Глава 8
Тайный ход располагался в основании небольшого холма. Трава у двери была примята. Нирен присел на корточки и присмотрелся к ней, а Рина посветила ему зажженной свечой.
– Кровь, – сказал он, поднимаясь. – Наверное, тут свежевали добычу.
Анго тем временем рассматривал дверь.
– Совсем старая, – заметил он. – Доски наполовину сгнили.
– Ты же не будешь ее выламывать? – вдруг забеспокоилась Рина.
– Разумеется, нет. Иначе оставим следы.
– Отлично! Значит, теперь возвращаемся?
– Сначала я хочу спуститься вниз.
– Анго, не надо! Только послушай, что там происходит. Это очень опасно!
Анго нахмурился и прислонился ухом к двери. Сперва он ничего не расслышал, а потом уловил приглушенный рев и рычание. Он не мог разобрать, сколько внизу животных, но их многослойная ярость заставила его оробеть.
– Так что будем делать? – с легкой насмешкой спросил Нирен, и Анго тут же решился.
– Спускаемся.
– Что ты хочешь увидеть? Животных? Они дадут тебе какие-то ответы? Или ты просто хочешь погеройствовать?
– Ты же был со мной согласен!
Нирен скрестил руки на груди и оперся спиной на сухое дерево.
– По дороге я передумал.
Подул ветер, и зашелестели кусты. Анго почувствовал раздражение.
– Тихо! – скомандовал Нирен.
Ветер стих, но шуршание нарастало. Вскоре к шуму присоединился гул голосов.
– За те валуны! – Нирен кивнул на груду камней в пяти метрах от входа в подземелье.
Анго рванул за ним, а Рина ухватилась за рукав его рясы.
Через некоторое время показались двое монахов: они тащили за ноги крупное животное, похожее на косулю, но слишком крупное и непропорциональное для нее.
Анго размеренно вдыхал влажный запах травы и следил за двумя незнакомцами. Их головы не покрывали капюшоны. Видимо, не все в городе придерживались своих же законов. Анго полагал, что только Тривиасис, будучи главой поселения и Епископом, мог своевольничать.
Монахи подтащили тело животного поближе ко входу. Одни из них выругался, а другой зазвенел чем-то металлическим, возможно, ключами.
– Думаешь, они не из тех? – спросил мужчина пониже.
– Думаю, что они как раз из тех. Между ними много общего, – ответил собеседник с бородой.
Замочная скважина щелкнула.
– Попить чего-нибудь есть? – продолжил первый.
– Нет, решил не брать – вода слишком тяжелая.
– Как руки тогда отмывать? В поилке, что ли?
– Кровушка для них слаще воды, нечего переживать. Но сначала сами налакаемся. А ты чего вдруг заговорил про новеньких?
– Да Казе этот, хм, странноватый парень. Слишком ловкий и проворный. Видно, охотник хороший. Те тоже такие. Я однажды видел, как они кведука какими-то своими странными инструментами положили.
– Ты прав. Этот Казе, поди, впрямь один из них. Значит, и остальные тоже. Неспроста же вокруг нас расхаживали.
– Полагаешь, все думают так же?
– Наверняка, но Тривиасис с нами не согласен. Он, конечно, никогда не ошибается, но вдруг в этот раз что-то сбило его с истинного пути? Ладно, хватайся. Иначе придется тут ночевать.
– Факел зажги.
– Верно.
Мужчина пониже снова склонился над животным и схватился за его задние ноги.
Из щелей в двери просочился желтоватый свет огня. Анго опустил голову и притаился. Рина рядом сжалась от страха в комок, а Нирен сосредоточенно смотрел на свои согнутые колени.
– Ты так долго наблюдал за ними, но почему Тривиасису все еще не рассказал? – продолжал монах с бородой. – Боишься, он не поверит?
– Как бы войну с ними не начал. Мне тогда тоже придется сражаться.
– Если не расскажешь, те дикари нападут и всех нас перебьют.
– Я знаю, но пока они не спешат этого делать.
– Ты же сам думаешь, что эти новички попались неслучайно. Они наблюдали за нами.
– А вдруг они и впрямь хотят мира? И те люди тоже? Вдруг, если мы нападем, то все испортим?
– Лучше пусть Тривиасис решает.
– Тривиасис не всегда достаточно мудр.
– К чему это?
– Хочу на его место.
– В своем ли ты уме?
– Давай дело делай... Думал, ты на моей стороне.
– Так вот почему ты молчишь!
– Если поможешь, то будешь моим первым приближенным.
– Зря ты это затеял. Тривиасис наверняка все понимает.
– Да ни черта он не понимает! Возможно, у него нутро широкое, но в деловых вопросах опираться только на веру не стоит.
– Не богохульствуй.
– Чего это ты заладил? Мы же с тобой обсуждали все не один раз. А как до дела дошло и случай подвернулся, так за гору прятаться принялся.
– У меня есть некоторые недовольства, но я верю Тривиасису. Кстати, что ты у тех чужеземцев видел-то?
Невысокий монах недовольно заворчал:
– Зачем мне рассказывать? Ты Тривиасису доложить можешь.
– Брось эти мысли. Мы с тобой почти братья. Я тебя никогда не выдам, разве что образумить постараюсь.
– Не надо мне этого. Я в своем уме.
Раздалось копошение. Через десяток секунд разговор возобновился.
– Эй, обиделся, что ли?
– Нет.
– Чего на меня обижаться? Я же тебе добра хочу. Тривиасис всех нас вместе держит. Если бы не он, не было бы города, да и этих существ мы бы по-прежнему боялись. Давай, не таи, расскажи про тех людей. Мне же любопытно.
Анго нахмурился. Голоса стали тише, но он все еще их различал.
Наконец тот сдался:
– Там одни мужчины, хотя я, вроде бы, видел женщину. Люди довольно вульгарные и громкие. Но у них много добычи: убивают ее на расстоянии с помощью каких-то странных приспособлений. Я раньше не видел подобного. Они еще такой громкий хлопок делают.
– Небылицы.
– Да нет, говорю же. Хочешь, как-нибудь вместе сходим, ты сам на все посмотришь. Только нужно быть аккуратными. Их однорукий вожак очень внимательный: все время оглядывается и во все всматривается. Однажды чуть было меня не заметил, но я вовремя спрятался.
– Ты во время охоты успеваешь к ним забредать?
– Ага.
– Эх, зря ты затеял все это... Потащили.
Трава снова зашелестела, а мужчины закряхтели. И, когда дверь хлопнула о косяк, Анго осторожно выглянул из укрытия. Площадка у входа опустела.
– Нирен, ты знаешь, о ком они говорили? Кого видели?!
– Тише. – Нирен приложил палец к губам.
Анго не отводил взгляда от закрытой двери.
Все внутри дрожало. Он с трудом сдерживался, чтобы оставаться на месте. Из подземелья доносились приглушенные голоса, иногда перекрываемые раскатистыми рыками животных. Наверняка монахи разделывали добычу и кормили своих ручных тварей. Хотелось спуститься и послушать продолжение разговора – Анго он казался чрезвычайно важным.
– Думаю, я догадываюсь, о чем они говорили, – задумчиво прошептал Нирен.
Анго резко повернул к нему голову. На его лице проступило сомнение, и это пугало куда больше, чем неясные разговоры.
– Говори.
– Я хотел рассказать сразу, но кое-кто очень невовремя спутал мои мысли... – Нирен выдохнул. – Смотри.
Он наклонился к правому сапогу, задрал штанину, и Анго увидел торчащую рукоятку очень знакомого предмета. Но как он оказался здесь?
Нирен распрямился, покручивая в руках револьвер.
– Это...
Анго отшагнул. Нирен неуверенно смотрел на предмет в своих руках.
– Как видишь, – он пожал плечами.
– Откуда это у тебя?
– Нашел сегодня во время охоты.
– Но монахи же не могли...
– Сомневаюсь, что эта штука хоть когда-то бывала в их руках.
– Тогда откуда? Не понимаю.
– Я тоже. Думал, ты или твой отец как-нибудь это объясните.
Анго зажмурился и потер переносицу.
Револьвер был современной модели. Перед поступлением на курсы Анго проходил двухмесячные военные учения. Стрельба была частью учебной программы, и одним из огнестрельных оружий, с которым ему пришлось иметь дело, был подобный револьвер.
Но как он сюда попал?
Ильнер говорил, что в этот мир переносились только биологические существа, а все остальное формировалось естественно. Грубо говоря, тут не могли оказаться человеческие изобретения. Разве что... они не прошли через горизонт событий. А если совсем просто – если кто-то не пронес их через черную дыру. Но ни у кого из участников эксперимента не было при себе оружия. Да даже если было, вероятность найти его здесь настолько же мала, насколько возможность отыскать выброшенную в океан песчинку.
Анго приходило в голову единственное дикое объяснение: будто после запуска эксперимента кто-то снова создал черную дыру и выбросил в нее миллиард револьверов. Но это невозможно. Никто не стал бы заниматься такой глупостью.
Следовало как можно скорее рассказать все отцу и Ильнеру. Возможно, у них найдутся более реалистичные предположения. А прямо сейчас нужно выяснить, где находится лагерь мнимого врага.
– Револьвер пуст, – пояснил Нирен.
– А что это? – не поняла Рина. Она хотела прикоснуться к железному дулу пальцем, но быстро передумала и отдернула руку, словно чего-то опасаясь.
– Идем? – нетерпеливо поторопил Анго.
– Ты серьезно намерен лезть прямо сейчас? – удивился Нирен.
– Да.
Анго подошел к двери и слегка ее толкнул. Она тихо отворилась, и он наступил на первую ступеньку.
– Там поворот, они нас не увидят, если спустимся быстро, – повернувшись к спутникам, сказал он.
– Ты уверен... – Рина нахмурилась.
Медлительность уже начинала раздражать его. Если они не хотят спускаться, то пусть хотя бы не задерживают его своими сомнениями.
Нирен кивнул и подошел ко входу, Рина через мгновение оказалась там же.
Они спускались медленно. Каждый рык заставлял их замирать не столько из-за страха, сколько из опасения, что они заглушат другие, более опасные звуки человеческой речи и шагов: вдруг прямо сейчас монахи решат тоже подняться по ступенькам.
Когда они втроем оказались внизу, Анго приблизился к повороту. Заглянул и тут же дернулся обратно. От жуткого вида мысли трусливо разбежались, а ему самому захотелось броситься вслед. Узкий проход между клетками, в которых сидели огромные твари, и разделывающие тушу фигуры людей возле них застыли перед глазами. Длинное помещение едва освещалось единственным факелом, но испуганное воображение в мгновение дорисовало таящихся в темноте монстров. И, скорее всего, оно не ошибалось.
Анго почувствовал на себе взгляд Нирена, будто спрашивающий, в самом ли деле за поворотом открывается настолько страшная картина.
– Те люди с дивными изобретениями далеко отсюда? – с отдышкой спросил бородатый мужчина.
– Эй, повыше руби. Ты хоть знаешь, сколько тот жрет?.. – с такой же отдышкой отозвался другой. – Недалеко. В паре часов пути на северо-запад. Их лагерь издалека слышно. Вот так вот. Уж с такими инструментами они явно не голодают.
Раздался звук ломающейся кости. Анго почувствовал, как к нему прижалась Рина.
– Этот кусок ты сам неси.
– Нет-нет, давай ты.
Тяжелое дыхание, кряхтение, очередной рык и сопение.
– Знаешь, что я подумал, когда увидел их в первый раз? Они похожи на воинов. Мать описывала именно так: огромные, мускулистые, борзые и громкие.
– Это же просто сказки.
– Не знаю. Она помудрее Тривиасиса была.
Голоса монахов стали отдаляться.
– Что думаете? – шепотом спросил Анго у Рины и Нирена.
У него появились догадки, но он сомневался в их реальности.
– Пора бы уходить отсюда, – Рина двумя руками обхватила Анго за предплечье.
– Нирен, а ты?
– Не знаю. Предполагаю, эксперимент твоего отца притащил сюда кого-то еще.
– Это невозможно... Но вдруг все именно так?
Анго не хотел об этом думать. Возможно, он чего-то не понимал, и те люди куда опаснее каннибалов или даже динозавров, особенно если они, как и Анго, связаны с настоящей Землей.
– Там еще одного разделать надо.
Разговоры людей вдруг стали совсем близко, словно монахи стояли за стеной и собирались вот-вот ее обогнуть.
Нирен дернулся к выходу. Анго с Риной ринулись за ним. Втроем они спрятались под ступеньками и вжались друг в друга. Густая тень под порогами надежно их укрыла.
Они замерли. Со спины к нему льнула Рина, а спереди обнимал Нирен. Анго старался не думать о своем крайне неудобном положении. К счастью, совесть и смущение не сильно отвлекали от происходящего поблизости.
Монахи поднимались по ступенькам. Разговор стал непринужденным, отчасти даже веселым и шутливым, но Анго отчетливо слышал каждый шаг и ленивый скрип досок у себя над головой.
Вдруг что-то щелкнуло. Замок.
Анго наконец смог вылезти из укрытия и посмотреть на вход. Странно, что монахи не потушили за собой факел. Неужели просто забыли?
– Как будем выбираться? Сломаем замок? Вышибем дверь? – Нирен задрал голову к выходу. – Судя по ее состоянию, достаточно одного удара.
– Только привлечем внимание, – задумался Анго.
– Я пошутил.
– Возможно, существует еще один вход. Может, поищем его?
– Зачем? – нахмурилась Рина.
– Не хочу наследить. Любопытство с нашей стороны может показаться монахам особенно подозрительным.
– Если ты так думаешь, Анго, то я с тобой согласна, – решительно кивнула Рина.
Но Нирен не высказал такого же безропотного согласия. Он вскинул правую бровь.
– Зачем нужна вторая дверь?
– Возможно, она запасная. На случай опасности. – Анго пожал плечами.
– Тебе просто хочется так думать. Хорошо, пойдемте к животинкам, посмотрим, что прячется за их клетками.
Внутри поселился неприятный холодок страха. Анго видел немногое, но этого ему хватило, чтобы захотеть придумать другой план.
Но Нирен не стал медлить: он нашел на полу палку, оторвал от плаща Рины – с ее жутким возмущением – кусок ткани и соорудил из этих предметов факел. Потом взобрался по ступенькам и поджог его об огонь другого. Новый факел он водрузил на место старого, а старый забрал с собой.
– Этот не будет гореть долго, – пояснил он. – Идемте.
У поворота Анго поглубже вздохнул. Когда же он перестанет всего бояться? Он многое повидал, но храбрости по-прежнему не прибавилось. Анго только действовать стал решительнее.
Свет огня озлобил чудовищ: они разом взревели. Как бы этот звук не заставил монахов вернуться.
По обе стороны длинного коридора тянулись высокие клетки, а в них, скалясь, рыча, фыркая и щетинясь, свирепствовали животные. Огромные существа по меньшей мере два метра каждый с маленькими лысыми головами, мелкими глазами и огромными клыками. Они стояли кто на четырех, а кто на двух лапах. Выступающий позвоночник, выгнутые в неправильную сторону лапы с длинными когтями выглядели отвратительно. В других клетках сидели животные поменьше, но не менее уродливые: вытянутая пасть с рядом мелких зубов, массивные ноги, заканчивающиеся широкими копытами и длинные лысые, как у крыс, хвосты.
Проход заливала размазанная кровь. За прутьями клеток валялись останки небогатого ужина: обломки костей, ошметки внутренних органов, обрывки шкуры. Все это зрелище дополнял собой едкий, тошнотворный запах фекалий, пота, гниения и грязи, словно тут сконцентрировался смрад всего живого.
– Мы серьезно собираемся идти сквозь все это? – испугалась Рина. – Проход же слишком узкий.
– Монахи как-то ходят тут, – нервно хмыкнул Нирен. – Значит, и у нас все получится. Нам с Анго не привыкать.
– Анго, можно я возьму тебя за руку? – дрожащим голосом спросила Рина.
– Давай руку, – вместо Анго протянул свою ладонь Нирен.
– Нет, – Рина отскочила в сторону. – Я тебе не верю. Пусть это будет Анго.
Анго приставил указательный палец ко рту.
– Потише. Чем дольше мы тут остаемся, тем труднее нам будет сделать первый шаг.
– Запишу это в свой цитатник. – Нирен вытянул перед собой факел, освещая дальнейший путь.
Чудовища просовывали свои лапы носы и хвосты между прутьями клеток. Придется лавировать между этими движущимися препятствиями.
Нирен еще раз оглянулся на лестницу и двинулся вперед. Анго пошел за ним, а Рина схватила его за запястье и уже невольно шагнула следом.
Шли медленно и аккуратно. Монстры притихли и шумно принюхивались. Наверняка они чувствовали, как мимо проходит добыча. Внезапно одна из когтистых лап преградила путь. Нирен резко отпрянул назад, а Анго прижал его к себе и тоже отступил.
– В чем дело? – перепугалась Рина.
Вместо ответа послышалось тихое урчание в соседней клетке. Как ни странно, почувствовав рядом человека, животные притихли. Кое-кто продолжал неистово скалиться и размахивать лапами, но, в целом, проход оказался не таким уж страшным. Возможно, монахи действительно в каком-то роде приручили своих монстров. Или те попросту боялись близкого огня?
Не к месту Анго вспомнил комнату ужасов, которую много лет назад посещал вместе с матерью. Тогда неподвижные фигуры чудовищ казались настолько страшными, что не получалось сделать и шага самостоятельно. Если бы не мама, он бы так и остался в самом начале. Ситуация сейчас казалась похожей на происходящее в детстве. Если бы не Нирен, в чьей надежности Анго ни секунды не сомневался, он бы даже не полез сюда. Вот в ком заключался источник его отчаянной решимости.
Вдруг на другом конце подземелья снова раздалась человеческая речь и послышалось копошение.
– Черт, кажется, те двое вернулись, – выругался Нирен. – Тушу факел.
– Как мы пойдем дальше? – Рина сильнее сжала руку Анго.
– Осталось всего ничего.
Нирен бросил факел на пол и притоптал огонь подошвой сапог. Затем крепко схватил Анго за ладонь и потащил вперед. Чудовища тоже засуетились. Рина тихо вскрикнула. Плечо Анго оцарапали когти. Затем что-то влажное задело ухо, а по ногам ударил тяжелый хлыст, наверное, чей-то хвост.
Наконец ладони уперлись в каменную стену.
– Здесь должна быть дверь, – шептал Анго, водя руками по твердой поверхности.
– Нашла, – радостно пискнула Рина.
Анго оглянулся на монахов. Проход оказался не таким уж длинным, каким поначалу казался – всего метров пятьдесят-семьдесят. Двое мужчин в свете факела разделывали очередное животное и что-то горячо обсуждали. Вряд ли они додумаются посмотреть в их сторону. К тому же копошение чудовищ наверняка перетянет на себя все внимание.
Рина открыла дверь, но заходить не стала. Анго заглянул в открывшееся пространство черноты, но ничего не увидел, только его лицо обдул прохладный воздух.
– Чего стоите? – с легким раздражением спросил Нирен.
– Там не город, – ответила Рина.
– И что с того?
– Вдруг опасно.
Анго покачал головой и зашел первым. Вряд ли тут пряталось что-то опасное, зачем монахам ставить ловушки для самих себя?
Под ногами оказалась обычная земля. Анго вдохнул поглубже и раскинул руки в стороны. Довольно просторно, да и воздух тут куда приятнее: прохладный, сырой и земляной. Сделав еще один вдох, Анго медленно пошел вперед и остановился только когда кончики пальцев наткнулись на какую-то конструкцию. Он осторожно ее ощупал. Деревянная балка? Анго продолжил ее трогать и через минуту понял, что это была за комната.
– Идите сюда, – позвал он.
– Я уже тут, – совсем близко раздался приятный голос Нирена.
Дверь тихо закрылась, и яркий ореол далекого света исчез. Как бы глаза ни привыкали к темноте, Анго все равно не мог ничего разглядеть.
– Это склад оружия, – сказал он тихо.
– Прихватим парочку? – Нирен зазвенел металлом.
– Зачем?
– В качестве сувенира.
– Пойдемте отсюда скорее, – взмолилась Рина. Судя по звуку, она все еще стояла где-то возле входа.
– Ты права, – кивнул Анго. – Стоит поскорее рассказать обо всем отцу и Ильнеру. Возможно, они сразу поймут, что к чему.
В другом конце подвала нашлась еще одна дверь. Анго нащупал задвижку и оттянул ее в сторону.
Холодный свет луны освещал пустынную улицу города. Анго с Ниреном и Риной вышли наружу, плотно прикрыв за собой дверь, а потом побежали к дому Нирена. По пути встретилось несколько монахов. Среди них Анго заметил Мирису: старуха уже успела облачиться в монашескую рясу и с большим почтением разговаривала с тучной женщиной в капюшоне. Видимо, кто-то нашел себе место по душе. Вероятно, Мириса уже забыла о своем желании вернуться. Или перестала верить, что это возможно.
Нирен жил на другом конце города. Его комната хоть и располагалась под землей, но имела довольно-таки опрятный вид. В углу горела крошечная буржуйка – на ней закипал чайник, – а вокруг лежали три тонких матраса. У стены напротив стоял стол без стульев и большая бочка прозрачной воды.
У буржуйки как раз сидели Ильнер и Риз. Они грели руки о кружки, до краев наполненные дымящимся напитком. Как только вся троица зашла в комнату, Рина сразу же бросилась к отцу – обняла его и устало захныкала. Риз окинул Анго недовольным взглядом: наверное, посчитал, что именно он обидел его дочь.
– В чем дело, милая? – спросил Риз, поглаживая Рину по волосам.
– Ой, па, столько всего произошло.
Без лишних слов Нирен вытащил револьвер и протянул его Ризу. Анго коротко пересказал болтовню монахов, а Нирен дополнил рассказ историей о своей случайной находке.
На лицах Ильнера и Риза явственно читалось сомнение. Но неотъемлемое доказательство в руках заставляло их слушать и держать рты закрытыми.
С минуту комнату заполнила тишина. Анго догадывался, что они принесли невеселые новости.
– Приведите Альфреда, – только и сказал Ильнер. – Думаю, он единственный даст нам объяснение.
– Неужели вы хотите сказать, что мой отец...
– Приведи его сюда, тогда и поговорим, – огрызнулся Ильнер, и Анго тут же умолк. Он никогда не видел его настолько злым и растерянным. Как будто он предполагал что-то крайне неприятное и виноватым посчитал Альфреда.
– Я его приведу, – вызвался, Нирен, разворачиваясь ко входу.
– Нет, это сделаю я. Тебя он может не послушать, – остановил его Анго.
– А если я покажу ему это?
Нирен кивнул на револьвер. Наверное, он хотел пошутить, потому что выражение его лица тут же переменилось, когда он заметил настойчивый взгляд Анго.
Альфред, как и ожидалось, сидел в своей комнате и задумчиво складывал огрызок бумаги пополам. Анго не стал пока ничего объяснять и отвел его к Ильнеру. По дороге отец недоумевал и задавал вопросы, но Анго упрямо мотал головой и отвечал только: «Позже».
Альфреда встречали демонстрацией револьвера. За его реакцией следили все в комнате. Но тот был настолько обескуражен, что произнес совсем уж глупость:
– Оказывается, в городе умеют конструировать оружие? Ты это хотел показать, Анго?
– Монахи этого не умеют, – холодно парировал Ильнер. – Присаживайся.
Он указал на свободный матрас у буржуйки. Анго с Ниреном остались стоять возле стола.
– Анго говорит, что револьвер принадлежит военным, которые планируют напасть на город, – продолжил Ильнер.
– Военным? Не понимаю.
– Это револьвер из нашего времени, пап. Перед курсами я стрелял из подобного.
– А что он тут делает?
– В этом и проблема. Его не должно здесь быть. Как думаешь, кто-то из участников эксперимента мог его пронести?
– Это невозможно, перед экипировкой всех осматривали. Никакого оружия ни у кого не было. Да и зачем оно? Те скафандры все равно бесполезны.
– Дело в том, что согласно моим исследованиям, – снова заговорил Ильнер, – в этот мир попадали только естественные тела вроде людей, животных растений и других материй как живых, так и нет. Человеческие изобретения могли тут появиться, только если вы принесли их с собой.
– Исключено.
– Но штучка же из вашего времени.
Альфред нахмурился и покачал головой:
– Думаю, ты просчитался. Вероятно, твои исследования – часть чего-то большего.
– Вроде бесконечных вселенных?
– Например.
– Выходит, ты все еще веришь в... возможность такого явления.
– Я ничего не упускаю из виду.
Ильнер улыбнулся дрожащей улыбкой. Он явно злился, но сдерживался. Альфред же смотрел на пламя сквозь тонкие прорези в дверце буржуйки.
– Так мы ни к чему не придем. Альфред, подумай о своем эксперименте чуть шире.
– Не разговаривай со мной, как своим учеником, Ильнер. Пожалуйста, будь благоразумнее. В конце концов из-за тебя мы заперты в этом мире. Получается, твоя версия мироустройства тоже не до конца изучена.
Ильнер хохотнул и почесал усы.
Нирен с улыбкой толкнул Анго локтем.
Получается, Альфред тоже умел язвить, хотя всегда казался человеком выше этого. Гордыня отца оказалась весьма уязвимой перед сдержанной самоуверенностью Ильнера.
– Пап, ты говорил, что об эксперименте знало мало людей, – Анго попробовал самостоятельно разузнать неизвестные ему ранее подробности.
– Относительно мало. Я доверял им, как себе.
– Тысячам людей? – не удержался Ильнер от нового укола. – Сомневаюсь, что такой масштабный эксперимент вы проводили маленькой компанией ученых.
– Пап, помню, ты говорил, что государство проспонсировало эксперимент. Вдруг кто-то сверху вмешался?
– Им незачем это делать, – отрезал Альфред, старательно игнорируя реплику Ильнера. – Без результатов эксперимент не имеет смысла.
– А вдруг кто-то уже вернулся?
Альфред хотел возразить, но умолк. Потом все же нахмурился и заговорил:
– При чем тут револьвер? И эти военные? К слову, я тут подумал... А вдруг некоторые местные народы – это весьма современные люди с развитыми технологиями? С чего вы вообще взяли, что ноги растут именно из моего эксперимента?
– В самом деле, – буркнул Риз. – Мы видели только ограниченную часть планеты, поэтому не можем знать наверняка.
Ильнер тоже задумался.
– Кто-то путешествует по этим землям с такими опасными штуками? – тихо буркнула Рина и выпрямилась, поправляя волосы.
– Тогда что насчет военных? – покачал головой Ильнер. – Они тоже из цивилизованных мест?
– Кто знает. Я думал, создатель мира куда больше осведомлен о его населении, – Альфред улыбнулся и поднял голову. Пришел черед Ильнера отворачиваться.
– В таком случае, почему бы нам не попроситься к ним под крылышко? – Нирен скрестил руки на груди. – Вдруг они не так опасны, как их описывают монахи? Тогда у нас есть возможность с ними встретиться и все обсудить.
– Согласен, – Анго кивнул. Такой расклад выглядел более реалистичным и понятным. В этом мире и впрямь могли существовать куда более развитые цивилизации. Не исключено, что поселение Эритора – одно из последних «диких племен».
Ильнер никак не комментировал озвученное предположение. Несмотря на его сомнения, настроение Анго да и остальных в комнате заметно улучшилось.
– В любом случае нам стоит все хорошенько разузнать прежде, чем действовать, – закончил он. – Давайте завтра некоторые из нас наведаются к тем людям и попробуют с ними поговорить. Вы завтра охотитесь, Нирен?
– Да, выходим после обеда.
– Тогда я пойду с вами. Тот монах сказал, что их лагерь в северо-восточной стороне от города. Надеюсь, его будет несложно найти.
Нирен нахмурился.
– Думаю, ни Тривиасису, ни остальным не стоит знать о наших планах. Лишние подозрения ни к чему, тем более что сейчас мы сильно зависим от их милости.
– Ты прав, Нирен. Я пойду с тобой под видом охотника. Скажу, что хочу помочь.
– Тогда и я пойду, – вызвалась Рина.
– Ты останешься, – осадил ее Риз. – Я пойду. Еще и Валтеру предложу. Он крепкий, никто спорить не будет. А ты, Ильнер?
– Я пас.
– Почему?
– Мне все это кажется жутко надуманным.
– Ты отвратительный пессимист. Тебе очень нравится страдать и много думать, – Риз потер Рину по плечу. – Пойдем, милая, я отведу тебя к Ястали. Уже поздно.
Рина раскраснелась.
– Я уже взрослая, па. Не нужно со мной сюсюкаться.
– Понял-понял. Но все-таки собирайся.
Когда Риз вывел Рину наружу, Анго с Ниреном принялись обсуждать завтрашнюю вылазку. Альфред и Ильнер молчали, и их то ли сомнения, то ли нежелание разговаривать друг с другом создавали тягучую атмосферу недоверия, обиды и злости на себя, на обстоятельства и вообще на всех вокруг.
Через полчаса вернулся Риз, и они вместе с Анго и Ниреном направились к жилищу главного охотника. Тот выслушал их пожелание поучаствовать в дневной охоте, а потом скрылся в доме и долгое время не показывался. Риз даже предположил, что тот отправился спать и трижды порывался еще раз постучаться, но Нирен не позволил. Он сказал, что своей настойчивостью Риз только разозлит охотника и тот вообще не согласится ни на одного нового участника. Возможно, заодно и Казе выгонит.
Но когда охотник снова показался на пороге, то объявил, что возьмет с собой только одного человека, якобы у него нет ни времени, ни желания обучать новичков или выделять на это «целого хорошего охотника». Заверения, что все уже обучены, он слышать не хотел и быстро пресек всякие споры:
– Один человек. Вы уж бросайте жребий, кто станет этим удачником. А сейчас я желаю вам короткой дороги и приятной ночи.
Вслед за пожеланием тут же закрылась дверь.
На обратном пути Риз долго сокрушался и ругался. Анго как-то сразу понял, что роль «этого удачника» достанется именно ему. Он был рад, хоть и начал бояться завтрашнего дня. В любом случае рядом будет Нирен, а на него всегда можно положиться.