Глава XVIII: Лабиринт Душ (Часть 4)
"Гвен..." — повторил он медленно. — "Гвен... ты говорила что-то про Гвен. Подруга Бригитты..."
Он хлопнул себя по лбу:
"Ну конечно! Гвен! Я помню тебя! Я наблюдал тебя в том видении, где вы были в роще, праздновали что-то, танцевали у костра... Бригитта смотрела на меня, а ты её окликнула. Но вот... зачем ты приняла её облик?"
Девушка отвела взгляд, замотала головой, словно больше не хотела говорить ни слова. Ингвар нахмурился, достал Солтрор... и вспомнил, что меч не пропускает магию. Всё здесь было по-другому.
Значит, действовать придётся иначе. Он решительно взял её за запястья, убрал руки от её лица.
"Смотри на меня. Посмотри мне в глаза," — говорил он спокойно, будто пытаясь заворожить девушку. — "Всё хорошо, Гвен. Всё в порядке. Ты не сделала ничего плохого. Ты можешь рассказать мне всё."
Он повторял это снова и снова, тем же тоном, мягким, уговаривающим. Он хотел услышать правду.
Он научился этому приёму у своего брата Альрика, который не гнушался использовать такие уловки, чтобы добиться от ярла Кнута Томассона того, чего хотел. Вероятно, именно так он его и подкупил, хотя сейчас это было уже неважно. Главное заключалось в том, чтобы понизить тон голоса и смотреть прямо в глаза тому, на кого хочешь произвести впечатление.
Ингвар снова и снова проделывал всё то же самое с молодой волшебницей, и, в конце концов, та успокоилась, и теперь просто смотрела ему в глаза. Её истерика прекратилась так же стремительно, как и началась. Сейчас Гвен была готова говорить:
"Это произошло какое-то время назад, ещё до вторжения Этны в Кьёрн", — начала она.
Ингвар отпустил её руки и сел рядом.
"Я сидела на главной площади нашего прекрасного города и медитировала, ждала свою подругу Бригитту".
При упоминании имени волшебницы сердце Ингвара дрогнуло на мгновение, но он взял себя в руки и продолжил слушать.
"Внезапно я почувствовала, как улетаю, — и через несколько мгновений оказалась в холодном, жёлто-зелёном лесу. Там была зима, но даже летом половина тех лесов была бы непроходимой".
"Как ты там очутилась?" — с неподдельным удивлением спросил викинг.
"Этна", — спокойно ответила девушка. — "Это она переместила меня туда. Сначала я думала, что всё это от её природной злобности... А может, потому, что я была самой близкой подругой Бригитты. Но потом я поняла — у её поступка была свои причины, правильные именно для меня. По крайней мере, мне тогда так казалось".
"Что ты имеешь в виду?" — снова удивлённо спросил руночей. Чем дальше Гвен рассказывала, тем больше вопросов у Ингвара возникало.
"Я видела тебя, Ингвар", — сказала она вдруг.
"Меня?"
"Тебя. Все пять лет. Этна перенесла меня в Роскилле на пять лет назад".
Она продолжала говорить, а из её глаз текли слёзы.
"Я не знаю, кем я была. Бесплотный дух — вот, наверное, самое подходящее слово. Я ходила по лесам Дании. Я видела всех твоих друзей — и Ульфрика, и берсерка с большим волком, и кузнеца Магнуса, и вашего ярла... не помню, как его зовут, кажется, Томассон".
"Странно", — сказал Ингвар. — "Ярл Томассон давно перестал быть ярлом. Неужели старуха действительно закинула тебя в прошлое?"
"Да, скорее всего", — кивнула Гвен. — "Сначала я видела тебя совсем молодым, когда ты только начинал быть руночеем. Ты рос, а я наблюдала за тобой. Такой красивый, такой умный, такой талантливый волшебник. Ты ведь превосходил всех, Ингвар, но всегда был в тени своего брата".
"Я не был в тени Альрика", — возразил Ингвар, хотя и не слишком уверенно.
"Может, и так", — сказала Гвен. — "Но он ведь всегда руководил политикой вашего города. Он был правой рукой ярла. А этот сребролюбец никогда не был достоин своей должности. Единственный, кто был достоин — это ты".
Она на мгновение замолчала, а затем призналась:
"Я влюбилась в тебя, Ингвар, сразу же, как только увидела впервые. Ты сидел в своей маленькой комнате и изучал рунное волшебство. О, как ты был хорош! Ты превосходил всех своих друзей, всех, с кем учился. Я никогда не видела таких волшебников в своём городе. И я никогда не видела таких красивых людей. Но главное — я никогда не встречала никого, кто был бы так похож на меня, как ты".
Она тяжело выдохнула:
"Я всегда была в тени Бригитты. И вскоре поняла, что она вовсе не такая уж сильная волшебница, как я считала. Когда Этна выпустила меня из той иллюзии, я начала понимать, что моя любовь к подруге иссякает. Каждое её неверное решение, каждое поражение, каждая неудача — всё это отдаляло меня от неё. Я поняла: в ней нет ничего особенного. Мы ведь всегда хотим следовать за самыми сильными, правда? Бригитта оказалась слаба, а я ошиблась, что выбрала её. И я не могу простить себе эту ошибку до сих пор. А потом появился ты. Такой похожий на меня, такой близкий... и такой далёкий".
Она заплакала.
"Ты хоть представляешь, как это — ходить каждый день мимо тебя и не иметь возможности просто сказать 'здравствуй'? Не иметь возможности сказать: 'Посмотри на меня, я такая же, как ты! Как ты не видишь? Оторви уже взгляд от Бригитты, она не заслуживает тебя!' Не иметь права взять тебя за руку и поцеловать?.."
Гвен снова заплакала. А Ингвар молчал, глядя себе под ноги. Не то чтобы его история тронула до глубины души, но происходящее было не из тех вещей, которые случались каждый день.
"Когда я вернулась, я пыталась забыть тебя. Я соврала Бригитте и её глупой, нечестивой подруге о том, что произошло, хотя Этна, принявшая мой облик и разгуливавшая так направо и налево, даже не пыталась ничего скрывать. Я сказала, что не помню ничего после того, как она встретила меня на площади Кьёрна. Я так не хотела расспросов о тебе, так не хотела, чтобы эта Бригитта снова и снова мусолила твоё имя".
Она опустила глаза и сжала руки, будто пытаясь сдержать эмоции.
"Но сколько бы я ни старалась — у меня ничего не получалось. Любая моя мысль приводила к тебе. Любое действие так или иначе заканчивалось мыслями о тебе. Поэтому я запретила себе думать о тебе. Старалась заклинаниями выжечь твой образ из памяти. И когда мне это почти удалось — Этна рассказала мне свою историю. Я поняла, что мы с ней очень похожи. Нас никто не понимал. Наших чувств никто не разделял".
Она сделала паузу, облизала губы и продолжила:
"И вот — я снова встречаю тебя. Не знаю, как очутилась здесь. Мы боролись втроём. Нет, вчетвером — Этна, Бригитта, ланнан ши и я.И вот я здесь. Тут я не чувствовала ни усталости, ни боли, как всё последнее время. Меня занимало только одно желание — поскорее тебя увидеть. О, как же я обрадовалась... и как испугалась, когда это желание сбылось. Я не могла позволить, чтобы ты увидел меня как Гвен, ведь ты безумно влюблён в Бригитту. Я думала, что твоя любовь — это просто глупая привязанность. Я надеялась: если я изменю свою внешность и предстану перед тобой как Бригитта, ты полюбишь меня — меня настоящую. И когда ты бы полюбил меня, я сняла бы магию и призналась бы, кто я есть. Мне казалось — если ты узнаешь меня, именно меня, тебе уже будет всё равно, как я выгляжу. Но... этого не произошло".
"Не произошло", — тихо ответил Ингвар.
Злость на Гвен уже прошла. Осталась только глубокая досада.
"Я хочу спросить тебя, Ингвар", — прошептала она. — "Неужели за всё это время не было ни единого мгновения, когда ты почувствовал ко мне хоть что-то? Ни искры любви?"
"Нет", — покачал головой Ингвар. Он не хотел лгать ей так, как она лгала ему всё это время. — "Я ничего не почувствовал. А знаешь, почему? Потому что мы не можем заставить себя чувствовать."
Он покрутил в пальцах безвкусную, бесцветную — и такую неживую — травинку. Улыбнулся едва заметно, словно самому себе.
"Любовь — это не красота. Не сила, к которой ты тянешься и не умение, за которым ты так слепо идёшь. Это то, что даётся безусловно. Дар. И пробудить насильно её в ком-то нельзя. Я не люблю тебя, Гвен. И даже тогда, когда ты выглядела как та, кого я люблю — я не смог полюбить. И если даже это не заставит тебя задуматься... тогда я не знаю, что поможет".
Он встал.
"В любом случае, я желаю тебе всего доброго".
Сказав это, Ингвар поднялся, ещё раз посмотрел на неё — и медленно пошёл прочь.