глава 11
Ночь опустилась на город слишком быстро.
Как будто кто-то выключил свет — не в небе, а внутри тебя.
Ты стояла в коридоре, заворачивая последние кассеты в чёрную ткань. Том молча заклеивал коробку лентой. Пламя свечей бросало тени на его лицо, делая его старше. Или, может, он действительно постарел — за эти дни, за эти сны.
Сегодня вы оба знали — это конец. Или падение.
— Мы сожжём всё, — сказал он. — И если он... если это что-то ещё — не уйдёт, мы найдём другой способ.
Ты кивнула. У тебя больше не было сил бояться.
⋆⋆⋆
«Купол» встретил вас тишиной. Даже ветер будто затаился. Внутри было темно, но ты ощущала запах — тот же: табак, жасмин и что-то металлическое. Что-то, что пахло, как страх.
Вы зажгли факелы — обычные, туристические. Поставили коробку в центре комнаты. Том подошёл к пульту и начал ломать провода. Каждое щелчание было, как удар по ребру прошлого.
Но вдруг...
Кассетный магнитофон включился сам. Ленты внутри закрутились.
Ты почувствовала, как воздух в комнате стал плотным. Звук шёл не только из динамиков — он шёл из стен, из пола, из воздуха.
Последний трек.
Голос Джея был спокойным. Теплым. Почти добрым. Почти человечным.
— Если ты слушаешь это, значит, ты всё-таки дошёл до конца, брат. Или ты, Т/и. Какая разница? Вы теперь одно. Я сделал это. Я стал песней. Я живу между нотами. Я больше, чем человек — я звук. И ты меня слышишь, когда тихо. Ты слышишь меня в паузах. Я не страшный. Я просто настоящий. Настоящая музыка всегда пугает.
Ты закрыла глаза. Слова текли, как кровь по стенам.
— Я не хотел боли. Я хотел остаться. Внутри твоего аккорда. Внутри её дыхания. Я просто не мог уйти. Простишь ли ты меня, Том? Или... ты сожжёшь меня?
Том посмотрел на тебя. Его губы дрожали. Он не знал, что сказать.
Но ты знала.
Ты подошла к коробке. Взяла спичку. Зажгла.
Огонь охватил ткань, потом коробку. Ленты вспыхнули, как сухая кожа.
А потом — голос исчез.
Полностью.
Никакого крика. Никакого шёпота.
Просто — тишина.
⋆⋆⋆
Вы стояли, пока не догорел последний фрагмент пластика.
И тогда, впервые за долгие дни, ты услышала настоящий звук:
Пульс Тома. Его дыхание. Его голос, шепчущий:
— Ты здесь. И ты моя. Без шума. Без искажений. Настоящая.
Ты повернулась к нему.
В его глазах была тревога — но за ней пробивалось нечто большее. Нежность. Свет.
Ты шагнула ближе. Прикоснулась к его щеке.
Он наклонился. Его губы коснулись твоих.
Это был поцелуй, свободный от призраков. От шорохов прошлого.
Поцелуй, в котором не было Джея.
Только вы.