Глава XIX: Воссоединение (Часть 4)
***
Ингвар Сигурдссон молча сидел за деревянным столом. С виду он был спокоен, словно камень, но внутри бушевала настоящая буря. Сердце колотилось, отзываясь на каждую мысль быстрым, тревожным стуком.
Что, если я выбрал не ту дверь? — сжав зубы, размышлял он. Что, если она не догадается? А если она вообще не знает, что такое руны?.. Что же я натворил!
Он обхватил голову руками и запустил пальцы в волосы, пытаясь успокоиться. Мысли темнели с каждой секундой.
Что, если я ошибся? Тогда вся ответственность на мне. Если мы не встретимся — это будет моя вина. Как мы вообще найдём друг друга?.. Даже Олаф не знал, как...
В этот момент откуда-то издалека послышался медленный, протяжный скрип двери. Сердце викинга подпрыгнуло, дыхание перехватило, а разум цеплялся за надежду, не смея поверить.
Неужели?.. Неужели это она? Кто ещё мог открыть эту дверь?
Он всё ещё не поднимал взгляд, не решался обернуться. Но затем услышал голос — мягкий, уверенный и до боли родной:
"Здравствуй, Ингвар. Я нашла тебя."
Слёзы выступили сами собой. Они скатывались по щекам и капали на стол, оставляя влажные пятна на древесине. Ингвар резко повернулся — и увидел в дверях её. Бригитта стояла, глядя на него с такой тёплой, нежной улыбкой, что не оставалось ни малейших сомнений: это она.
Та, кого он ждал. Та, кого он любил всё это время.
Он даже не стал искать подтверждения внутри себя, как это было в случае с Гвен — всё итак было ясно. В груди руночея вспыхнуло пламя, как от мощного заклинания, и вместе с тем он будто окаменел. Перед ним стояла незнакомка, которую он видел впервые в жизни — и в то же время самая родная душа из всех, кого он знал.
Ингвар ловил глазами каждую черту: прямой нос с лёгкой горбинкой, янтарные глаза, приподнятые брови, верхняя губа в виде волны. Он смотрел на её платье до пола, на тонкие руки — и только спустя несколько секунд, которые показались вечностью, нашёл в себе силы заговорить.
Северянин подошёл ближе и взял её ладони в свои. Его руки казались огромными рядом с её. Он всё ещё плакал и не мог остановиться.
"Я... я уже не верил," — прошептал он. — "Не верил, что мы встретимся. Я так долго ждал этой минуты."
"Я знаю," — ответила Бригитта мягко. — "Знаю, мой дорогой. Я тоже ждала."
Она обняла его — одной рукой за плечи, другой за талию, прижав его голову к себе. Несмотря на разницу в росте, казалось, что они были равны — то ли из-за магии, то ли потому что в этот момент всё вокруг теряло значение. Ингвар прижался к её плечу, а потом поднял голову и, не колеблясь, поцеловал.
Они стояли так долго, хотя на самом деле прошло не больше минуты. Им обоим казалось, что время замерло. Он взял её за руку.
"Пойдём прогуляемся. Здесь очень красиво. Хотя ты, наверное, уже видела."
Девушка кивнула. Впервые за долгое время она чувствовала покой. Держать этого человека за руку было как вернуться домой — чувство, которого ей так не хватало всё это время. Если бы он задал ей сейчас вопрос, что она чувствует, она бы ответила просто:
"Теперь я, наконец, дома."
Они вышли в сад. Когда-то Ингвар заметил его, стоило только ступить в эту деревню.
"Ты знаешь, как называются эти плоды?" — спросила она с интересом, глядя на одно из деревьев. — "Сомневаюсь, что такие растут в Роскилле."
Он покачал головой. Они шли рука об руку, словно всё плохое осталось позади.
"Расскажи мне," — попросил он.
"Эти крупные," — начала она, — "называются персики. Потрогай, видишь, какая у них бархатистая кожура? На вкус они восхитительные. Только я не знаю, чувствуются ли вкусы в этом месте. Иногда — да, иногда — нет. А ты, Ингвар, чувствуешь?"
"Вкус — да. И, кстати, голод тоже вернулся. Может, попробуем?"
"Конечно. А вон те маленькие," — она показала на другое дерево, — "это абрикосы. С ними связано много легенд. У нас они почти не росли — их привозили издалека, обычно летом. А я так любила лето..."
"Какие легенды ты знаешь про абрикосы?" — спросил он. Его завораживал её голос, и он был готов слушать его бесконечно.
"Я расскажу тебе," — улыбнулась она. — "Только давай сначала попробуем... О, смотри! Фонтан снова работает!"
"Он и не переставал," — удивился Ингвар.
"И вода золотая, ничего себе!" — радостно воскликнула она и бросилась к фонтану, чтобы опустить в него руки.
"Подожди..." — начал он, но было поздно. Бригитта уже плеснула себе в лицо золотой водой.
"Не волнуйся," — засмеялась она. — "Я проверила его магическим зрением. Вода чистая. Просто какого-то странного цвета."
"Я бы на твоём месте не был так уверен," — пробормотал Ингвар с недовольной миной. Видимо, его не радовала перспектива снова встретиться с Блатнайт.
Девушка недоумённо смотрела на своего возлюбленного, пока рядом не начали проявляться фигуры. Ингвар спокойно наблюдал, как Бригитта с удивлением разглядывает Блатнайт, стоящую рядом с незнакомцем.
"Я бы всё равно пришла, мальчик, можешь не вздыхать так тяжело." — сказала та. — "Мне нужно с вами поговорить."
Внезапно рядом появился и Олаф. Ухмыляясь, он прищурился и с довольным видом присвистнул:
"Ну и курочку ты себе откопал, Ингвар! Вполне достойная женщина для моего потомка. А ножки-то какие... А-а-а!"
Олаф не успел договорить. В тот же миг он схватился за рот, подпрыгнул и начал метаться, не в силах вымолвить ни слова — как будто прикусил язык.
Видимо, у Блатнайт свои методы воспитания — и, надо признать, весьма однотипные, подумал было руночей.
"Надеюсь, это научит тебя быть вежливее, кем бы ты ни был," — к его удивлению, спокойно сказала Бригитта.
Ингвар резко обернулся к ней с полуулыбкой. Похоже, кое-какие черты всё же передаются по наследству, усмехнулся он про себя.
Олаф нахмурился и переводил обиженный взгляд с одной девушки на другую. А Блатнайт, напротив, смотрела на правнучку с одобрением — её поведение явно пришлось ей по вкусу.
Она хотела было что-то сказать, но Бригитта опередила её:
"Это же Кайден!" — воскликнула она.
"И да, и нет", — отозвалась древняя волшебница. — "Это лишь отголосок его энергии, а не сам Кайден. Видишь ли, я не знаю, что успела наговорить тебе Этна, но Кайден не попал в Лабиринт Душ. Он оказался в Пустоте. А это значит, что он не может быть здесь — ни телом, ни духом. Здесь может пребывать только его отпечаток, энергия, сохранившая его разум и характер. Но это не он."
Тень Кайдена смотрела на Бригитту и молча улыбалась.
"Впрочем, сейчас это не важно", — продолжала Блатнайт. — "Хорошо, что вы нашли друг друга и всё такое, но у нас проблемы. После вашей схватки с Этной в Лабиринт Душ попали три души: твоя, Гвен и Этны. Но спустя несколько часов душа Этны исчезла. И мы до сих пор не можем её найти."
"Чем это грозит?" — Бригитта, похоже, не до конца понимала, насколько серьёзной была ситуация.
"Тем", — ответила Блатнайт, — "что Этна может быть сейчас невидима и рыскать по лабиринту, собирая себе армию. Видишь ли, теперь она умеет входить и выходить из Лабиринта Душ, когда ей заблагорассудится. А это создаёт для нас массу проблем."
"А чем мы можем помочь?" — спросила волшебница у своей прославленной предшественницы.
"Его меч", — Блатнайт кивнула в сторону Ингвара. — "Если он проведёт свою энергию через клинок, тот сможет действовать как компас и укажет путь к Этне."
Бригитта нехотя кивнула. Она только что вновь обрела Ингвара — и тут же на них снова обрушиваются беды. Но теперь он хотя бы был рядом, и вместе уже не так страшно.
Кайден взглянул на Ингвара, потом на волшебницу, а затем повернулся к Блатнайт:
"Ну ты чего, родная? Подождёт эта старуха, не рассыпется. Дай им хотя бы немного времени побыть вдвоём. Они так долго искали друг друга."
Блатнайт перевела взгляд с Ингвара на Бригитту, прищурилась и процедила:
"Один день. Я даю вам один день. А потом вы поможете нам. Иначе мы не успеем, и Этна вырвется из Лабиринта с целой армией нечисти."
С этими словами она исчезла, и вместе с ней — Кайден и Олаф. Наконец, Ингвар и Бригитта остались одни.