Тишина между словами
Через некоторое время в комнату вошёл Луэз, шаги его были быстрыми, чуть нервными. Глава дома Капенгеров выглядел встревоженным — в его глазах мелькала настоящая паника, будто он снова был молодым и растерянным.
— Любимая... — выдохнул он, почти бросаясь к постели. — Аврора сказала, что ты не появилась на завтраке. Я сразу почувствовал неладное.
Антуанетта слабо улыбнулась, протянув к нему руку:
— Всё в порядке... Просто небольшое недомогание. Лекарь был, уверил, что это ничего серьёзного.
— Ты должна была сказать. Мне. — Луэз нахмурился и сжал её ладонь. — Я волновался.
— Я не хотела, чтобы ты лишний раз беспокоился. А ты и так сейчас весь на нервах... — Она на мгновение задумалась. — Ты стал совсем как Аделия, знаешь?
— Я? — удивлённо приподнял бровь Луэз. — Серьёзно?
— У неё в глазах тот же упрямый огонь, когда она переживает. Она была здесь, прежде чем ты пришёл. Волновалась очень.
— А у неё ведь сейчас фехтование... — проворчал он, слегка поморщившись. — Опять сбежала с урока.
— Луэз... — тихо сказала Антуанетта. — Не будь с ней так суров. Она ищет путь. А ты всё время ставишь перед ней планку, как будто она обязана тебе что-то доказать.
— Я просто хочу, чтобы она была сильной, — вздохнул он. — Этот мир не прощает слабости, особенно тем, кто носит нашу фамилию.
— Сила — это не только в умении держать меч, — мягко возразила Антуанетта. — Она чувствует, что ты на неё давишь. Иногда мне кажется, она боится разочаровать тебя больше, чем проиграть на дуэли.
Луэз замолчал. Он сел рядом и задумался.
— Я не хочу, чтобы она жила с этим страхом. Но... боюсь, я сам не всегда понимаю, как быть с ней.
Антуанетта прижалась лбом к его плечу.
— И я боюсь. Но ты же не должен быть идеальным. Ты просто должен быть отцом — её отцом. Не судьёй, не командиром... Просто тем, кто всегда рядом.
Он накрыл её руку своей:
— Думаешь, она простит мне все мои ошибки?
— Если будет знать, что ты всегда на её стороне — обязательно, — прошептала Антуанетта.
Они замолчали. В комнате повисла тишина, полная тепла и печали. Через мгновение Луэз наклонился и нежно поцеловал жену в висок.
— Спасибо, — сказал он. — За то, что напоминаешь, кто я должен быть.
— Всё ещё хочешь быть наставником, а сам — мой упрямый мальчишка, — усмехнулась она сквозь усталость.
— Тогда я уйду... пока ты меня не отчитала сильнее, чем я Аделию, — рассмеялся он.
— Уходи уже, — пробормотала Антуанетта, слегка толкая его в грудь.
Он ещё раз взглянул на неё, с нежностью, с благодарностью, и только потом вышел из комнаты. Лицо его снова стало серьёзным, но в сердце уже теплился свет — напоминание, что быть отцом — это тоже путь. И его тоже надо пройти