Frosty Peony

— Дай укусить, я тоже хочу, — дует губки Чимин, выпрашивая пломбирное мороженое с шоколадной крошкой в руках своего парня, пока сам лежит головой на коленях альфы, прикрывая глаза от слепящего солнца.

Компания парней в полном составе сидит на весенней зеленой траве перед универом. Трава хорошо просохла после недели дождей и стала ещё зеленее и мягче. Сегодня просто замечательная погода, поэтому все студенты выползли на обед под теплое солнышко погреть кости.

Юнги протягивает руку и подносит к пухлым губам холодное мороженое на палочке. Чимин хмурит брови и выжидающе смотрит.

— Что? — не понимает блондин.

— Не так. Ты же знаешь, как я люблю.

— Чимин-и, — нежно шепчет на ушко, наклонившись к омеге, — мы не одни.

— И что? Мне все равно. Или ты стесняешься? — с хитрой ухмылкой смотрит на Юнги.

Чимин сильно вырос в плане проявления своих чувств и стал более увереннее в себе. Замухрышка-Чимин давно канул в лету. Но он все такой же милый, добрый, отзывчивый, искренний. Этого у него не отнять. Иногда любит позлить Мина, за что получает приятные наказания, а альфа только этого и ждет. Блондину нравится, когда младший часто проявляет инициативу сам: поцелуи, жаркие ночи само собой, помимо этого, Чимин предлагает ходить на совместные прогулки, кино, читать вместе книги и все такое милашное и флаффное, к которому Юнги не сразу привык.

Самое неловкое знакомство с родителями Пака произошло, когда Чимин скакал на старшем в своей квартире и они не услышали, как кто-то вошел. Парень в жизни не смоет, тот позор, который он испытал в ту минуту и весь прошедший день. Он оставлял запасные ключи родителям на случай форс-мажора, например, если они приедут, и сына не будет в квартире.

Папа был невероятно счастлив за сына, ведь такая красота не должна пропасть даром, когда отец, напротив, скептично сканировал потенциального зятя. Так и познакомились за чашкой чая и «душевного» разговора. Вскоре они узнали Юнги ближе и приняли его всего за полноправного члена семьи, хотя статус между парнями был только как парочки, о будущем они не говорили.

В общем, изменился не только Чимин, изменились все.

— Ты сильно изменился, детка, — говорит альфа. — Конечно, в положительную сторону. Мне нравится, — целует в носик. Чимин смущен, но не показывает.

— А теперь мороженку.

Юнги откусывает небольшой кусочек холодного мороженого и целует младшего, передавая лакомство, Чимин удовлетворенно мычит и слизывает остатки с родных губ. Его любимый поцелуй — сладкий и с приятным холодком.

— Ээээй, — протестует Джин, — ну не при нас же. Боже!

— Не завидуй, — мурлычет Чимин, переводя взгляд на друга.

— Я? Завидую? Пфф, — вытаращил глаза омега, шлепая по своему бедру. — Да ни за что!

— Завидуешь, завидуешь, — дразнит Чонгук, сидящий между ногами Тэхена, поглаживая за голые коленки рваных джинс старшего.

У этой парочки тоже все просто замечательно. Универ бурно и долго обсуждал рождение новой парочки, когда они заявились в универ, крепко держась за руки и демонстративно поцеловавшись посреди холла. А свои даже не удивились.

Чонгук никогда не забудет самое романтичное свидание в его жизни, которое недавно устроил старший, но ни за что в этом не признается. Тэхен заявился на ахуенном черном матовом «железном коне» к дому Чонов и, как бы банально не звучало, увез его в закат, где устроил романтический пикник на берегу моря. Чон визжал от восторга внутри себя, а на деле — одаривал милой скромной улыбкой. Все как полагается: свечи, теплый большой плед, бокалы, вино, корзина с едой. Что бы не твердил омега «эта розовая хуета» очень даже понравилась ему. А потом нежные касания, долгие поцелуи, тёплые объятия, бессмысленные разговоры... жаркий секс, которым нужно было обязательно согреть омегу.

Кстати, у Чонгука с каждым днем пополняется словарный запас иностранных слов. Ким хороший учитель, Чонгук — прилежный ученик, впитывающий все, как губка.

Ну и, конечно, Тэхен познал все прелести той загадочной комнаты в загородном доме Чонов. Правильнее — прочувствовал. Он впервые в жизни разрешил себе побыть в роли пассива, позволяя творить с ним все что угодно. Потому что это Чонгук. Ну и, у Чона большой опыт в БДСМ, нежели у Кима, поэтому... Вот. Тэхен тоже извлек хороший опыт. Теперь они практикуют все и везде.

— Mi amor*, не красиво себя так вести, — хрипло произносит Тэхен за ушком своего омеги.

— Я что-ли виноват, что эти двое никак не признаются друг другу, — указывает на Джина и Намджуна. — Почему Намджун хен такой нерешительный?

— Чонгук! — в голос произносят остальные, но сам альфа молчит, отводя взгляд.

После тех новогодних каникул Намджун тоже нанюхался «розовой пыли» Мина и Пака, всему виной один, не вписывающийся в стандарты альфы, омега с шоколадным цветом волос. Теперь альфа не вселяет страх окружающим, но и не прогибается ни перед кем. Есть исключение, и мы знаем его.

Джин стал мелькать все чаще, когда приходил с Чимином поиграть в видеоигры, а иногда и задерживался, чтобы побить новый рекорд. Тогда альфа впервые надолго задержался на омеге с высунутым языком, с сосредоточенным взглядом, быстро скользящих пальцах на джойстике и не сводящий глаз с экрана. С этого и началось. Более опрятный вид, манеры, брюки, рубашки, галстуки, туфли! Не каждый день, разумеется. Однако в гардеробе Кима прибавилось аристократического барахла, над которым обычно трясётся младший брат.

А у Тэхена наоборот: больше тёмных цветов, косухи, узкие джинсы, грубые ботинки. В первое время было не комфортно, но быстро адаптировался.

Удивительно, как люди невербально действуют друг на друга, перенимают привычки, манеру речи, стиль одежды и всякие мелочи.

Но разве это не значит «любить»?

Юнги незаметно кивает Хосоку, даёт знак, что время пришло. Друг встаёт и куда-то уходит. Разговор меняет свое направление и переходит в более спокойное русло. Парни хотят в эти выходные выбраться к морю, в это время года оно по-особенному красивое, и остаться с ночёвкой.

Телефон Мина коротко вибрирует и на экране появляется сообщение.

Jung_Ho: Все готово

Альфа сглатывает, просит Чимина встать с колен и пойти вместе с ним.

— Юнги, что происходит? Куда мы идём?

Альфа крепко держит за руку младшего и заворачивает за угол. Это место негласно считается местом признания в любви и гнездышком для влюблённых. Которое, к сведению, почти никогда не пустует. Хотя сейчас здесь никого. Подозрительно.

— Пак Чимин, — начинает старший, держа обе ладони младшего. Он в крайне редко зовёт Пака полным именем.

— Юнги, ты меня пугаешь.

— Фух, — выдыхает блондин, собирая мысли в кучу. — Я хочу тебе сказать кое-что, но, пожалуйста, не останавливай меня и не перебивай.

— Мы же не расстаёмся, правда? А то вот была бы ирония... — с опаской предполагает омега.

— Чимин, — предупреждает альфа.

— Хорошо, хорошо.

— Это случилось в тот дурацкий день, когда я только приехал в город и решил отдохнуть, перед тем как снова вернуться на учёбу, — Чимин внимательно смотрит на старшего и впитывает каждое слово. Юнги обычно немногословен и ему легче что-то доказать действиями. — Но я встретился с пьяным в хламину плюс течным омегой, которого стошнило передо мной. Тот запах... запах пионов, вскружил мне голову. — Альфа вспомнил их знакомство, которые было так давно, кажется, вечность прошла. Пак улыбается, глаза наполняются слезами, смазывая картинку. — Я был под дозой и пионы закрались мне под кожу. Мне тогда показалось, что... Бля, это должно было быть не таким грустным, — смотрит на омегу, пытающегося сдержать слезы. Чимин мотает головой и мысленно просит продолжить. — Я не знаю, что тогда двигало мной, но я помню твои глаза. Такие красивые, наивные... чистые. Короче, можно сказать, ты спас меня. И я хочу сказать тебе, Пак Чимин, — обнимает за талию и заглядывает в красные глаза и утирает слезы, скатывающиеся по щекам. — Ты, наверное, задавался вопросом почему у меня в глазах красная кайма вокруг зрачка, — Чимин кивает, а этот красный круг становится ярче. — Так вот это моя особенность. Я бесповоротно влюблен в тебя. То есть мое тело раньше узнало, что ты мне нравишься, чем я осознал сам.

— Мин Юнги...

— Мне в тебе нравится абсолютно всё. Как ты мило морщишь нос, когда спишь, как смотришь глупые шоу и заразительно смеёшься, заставляя и меня смеяться, даже когда ты злишься, я не могу поверить, как ты остаёшься со мной. Иногда я просыпаюсь по ночам и боюсь обнаружить, что тебя нет, что ты лишь плод моего воображения, — Чимин готов взвыть во весь голос, неспособный сдержать свои эмоции. — Так к чему это, я знаю, что ты ведёшь календарик, обводишь каждый день, проведённый со мной. С нами.

Чимин сам тянется к Юнги и накрывает его сахарные губы, вкладывая все что хочет сказать, и Мин понимает. Этот поцелуй мокрый, солёный, но один из самых простых, но безмерно важных.

— Сегодня ровно полгода, — произносят они одновременно, отстраняясь.

Юнги помнит. Чимин и не знал, что старший считает и вообще интересуется такими датами. И Пак вообще бы не обиделся, если бы тот не вспомнил. Серьёзно.

— Закрой глаза, — говорит альфа.

— Это ещё не всё? — удивляется младший, послушно закрывая глаза.

— Теперь открывай.

Чимин распахивает глаза и видит огромный букет нераскрытых, только-только раскрывающиеся бутоны пионов. И записку.

«Ты мой омега, я твой альфа. И ничто этого не изменит».

— Господи, Юни. Это самый лучший подарок, — кидается в объятия. — Где ты их вообще нашёл, ещё же рано для них?

— Для тебя я найду все что угодно, цветочек.

Остальные наблюдают за этой картиной за углом, не решаясь нарушить момент. Джин пустил слезу, Чонгук и Тэхен просто молча улыбались и крепко обнимались, Намджун и Хосок были горды за своего друга. Не каждый день можно увидеть нервного и смущающегося друга, признающегося в своих чувствах.

***

Спустя месяц

— ... Yes, yes. I still think. Do I have time to think? Okay, I'll let you know shortly. Good bye.

Юнги кладёт трубку и устало выдыхает.

— Это снова они? Когда ты ему скажешь? — обеспокоенным голосом спрашивает Хосок.

— Они звонят мне уже второй раз, я говорю, что подумаю, но времени мало, — закуривает Мин, лёжа на крыше универа.

— Уверен, Чимин поймёт. Просто поговори с ним. Ты же понимаешь, такой шанс даётся не всем.

— Да, понимаю. Но я не могу его оставить. Непонятно на сколько я исчезну. В тот раз поехал на месяц — вернулся через год. В этот раз предлагают контракт на более долгий срок. Минимум шесть месяцев, — вскакивает на ноги, откидывая недокуренную сигарету и всматриваясь на пустую парковку. — Эти шесть месяцев могут превратиться в год, два... Я не могу заставить Чимина столько ждать. Это будет конец всему.

— Друг, это не простое решение. Обдумай все еще раз и просто поговори с ним. Он же не глупый парень...

— Он замечательный, — перебивает Мин.

— Ради него ты станешь еще лучше, — подходит и кладет руку на плечо блондина.

Хосок всегда был рядом со своим другом, и они прошли многое с ним. Он его друг, брат, советник, порой даже отец. Ну и здравый смысл, конечно. Юнги всегда прислушивается к нему, только потом принимает окончательное решение.

Раньше он был независим. Он мог поехать куда угодно, когда угодно, в любое время суток. Его ничего не держало в этом городе, в этой жизни. Но появился комочек, имя которому Пак Чимин, и без него его жизнь уже не имеет смысла.

***

Чимин лежит на своей кровати, разглядывая в руках шар, похожий на те снежные шары, в которых все время идет снег, стоит их потрясти, но в его шарике заточен раскрывшийся пион с блестящими лепестками. Цветок, будто уснул, заморожен в своем лучшем виде. Омега хотел хоть как-нибудь спасти и сохранить значимый для него подарок альфы, а Чонгук в этом помог. Оказалось, что его знакомый занимается всякими диковинными штуками и вот сотворил для него такой необычный шарик. Помимо прекрасного цветка прямо на стекле было выгравировано переливающимися красками греющее душу цитата:

Ты мой омега, я твой альфа. И ничто этого не изменит.

Jimin and Yoongi

Каждый раз, когда омега скучает по своему альфе, он смотрит на этот шар и становится легче. Словно он тут. Лежит рядом с ним.

Сегодня выходной и Чимин вообще-то ждет Чонгука, который уже вот опаздывает на полчаса. Наверное, как всегда, не может вырваться из цепких лап Тэхена. Эти двое просто невыносимые. Но Чимин полюбил эту парочку и желает им только счастья. Отношения с Тэхеном улучшились на миллион процентов, если в общих чертах рассматривать. Чимин с Тэхеном, как лучшие подружки, делятся секретами и дают друг другу советы. Если бы кто-то сказал Паку, что они с Кимом будут сидеть, чаи распивать и обсуждать своих парней, он послал этого человека куда подальше.

В кармане вибрирует смартфон. Юнги звонит. У Чимина уголки губ сразу ползут наверх. Только подумал о нем и вот, сам звонит.

— Ты умеешь читать мысли? — сразу задает вопрос омега.

— Возможно, — слышится родной голос на том конце.

— Потому что я думал о тебе.

— Я тоже Чимин-и. Кстати, ты дома? Хотел заехать.

— Да, дома. Чонгук похоже уже не придет, хотя обещал минут сорок назад. О, подожди, смска пришла.

Чимин видит на экране короткое и предельно ясное.

«Бро, прости, приду позже.

Сам понимаешь, сегодня Тэхен целый день свободен»

— Да, как я и предполагал. Он не придет. Так что... я жду тебя, — намекает Чимин двусмысленно.

— Я скоро малыш.

Мин хотел сказать «нам нужно поговорить», но зная, что Чимин будет себя накручивать раньше времени, удержался.

Не успел альфа порог переступить, как на него запрыгнул омега. Он очень скучал по нему. Поэтому не медлит. Стаскивает с него косуху, кепку, зарывается в белые волосы, улавливая нотки шампуня с ярким ароматом яблока. Чимин целуется спешно, кусается, ему все мало, хочется еще больше. Юнги на руках несет младшего в спальню и валит на широкую кровать, пока сам быстро снимает обувь. Чимин ненасытный. Он встает на колени и тянется к облегающей футболке, подчеркивающая рельеф альфы. Футболка летит на пол, а ручки омеги нащупывает ремень на джинсах Юнги, пока альфа раздевает его.

— Боже, Юнги, скорее. Не могу больше терпеть, — жаждет омега.

Чимин принимает Юнги легко. Он привык к размерам старшего, однако чувство заполненности как в первый раз и это так ахуенно. Член Юнги был создан для этого омеги. Нет. Юнги был создан для Чимина. Или наоборот.

— Да, бляяять, — наконец выдыхает Чимин.

Он меняет их местами и седлает старшего. В последнее время эта поза стала его любимой. Омега двигается сначала медленно, плавно, набирает темп. Затем срывается на бешеный. Юнги видит, как меняются на лице младшего эмоции, сменяют друг друга. Чимин полностью обнажен, не физически. Душевно. Он так уязвим прямо сейчас.

Юнги снова возвращает себе место у руля и сводит запястья Чимина над головой, а тот соединяет ноги на пояснице старшего. Толкается сильнее, больше, быстрее, глубже. Делает себе больно. Эта боль ему приносит удовольствие, он чертов мазохист. А Мин знает, что любит его цветочек.

— Малыш, я сейчас...

Чимин расцепляет ноги и Мин выходит, кончая на живот омеги. Сиреневолосый цепляет пальцем белесую жидкость и облизывает палец. Этот солоноватый сладкий вкус лишает рассудка. Он так делает впервые и Юнги удивлен не меньше.

Пак кончает через несколько мгновений, при помощи Юнги. И распадается на атомы. С ним как первый. Нет, не тогда, когда больно и страшно. А все по-новому, но так по-разному.

Юнги обтирает их салфетками и приземляется рядом с Чимином. Младший закидывает ногу по привычке и медленно выцеловывает каждый сантиметр фарфоровой кожи шеи.

— Чимин, я хочу тебе кое-что сказать, — спустя время решает начать Юнги.

— Я тебя внимательно слушаю, — его рука играется с непослушными мягкими волосами блондина, не открывая глаз.

— Помни, я могу отказаться в любой момент. Малыш, только скажи, хорошо? — предупреждает заранее.

— Что такое? Не томи.

— Мне снова предложили поехать в Штаты на повышение... — Чимин открывает глаза и приподнимается на локте, заглядывая в лицо альфы.

— Надолго? — осторожничает Чимин, вмиг понизив голос.

— Полгода. Им понравились мои навыки работы и новые проекты, которые я прислал, поэтому они хотят еще поработать со мной. Возможно, хотят заключить контракт для...

— Тебе стоит поехать, — обрывает на полуслове омега. — Не всем предлагают поработать второй раз не где-то тут, а в Штатах. Тебе надо ехать, — высказывается Чимин.

— А как же ты? ... Мы? — задает самый мучающий вопрос.

— Я подожду... Мы справимся. Это же не навсегда, так ведь? — голос начинает дрожать, но он заканчивает предложение уверенно.

«Может и навсегда» — думает Юнги и боится произнести вслух. — «Но без тебя я не смогу».

— Я могу хоть сейчас им позвонить и сказать, чтобы они искали другого и...

— Нет. Ты поедешь, понял? — а глаза наполняются слезами.

Он, конечно, предполагал, что не обойдется без жизненных преград и испытаний. Но так скоро и смогут ли они вынести это — другой вопрос.

Безусловно, омега его всегда поддержит, и не станет уговаривать отказываться от такого предложения, если бы даже захотел. Юнги крепко обнимает Чимина и чувствует влагу на плече. Она будто выжигает кожу, оставляет шрамы.

***

—...Ему надо уехать. Снова, — после продолжительного молчания произносит безжизненным голосом Чимин, изучая белоснежный потолок в комнате Чонгука, лежа на полу.

Прошли сутки, как Чимин узнал, что любовь его всей ничтожно короткой жизни может исчезнуть навсегда. Это чертовски хуево, но что он может? Заставить остаться его тут и потом всю жизнь корить себя за глупую ошибку? А Юнги останется ли с ним после этого? Дилемма.

— Хен уже сказал, я в курсе, — понимающе кивает Чон, смотря сверху вниз со своего кресла. Естественно, он узнал все у Хосока и сочувствовал другу, что такие обстоятельства могут разрушить нахрен только построенные отношения.

— Думаешь, он не забудет там ... обо мне? Все-таки полгода — это не неделя, не месяц.

— Конечно, нет. Что ты такое говоришь, — отмахивается от грустных мыслей друг.

— Все мои друзья, которые были в Пусане... Я ни с кем не общаюсь, стоило мне переехать сюда... Я пытался хоть с кем-то держать связь, но со временем, все ушли, никого не осталось. А дружил ли я с ними вообще или они со мной, если я их так легко отпустил? Знаю, что общаться на расстоянии очень сложно, тем более встречаться. Это даже не назовешь так.

— Давай не будем раньше времени хоронить ваши отношения, окей? — Чонгук пытается повернуть разговор в более положительную сторону. — Когда он улетает?

— На следующей неделе.

— Тогда какого хуя ты тут лежишь и слюни разводишь?! Дуй к нему и проведи с ним все свободное время!

— Он у Кимов. Чисто посиделки альф. Поэтому я здесь.

— Что? Джин выкладывал час назад, как он играет в бильярд с Намджуном. Джину можно, а нам нельзя? А Тэ мне не сказал, козел! Ну, он у меня получит. То есть нихуя не получит. Собирайся, мы едем надирать им зад!

***

Парни собрались, чтобы выпить за скорый отъезд их друга. На следующей неделе ему уже пора снова покинуть эту замечательную страну и не менее замечательных людей, показать всей Америке, кто тут босс. Все протекало в спокойной обстановке, пока не ворвались Чимин с Чонгуком и не превратили тихую вечеринку в черт-те что. Чон младший под личным руководством спровадил друга и Мина в отдельную комнату, пихая в руки и карманы длинную ленту презервативов со словами «если не хватит, приходите, у меня еще в машине есть». Намджуна и Джина тоже запер в бильярдной, пока те не обращали ни на кого внимание. Братец Хосок заснул на диване. Его быстро уносит на голодный желудок, а закусок у альф на столе что-то не наблюдалось. И сам Чонгук напоследок решил разобраться с Кимом младшим.

— Никакого секса ты понял?! Месяц!

— Будто ты сам продержишься без меня, — хохочет Тэхен. — Я буду у себя. Дверь будет открыта, — поднимаясь по ступенькам растягивается в улыбке, как чеширский кот, старший, Чонгук лишь показывает средний палец, закатывая глаза.

Разумеется, Чонгук не вынес доносящихся отовсюду стонов и прошмыгнул в комнату Тэхена. И пошло-поехало. Ночка выдалась весьма продуктивной.

***

— Обещай, звонить при каждом удобном случае, хотя бы на минуту? — велит Чимин, обнимая Юнги в аэропорту.

Их оставшееся время не просто прошло, а пролетело. Они действительно проводили каждую минуту вместе: спали, ели, мылись, гуляли и т.п. Даже ездили в Пусан к родителям Чимина. Но мало. Очень мало. «Перед смертью не надышишься» так ведь говорится? Вот и у них так.

— Обещаю, малыш, — целует в нежную щеку омеги, дает обещание.

Все по очереди уже обнялись, пожелали приятной легкой дороги, тоже взяли с альфы слово, чтобы и их не забывал. Но Чимин никак не может его отпустить. Прилип и все.

Играет короткая музыка и диктор объявляет в громкоговоритель:

— Заканчивается посадка на рейс ЕА 308 Сеул — Нью-Йорк. Опаздывающие пассажиры, пожалуйста, немедленно пройдите на посадку выход А-09.

— Ну что, мне пора, — вздохнул Юнги, смотря на всех, все еще обнимая Чимина. Было безумно приятно, что они все тут из-за него. Настоящие друзья. Семья.

— Береги себя друг!

— До скорой встречи!

— Пиши, звони, не пропадай!

Юнги машет с эскалатора на прощание, а Чимин шепчет в надежде, что альфа сумеет прочитать по губам:

— Я люблю тебя.

먼데이 키즈(monday kiz) - another day

Комментарий к Главе 19.

Перевод фраз:

Mi amor* - любовь моя (фран.)