась?.. Я же была в 17-й… — растерянно проговорила я, поднимаясь и принимая сидячее положение.
— Ты была без сознания целую неделю. Оскар решил перевезти тебя сюда. Здесь ты всего день — и уже пришла в себя.
Я молча смотрела на врача, пока под моей рукой что-то не зашевелилось. Я резко отдёрнула ладонь — испугалась.
Это была кошка. Белоснежная шерсть, как снег, и глаза... такие голубые, глубокие. Будто в них вся мудрость вселенной.
— Это Анфиса. Она — Миф. Кошка, способная лечить душевные травмы. Своеобразное живое успокоительное, — мягко объяснил Аксий. — У тебя случился психологический срыв. Организм отреагировал кратковременной комой. Это защитный рефлекс.
Я молча кивнула. Неудивительно. За последнее время слишком многое произошло…
Анфиса замурчала, аккуратно перелезла ко мне на колени, свернулась клубочком и замурлыкала громче.
— Арора, как ты? — в комнату вошёл Оскар и сел на край кровати.
— В порядке, — сухо ответила я, продолжая гладить Анфису. В голове — хаос. Последнее, что помню, — крепкие руки Рюка, несущие меня в медкрыло.
— Нигде не болит? — Оскар положил ладонь мне на лоб, отвлекая от мыслей.
— Нет. Всё нормально, просто я ещё сонная…
Меня прервал звонок. Оскар быстро ответил:
— Да… Что?! — Оскар резко вскочил. — Как заперся? Сейчас выезжаю!
— Что случилось? — встревоженно спросила я.
— Безумный доктор. Он заперся в камере и никого не пускает. Похоже, у него очередной приступ.
— Я поеду с тобой. За ту неделю я его немного поняла. Наверное, ему стало одиноко…
— Арора, он опасен. Не стоит записывать его в друзья.
— Я сама решаю, с кем мне дружить.
— Ты ещё ослаблена.
— Поспорю, — вмешалась Анфиса. Ого… она говорит?!
— Девушка в хорошем состоянии. Единственное, что вызывает беспокойство — пониженная выносливость, но это неудивительно, после недели в коме. В остальном — здорова. Оскар, мы, Мифы, иногда бываем крепко связаны с вами, людьми. Дети Подлунного мира тесно сплетены с Детьми Солнца. Тебе ли не знать?
— Понял. Арора, через пять минут жду у машины.
Я радостно закивала. Оскар с доктором вышли. На стуле у кровати лежала аккуратная стопка моей одежды: джинсовые бриджи, белая футболка с вороном, кроссовки под ногами. Быстро одевшись, я поблагодарила Анфису и выбежала из палаты.
Но... стоп. А где выход?
— Я провожу. Иди за мной, — отозвалась кошка, будто прочитала мои мысли. Провела меня по коридору к стоящей у входа машине.
Когда мы подошли, она остановилась и неожиданно прыгнула ко мне на руки.
— Береги себя, Дитя Луны.
— Что? — растерянно переспросила я.
Анфиса не ответила. Лишь спрыгнула и скрылась за поворотом.
— Поехали? — спросил Оскар.
Я кивнула и села в машину. Слова Анфисы вылетели из головы.
Ехали мы молча. Каждый думал о своём.
Через два часа мы прибыли в зону 17.
— Наконец-то! — на встречу выбежал Смотритель Рюка. Он был взволнован. — Он отказывается выходить. Не реагирует ни на что. Просто сидит в углу и что-то бормочет… Это на него не похоже.
Я не стала медлить. Сразу направилась в здание.
Он помог мне. Теперь — моя очередь.
Спустившись на нижний уровень, я целеустремлённо подошла к двери с табличкой «49».
Заперто. Изнутри.
Как теперь войти?
— Я помогу с этим, — Оскар подкрался незаметно, от чего я даже вздрогнула. Он открыл дверь электронным ключом и жестом пригласил внутрь. — Иди. Я прикрою дверь, но не запру — если что, зови на помощь или сразу выходи.
— Хорошо, — кивнула я и вошла в камеру.
Рюка я заметила сразу. Он сидел на холодном каменном полу, обняв колени. Голова опущена, взгляд скрыт. Сейчас он напоминал потерянного птенца.
Я осторожно подошла и положила ладонь ему на плечо.
— Рюк?.. — тихо позвала я.
— Зачем пришла? Оставь меня в покое, — не поднимая головы, он оттолкнул мою руку.
— Что с тобой?
— А какая разница? Чего ты вообще интересуешься монстром?
— Ты не монстр. Ты Рюк. Это снова маска тебе мозги промыла? Не слушай её — слушай меня! Подними голову. — Я вновь коснулась его плеча, и он дёрнулся, словно хотел сбросить прикосновение. Я глубоко вдохнула и мягко, но решительно подняла его лицо руками. — Посмотри на меня! Если бы ты был монстром, разве я пришла бы сюда? Если бы ты был никому не нужен — разве все так волновались бы за тебя? Отвечай, Рюк!
Он смотрел на меня растерянным, отрешённым взглядом. А я — упрямо и по-настоящему. Внутри всё сжималось от сочувствия и бессилия — как же снять с него эту чёртову маску?
Не придумав ничего лучше, я прижала его голову к своей груди и начала гладить по капюшону, осторожно, будто утешая ребёнка.
— Послушай… Ты не один. Я рядом. Не знаю как, но помогу тебе. Оскар тоже переживает, пусть и скрывает. Даже Смотрители волнуются — и не потому, что ты Миф. А потому что ты — это ты. Ты важен. Ты — Рюк.
Он чуть отстранился. Я затаила дыхание — неужели не сработало?
Но прежде чем успела испугаться, он вдруг сам обнял меня — крепко, но с нежностью, прижав к себе.
— Спасибо, — прошептал он.
— Тебе лучше?.. Что с тобой такое было, Рюк?
Он отстранился, его взгляд стал серьёзным.
— Ты знаешь мою историю?
— Ну, немного. Вроде как в четырнадцать ты уже был перспективным врачом, а в шестнадцать помогал в борьбе с Чумой. Умер от неё… а потом стал Мифом.
— Отчасти ты права. Но это не вся правда. Хочешь услышать мою историю?
— Конечно… Только не на холодном полу. Пошли сядем, — предложила я, поднимаясь. Рюк кивнул и последовал за мной. Мы уселись за стол друг напротив друга. Он немного помолчал, а потом начал:
— Всё началось с девушки по имени Алиса. Она была помощницей главного врача и старше меня на три года. Добрая, умная… Я, как и многие, влюбился. Мне тогда было пятнадцать, я только поступил на службу городского доктора.
Мы сблизились. Я набрался смелости и признался ей — и она ответила взаимностью. Я был счастлив. Мы даже планировали пожениться…
Но потом началась эпидемия. Чума.
Однажды, после осмотра заражённого, ко мне пришла Алиса. Я тогда не понял, зачем. А когда понял — было уже поздно…
— Зачем же?.. — спросила я, когда Рюк замолчал. Ему явно тяжело было вспоминать.
— Она поцарапала меня... Сказала, что случайно. На её ногтях был гной из раны больного чумой.

— Ужас! — вскрикнула я и вскочила со стула.
— Я понял это только после смерти…
— Рюк…
— Арора, представь себе: холодная, тёмная комната, ты лежишь среди трупов и медленно умираешь. Чувствуешь, как тело гниёт, и осознаёшь, что смерть близко. И тут вдруг — голос. Тёплый, обещающий избавление от боли... но в обмен просит помощи. Что бы ты сделала?
— Наверное… согласилась бы, — неуверенно сказала я, снова садясь.
— Вот и я согласился. Этот голос принял облик человека. Мужчины. Лица не помню — только расплывчатый силуэт. Он дал мне маску и предложил выпить странную алую жидкость. Я послушно выпил… и надел маску. Боль ушла. И я больше не был один. У неё — у маски — есть разум. Именно он посоветовал отплатить всем той же монетой. И я… послушался. Убил всех. Алису… я заразил чумой. Точно так же, как она меня.
— О боже…
— Умирая, она призналась, что никогда меня не любила. Её целью было избавиться от меня. Я мешал её парню занять хорошую должность. Я был всего лишь помехой… отбросом. Монстром.
После этого я хотел умереть. Но умирали все, кроме меня. Представь: жить в одиночестве, слушать крики умирающих, слышать, как маска хохочет, наслаждаясь этим ужасом. Когда меня заперли здесь, я даже почувствовал облегчение. Хоть кто-то остановил меня.
Но маске всё мало. Каждый день она говорит со мной. Уговаривает. Шепчет. Заставляет… И я сходил с ума.
— Прекрати! — вскрикнула я, встала, подошла к нему и обняла. — С тобой поступили жестоко. Но ты уже отомстил виновным. Теперь отпусти это. Оставь в прошлом. Начни с нуля. Будь тем, кем хочешь быть.
Бедный Рюк… он вынес всё это один, будучи совсем ребёнком.
— Я не смогу быть тем, кем хочу, пока маска на мне. Стоит мне остаться одному — и она начинает говорить. Заставляет сомневаться, ненавидеть, убивать. Говорит, какой я монстр… как все меня ненавидят… — он прижал ладони к вискам, словно хотел заглушить голос в голове.
Я не выдержала. Склонилась к нему и снова обняла.
— Прости, Рюк. Я больше не оставлю тебя одного. Я буду рядом. Максимально долго.
Я обнимала его, и слёзы катились по щекам.
Сторона Рюка.
Её плечи дрожали. Она тихо всхлипывала, и я точно знал — это были настоящие эмоции. Не фальшь. Не истерика. Настоящее.
Я осторожно отстранил её, поднялся и подставил плечо. Она прижалась ко мне и разрыдалась сильнее. Я заключил её в объятия.
Именно в этот момент нас застал Оскар.
— Смотрю, вы поговорили. И чего она плачет?
— Я рассказал ей свою историю, — спокойно ответил я.
— Арор, не стоит так плакать. Голова разболится, — буркнул он, подходя ближе.
— Не хочу это признавать, но Оскар прав, — согласился я. Арора немного успокоилась, но по-прежнему дрожала, словно замёрзла. — Оскар, она, похоже, замёрзла.
— Держи! — в меня полетело моё же одеяло. Я аккуратно укрыл им Арору.
— Спасибо, — прошептала она, уже засыпая.
Осторожно я проводил её к кровати и уложил. Едва голова коснулась подушки, как она провалилась в сон.
— Эх… А ведь только Анфиса её подлечила. Ну спасибо, доктор!
— От чего лечили?
— Психическое перенапряжение. Привело к кратковременной коме. Скорее всего, от нервного срыва.
— А магический фон проверяли? Это может быть не просто срыв. — Оскар побледнел.— Значит, не проверяли, — кивнул я. — А должны были. Особенно если вспомнить предыдущего носителя силы. История ничему не учит…
— Думаешь, я забуду прежнего носителя, особенно когда он стоит передо мной?
Я ничего не ответил. Только кивнул и посмотрел на Арору, что тихо спала на моей кровати.
Кому, как не мне, знать, что с ней происходит.