Глава 11. А ведь я остался.
Я проснулся поздно. Обычно организм сам выталкивает меня из сна — короткого, рваного, как всё, что осталось после детства. А сегодня... как будто тело решило: не надо торопиться. Лежал, уставившись в потолок. Свет резал глаза, но не сильно — мутное утро, как будто город не спешит просыпаться. Я — тоже. На полу валялась куртка, на прикроватной тумбе — телефон с разряженным экраном. Я даже не помнил, как дошёл до дома. В голове — обрывки вчерашнего. Холодная скамейка. Лужи. И она. Эрика.
Это имя звучало внутри как... чужое. Но не в плохом смысле — просто не из моего мира. Слишком чистое. Мягкое. Как будто случайно забылась в моём хаосе и теперь не знает, как выйти.
Я помню, как она смотрела. Прямо. Без фальши. Без снисходительности. А потом — коснулась руки. Этот момент я вспоминал снова и снова, как будто кто-то нажал «повтор» внутри головы. Её пальцы — тёплые, осторожные, но решительные. Как будто это не просто «останься». А — «я вижу тебя». И я остался.
Я? Тиль, который сворачивает с любого контакта, как с ожога. Который строит стены, потому что мосты у меня всегда горят слишком быстро. Но я остался сидеть рядом с ней. И это... не пугало. Хотя должно было.
Я медленно сел на кровати, провёл рукой по лицу. Внутри — тишина.
Не пустота, нет. Просто тишина. Как будто кто-то приглушил шум, который жил во мне годами. Может быть, это всё — иллюзия. Один вечер, немного жалости, немного слов. Может, она вообще забудет через день. И правильно сделает.
Она — не из моего круга. Не из моей тьмы. Но всё равно... что-то задело. Где-то глубоко. Не интерес — я его знаю. Это было другое. Будто рядом с ней — я не был обязан держать оборону. И никто от этого не умер.
Я встал, не спеша. Потянулся, нашёл зарядку для телефона. Обычное утро — но оно чувствовалось по-другому. Я снова что-то почувствовал. И это, чёрт возьми, пугало больше, чем пустота.
Я бросил взгляд на часы. Опоздаю — и плевать. Всё равно не в первый раз.
Но почему-то сегодня захотелось просто доехать. Без выкрутасов. Без срывов. Как будто надо было дослушать то, что началось на той скамейке. Даже если — молча.
Оделся быстро. Чёрная футболка, та самая куртка с потертым воротником, браслеты — всё привычно. Всё, как броня. Только вот внутри — что-то дрожало. Едва заметно, но стабильно. Как предчувствие. Я вышел, захлопнул дверь.
На улице было пасмурно, мелкий дождь царапал капюшон. Шум города — как гул в ушах, к которому я привык. Я накинул наушники, но не включил музыку. Просто... чтобы не слышать себя. Когда автобус затормозил у нужной остановки, я вышел и взглянул на здание института. Желтое. Блевотно родное.
Но сегодня... другое. Я сунул руки в карманы, прошёл мимо пары курящих студентов, не оглянулся ни на кого. Я снова ехал туда, где вчера впервые за долгое время почувствовал, что не совсем мёртв.