Глава XVII: История Этны (Часть 5)
Бригитта приготовилась защищаться. Бекфола, бледная как смерть, встала рядом с ней. Она дрожала, но стремилась не подавать виду. Ланнан Ши быстро вздохнула и произнесла:
"Ну что, Бригги, умрём здесь и сейчас? Ну, по крайней мере, вместе."
"Успокойся," — вкладывая всю силу и спокойствие в свой голос, сказала волшебница. — "Сегодня умрёт только она."
Бригитта чувствовала в себе огромную силу и уверенность в своих способностях. Она безоговорочно верила в то, что может победить Этну на поле боя — это место придавало ей невероятное количество энергии.
Старуха заорала что-то на древнем наречии, но Бригитта не успела уловить заклинание.
Всё вокруг волшебницы и Ланнан Ши начало сжиматься и превращаться в пустоту. Чёрные волны с невероятной скоростью двигались по направлению к подругам, сворачивая пространство и разлагая всё на своём пути.
Бригитта впервые видела нечто подобное, но не успела она растеряться, как уловила то, что хотела сделать Бекфола. Та думала о заклятии щита четырёх стихий.
"Щит четырёх — встань стеной!" — закричали Бригитта и Ланнан Ши в унисон, что не вызвало никакого удивления у последней. Бекфола явно пыталась передать свои мысли девушке, и, судя по всему, ей неплохо это удавалось.
Волшебница знала, что Бекфола может прекрасно использовать заклятия магии воды, но иные элементы были ей неподвластны. Поэтому Бригитта вложила всю свою магию огня, воздуха и земли в этот щит.
Вода из фляги, висевшей на поясе у друида, устремилась к Бригитте. С рук девушки сходил огонь, мешаясь с порывом ветра и поднимая комья земли из-под её ног. Четыре стихии слились воедино и образовали прочный щит вокруг Гвен, Бригитты и Бекфолы.
Как бы ни вела себя её подруга, Бригитта стремилась её защитить, что бы ни случилось. Сейчас Гвен растерянно смотрела на происходящее — так, будто её вообще не существовало на этом пустыре. Она не стремилась помогать ни подруге, ни старухе. Казалось, душа молодой девушки просто покинула тело, оставив его разбираться со всем на земле.
Заклинание вечной тьмы ударилось в щит четырёх стихий и теперь обволакивало его, не нанося никакого вреда девушкам. Этна, наблюдая полное бессилие своей магии, отозвала заклинание и рассерженно произнесла:
"Ты думаешь, я тебя не достану? Сейчас посмотрим!"
Сильное заклинание заставило руку Этны кровоточить. Правда, кровоточить — это было слабо сказано. Руку старухи как будто изрезали невидимые лезвия, и сейчас кровь буквально лилась на сухую, выжженную землю.
Судя по всему, это было очень мощное заклинание, но Бригитта, как и раньше, о нём ничего не слышала. Она попыталась было уловить мысли Бекфолы, но наткнулась на глухую стену непонимания — Ланнан Ши тоже не знала, что это.
Девушки приготовились к наихудшему, но ничего не происходило.
Внезапно, краем глаза, волшебница увидела, как большой жирный червяк ползёт по их щиту. Такого не ожидал никто из них. Бригитта хотела было засмеяться в голос, но она понимала, что всё не может быть настолько просто.
Через несколько секунд червяк остановился, и волшебница почувствовала, как щит стал трещать по швам.
Бекфола явно почувствовала неладное быстрее, чем её подруга. Она закричала:
"Он ищет слабое место!"
"Он его не ищет," — сказала Этна, мерзко ухмыляясь. — "Он его создаёт. У каждого заклинания есть точка жизни и точка смерти. То есть, когда ваше заклинание начинается, оно создаёт в пространстве точку жизни — точку начала. Конец заклинания — это точка смерти. Это прекрасное существо зовут червяк смерти. Правда, вы находите червей отвратительными, что само по себе глупо. Он ищет точку конца вашего заклинания, чтобы обернуть время вспять и привести его к точке жизни."
Сразу же после этой фразы щит Бригитты и Бекфолы лопнул, озаряя девушек фейерверком искр из стихий.
Они снова остались беззащитными перед старухой. Даже несмотря на то, что это место придавало Бригитте огромное количество сил, её волшебство всё ещё не шло ни в какое сравнение с чёрной магией Этны. Щит четырёх стихий был самым сильным защитным заклинанием в арсенале волшебницы, и сейчас, глядя в лицо ведьме, она не понимала, как сможет отразить её следующий удар.
Этна, прекрасно осознавая это, вновь подняла уже посиневшую руку и, не теряя ни секунды, произнесла мощным голосом:
"Сожрите их, о потерянные души."
Вихрь смерти.
Одно из самых жестоких и отвратительных природе заклятий. Учителя говорили о нём шёпотом, с какой-то пугающей смесью страха и благоговения. Этна вызывала на землю сотни душ, потерянных в Лабиринте. Эти души были невыносимо голодны — они представляли собой вихрь переплетённых тел, каждое из которых жаждало добраться до жертвы и сожрать её.
Они стремглав неслись к Бригитте и Бекфоле, и по бледнеющим лицам девушек было видно, как сковывает их ужас. И вдруг прозвучал шёпот — неведомо откуда, но ясный:
"Успокой их любовью."
Голос был женским, и волшебница сразу поняла, кто говорит с ней. Совет был не только разумным, но и сильным — Бригитта знала это заклинание, знала, насколько оно действенно, если использовать правильно. Она не раз читала о нём — успокоение любовью. Против призванных душ — это было гениально.
Она направила руку в сторону вихря. Из её ладони начало исходить золотистое сияние — мягкое, тёплое, обволакивающее. Оно коснулось душ — и они замерли. Но стоило ей убрать руку, как те вновь приходили в бешенство и рвались вперёд.
Это было сложно.
Она не могла удерживать их вечно. Бригитта повернулась к Бекфоле:
"Я знаю, что ты знаешь, что делать. Используй его на вихре, пока я сражаюсь с ведьмой."
Ланнан Ши кивнула и, не говоря ни слова, произнесла то же заклинание. Бригитта тем временем направила руки к Этне, и впервые в её глазах мелькнул страх. Старуха не могла оборвать своё заклятие — она была к нему привязана. И теперь ещё не могла ответить.
Ситуация резко изменилась. Волшебница собиралась собрать всю свою силу — и сжечь проклятую ведьму дотла.
Но вдруг резкий, пронзительный крик оборвал её намерение:
"Что ты делаешь, чёрт побери!"
Бригитта обернулась — и застыла на месте.
Гвен, заклинанием, опрокинула Бекфолу на землю. Магия успокоения прервалась. Этна мгновенно воспользовалась моментом — и направила вихрь на Бригитту. Волшебница не успела бы прочитать заклинание вновь. Единственное, что она успела произнести в потрясении:
"Как ты могла, Гвен..."
Вихрь из десятков алчных душ, раскрывая чудовищные пасти, мчался на волшебницу. Блеск в глазах старухи не оставлял сомнений — она праздновала победу. Бригитта зажмурилась... но ничего не произошло.
Раздался дикий, пронзительный крик боли.
Резко распахнув глаза, она увидела перед собой тело худого друида — душа Ланнан Ши приняла удар на себя. Бекфола, связанная с ней судьбой, жертвовала собой. Клыкастые рты вонзались в её плоть, валили с ног, и вот она уже опустилась на колени... а затем рухнула на землю.
Бригитта уже собиралась произнести заклинание успокоения, но вдруг осознала, что это бесполезно — Бекфола умирает. Лицо друида побледнело, губы беззвучно шевелились: она из последних сил пыталась что-то сказать. Волшебница мгновенно изменила намерение и наложила щит — слабый, колеблющийся, но всё же способный подарить несколько драгоценных мгновений.
Несмотря на ужас, сковывавший тело, несмотря на внутренний ступор, Бригитта подошла, опустилась рядом и осторожно коснулась лба подруги. Она даже не представляла, какой кошмар ожидает Ланнан Ши — ведь вызванные существа после смерти не возвращаются в Лабиринт. Бекфолу ждала не смерть... а Пустота.
"Я иду в Пустоту. Ты знаешь это," — прохрипела Бекфола. — "В Пустоте я всегда буду помнить о тебе. Спасибо, что относилась ко мне как к равной. Кх-кх... Не дай им победить, Бригги."
После этих слов она умерла.
Слёзы хлынули из глаз молодой волшебницы столь стремительно, словно на неё наложили проклятие. Она знала, что пройдёт лишь несколько мгновений — и буря душ разорвёт её на части, но это уже не имело никакого значения: всё её существо было сосредоточено на одной-единственной мысли — о подруге, оказавшейся в Пустоте, там где ей предстояло остаться навсегда.
Бригитта подняла глаза. Этна стояла напротив, глядя на неё с довольной усмешкой.
Щит лопнул.
Старуха остановила вихрь и подошла ближе. Костлявым пальцем она подняла острый подбородок волшебницы, заглянула ей в глаза и прошептала:
"Теперь ты понимаешь?"
Бригитта смотрела в ответ рассеянным, потухшим взглядом. Она не знала, что сказать, да и говорить не хотелось вовсе.
Вдруг из тела Бекфолы начал исходить яркий белый свет. Сначала — тонкий луч, сверкающая точка в пространстве. Но с каждой секундой сияние разрасталось, словно живой шар, вбирающий в себя всё: вихрь голодных душ, Гвен... Этну.
Старуха застыла с широко раскрытыми глазами. Белый свет ослеплял, обжигал, проникал в самую глубину. Этна закричала, даже не надеясь на ответ:
"Что это такое, чёрт возьми?!"
Мир исчез в ярком сиянии. И в последний миг Бригитта услышала, как издалека донёсся искажённый голос старухи:
"Дверь... Но как?"
Через секунду свет сменился кромешной тьмой, и Бригитта провалилась в забвение, оставляя позади боль, ужас и смерть, пережитые в этот день.