Связанные ненавистью

Дженни:

Было уже глубоко за полночь, когда мы наконец-то вернулись домой.

Остальные гости по большей части разъехались задолго до нас, но Чонгук с Тэхёном как верхушка «Коза ностры» должны были остаться и сделать вид, что пытаются разобраться в происшествии.

Никто не подозревал их, во всяком случае, в открытую. По большому счету, ни Бардони-младший, ни миссис Бардони убитыми горем не казались. Они лили свои крокодиловы слезы, если мне это вообще не показалось.

Может быть, он им настолько же опротивел, как и мне за то короткое время, что я провела наедине с ним.

Мне все ещё было трудно поверить, что моя жизнь сделала такой крутой поворот и ещё недавно я была официанткой в Мюнхене, а сегодня скрывала преступление собственного мужа. Недолго постояв под струями душа, я скользнула в постель.

Тэхён до сих пор о чем-то спорил с Чонгуком в нашей гостиной. Это один из немногих случаев, когда я целиком разделяла возмущение Чонгука.

Лежа на спине, я смотрела в потолок и слушала их голоса. Электронный браслет лежал возле меня на прикроватной тумбочке, словно насмехаясь надо мной.

Может, мне стоило воспользоваться сегодняшней неразберихой и сбежать? Чон, Тэхён и Ромеро занимались тем, что подчищали место преступления, а на моей лодыжке не было этого дурацкого браслета.

Это была отличная возможность. Тогда почему я не сбежала? Сомневаюсь, что кто-то смог бы меня остановить.

Из-за Арии? Мне бы очень
хотелось верить в то, что она — единственная причина. Но когда я маячила в холле, дожидаясь возвращения Тэхёна, то даже не задумалась о побеге. Почему он перестал занимать все мои мысли? Полгода назад я только об этом и мечтала, эта навязчивая идея поглотила меня целиком, и теперь мне начало казаться, что я размышляю о побеге только из-за того, что считаю себя обязанной это сделать.

Это сильно сбивало с толку. Оказалось, что, живя с Тэхёном, я не настолько несчастна, как могла ожидать.

Конечно, он чокнутый убийца, но не то чтобы я не была привычна к такому, и к тому же, по правде говоря, это делало нашу жизнь захватывающей, если я не желала это признавать.

Жить, как все нормальные люди, заниматься повседневными делами, зарабатывать деньги на легальной работе было потрясающе интересно, но почему-то все это никогда не казалось мне чем-то большим, чем развлечение.

Открылась дверь, и в спальню вошёл Тэхён. Пиджака на нем уже не было, и добрая половина пуговиц рубашки расстегнута. Он просиял присущей ему ухмылкой, прежде чем исчезнуть в ванной.

Я могла притвориться спящей, чтобы избежать разговора с ним, но по какой-то необъяснимой причине мне хотелось поговорить. Когда Тэхён вышел из ванной в боксерах, выставив напоказ этот свой мускулистый торс, я чуть не позабыла про все свои планы.

Но это и в самом деле было бы чересчур, потому что сегодня умер человек. И каким бы он ни был, так скоро после его смерти заниматься сексом казалось совершенно ненормальным.

Тэхён скользнул под одеяло и, приобняв меня за талию, притянул к себе. В его глазах пылал голод, и не осталось ни намека на то, что он еще помнит о недавно содеянном. Он впился своими губами в мои, и я позволила проникнуть его языку внутрь, позволила этому поцелую захватить меня без остатка, до тех пор, пока мое тело не завибрировало от удовольствия.

Я нашла в себе силы оттолкнуть Тэхёна, прежде чем сделаю что-то, за что завтра утром буду себя корить.

Тэхён со стоном повалился спиной на кровать.

— Это из-за Бардони, да?

— Может, у меня просто нет настроения, — сердито зыкнула я на него. — Ты не настолько неотразим.

— Как тебе будет угодно, — пробормотал он бархатным голосом, послав предательскую дрожь прямиком по моему позвоночнику. Эта сволочь — мастер манипуляции.

Я решила повернуть этот разговор в более безопасное русло.

— Так тебе попало от Чона?

— Чон никогда ни за что меня не наказывал, — ответил Тэхён, усмехнувшись. — Он привык к моей инициативности.

— Инициативности?

Тэхён подмигнул мне, и я поймала себя на том, что хочу снова прижаться к нему. Вместо этого натянула одеяло до самого подбородка, чтобы создать еще один барьер между нами.

— Чонгук был злой как черт.

— Ничего, он это переживет. Как всегда. Рано или поздно он бы все равно убил Бардони. Это был лишь вопрос времени.

Я почувствовала, что этот разговор перестал быть обычной болтовней перед сном.

— Когда ты впервые убил человека? Когда еще ходил пешком под стол?

Тэхён оскорбился, подперев голову рукой. Он водил пальцами по моей руке, что ужасно отвлекало.

— Нет. По сравнению с Чоном я поздний цветочек.

— Серьезно? В это трудно поверить.

— Вообще-то нет. Когда я был помладше, Чонгук ограждал меня от любых проблем. Он был старшим братом-защитником.

— Я даже представить не могу Чона ребенком, и тем более — чтобы он заботился о тебе.

— Так и было. Что в этом такого удивительного?

— Разве Лиса не пыталась защитить тебя, когда ты была помладше?

— Она до сих пор пытается, — кивнула я, поморщившись.

— Вот видишь. И Чонгук точно так же. Конечно, сейчас ему гораздо труднее держать меня в узде, да и ты осложняешь эту задачу Лисе.

— Думаю, между затруднениями, которые возникают из-за меня, и проблемами, которые доставляешь ты, существует огромная разница.

— Дай только время. Я же чувствую, что твой потенциал еще не до конца раскрыт.

Я прыснула от смеха. Черт бы его побрал. Почему он вечно меня смешит.

— Ты так и не ответил на мой вопрос. Когда ты убил в первый раз?

— Через несколько недель после моего тринадцатого дня рождения.

— И это ты называешь поздним цветочком? Большинство парней в этом возрасте беспокоит рост волос на лобке, а не то, как кого-нибудь убить.

— О, я смирился с волосами на своем лобке задолго до этого, — проговорил он дразнящим шепотом. — А большинство парней не являются вторым сыном Дона ныо-йоркской «Коза ностра».

— Верно подмечено. Но из Чонгука получился так себе защитник, если тебе пришлось убивать в таком юном возрасте.

Взгляд Тэхёна стал мрачным.

— Он сделал все что мог. Наш отец хотел, чтобы я убил одного из парней, с которым мы с Чонгуком время от времени тусовались, за то, что тот собирался уйти из мафии, У меня засосало под ложечкой.

— И?

— Чонгук достал пистолет и убил парня раньше меня.

Папаша конкретно разозлился. Он до полусмерти избил Чонгука.

Странно было думать о том, что Чон способен на такое проявление заботы по отношению к своему брату, однако если приглядеться к взаимоотношениям этих двоих, не так и удивительно.

Было очевидно, что они заботятся друг о друге, и не имеет значения, бессердечные ублюдки они или нет.

— Твой брат такой здоровяк. Каким образом его мог кто-нибудь избить?

Тэхён усмехнулся.

— Чонгук мог бы легко уделать нашего папашу, если бы захотел, но он ни разу не дал ему сдачи. Отец был Доном и мог застрелить Чонгука, как бешеную собаку, если бы тот поднял на него руку.

Иногда я забывала о том, что для мужчин в нашем мире все не так уж солнечно и радужно. Им предоставлялось больше свободы, когда дело касалось случайных связей и гулянок, но им приходилось нести свое бремя.

— Дай угадаю: ваш отец очень скоро после этого заставил тебя убить кого-то другого. — Я почти не знала Сальваторе Витиелло, но он производил впечатление жуткого мерзавца.
Тэхён кивнул.

— Спустя пару месяцев он получил информацию об ещё одном предателе. И тогда он заставил меня перерезать ему горло.

Девочек особо не посвящали в подробности церемонии принятия в ряды мафии, но Умберто, охраняя нас, довольно часто мог невзначай что-нибудь обронить об этом. Как правило, первое убийство во время инициации совершалось с помощью пистолета.

— Он не позволил тебе застрелить его?

— Нет, вероятно, это подразумевалось как дополнительное наказание, потому что в первый раз я смог избежать убийства. Сделать выстрел гораздо легче, это не такое личное.
Использовать нож — грязная работенка.

Ты должен подобраться поближе к своей жертве, должен замарать свои руки кровью.
Его голос стал очень тихим. Я слушала его, затаив дыхание, осторожно приподнявшись на локте. Мне хотелось дотронуться до него, но я не решилась.

— Звучит ужасно. Ты смог это сделать?

— А ты как думаешь?

Опять эта пугающая акулья ухмылка. Та, что заста-вила меня поверить: Тэхён способен на что угодно.

— Ты убил его.

— Да. Было много грязи. Его привязали к стулу, так что он не мог дать отпор, но все равно я перерезал ему горло только с третьей попытки. Я был покрыт кровью с головы до ног. Кровь у себя из-под ногтей я вычищал ещё и на следующий день.

— Тогда почему ты предпочитаешь ножи пушкам? Сейчас ты, похоже, совсем не против замарать руки.

— Поначалу мне хотелось доказать отцу, что я крепкий и что он не смог сломать меня, как, вероятно, намеревался. После того, как я стал виртуозно  обращаться ращаться с ножом и все стали хвалить мои способности, отказаться от него значило пустить все псу под хвост.

Я внимательно посмотрела на Тэхёна, но его лицо оставалось непроницаемым. Я не могла сказать, всю ли правду он рассказал или оставил худшее при себе: что убийства таким зверским способом приносили ему удовольствие.

Мы замерли, молча глядя друг на друга, но, почувствовав, что этот момент вновь превращается в чересчур интимный, я легла обратно на спину.

— Ты когда-нибудь задумывался над тем, чтобы убить Чонгука? Если он умрет, ты станешь Доном. Ты определенно не будешь первым мафиози, убившим члена своей семьи для того, чтобы взлететь по карьерной лестнице.

Лицо Тэхёна посуровело.

— Я никогда не подниму руку на собственного брата. Мне плевать, стану я Доном или нет, в любом случае, я не буду избавляться от Чона, чтобы занять высокий пост. Чонгук прикрывает мой зад, а я — его. Так было всегда.

— Это здорово. Очень важно иметь рядом человека, которому можно доверять, — искренне порадовалась я. Одиночество — большая проблема в нашем мире.

Ты вечно окружён множеством людей, но ни одному из них нельзя довериться.

Единственный человек, которому я доверяла, — это Лиса. Лили была ещё слишком ранимой и юной для большинства моих секретов, а Фаби — парень, и влияние отца на него сказывалось всё сильнее день ото дня. К тому же я больше не могла с ними даже разговаривать.

— Что нужно, чтобы ты доверилась мне? — спросил Тэхён с нескрываемым интересом.

— Чудо. — Повернувшись к нему спиной, я выключила ночник на тумбочке. Выражение в его глазах всколыхнуло такое у меня внутри, что испугало.

Тэхён выключил остальной свет и наклонился ко мне, целуя в ушко:

— Кто же не любит настоящее чудо?

~

Тяжёлая рука Тэхёна придавила мою талию, его жаркое дыхание опаляло мне шею, а из-за его ноги, переброшенной через меня, затекли конечности. Тогда почему так до странности приятно было проснуться рядом с ним?

Убрав его руку и выскользнув из-под него, я быстро встала. Тэхён так и не проснулся.

Волосы у него были взъерошены, а лицо во сне казалось беззащитным и почти кротким. Я протянула руку, но тут же одернула себя, прежде чем успела провести пальцами по его лбу.

Да что со мной такое?

Я сделала шаг назад. Мой взгляд остановился на валяющемся на тумбочке электронном браслете, и тут мне пришла в голову одна идея.

Схватив браслет, я метнулась с ним в ванную. Этой хрени ничего не будет от воды, все-таки душ приходится принимать вместе с ним, но, возможно, у меня получится смыть его в унитаз.

Конечно, Тэхён мог бы попросить Сандро привезти другой браслет, но поступок послужил бы для него отличным намеком. Я бросила браслет в унитаз и нажала на смыв.
Как назло, эта хрень тут же застряла.

— Ты только что смыла свой браслет? — спросил Тэхён хриплым ото сна голосом.

Я обернулась. Он стоял, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на обнаженной груди, и на его нахальной роже расплывалась улыбка. Жар опалил мне щеки.

— Я попыталась, но эта хрень застряла.
Похихикивая, Тэхён шагнул ко мне, и мы вместе уставились вниз в чашу унитаза.

— И кто теперь его вытащит?

— Ты?

Маттео тут же потянулся вниз, но я схватила его за руку.

— Ты что, даже перчатки не наденешь или что-то в этом роде?

— Он чистый, и я после всего помою руки, - ответил он, едва сдерживая смех. — Мои руки покрывались кое-чем гораздо хуже, уж поверь мне.

— Делай, что хочешь. — Я отпустила его, пожав плечами.

Тэхён достал браслет и положил его на край раковины, затем сбросил с себя боксеры и пошел в душ, сверкнув передо мной своей отменной задницей. Он повернул кран и шагнул под струи воды, прежде чем снова обернуться ко мне с жёстким стояком.

— Не желаешь ко мне присоединиться? Я схватила зубную щетку.

— Нет, спасибо.

Стоило больших усилий не смотреть, как Тэхён принимает душ. Мне даже показалось, что он намеренно тянет время.

Наконец, Тэхён выключил воду и вышел, вытираясь полотенцем. Он кивнул на браслет.

— Ты же понимаешь, что он до сих пор работает, да?
— Ой, да брось. Вчера вечером я не сбежала.
Нет нужды снова цеплять на меня эту штуку. Я буду вести себя прилично.

— В самом деле? — с улыбкой спросил Маттео, отбрасывая в сторону полотенце и надвигаясь на меня. — Этотак не похоже на тебя.

Я закатила глаза. В эту игру могут играть двое.
Я стянула майку через голову, а потом вниз по ногам трусики, прежде чем выпрямилась, полностью голая.

Посмотрим, как Тэхён с этим справится.

Как и следовало ожидать, Тэхён пробежался взглядом по моему телу, и его член дернулся в ответ.

Я удовлетворенно улыбнулась.

— Я правда терпеть не могу браслет. Не хочу его больше носить.

Тэхён облокотился о раковину, встав так близко ко мне, что наши тела почти соприкоснулись, и я почувствовала аромат его мятного геля для душа.

— Как насчет небольшого пари?

Я почувствовала, что мне не понравится то, что он хочет предложить, но кивнула, разрешив ему продолжить.

— Если сегодня мне удастся довести тебя до оргазма, то мы снова наденем браслет на твою лодыжку. Если у тебя получится устоять перед моими способности, мы швырнем эту хрень в мусор.

— Всего один оргазм?

— Жадная девочка, — подразнил он, и его темные глаза возбуждённо заблестели. — Я думал, что не нравлюсь тебе. Ты боишься, что твое тело не сможет мне сопротивляться?

Хотела бы я, чтобы он заблуждался, но мое тело и в самом деле страшно предавало меня. Я уже давно сбилась со счета, сколько раз мы занимались сексом в нашем коротком браке.

— Нет, конечно нет. Но тебе не кажется, что один оргазм — слишком низкая планка для тебя?

— Ну, я даже не знаю. Нам обоим известно, какой упрямой ты бываешь, к тому же я обещал Чонгуку надеть на твою лодыжку браслет. Опять же, я не могу чересчур облегчать тебе задачу избавления от него. — Его взгляд упёрся в мою грудь, а затем спустился ниже.

— Так что скажешь? Сопротивляешься оргазму до полуночи и освобождаешься от браслета?

— Идёт. — На всякий случай я отступила от него подальше.

— Конечно, тебе нельзя уклониться от оргазма, просто не позволяя мне дотронуться до тебя. Ты должна дать мне шанс и сразиться со мной по-честному.

— По-честному? — фыркнула я. — Что в этом честного?

Маттео пожал плечами.

— По рукам?

— По рукам, — нехотя ответила я, прежде чем забраться в душ и закрыть за собой дверцу.

Тэхён бы это не остановило, но он и не пытался последовать за мной.

Усмехнувшись, он направился в спальню.

— Я тебя жду.

Так, мне необходимо полностью успокоиться, нужно найти способ выработать иммунитет к тому, что бы там ни приготовил для меня Тэхён. Проблема заключалась в том, что когда я представляла, что он там приготовил, мой пульс начинал учащено биться от возбуждения.

Черт бы его побрал. Я закрыла глаза и открыла кран с холодной водой.
Задохнувшись от холода, я задрожала, и потихоньку мое возбуждение стало утихать.

Через пару минут я шагнула из душа, продрогнув до костей и с надеждой, что успокоилась достаточно, чтобы противостоять Тэхёну хотя бы на данный момент.

Зайдя в спальню, я обнаружила, что он лежит на кровати во всей своей обнаженной красе, закинув руки за голову.

По правде говоря, я даже обрадовалась, увидев его самоуверенную ухмылку, потому что она только укрепила мою решимость противостоять ему. Расправив плечи, я прошла мимо кровати, к гардеробу.

— Нам не пора вставать?

— У нас ещё есть немного времени, — расплылся в улыбке Маттео. — Или ты боишься проиграть наше пари?

Я молча шагнула к кровати. Тэхён следил за каждым моим движением. Мне нужно было поспорить с ним на то, чтобы он не кончил.

Такое пари я бы выиграла без проблем, судя по голоду в его глазах. Тэхён притянул меня к себе и поцеловал. Он не спешил, легко поглаживая ладонями мою спину, и все же напряжение у меня между ног уже почти невозможно было вытерпеть.

Я старалась думать о чем-нибудь другом. Да о чем угодно, и, похоже, Тэхён каким-то образом почувствовал, что я не здесь. Он перевернул нас, оказавшись сверху, а потом началась моя пытка. Он захватил мой сосок ртом, покусывая и облизывая, затем перешёл к другой груди, даря ласки с не меньшим рвением.

Я положила ладони на покрывало, стараясь сдержать учащенное дыхание и бешено колотящееся сердце.

Тэхён обхватил рукой другую грудь и стиснул неожиданно сильно. Я выгнулась от нахлынувших ощущении, а потом постаралась побыстрее расслабиться снова, не собираясь облегчать ему задачу.

Его самомнение взлетит до небес, если он сможет так быстро меня возбудить. Упёршись взглядом в потолок, я изо всех сил старалась не обращать внимания на дразнящие губы Тэхёна. Он хохотнул мне в ребра, а затем провел языком дорожку вниз до пупка.

— Такая упрямая.

Я понимала, что Тэхён, едва раздвинув мне ноги, сразу увидит, как страстно мое тело желает его прикосновений, но ничего поделать с этим не могла.

Может быть, удастся каким-то образом незаметно для него испытать оргазм? Сейчас я могла надеяться лишь на это, потому что была совершенно уверена: собственное тело предаст меня.

С лукавой улыбкой Тэхён устроилея между моих ног и, приподняв ладонями мою задницу, прижался ртом к разгоряченной плоти. Почувствовав его язык, я едва смогла сдержать стон. Он не отрывал от меня взгляда, настолько собственнического и голодного, что я заводилась все сильнее.

Я зажмурилась, постаравшись отгородиться от того, что творил со мной Тэхён, но он делал это невозможным.

— Вкуснятина, — промурлыкал он и лизнул еще раз. — Дженни, ты такая сладкая. Я хочу наслаждаться твоим вкусом каждый день. — Он погрузил язык в мой вход, а затем принялся выводить кончиком языка лёгкие круги, только чтобы войти в меня снова.

Я стиснула губы, сдерживая стон. Он ещё шире раздвинул мне ноги, а затем осторожно раскрыл пальцами мои складки, чтобы обеспечить себе лучший доступ.

Тэхён нежно провел по ним языком, так невесомо, что от не-вероятного ощущения у меня поджались пальчики на ногах.
— Дженни, ты можешь сколько угодно притворяться, что ничего не чувствуешь, но твое тело предает тебя.

Проклятие, как будто я этого не знаю.
— Ты вечно будешь держать глаза закрытыми? — насмешливо спросил он.

Я открыла глаза и сердито уставилась на него.
Он поднял голову, расплывшись в этом своем чертовом акульем оскале, а его подбородок блестел от моих

— Так-то лучше, — удовлетворенно проворковал он и, опустив взгляд обратно к моему центру, слегка потер большим пальцем клитор. Тэхён заскользил языком по моей коже на внутренней поверхности бедра перед тем, как слегка прикусить. Влажности между ног прибавилось, и улыбка Тэхён стала ещё шире. — Видишь, как тебе это нравится. — Он скользнул большим пальцем между моих складок, затем поднес его к губам и слизнул мои соки. — М-м-м.

Конечно, лучше бы мне снова закрыть глаза, но это было невозможно. Напротив, я приподнялась на локтях, чтобы как следует все рассмотреть. Поскольку это пари я все равно уже проиграла, могла хотя бы насладиться по полной.

Маттео изогнул бровь.
— Повысим ставки? — Он снова опустился вниз, а я откинула голову назад, уже не сдерживая стонов.

К черту дурацкое пари и дурацкий браслет. Дрожь, начавшаяся где-то в икрах, распространилась по всему телу, когда меня накрыло волной удовольствия.

И мысли не возникло скрыть свой оргазм. Никаких чертовых шансов.

Я выгнулась над кроватью, позволяя наслаждению без остатка поглотить меня. С моих губ сорвался громкий крик, который я уже и не пыталась сдержать.

Наконец мне удалось перевести дух, и Тэхён приподнялся на локтях. Выражение его лица заставило меня пожалеть о своей слабости.

— Может, один оргазм и вправду низкая ставка, — хрипло произнес он.

— Думаешь? — шепотом выдохнула я. — Как насчет дополнительной ставки? Все или ничего?

— Я слушаю.

— Если у меня получится заставить тебя кончить, ты проиграл и мне не придется опять надевать на ло-дыжку браслет. Если же ты устоишь, я беспрекословно нацеплю обратно эту хрень.
Маттео сел, откинувшись назад на корточках и выставив стоящий колом член. Я наклонилась вперед и, вызывающе глядя на него, обхватила пальцами его длину.
— Так что скажешь?
— К чему мне рисковать проигрышем, если смогу выиграть ровно то же самое?
Я облизала губы и коротко сжала его член.
— Ты боишься проиграть? — повторила я за ним недавнюю фразу.
— Конечно нет, — хохотнул он. — Ставки сде-ланы. Я целиком в твоем распоряжении.
- Ложись, — не теряя времени, велела я. Это пари я должна выиграть, несмотря ни на что.

Тэхён:

Я лег на спину возле Дженни и закинул руки за голову. Дженни выглядела слишком уверенной в своих силах. От её язычка член у меня уже стоял колом, и она, вероятно, рассчитывала на то, что очень долго продержаться я не смогу. Она меня совсем не знала.

Встав на колени рядом со мной, Дженни очень медленно опустила голову, не отрывая от меня своего взгляда — вызывающего и охуенно сексуального. Понимает ли она, насколько сильно меня заводит ее взгляд?

Только от него одного мой член непроизвольно дергается. Дженни обхватила пальцами основание члена и обвела языком головку, прежде чем вобрать его до конца в свой гребаный горячий рот. Я с удовольствием наблюдал за тем, как мой член исчезает между её розовых губок. Когда я уперся ей в глотку, то с трудом сдержал стон.

В ее глазах засветилось веселье, как будто она прекрасно понимала, что со мной творится. А потом она начала мурлыкать, и вибрации пошли прямиком мне в яйца.

— Блядь, — прохрипел я, что, похоже, только ещё больше подстегнуло ее. Она раскачивала головой вверх и вниз, не сводя с меня глаз, и одновременно нежно массировала мои яйца.

— У тебя хорошо получается, — похвалил я.
В ответ она закатила глаза, и будь я проклят, если это не сделало ее еще сексуальнее. Ее рыжие волосы прилипли ко лбу и щекам, когда она глубоко насадилась ртом на мой член.

Это не могло длиться вечно. Никогда всерьез и не думал, что должен выиграть, и на самом деле никогда не хотел выиграть. Больше всего мне сейчас хотелось кончить в горячий рот Дженни. Я запустил пальцы в ее прекрасные локоны. Мышцы бедер напряглись, но я постарался подавить это ощущение. Это было слишком охренительно, чтобы закончиться так быстро, И, судя по тому, что я знал про Дженни, мне, скорее всего, нескоро светит следующий минет.

Она была похожа на богиню секса. Блядь. Я так давно хотел увидеть ее такой, чертовски мечтал об этом. Я шевельнул бедрами и почувствовал, как напряглись яйца. Дженни принялась сосать ещё энергичнее. Не то чтобы меня требовалось сильнее убеждать. А потом я к ебеням взорвался, но Дженни не отстранилась.

Блядь, она продолжала сосать, даже когда я выстрелил спермой ей в горло. Протяжно застонав, я уронил голову назад и обмяк всем телом. Дженни поднялась и вытерла рот, расплывшийся в широкой улыбке.

— Я выиграла.

У меня хватило сил на тихий смех.
— Ага. Поздравляю.

— Ну так что, я больше не буду носить браслет на лодыжке? — с подозрением спросила она.

— Такое было пари. — Я не стал говорить ей, что по-настоящему победителем ощущаю себя я. Мне никогда не нравилось видеть браслет на ее лодыжке; для меня казалось кощунством держать ее в таких оковах.

И теперь я был рад тому, что она больше его не наденет, даже если это означало, что я должен не спускать с нее глаз, и что Чонгук, скорее всего, мне наваляет.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Спасибо за прочтение)❤️