Ведомые войной

Гром и молния, я разнесу все в щепки!

Тараная Мелт

— Если ты сейчас скажешь мне что-то плохое — я тебя прибью, Нинар. Итак?

Не самое добродушное приветствие застало врасплох вошедшего в комнату мужчину. Похоже, у находившейся внутри женщины было скверное настроение. Она даже не оторвалась от своего занятия, чтобы посмотреть на мужчину, и продолжала что-то заполнять в лежащем перед ней свитке.

Нинар Тайт очень не любил, когда у этой женщины плохое настроение. Как правило, это сильно сказывалось на нем самом.

— Хочешь сказать, что тогда ты не расстроишься еще больше, Тара?

— Прекрасно... То есть, действительно ничего хорошего ты мне не скажешь. И что у нас плохого?

Нинар не спешил ответить. Он думал, как лучше преподнести последние новости.

— Почему сразу плохого? — Нинар пожал плечами подошел ближе к сидящей за столом собеседнице. — Ты ведь давно жаловалась на скуку? Теперь у тебя есть возможность развеяться.

При этих словах женщина отложила перо и оторвалась от своего свитка.

— То есть свершилось чудо и кампания наконец продолжится? Хвала Мааносу, что даровал мудрость этим идиотам! Что же ты тогда такой хмурый? Мм?

Тараная Мелт и впрямь очень обрадовалась новости о возобновлении военной кампании против Ревелии. Она считала, что это стоило сделать уже давно. Да, снег растаял совсем недавно, и большим армиям было крайне неудобно передвигаться, особенно на большие расстояния. Но почему было не отправить вперед особые отряды, такие, как у нее? Как раз к подходу основных сил уже многое было бы подготовлено.

— Идиотам? Хорошо же ты думаешь о имперских военачальниках, — усмехнулся Нинар, усаживаясь рядом с Тарой.

— Мальчишки. Чин получили — и сразу решили, что стали умными, — презрительно фыркнула Тараная. — Пара толковых среди них есть, но большинство по уму как дети малые. А некоторые и по годам не далеко ушли. Я потому и не хожу слушать их детский лепет на этих их советах.

По правде говоря, на это Нинару нечего было ответить. Тараная действительно была раза в три старше большинства высокопоставленных офицеров, хотя по виду этого и нельзя было сказать. Магия позволяла Таранае выглядеть примерно на тридцать, хотя на самом деле она была лет на восемьдесят старше. Сколько именно — Нинар не знал. Да и не хотел знать. Ему не хотелось лишний раз вспоминать, какая разница в возрасте между ним и его любимой женщиной.

А вот отношение Тары к военным советам Нинар не понимал. Как ей могло быть на них не интересно? Такие советы были местом, в котором решались судьбы множества людей. Каждое оброненное на них слово могло натолкнуть кого-то на новый план действий. И при этом Тараная регулярно вместо себя отправляла на них Нинара. Благодаря этому Нинар мог узнавать практически все военные вести сразу, из первых уст. Но сам он был всего лишь представителем и не обладал правом голоса. В отличии от самой Тары, одной из немногих боевых магов Кетанийской Империи.

— Зря, как по мне. Но я давно это тебе говорю. Ты же пропускаешь все самое важное на них!

— Самое важное мне сообщают лично, — отмахнулась Тара. — Ты по возвращению, и кто-то из офицеров на следующий день, как официальные приказы. Так что я ничего не пропускаю.

— Как знаешь... Так вот, Южная армия будет разделена на две основные части. Наша выдвигается через пять дней, как только подготовят все необходимое.

Тараная кивнула, принимая новости к сведению. Значит, скоро они наконец покинут Горфис. Город, в целом, был неплохим, но Скатор нравился волшебнице куда больше. Поэтому почти всю зиму она провела именно там, присоединившись к расквартированной в Горфисе армии лишь две декады назад. Но за эти две декады Тараная успела извести себя от скуки.

— Нинар... Ты второй раз переводишь разговор, — голос Таранаи ничуть не изменился, но в ее глазах мужчина заметил нехорошую искорку. — Мне это не нравится. Так в чем плохие новости?

— Наша часть армии отправится на самый юг границы, практически к Южным равнинам. И только оттуда уже начнем наступление в Ревелию, — нехотя ответил Нинар.

— Аррр... Какого Первого! Толку от этих южных земель? Зачем им там вообще боевой маг?!

Разозлившаяся волшебница стукнула кулаком по столу и непроизвольно выпустила волну чистой силы. К счастью, волна оказалась направлена вниз, по направлению удара в стол. Так что почти ничего не пострадало. Стол, правда, придется менять. И немного пол починить. Но Тара скоро уже съедет с этой комнаты, так что ничего страшного в происшествии не видела.

Произведенное разрушение немного помогло волшебнице выпустить пар. К тому же, ее повеселил вид вскочившего со стула Нинара и его ошеломленное выражение лица. Не удержавшись, Тара прыснула от смеха в кулак. У нее всегда очень легко и быстро менялось настроение.

— Зачем боевой маг — спросим у Кайроха Биаласа. Нам, а в особенности тебе, еще предстоит много времени с ним общаться, — ответил Нинар, опасливо косясь на Таранаю и стараясь не смотреть на остатки стола. Он до сих пор не привык к тому, что иногда творила Тара.

— Это еще кто? — удивленно нахмурилась Тараная.

— Ты его не знаешь? — на этот раз удивился Нинар. — Это главнокомандующий нашей армии. Самый молодой генерал Империи, получил чин этой зимой. В прошлом году ты с ним вроде не сталкивалась, но слышать о нем могла.

— О боги, за что мне это? — протянула Тара, возведя очи горе. — Мало того, что ссылают в безжизненные равнины, так еще командовать мной будет ребенок... Хотя, это мы еще посмотрим. Одного звания мало, чтобы отдавать мне приказы.

Нинар тихо выдохнул и смахнул со лба едва проступивший пот. Он боялся, что Тара воспримет новость хуже. Похоже, она слишком обрадовалась тому, что наконец-то закончилось порядком надоевшее безделье. Так что и Нинар обрадовался, что все прошло довольно спокойно.

— Уверен, все пройдет отлично. У верховных наверняка есть какой-то хитрый план. Не зря же тебя отправляют именно туда. Боевого мага куда попало не пошлют.

— Все пройдет отлично, потому что там буду я. И вообще, что-то лицо у тебя больно счастливое, ты, черный вестник.

— Почему это черный вестник? Я ведь хорошие новости принес, — Нинар сделал вид, что обиделся. — Сама жаловалась на скуку.

— Закончил ты плохими новостями. Потому и черный. Наверно, нужно наказать тебя за дурные вести, как считаешь? — глаза Тараная снова засверкали, но на этот раз блеск в них был иного рода. Нинару оставалось лишь удивляться, как же быстро меняется ее настроение.

— Ну, раз уж провинился... — с деланной покорностью вздохнул Нинар. — Значит, придется исправляться.

Хохотнув, Тара схватила своего мужчину за руку и потащила его к стоящей в углу кровати.

***

Как и сказал Таранае Нинар, через пять дней Южная армия Империи выдвинулась из Горфиса. Только разделилась она не совсем так, как думали сначала.

Вся армия вышла из Горфиса единым целым. Ее путь шел по одному из основных трактов: сначала немного на восток, до самого озера Иллидейн, а потом на юг, огибая озеро. Спустя какое-то время тракт разделялся. Развилка находилась совсем близко от пограничных земель, и в прошлом году в этом месте даже произошло довольно крупное сражение.

Одна дорога вела на восток и северо-восток. Продолжая огибать озеро Иллидейн, этот тракт доходил до самой Динафы, столицы Ревелии. По этой дороге и направилась Первая Южная армия. Они должны были соединиться с пограничными силами и немного выждать, пока не будет готова Вторая Южная армия. Первая же за это время должна была провести разведку боем, оценить нынешний потенциал пограничных сил Ревелии и, по возможности, частично лишить пограничные силы врага обеспечения от ближайших селений.

При этом мирному населению не должна была грозить опасность. Жизнь жителей приграничных земель между двумя вечно воюющими странами была защищена старинными договоренностями правителей Кетании и Ревелии. Да и кроме того, мало кто решился бы отдать приказ на грабеж этих территорий. Разумеется, время от времени случалось всякое, и некоторые села приходилось отстраивать заново. Но было замечено интересное совпадение. У командиров, отдавших приказ на разграбление сел, в которых не прятались отряды врага, в дальнейшем не складывалось с боевой судьбой. Должно быть, правду говорят, что Воплощение Войны Гвайд не любил бессмысленной крови.

Другая дорога этого тракта вела на юго-запад, в Ллир. Дорога вилась практически вдоль границы, и именно по ней шла Вторая Южная армия. Дойдя до начала Южных равнин, Вторая Южная должна была резко уходить на восток, захватывая юг Ревелии.

Именно ко Второй Южной армии и была причислена Тараная вместе с Нинаром и своими помощниками.

Наверно, многие считали этих четверых помощников учениками Таранаи, но это было не так. Маги крайне редко брали себе даже двух учеников одновременно, что уж тут говорить о четверых. К тому же, какой смысл Таранае брать кого-то в ученики, если из них не выйдет боевого мага? А из них не выйдет, тут и думать нечего.

Предрасположенность волшебника становится понятна еще во время его ученичества в Ковене. Эти четверо уже закончили свое обучение и связали свою дальнейшую жизнь со служением Империи, а не только лишь магическим искусством. Равно как и сама Тара. Но таких, как Тараная Мелт, было всего шестеро на всю Кетанию. Боевая магия — очень редкий дар даже среди относительно немногочисленных магов.

Армия передвигалась куда медленнее, чем хотелось бы Таранае. Но тут уж ничего не поделать. Пехота не может идти со скоростью лошади, и ей, в любом случае, нужно время от времени отдыхать. Так что долгожданное возобновление военной кампании так и не развеяло скуку волшебницы, не смотря на все ее надежды.

Но, глядя на тянущиеся вдаль над армией красные стяги со стоящим геральдическим волком, Тараная растягивала губы в предвкушающей улыбке. Знамена Кетанийской Империи еще займут свое место в ревелийских городах!

Относительно небольшой отрадой для Таранаи стала охота. Довольно часто днем формировали отряды, которые старались добыть для армии свежего мяса. Они отъезжали далеко в сторону от шума идущей армии, охотились, и потом нагоняли остальных к вечеру. Но с ними Таре было не очень интересно. Ей больше по душе была тихая и довольно сложная охота на хаятов.

Хаяты были не очень крупными хищниками, внешне похожими на лис. Отличить от лис их можно было с первого взгляда по едва выраженным рожкам пару сантиметров длиной. Ну и окрас. Хаяты охотились ночью, в основном разграбляя птичьи гнезда, поэтому их мех был серого или темно-бурого цвета, делающего их едва заметными в темное время.

Таранае очень нравился их мех. Сама она не умела обрабатывать шкуры, но в армии были люди, которые могли это сделать. Так что время от времени Тара в компании Нинара покидала расположение армии и отправлялась искать хаятов. Охотиться на них ранней весной было проще, чем в любое другое время: после голодного зимнего периода эти звери становились нетерпеливыми и нередко из-за спешки показывались среди крон или шумели куда чаще, чем обычно.

В один из вечеров Тараная и Нинар возвращались с охоты в приподнятом настроении. Охота удалась, и пара добытых тушек это подтверждала. А ведь еще вчера охотники возвращались с пустыми руками. Именно непредсказуемость охоты давала тот азарт, за которым гналась волшебница.

При въезде на территорию лагеря Второй Южной армии охотников уже ждали.

— Гвида Тараная, генерал Биалас велел передать, что ждет вас в своем шатре сразу по вашему возвращению, — к волшебнице подскочил молодой парень, почти что мальчик, в форме адъютанта. — Я вас провожу, если позволите.

— Позволю, — кивнула Тара. — Проводишь меня до конюшен, чтобы мы оставили лошадей в надлежащем месте, затем — к генералу, не забыв по пути заскочить к кожевникам. Не стоит портить воздух шатра генерала запахом мертвечины, правда?

Разумеется, лежащие в мешках тушки хаятов не пахли, иначе лошади из-за этого очень нервничали бы. Но Тара не любила, когда ей приказывали таким тоном. Хоть мальчик и был ни в чем не виноват, а просто передал чужие слова, но волшебница все равно хотела поставить его на место. В будущем пригодиться.

— Н-но... — посыльный генерала от неожиданности запнулся. Он привык, что обычно приказы его начальника выполнялись сразу. — Генерал ведь ждет вас! Я должен вас проводить.

— Именно это ты и сделаешь. И я пойду к генералу Биаласу после своего возвращения. Все, как он хотел.

Мальчик-посыльный не выдержал взгляда Таранаи дольше двух секунд и отвел взгляд. Где-то в глубине души волшебнице даже стало стыдно. Все же это был просто ребенок.

— Да, гвида. Именно так. Прошу вас, пойдемте, — торопливо проговорил посыльный, двинувшись в сторону конюшен.

Волшебница и ее спутник пустили лошадей шагом, приспосабливаясь под скорость хода мальчика. Поравнявшись с Таранаей, Нинар тихо спросил:

— И зачем это было? Он же совсем ребенок. Еще и генералу потом, небось, расскажет.

— Пусть рассказывает, мне как-то все равно, — беспечно отмахнулась Тара. — А вот зачем — и сама не знаю. Захотелось.

— Ааа... — глубокомысленно протянул Нинар, делая вид, что все понимает. При общении с Таранаей это очень часто было самой правильной тактикой.

Следуя за мальчиком-адъютантом Тараная и Нинар добрались до части лагеря, в которой содержались все лошади армии. По привычке эту зону называли конюшнями, хотя никаких специальных построек для лошадей не было. Там волшебница и ее спутник оставили своих скакунов и уже пешком направились к мастеровым, которые занимались починкой армейского снаряжения.

Как правило, армию Империи обязательно сопровождало какое-то количество умельцев, занимающихся приведением в порядок того, что выходило из строя. И если с походными кузнями нередко возникали проблемы из-за трудности их устройства и обеспечения, то уж кожевники в распоряжении военных были всегда, хвала Ватару, Божественному Ремесленнику. Бесконечное количество ремней постоянно уходило в расход, истрепываясь в сочленениях доспехов или в осадной технике. Им нужно было делать замену, а для этого нужны материалы. Поэтому умелые мастера, способные выделать шкуру добытых на охоте зверей и пустить их на нужды армии, ценились всегда, и обычно их не отправляли в атаку, придерживая в безопасном резерве.

У этих самых мастеров Тараная и оставила добытые сегодня тушки хаятов. Конечно же, у нее и в мыслях не было жертвовать ими на благо армии. Не хватало еще волшебнице заботиться о таких мелочах! Для военных нужд отлично идут шкуры добытых охотниками всяких крупных травоядных животных. Тара же хотела полностью выстелить свою походную постель таким приятным на ощупь мехом хаятов.

Чародейка краем глаза наблюдала, как нервничает сопровождающий ее мальчик-посыльный и постоянно переминается с ноги на ногу при каждой остановке. Ее забавляло это зрелище. Хотя и не настолько, чтобы слишком сильно затягивать визит к генералу и издеваться над ребенком.

Наконец Тара и Нинар дошли до шатра генерала. Выставленные стражники никак не прореагировали на прошедших вслед за адъютантом посетителей генерала.

"Интересно, они знали про нас, или просто пускают всех, кого ведут посыльные Кайроха Биаласа? Очень надеюсь, что первое." Хотя Таре и было интересно, какая из версий правильная, спрашивать стражников она не стала. В конце концов, если этот самоуверенный мальчишка-генерал отдал идиотский приказ своей охране — это были только его проблемы. Если переживет покушение, то, возможно, образумится.

— Рад снова видеть вас, гвида Тараная, — поприветствовал гостей молодой генерал. — Тебя тоже, Нинар.

В присутствии Таранаи Нинар терял практически все свое влияние, по крайней мере с точки зрения высокопоставленных чинов Империи. Так что разговаривать с ним Кайрох Биалас не планировал. Нинар знал о таком положении дел, поэтому молча слушал разговор волшебницы и генерала.

— И я вас, генерал, — кивнула в ответ волшебница. "Он действительно думает, что эта бородка делает его старше? Ну-ну."

— Я помню о вашей нелюбви к разного рода совещаниям, так что постараюсь почти не отнять вашего времени. Но, надеюсь, вы не откажетесь выпить со мной вина, пока мы разговариваем?

— Не откажусь. И мой доверенный — тоже, будьте уверены, — холодно ответила Тара. Ей не нравилось такое отношение к Нинару, но она ничего не могла с этим поделать, ведь тот не был ни магом, ни аристократом.

— Разумеется, — кивнул генерал Кайрох и жестом приказал все подготовить тому самому мальчику-адъютанту, который привел сюда гостей.

Мальчик торопливо разлил вино по трем кубкам и подал каждому из присутствующих. В это время генерал предложил волшебнице садиться за походным столиком напротив его самого. Нинар, как и мальчик, остались стоять.

— Пока вас не было в лагере, вернулись дальние разведчики, высланные вперед еще восемь дней назад. Примерно в двух днях армейского марша начинается защитная линия Ревелии. Череда военных фортов, готовых встретить наступающую армию.

— Прекрасно! А я уж боялась, что возле Южных равнин мы встретим только пыль и перугов. Значит, враг уже близко?

На самом деле Тара слегка кривила душой. Встретить перугов было бы трудно, так как шум многочисленной армии должен был их спугнуть. А вот разведчики действительно могли натолкнуться на этих тварей. Как раз должен был начаться их брачный период, когда перуги становились наиболее агрессивны. Вряд ли кто из разведчиков хотел бы испытать на себе удар их раздвоенных копыт или попробовать при самозащите пробить весьма плотную шкуру.

В глубине души Тараная считала, что, когда создавали перугов, кто-то из богов был пьян. Как иначе объяснить, что боги взяли лошадь, поменяли ей внешность, дали злобный характер — и выпустили на почти пустые равнины и предгорья?

— Близко, но... Как бы объяснить... — молодой генерал неловко замялся. — Они выстроили больше фортов вдоль южной границы, чем мы ожидали. Большинство из них, насколько я понимаю, отстроены наскоро и кое-как. Но, тем не менее, это укрепления.

— И что с того? — удивилась волшебница. — Мы идем нападать на врага. Если он прячется за стенами — выбьем его оттуда. Захватим и сможем использовать сами. Или уничтожим, для устрашения. Так в чем проблема-то?

— Я хотел постараться пройти мимо фортов незамеченным, чтобы напасть свежими силами на Ревелию изнутри. Но сейчас этого не получится сделать, фортов оказалось слишком много, и их патрули увидят армию в любом случае, — с досадой ответил Кайрох Биалас, делая большой глоток из своего кубка. — Так что...

— Что?! — закричала Тараная, вскочив со стула и случайно перевернув свой кубок. — Мальчишка, ты хотел продвигаться вперед, оставив врагов в тылу? Ты что, совсем идиот? Да нас бы зажали с двух сторон и раскатали по камушкам!

От нахлынувшей на нее злости Тараная потеряла контроль над собой и кричала так, что ее должны были услышать как минимум стражники генерала, а то и другие обитатели лагеря. После такого по лагерю точно поползут слухи о том, как волшебница орала на командующего. Но Таре было плевать на репутацию молодого генерала. Пусть расхлебывает, если совсем с головой не дружит.

Когда волшебница закричала особенно громко, по шатру генерала начали гулять порывы сильного ветра, расшвыривая внутреннее убранство куда попало. Волосы Таранаи слегка шевелились, словно под легким ветром, совсем не похожем на бушующий внутри шатра. По волосам и рукам чародейки заплясали редкие искры.

Нинар и Кайрох Биалас разом побледнели от страха. Только, в отличии от генерала, Нинар примерно представлял, что может произойти. Мальчик-адъютант испуганно вскрикнул и выбежал наружу.

Довольно быстро в шатер вбежали стражники с копьями наперевес. Им явно не хотелось вмешиваться в происходящее, но долг обязывал.

— Тара, успокойся! Ты ребенка напугала! — Нинар крикнул первое, что пришло ему в голову. Был шанс, что это обратит внимание Таранаи на то, что она немного увлеклась в своем гневе.

— В-все в п-порядке, возвращайтесь на пост, — тем временем генерал Кайрох выпроводил стражников из шатра. Ему совсем не хотелось давать лишней пищи слухам.

Фыркнув от негодования, Тараная все же начала успокаиваться. Она села обратно за чудом не упавший столик и подняла валявшийся на полу кубок, после чего многозначительно постучала по его краю.

Краска постепенно возвращалась на лица мужчин в шатре. Нинар подошел к Таранае и успокаивающе положил руки ей на плечи. Генерал Кайрох молча полез сундук со своими личными вещами и достал оттуда бутылку, содержимое которой разлил для всех присутствующих. Крепкий пряный аромат разнесся по шатру, едва генерал вытащил пробку. Похоже, в этой бутилке было что-то куда крепче и вкуснее того вина, которое он предлагал гостям раньше.

— Не ожидал от вас такого, гвида Тараная, — покачал головой генерал Кайрох, залпом выпивая содержимое своего бокала и наливая добавку. — Никак не ожидал... Но теперь я хотя бы примерно представляю, что вы творите на поле боя.

Тара лишь расхохоталась в ответ на это. О нет, генерал не представляет. Впрочем, скоро он увидит все своими глазами.

— Не ожидал, что кто-то высмеет твою стратегию? Удивительно.

Генерал дернулся от фамильярного обращения, но ничего не сказал. Он еще не совсем пришел в себя и страх перед чародейкой был слишком силен.

— Как бы то ни было, я не хочу обсуждать с вами старую стратегию. Погодите-погодите! — торопливо добавил генерал, увидев нахмурившуюся Таранаю. — Я же сказал — старую. Я вас и позвал для того, чтобы принять окончательное решение по новой.

— Я очень внимательно слушаю.

— Я хочу захватить несколько ближайших к нам фортов, чтобы использовать их как опору для дальнейшего продвижения. Вы, как боевой маг Кетании, сможете чем-то помочь с захватом укреплений?

"Неужели он додумался до чего-то годного? Возможно, у него не все потеряно."

— Конечно, — кивнула Тара. — Если в том форте нет равного мне мага или какой-то божественной защиты храма — я обеспечу вам комфортные условия для входа внутрь. Хаос, пожары, страх, если получится — еще и ворота проломлю. Правда, потом меня и моих помощников несколько дней выхаживать придется, так как от истощения мы сразу же сляжем. Но, думаю, что в захваченном форту с этим проблем не будет. Там и отлежимся.

— Ого... — только и смог выдавить из себя генерал.

Он слышал о том, что боевые маги творят на поле боя просто невообразимые вещи, но не думал, что их сила настолько велика. Мысленно Кайрох Биалас вознес благодарственную молитву всем богам за то, что боевых магов очень и очень мало.

Тараная усмехнулась и залпом выпила предложенный напиток. Чуть поморщилась от крепкости выпивки, но потом довольно улыбнулась. Поглядев на нее, Нинар молча поставил рядом с волшебницей свой бокал. На всякий случай.

— Тогда я пойду, генерал. Мне еще своих ребят предупредить надо, чтобы подготовились. Крепость брать — это вам не армию в поле положить, тут все сложно.

Волшебница была довольна произведенным на молодого генерала впечатлением. Тараная не стала дожидаться, пока тот что-нибудь ответит, и ушла, оставив бокал Нинара нетронутым.

***

Армия Кетании подошла вплотную к пограничному форту Ревелии. Из трех самых ближних фортов этот был лучше всего укреплен, и генерал Кайрох решил именно его захватить при помощи магов. Они с Таранаей посчитали, что магия оставит меньше следов на укреплениях, чем осадные орудия. Так что будет разумным использовать лучшую крепость окрестных земель в своих целях.

Но, на всякий случай, катапульты все же были приведены в готовность. Ими собирались разрушить ворота, если этого не удасться Таранае. Впрочем, чародейка была более чем уверена в своих силах.

Отсюда, с места расположения штаба армии, было едва видно зеленые полотна флагов на крепостных стенах. Рисунка змеи, обвивающей красный камень, было не разглядеть. Но это и неважно, ведь скоро на их месте будут реять красные с волком знамена Кетании.

Четверо помощников Таранаи уже были готовы. Они сидели спина к спине на мягких одеялах так, что лицо каждого было ориентировано по сторонам света. Глаза их были закрыты, а лица застыли словно маски. Не искусные в магических вопросах зрители из числа офицеров ничего не понимали, и им оставалось лишь верить волшебнице на слово.

Тараная подошла к четверым чародеям. Глубоко вдохнула и очень медленно выдохнула.

— Брин, Владыка Ветра. Смотри на меня сейчас! Смотри и улыбайся, Ветрокрылый! Смейся громовым смехом!

Волшебница и сама рассмеялась прежде начать творить заклинание.

— Молитва? Я думал, маги колдуют без нее, — тихо удивился один из офицеров, стоявших около Нинара. Офицер старался говорить тихо, чтобы случайно не отвлечь волшебницу.

— Она молится не для колдовства. Она просто любит Владыку Ветра и посвящает ему свою магию. Уж не знаю, сможет ли Верховный священник Брина повторить то, что сейчас сделает она, — так же тихо ответил офицеру Нинар.

Тараная протянула руки вперед, держа их над головами четверки помощников. Она закрыла глаза. Внезапно поднялся сильный ветер, все набирая и набирая мощь. На руках волшебницы появились искорки, которые начали бегать по ладоням, становясь все больше и быстрее. Вот уже по рукам чародейки бегают настоящие молнии, даже не думая останавливаться.

Волшебница принялась водить руками над головами четверых магов, описывая над ними нарастающую спираль. Вслед за движениями ее рук в воздухе оставался белый след, похожий на облака.

Внезапно четверо молодых волшебников упали без сознания прямо на те одеяла, на которых и сидели. Тараная словно не обратила на это внимания. Создаваемое ею облако окружило волшебницу и подхватило ее, устремившись в небо. Не ожидавшие подобного зрители дружно ахнули. Все, кроме Нинара, и думать забыли о четверых чародеях, упавших без сил. Они не отрывали взгляда от летевшей в небо Таранаи.

Нинар молча подошел к упавшим телам и проверил, все ли с ними в порядке. Они дышали, хотя и очень медленно. Это было нормально. Тараная только что полностью забрала их магические силы для собственного колдовства, и теперь этим четверым нужно будет еще долго приходить в себя.

Тем временем Тараная уже была высоко в небе. Созданное ею облако обволакивало волшебницу. Молнии бежали по всему телу чародейки, время от времени переходя на белоснежное облако и пропадая в нем.

Тараная подняла руки вверх, словно призывая небо смотреть только на нее. Она открыла рот, что-то крича, но до земли доходили лишь раскаты грома. Поднятые вверх руки вытянулись вперед, в сторону вражеского форта. Тот же час форт поразила первая молния.

Молнии возникали словно из ниоткуда. Небо над крепостью было чистым, сияя яркой синевой. Но одна за другой вспышки прочерчивали небо. Следующий за молниями гром не замолкал, сливаясь в один постоянный рокот.

То тут, то там в крепости возникали пожары. Молнии крушили навесы и крыши, поджигали деревянные строения, пугали находящихся внутри воинов и их животных. Даже на каменных стенах оставались следы бушевавших небесных вспышек.

Все чаще и чаще молнии стали бить в ворота крепости, заставляя их дымиться, а металлические части — плавиться. В конце-концов, оплавленные петли ворот не выдержали веса тяжелых створок. С грохотом, утонувшем в громовых раскатах, они обрушились на землю и подняли тучу пыли.

В то же самое время Тараная опустила свои руки. Поток молний тут же прекратился, сразу за ним затих и гром. Несколько долгих секунд над окрестностями царила мертвая тишина, зазвеневшая в ушах после несмолкаемого грохота.

Одиночный трубный сигнал к атаке пронесся по всей армии Кетании. Привычный воинам звук словно снял с них оцепенение. Тут же сигнал к атаке повторили другие трубы и силы Империи бросились захватывать готовую сдаться крепость.

Когда армия побежала в атаку, Тараная закрыла глаза. Облако, державшее ее в воздухе, развеялось, и волшебница полетела вниз — навстречу земле. Появившийся из ниоткуда порыв ветра подхватил падающее тело буквально в метре над землей. Бессознательная волшебница приземлилась мягко, словно ее положили на землю чьи-то заботливые руки.