Принцесса Ритана

Прошло два дня с нашего последнего разговора. Обсудив план и сочтя его приемлемым, мы пожали друг дугу руки, словно купцы на рынке, договорившиеся о взаимовыгодном сотрудничестве. Конечно, без споров не обошлось: предложенный мною план требовал того, чтобы посвятить Аллен в детали происходящего.

Сила мага-метальщика была крайне важна для благополучного исхода, и Скайран, несмотря на все возражения, не мог с этим не согласиться.

Я могла понять его сомнения по этому поводу: Скайран не знал Аллен, следовательно, не мог ей доверять. Но мне всё же не составило труда убедить его в обратном.

Аллен дала мне клятву, по условиям которой она не способна предать меня или ослушаться моего приказа. Следовательно, участие девушки в нашем плане зависело только от того, насколько генерал доверяет мне. И он доверял, так как я и сама не так давно принесла клятву, которая вынуждала меня если не участвовать в заговоре, то, как минимум, не препятствовать ему.

После того как генерал покинул мои покои, меня ждал не менее напряжённый разговор, но уже с Аллен. Да, мы с ней подруги с самого детства, но я не бралась предсказать её реакцию на свои слова.

Королева когда-то заменила Аллен и Лии мать. Когда тётя Алана – мама девочек и, по совместительству, моя кормилица погибла, Аллен была безутешна. Лия была ещё маленькой и маму почти не помнила, а вот Аллен, хоть и была ребёнком, но уже тогда хорошо знала, что такое смерть.

И вот сейчас мне предстоит сообщить ей, что в скором времени не станет ещё и моей мамы – женщины, которая вырастила и воспитала обеих сестёр как родных дочерей.

Сейчас, вспоминая о нашем разговоре, я чувствую себя последней тварью. Мало того, что взвалила нелёгкую правду на плечи подруги, так ещё и строго-настрого запретила рассказывать Лие об этом.

Я не заставляла Аллен помогать мне, но поставила перед фактом, что с её помощью или без неё это всё равно случится. И только от её решения будет зависеть, насколько рискованным окажется план для каждого его участника.

– Мне необходимо подумать, – ответила мне тогда Аллен, после чего просто ушла.

За прошедшие два дня я её почти не видела. Девушка постоянно пропадала: то на полигоне, где тренировалась с мечом, то в башне придворного мага, занимаясь со своим дедушкой магией.

Компанию в эти дни мне составляла Лия. Девушка взвалила на себя все обязанности сестры и выполняла работу за двоих.

Благо, шатенка ничего не заподозрила: она привыкла, что сестра довольно часто пропадает на тренировках, и не стала связывать резкий уход Аллен с событиями двухдневной давности.

Меньше всего мне хотелось, чтобы Лия переживала из-за всего этого. Она единственная в нашей небольшой компании, кто не способен сохранять спокойствие в критической ситуации. Шатенка не боец, в отличие от сестры, и ничего не смыслит в придворных интригах, как я. Лия – хрупкая и нежная девушка, нуждающаяся в защите и покровительстве. Нежный цветок, за которым необходим тщательный уход и забота; жестокая реальность не для неё, и мы с Аллен из года в год защищаем Лию от всех внешних опасностей.

– Риша, – обратилась ко мне подруга.

Мы гуляли по саду, радуясь солнечной и безветренной погоде. Лия остановилась возле кустов с лилиями и продолжила незаконченную фразу:

– Лием пригласил меня на свидание. Он хочет завтра выехать за пределы дворца и позвал меня составить ему компанию, – сообщила она.

Я внимательно посмотрела на подругу, пытаясь угадать её отношение к собственным словам. Мне показалось, что, Лия немного встревожена. Через пару секунд она перевела взгляд с цветов на меня и спросила:

– Я не знаю, стоит ли соглашаться. Посоветуй, что мне делать? – попросила девушка.

– Ты же знаешь, я не вправе решать за тебя. Но один совет дам: подумай о Лиеме и представь, какие чувства он у тебя вызывает. Что первое приходит в голову?

Лия ненадолго задумалась, прежде чем дать ответ.

– Он забавный и надёжный. Поначалу Лием показался мне чересчур навязчивым, но чем дольше с ним общаюсь, тем больше нового о нём узнаю. А ещё он очень воспитанный – ни разу не замечала, чтобы он ругался, как другие стражники. Но... – Лия резко замолчала, увидев, что к нам приближается посторонний.

Это был слуга. Мужчина низко поклонился и сказал, обращаясь ко мне:

– Прошу прощения за столь неуместное вторжение в вашу беседу, ваше высочество. Мне велено доложить, что его величество ожидает вас в тронном зале.

Улыбка на моём лице вмиг растаяла. Я кивнула слуге и сказала:

– Благодарю. Можешь быть свободен, я скоро приду.

Слуга откланялся и покинул нас.

Я проводила взглядом торопливо удаляющегося мужчину. Когда он скрылся за густой листвой цветущих кустарников, мы с Лией неторопливо двинулись в сторону дворца.

Решив вернуться к прежней теме разговора, я спросила:

– Что ещё ты хотела сказать, пока нас не прервали?

– Я хотела сказать, что пока ещё не чувствую себя уверенно в его компании.

Я улыбнулась, поняв, что имеет в виду подруга. Но также я знала, что, Лия принципе не чувствует себя комфортно в обществе мужчин. Мне хотелось верить в то, что это всего лишь её неуверенность в себе и стеснительность, которую она рано или поздно преодолеет.

– Знаешь, я тебе так скажу: на твоём месте я дала бы ему шанс. Лием – хороший парень. Готова поспорить, что он по уши влюблён в тебя.

Мы приблизились ко входу во дворец. Прежде чем войти, я остановилась и сказала Лие:

– Подумай хорошенько. Если всё-таки решишься, то я дам тебе завтра целый день – погуляешь по городу, развеешься. Если вдруг переживаешь, что Аллен будет против, то расслабься – я поговорю с ней.

Напоследок обняв подругу, я вошла во дворец.

– Спасибо, Риша, – услышала я благодарность Лии. Она не пошла за мной, прекрасно зная, что король будет не доволен присутствию посторонних на встрече.

***

Тронный зал представлял собой просторное светлое помещение с высокими потолками и гигантскими окнами с витражным рисунком на стекле. Для сохранения чистоты освещения мозаика была выложена из обычного стекла, а не из цветного.

Вообще витражами было принято украшать лишь храмы. Цветные стёкла частично поглощали свет и искажали его цвет, тем самым создавая приятную, немного сумрачную атмосферу. В союзе с тишиной, которую было необходимо сохранять, храм становился идеальным местом для уединения души и разговора с одним из трёх божественных покровителей.

Идея установить витражи в тронном зале принадлежала моему прадеду. Король Зэррэх славился особой набожностью и хотел, чтобы читать молитвы можно было не только в храме, но и во дворце. Устанавливая витражи в тронном зале, он хотел добиться божественного присутствия.

Поговаривают, что Зэррэху это даже удалось. Но с приходом нового короля всё изменилось. Сейчас витражи – всего лишь декорация, не несущая какого-то особого значения.

В конце тронного зала на некотором возвышении находился сам трон. Он был всего один, предназначенный исключительно для короля. На всех мероприятиях, требующих присутствия королевы, супруга была обязана стоять на шаг позади трона, находясь в тени собственного супруга. Данный жест в очередной раз показывал, что женщина в Ритане не имеет никакого влияния в политической жизни государства.

В принципе местные женщины и не стремились к власти, оставляя это нелёгкое занятие своим мужьям, но нередко были активными участниками развития культуры и образования. Занимались благотворительностью или развитием научного и магического прогресса; некоторые выбирали нелёгкий путь воина и уходили в армию. В общем, женщинам была открыта любая сфера деятельности, они могли делать всё, что душе угодно, кроме одного – женщина не могла править, что так или иначе делало её зависимой от мужчины.

В начале мне показалось, что тронный зал пуст, но потом я услышала голос короля. Он стоял справа от меня возле тех самых витражных окон. Разумеется, монарх был не один – рядом с ним возвышался смуглый мужчина лет тридцати. Волосы у него были короткие; подобные стрижки предпочитали военные, радея за практичность, а не эстетику.

Заметив заинтересованный взгляд мужчины, я тут же подумала о том, что это и есть мой будущий «супруг».

– Почему так долго? – немного раздражённо сказал король. – Не вежливо заставлять будущего мужа так долго ждать.

Мои догадки подтвердились. Передо мной стоял мой жених, лорд Брайн Шетл.

Я подошла к мужчинам и, не сказав ни слова, присела в реверансе. Строить из себя послушную дочь совсем не входило в мои планы, но и злить человека, считающегося моим отцом, тоже не стоило. У меня не было никакого желания оказаться запертой в собственной комнате.

– Чего молчишь? Поприветствуй нашего гостя. Как-никак он твой будущий муж.

– Не стоит наседать на девочку, – неожиданно вступился мужчина. – Столь неожиданная помолвка для молодой девушки — это всегда стресс. Она скоро привыкнет к мысли о скорой свадьбе. К тому же у нас есть ещё достаточно времени, для того чтобы узнать друг друга получше.

У лорда Шетла оказался неожиданно приятный и мягкий голос. Вполне возможно, что вся эта доброта была всего лишь спектаклем, призванным втереться мне в доверие.

О моём весьма непростом характере много говорят, как при дворе, так и за его пределами. На грубость я отвечаю холодом, а на заискивание – презрением. И этот человек вызывает у меня лишь отвращение и желание помыть руки после общения с ним.

– Скажите, ваше высочество, могу ли я звать вас по имени? – продолжал он свои сладкие речи.

Лорд Шетл потянулся к моей руке, желая поцеловать тыльную сторону ладони. Я же убрала руку за спину и отступила на шаг, тем самым недвусмысленно показывая своё отношение к нему и ситуации в целом.

– Мы с вами не настолько близки для таких фамильярностей, – ответила ему холодно.

Улыбка лорда на мгновение погасла. «То-то же – я уже подумала, – что эта слащавая маска у него на постоянной основе». Королю же моё поведение совсем не понравилось; его раздражало, что он никак не может на меня повлиять. Я уже бросила ему вызов несколько дней назад и отступать не собираюсь. Как говорит Аллен: «Уж если играть, то играть по-крупному».

– Да как ты смеешь... – начал возмущаться король. Каждое его слово сочилось ядом.

Мой жених аккуратно коснулся плеча его величества, словно опасаясь, что ему тоже может достаться. Улыбка снова вернулась на лицо разведчика, и он сказал:

– Не стоит ругать девочку, – обратился он к королю. – Это всего лишь девичьи переживания перед важным в её жизни событием. Я думаю, что в скором времени мне удастся найти общий язык с вашей дочерью и добиться её благосклонности.

«Мечтать не вредно», – подумала я про себя, впрочем, не став как-то комментировать его заступничество.

Со стороны поведение потенциального супруга выглядело благородно, да и чего скрывать – очень смело. Не каждый осмелиться возражать королю и заступаться за невесту. Возможно, будь на моём месте любая другая девушка, немного более наивная и не такая смышлёная, то давно бы уже рассыпалась в благодарностях перед благородным господином. Но, увы и ах, ему досталась не наивная дурочка, а ведьма равнины, с детства воспитанная на мысли, что женина ничем не хуже мужчины.

– Прошу меня простить, но если моё присутствие больше не требуется, то я пойду.

– Конечно ваше высочество, не смею вас больше задерживать. Мне было приятно с вами познакомиться, надеюсь на скорую нашу встречу, – мужчина галантно поклонился, больше не стремясь взять меня за руку.

Я же перевела взгляд с разведчика на хмурого короля. Без его дозволения я не могла покинуть тронный зал.

– Иди, – буркнул его величество и, потеряв ко мне всякий интерес, отвернулся к окну.

Облегчённо выдохнув, я поспешно покинула помещение. Оказавшись в коридоре, быстрым шагом направилась к своим покоям, где, как позже выяснилось, меня уже ждали для очередной беседы.

***

На подходе к комнате меня ожидал Лием. Мужчина нервно переступал с ноги на ногу, а как только увидел меня, тут же занервничал ещё больше.

Я снисходительно улыбнулась и, подойдя ближе, спросила:

– Лием, что стряслось? ­– Он неуверенно глянул на меня и тихо спросил.

– Я хотел спросить у вас позволение, ваше высочество, – начал он и замолчал, нервно подбирая слова.

Я же терпеливо ждала, когда парень соберётся с мыслями. Не привык он ещё с аристократами общаться, а с членами королевской семьи – так и подавно. Когда молчание затянулось, решила всё-таки немного облегчить ему задачу.

– Я так полагаю, что ты пришёл спросить насчёт завтрашнего дня, верно? – Лием тут же активно закивал, но потом снова смутился. – Хорошо. Что именно тебя интриговало? Не бойся, спрашивай.

– Да, ваше высочество. Дело в том, что у меня завтра выходной, и я бы хотел выйти в город. Увидеться с семьёй (они как раз живут в столице) и пройтись по некоторым лавкам... – Он снова замялся, не решаясь перейти к самому вопросу.

– Лием не томи, говори, как есть, – решила я немного поторопить стражника.

Парень настолько впечатлился моей резкостью, что следующие слова выпалил на одном дыхании:

– Я хочу попросить вас, чтобы вы отпустили Лию со мной, – немного отдышавшись, добавил уже спокойнее. – Если она, конечно, захочет провести со мной время.

В этот момент в коридоре появилась Аллен. Я сразу заметила её появление, а вот Лием стоял к ней спиной и не видел девушку.

На удивление, сегодня она выбрала белое платье, что совершенно не характерно её темпераменту. Обычно Аллен выбирает одежду красного или чёрного цвета, иногда другие цвета, но белое не носила никогда. Короткие светлые волосы девушки слегка вились, что делало её похожей на ангела – только крыльев не хватало. Но вот нежный образ портили глаза – они были злые, Аллен явно была на взводе.

Её стремительное и совершенно бесшумное приближение заставило меня понервничать. Аллен, скорее всего, слышала слова Лиема о том, что он хочет увезти Лию из дворца. А зная, как девушка ревностно относиться ко всему, что касается её младшей сестры, сейчас точно произойдёт что-то страшное.

Лием на своё горе, до последнего не замечал приближения моей фрейлины и обернулся только тогда, когда за его спиной раздался напряжённый женский голос:

– Куда это ты собрался увести мою сестру, паршивец? – Лием вздрогнул и медленно обернулся на голос своей начальницы. Было слышно, как парень нервно сглотнул и тяжело выдохнул. – Чего молчишь? Отвечай, живо!

– Я...– начал было Лием, как-то оправдываться, но я решила вмешаться.

– Не злись, Аллен. Лием все лишь хочет провести немного времени с Лией. К том уже твоя сестра тоже хотела пойти, но сомневалась, стоит ли соглашаться, – вступилась я за стражника.

Аллен сильнее нахмурилась – ей совсем не нравились мои слова. Скрестив руки на груди, девушка ответила:

– Я никуда не отпущу Лию, – прошипела Аллен. – С ним она уж точно никуда не пойдёт. – Указала она на парня.

Лием, переводя растерянный взгляд с меня на Аллен и обратно, вдруг тоже решил высказаться:

– А может, вы позовите своей сестре самой решить, как она хочет поступить? Лия уже не маленькая, чтобы за неё решать.

Аллен метнула взгляд, полный бешенства, на стражника:

– Повтори. Что ты сейчас сказал? Смеешь мне возражать? Давно я тебя носом в землю не опрокидывала, раз голос прорезался.

Подруга уже сделала шаг к парню, готовясь его ударить. Неважно, какой облик принимала Аллен, удар у неё был поставлен хорошо. Лием тут же встал в оборонительную стойку, готовый в любой момент отразить удар.

Мне совсем не хотелось становиться свидетелем избиения рослого мужчины хрупкой и нежной с виду девушкой, и поэтому я приняла решение прекратить это балаган. 

– Прекратите, оба! – спокойно, но уверенно сказала я, обращаясь к ним. – Лием прав. Пускай Лия сама решает, куда и с кем она пойдёт.

Аллен уже открыла рот, чтобы мне возразить, но я не дала ей высказаться.

– Я всё сказала, Аллен. – Обернулась к стражнику. – Если она согласиться, можете идти вместе, но с условием. Вечером приведёшь Лию обратно – не хочу, чтобы она ночевала где попало. Условия ясны?

– Да, ваше высочество, – ответил Лием.

– Свободен, – отпустила я парня.

Дождавшись, когда стражник скроется за поворотом, я обратилась к подруге:

– Ты же не просто так пришла, верно? Уже обдумала мои слова?

Не дожидаясь её ответа, я прошла к двери и, открыв её, жестом велела Аллен войти внутрь. Ничего не сказав, девушка вошла в комнату, и только когда дверь за нами плотно закрылась, ответила на вопрос:

– Я помогу тебе выкрасть клинок, но не более. Не заставляй меня становиться свидетелем смерти женщины, которая заменила мне мать.

Я облегчённо выдохнула. Думала уже, она не согласиться помочь. Было видно, с каким трудом Аллен далось это нелёгкое решение. Я подошла к ней и взяла за руку в знак поддержки.

– Поверь, Аллен, мне тоже тяжело. Она – моя мать, и я безумно люблю её, но если ничего не сделать, то король просто разрушит страну.

– Неужели нет другого выхода? Зачем убивать, если можно просто заключить в тюрьму, или лишить его власти, отобрать трон?

Я лишь отрицательно покачала головой.

– Пойми, Аллен, если король останется жив, то найдутся те, кто захотят вызволить его из тюрьмы. Ну и сама посуди – что для бессмертного время? Его не получится держать в заточении вечно.

По щеке Аллен покатилась слеза – первая за многие годы. А через минуту сильная и независимая девушка, которая, не щадя никого, уверено шла в бой и почти всегда побеждала, плакала как маленькая девочка.

Я же просто находилась рядом, выражая молчаливую поддержку.