То, что скрыто.

Сторона Серафима
Портал захлопнулся за нашими спинами, оставив за собой искрящееся марево. Мы с Анфисой и Стар оказались на опушке хвойного леса. Здесь пахло смолой, старой древесиной, прелыми иголками и… тоской.
Лес был древним. Не просто старым — он пережил, казалось, всё: времена великой магии, забытые войны, корни древних королевств. Он знал больше, чем могли бы рассказать учебники. Он чувствовал.
И он сейчас страдал.
Я не выдержал. Тысячи голосов, шепчущих, скулящих, рыдающих — поток боли обрушился на меня с такой силой, что я упал на колено, вцепившись в голову. Их крик не был слышим обычным слухом, но мой разум распахнулся как чаша, и меня едва не затопило.
— Сераф, ты как? — Стар уже стояла рядом, её ледяные глаза смотрели с тревогой.
— Серафим, — прошептал я, по привычке исправляя её, хотя знал, что она не запомнит. Или не захочет.
— Значит, в порядке. — Она скользнула взглядом по деревьям, потом вверх, к светлому просвету между кронами. — Здесь что-то очень злое. Оно как пиявка. Высасывает всё живое. Воздух… земля… вода. Всё отравлено этим… чем-то.
— Это и есть Хвойник, — проговорила Анфиса, усаживаясь ко мне на руку. — Люди дали ему имя, когда начали исчезать деревни. Три уже стёрты с лица земли. Ни тел. Ни выживших. Только мрак.
— Он питается людьми? — спросил я, с усилием вставая, сосредотачиваясь. Вспомнил наставления — "закрой разум, стань корой дерева". Постепенно больные голоса утихли, стали фоновым шёпотом.
— И не только. — Анфиса склонила голову. — Он забирает и силу мест, вытягивает само естество. Это уже не просто миф, это — чума.
— Нас должна была ждать группа «Омега-3», — сказал я, озираясь. — Где они?
Стар чуть приподняла ноздри, словно ловя ветер.
— Запах крови… много. И… это свежая смерть.
Прежде чем мы успели что-либо сказать, лес ответил сам — яростным, нелюдским воем и короткими очередями выстрелов. Треск веток, шорох паники, и снова тишина.
Мы переглянулись. И бросились на звук.
Когда добрались — уже было поздно.
На поляне лежала трава, залитая алым. Ни тел. Ни гильз. Только пятна крови… и груда из пяти правых человеческих рук, сложенных с пугающей аккуратностью.
— Мне кажется, или они все… правые? — прошептала Стар, морща лоб.
— Не кажется, — ответил я глухо. Снял перчатку, опустился на одно колено и коснулся ладонью земли. — Поведай мне, что видела.
Тело сразу прошиб холодок. В мозгу зазвенело — не звук, а эхо чьей-то истерики.
«Страшно… больно… больно… з-злой дух… он ест нас… он сожрал братьев… он гнилой… гнилой… он убьёт и нас… спаси… Страж, услышь… останови его… останови его…»
Это был голос сосны. Последний из тех, кто ещё не забыт лесом.
Я открыл глаза и медленно встал.
— Растения в ужасе. Они почти ничего не понимают. Всё, что уцелело — дрожит. Это не просто тварь. Это — проклятие.
— Может, мне осмотреться с воздуха? — предложила Стар. — Или спросить у ветра?
— Нет. Разделяться опасно, — отозвалась Анфиса и сердито шевельнула хвостом.
— Р-р-р. Значит, спрошу ветер, — хмыкнула Стар, и её тело тут же окутало мягкое, завораживающее свечение. Вокруг закружился ураган — не разрушительный, а поющий. Её волосы и одежда поднялись, будто в невесомости.
Через несколько секунд ураган стих. Принцесса-дракон открыла глаза.
— В трёх километрах к юго-западу — озеро. На его берегу — старая хижина. Там люди с металлическими палками оставили бумаги с рунами. Возможно, они — единственная зацепка.
— Тогда туда и держим путь, — кивнул я, и мои пальцы сомкнулись на амулете в форме дубового листа. — Лес просит помощи. Мы не имеем права отказать.
Спустя полчаса блужданий по всё сгущающемуся лесу, мы достигли цели. На берегу озера стояла хижина — старая, покосившаяся, как будто сама природа пыталась её поглотить. Стены, заросшие мхом и лишайником, дышали тревогой.
Я опустился на колено и коснулся ладонью мягкого, влажного ковра из мха. Он дрожал.
«Беги… беги, Страж… злой дух рядом… он следит… он голоден…» — прошептало зелёное существо, исчезая под моей рукой.
— Ребята, он здесь. Близко, — прошептал я. Лес задержал дыхание.
— Нашла! — воскликнула Стар, разбирая завал у входа. — Вот, послание.
Она начала читать:
«Если ты держишь этот лист — меня уже нет. Хвойник реален. Это не миф, а дух, охраняющий древние лесные тайны. Сокровищ нет — главное не умереть. Он боится воды. Это может быть ключом… Уходи, пока можешь. Хотя, если ты уже здесь — он идёт за тобой.»
И в этот миг сквозь деревья прошёл низкий, изломанный рёв, будто кто-то выдыхал боль тысячами голосов.
«СТРАШНО! Он здесь!» — завопили под ногами травы. Я даже почувствовал, как мхи отпрянули от моих ботинок.
— Хвойник… — прошептала Анфиса, увеличиваясь в размерах, как буря, сдерживаемая плотной кожей. Глаза её сверкнули янтарём. Я обернулся.
Из тени выступило существо. Высокое, гуманоидное, покрытое корой и тенью. У него не было лица — только зияющая впадина, откуда тянуло тьмой. Длинные когти, извивающиеся хлысты на спине, и кожа цвета тёмного болота.
Он открыл пасть, и лес застыл от этого нечеловеческого воя.
— Так ты и есть Хвойник… — холодно сказала Стар. Её рука сжалась, и вихрь сомкнулся в серебристый клинок. — Тогда потанцуем.
— Стар! Осторожно! Если с тобой что случится, Титания нас живьём сожжёт! — рявкнула Анфиса, но было поздно.
Стар бросилась в бой — ветер разрезал воздух, но существо было быстрее. Оно переместилось — как тень, перескакивающая между точками. Удар. Стар с грохотом отлетела к озеру, разорвав берег. Следом — Анфиса, бросившаяся на него, но тоже получившая удар хлыстом.
— Он слишком быстр… Или перемещается? — пробормотал я. И тут… ясень прошептал:
«Руки… правая сила… знак жертвы…»
Я вспомнил грудку правых рук, что мы нашли. Зловещее подношение? Ключ? Сомнений не осталось. Я осторожно вытащил одну руку из мешка и спрятал под плащ.
— Стар! Отвлеки его!
— Сейчас покажу этому куску коры, кто здесь главная! — рявкнула она и рванула вперёд. Её клинок вновь запел.
Я метнулся за существо, пока оно отражало удары драконицы. Вскочил на спину — мерзкая, вонючая кора шипела под моими руками. Я взял правую руку… и сунул ему в пасть.
Он захлопнул челюсти, хрустнул… И замер.
Его тело задрожало. Он схватился за горло. В этот момент я нанёс удар по брюху, с другой стороны появилась Стар — её вихрь разрубил воздух, клинок вспыхнул. Словно стрела, он прошёл через шею существа, снося голову. Анфиса, подоспев, вцепилась когтями и разодрала её в клочья.
Тело ещё извивалось.
— Читай! Читай заклинание! Он регенерирует! — завопила Анфиса.
Я схватил амулет и начал читать. Голос дрожал, но слова лились: древний друидский язык, зов Земли.
Существо вздрогнуло, заколебалось… и застыло. Мох пополз по коже. Ветви проросли сквозь тело. Белые цветы раскрылись там, где была грудь. А потом — тишина.
Он умер. И лес… вздохнул.
— Это было что-то… — прошептала Стар, тяжело дыша и опускаясь на колени. — Мне такого ещё не попадалось.
— Молодцы. Вы вдвоём справились лучше, чем рота бойцов, — прошептала Анфиса уменьшаясь в розмерах.
Я опустился и прислушался. Лес пел. Он благодарил нас. Тихо. Шепотом. Но каждая ветка звучала как хор.
— Домой? — спросил я, глядя в глаза Стар.
— Домой, — кивнула она.
Спустя полчаса мы вернулись в точку перехода. Оскар встретил нас:
— Поздравляю. Вы первые. С возвращением домой.
— Мы дома. Как остальные? — спросил я.
— Справятся. Наша задача — ждать.
— Ожидание — худшее, — рыкнула Стар, плюхаясь в кресло.
Анфиса прыгнула к Оскару на руки, громко замурлыкала. Я сел прямо на пол. Нужно восстановить силы…
Я тогда ещё не знал, что худшее — только приближается…