Часть 10
Эмили
Я буквально влетела в квартиру на крыльях счастья. Из комнаты вышла Оливия, расспрашивая меня, что там было.
— Уиии, — визжала я, цепляясь за шею Оливии и потрясывая ее. — Я так счастливаа!
— Мамочки, — с приятным испугом в глазах сказала Оливия, — я этого дождалась!
Мы прыгали вместе по моей квартире, ухватившись за плечи друг друга. Тут ко мне в дверь постучали.
— Да он и полчаса без тебя провести не может, — ухмыльнулась Оливии, подталкивая меня к двери.
Я открыла дверь и увидела перед собой паренька с огромным букетом белых роз.
— Вы мисс Эмилия Робертс? — спросил парень-курьер.
— Да, я, — на одном дыхании сказала я, смоторя на этот большой букет с замиранием сердца.
— Тогда это вам, — улыбнулся курьер. — Распишитесь, — он протянул мне планшет с номером заказа и местом для подписи. После он отдал мне открытку и бережно передал букет.
— Ого! — удивилась Оливия, помогая мне занести букет. — Какая красота, Эмили. Я так рада за тебя. А это что? — она посмотрела на открытку в моей руке.
Широко улыбаясь, я развернула листок.
«Для меня белый — цвет искренности и чистоты, чего-то нового и светлого. Пусть этот букет станет началом нашего светлого будущего».
Месяц спустя.
Оливия
Запах больницы чуть ли не душил. С некоторых времен мне стало противно находиться в таких местах. Я смотрела на людей, которые сидели в масках, уткнувшись в свои справки и назначения. Некоторые добивались снижения цены с помощью страховки. Другие просто разговаривали о своем. Всемогущие доктора, хранители жизни стояли парами и обсуждали наверняка свою бытовуху, как им хочется домой. Ну или же сколько впереди вызовов.
— Мисс Маккензи, — обратилась ко мне медсестра. — Доктор Чарлтон вас ждет.
Я зашла в кабинет. Перед окном, освещаемый лучами солнца, стоял белый стол, за которым и сидел доктор, большая часть лица его закрывал компьютер. Слева за светло-зеленой занавеской находилась белая кушетка. Весь кабинет, впрочем, как и вся больница был белый.
— Доктор, — я присела на стул напротив мистера Чарлтона. Он оторвался от экрана.
— Мисс Маккензи, — он вымученно улыбнулся. — Вы снова одна.
— Я хотела спросить, точно ли нет никакого способа? Хоть какой-то шанс...
— Оливия, — он говорил тише. — Судя по анализам, мы ничего не в состоянии сделать, это неизбежно. Процесс запущен, аномальных лейкоцитов становиться все больше, они скапливаются, вытесняя здоровые клетки крови и нарушая работы тканей и органов. Учитывая наследственность, которую вы нам предоставили, организм будет отвергать донорство. Химиотерапия только ненадолго оттянет то, что должно произойти... Мисс Маккензи? Оливия, вам плохо?
Мои внутренности сдавило будто веревками, я не могла дышать. Рванные вдохи не давали достаточно кислорода. В глазах начало темнеть, голова закружилась. Я увидела перед собой доктора Чарлтона. Он что-то быстро говорил, взмахивая передо мной планшетом с бумагами. Мне удалось вдохнуть глубже, потом еще раз и еще.
«Мы ничего не в состоянии делать, это неизбежно. Неизбежно.» — стучало у меня в голове.
Эмили
— Да все будет хорошо, что ты так переживаешь? — я пыталась успокоить нервного Джастина.
— Я точно нормально выгляжу? Не слишком официально? Или наоборот? — он прикусывал губу, крепко сжимая руками руль и судорожно смотря на дорогу.
— Джастин, ты прекрасно выглядишь, как всегда. Даже если бы ты пошел в своей баскетбольной форме, будь уверен, ты бы все равно понравился моей семье, — я улыбнулась с полной уверенностью, что так и будет. Джастин такой замечательный парень, и папа с Чарли обязательно это заметят.
Джастин вздохнул поглубже, повернулся ко мне, мило улыбнулся, и мы поехали дальше.
Около недели назад мне звонил Чарли. Во время разговора он сказал, что папе уже намного лучше: он шутит, смеется, возвращается медленно в жизнь. Я так обрадовалась, когда услышала эту новость, что закончив разговаривать с братом, я позвонила папе, и он предложил мне приехать. Тогда я рассказала ему о Джастине, и папа пригласил и его. Вот, теперь мы с Джастином едем знакомиться с моими замечательными папой и братом.
Честно, я вся изволновалась, когда папа это предложил, но потом поняла, что ничего в этом страшного нет. Джастин заботливый, чуткий, понимающий и очень умный парень, и любой человек на этой планете, кто хоть раз его увидит — сразу проникнется к нему симпатией.
Посмотрев на навигатор, я увидела, что ехать нам осталось меньше часа. Я поерзала на месте и переключила песню. В машине заиграла мелодия моей любимой bellyache Billie Eilish.
— Ты что, скачал все песни Билли? — я повернулась к Джастину, когда пролистала весь плейлист и заметила, что там почти все ее песни.
— Ну ты же ее любишь, вот я и скачал, чтобы если что в дороге с тобой послушать, — признался он, повернувшись ко мне и сверкнув своими глазами.
— Оо, это так классно, — мне очень понравился такой жест от него. — А какую музыку предпочитаешь ты?
— Мне нравится творчество Ratt и песни с похожим на них стилем.
Я поставила в очередь песню Nobody Rides for free группы Ratt и откинулась на спинку сиденья.
— Так кем, говоришь, работал твой папа?
— Архитектором. Проект нашего дома он разработал лично, мама внутренний интерьер. Они, кстати, так и познакомились: работали на одном объекте. С тех пор много классных домов вместе построили и обустроили, в том числе и наш, поэтому его удобство ты заметишь сразу, — рассказала я, прикрыв глаза. — После маминой смерти... — я запнулась, — папа больше не находил ни в чем вдохновения и перестал работать.
— Мне очень жаль, Эмили, — сказал Джастин, и я почувствовала, что это было сказано от самого сердца.
Через час мы приехали. Выйдя из машины, я взглянула на светло-голубое небо с плавными, расплывшимися бледно-розовыми облаками, солнца уже не было видно за горами, и дул прохладный ветерок, трепещущий прядки волос. Я сделала глубокий вдох, а затем услышала щелчок. Обернувшись, я увидела Джастина, фотографирующего меня. Я улыбнулась, и снова щелчок.
— Увидел, что ты очень красиво смотришься, решил, что этот момент навсегда должен остаться со мной, — сказал он, подходя ко мне. Он положил свои ладони на мою талию, немного притягивая к себе, а затем нежно целуя.
Тут дверь открылась, и я услышала голос папы:
— Так, молодежь, не хотите сначала войти? — усмехнулся он.
Я отстранилась от Джастина. Он быстро убрал руки с моей талии и прокашлялся. Потом подошел к моему папе.
— Мистер Робертс, — он протянул руку. — Рад, наконец, с вами познакомиться.
— Взаимно, Джастин, — папа улыбнулся и пожал моему парню руку. — Эмили, дочка, как ты? — я с улыбкой подошла к папе и крепко обняла его. Как же я по нему скучала. — Тебе не холодно в этом тонком платье, милая?
Папа нахмурил брови, смотря на мое легкое белое платье в цветочек, которое было только до колен.
— Нет, пап, все хорошо, тем более, я не собираюсь весь вечер быть на улице, — усмехнулась я, ещё раз обнимая отца.
— Все, давай, иди в дом, Чарли заждался, — похлопал меня по спине папа.
Я посмотрела на разговаривающего с моим папой Джастина, который вытаскивал наши две сумки из машины. Папа предложил остаться нам на ночь, мы решили не отказываться. Я очень люблю свой родной уютный дом, который стоит дальше от города, и вокруг сплошная природа с реками, лесами и горами, поэтому хочу провести здесь как можно больше времени. Хотя бы выходные.
Зайдя в дом, я увидела спускающегося по лестнице Чарли. Заметив меня, он подбежал ко мне, обхватил ноги и закружил по комнате под мой смех. Вскоре он опустил меня и крепко обнял.
— Я так рад тебя видеть, сестрёнка, — шепнул он мне на ухо.
— И я тебя рада видеть! — я же крикнула ему в ухо эти слова, отчего он рассмеялся.
Он отстранился от меня и хмуро посмотрел на вход, где были Джастин с папой. Джастин положил сумки на тумбу в прохожей и подошел к моему брату.
— Рад познакомиться с тобой, Чарли, — Джастин протянул руку моему брату. Тот оглядел его с головы до ног , сжав челюсти. Благо, он быстро прекратил этот спектакль и пожал руку моему парню, после моего шлепка по его спине.
— Я тоже, Джастин, — улыбнулся он.
— Я так понимаю, все познакомились, все друг друга увидели, так? — поинтересовалась я.
— Так ты же Сьюзи не видела, — напомнил мне брат.
— Моя любимая Сью работает еще у нас? — удивилась я. — Почему ты мне не сказал?
— Сюрприз! — воскликнул Чарли.
Я закатила глаза и побежала скорее в столовую.
— Сью! — закричала я, буквально вешаясь на шею нашей помощницы.
— Моя дорогая, Эмми, — ласково сказала она, целуя меня в обе щеки. — Как ты, моя кроха? Как учеба? Я слышала, что у тебя появился молодой человек, — она улыбнулась, потрепав меня за щеку.
— Все хорошо, — сказала я. — Джастин, мой молодой человек приехал со мной.
Сьюзан работает у нас уже на протяжении семи лет. Она помогает по всему дому, следит за порядком, а раньше еще следила за нами, чтобы мы вовремя ложились спать и ели все до последней крошки. Я привыкла, что, если мама занята, а папа работает, то я всегда могу обратиться к Сью. Доброй, милой Сью. Когда мама умерла, она не отходила от папы ни на шаг, чуть ли не кормила его и не заставляла вставать с кровати, чтобы он совсем не развалился. Я благодарна, что она позаботилась о нас всех в тот период. Сьюзан даже как-то взобралась ко мне на крышу, и мы искренне поговорили по душам. У Сьюзан умер муж, а дети давно выросли и редко ее навещают, поэтому она почти всегда у нас дома.
— Ох, деточка моя, я так за тебя рада, — сказала Сью, снова крепко прижав к себе. — А вот и ты, Джастин, верно?
— Да, — сказал Джастин прямо за моей спиной, я оглянулась и улыбнулась ему.
— Ну тогда иди и ты обниматься, нечего стоять, — Сью подошла к Джастину и крепко обняла его. Джастин не ожидал такого теплого приема и лишь через пару секунд обнял в ответ.
Отстранившись от Джастина, Сью взяла меня под локоть и приставила к нему.
— Вы так хорошо смотритесь вместе, — сказала она. — Эмми, милая, ты уже показала Джастину дом?
— Нет еще, вот сейчас идем осматриваться, — сказала я, беря ладонь Джастина в свою и ведя на второй этаж.
Я показала Джастину свою комнату, в которой совсем ничего не изменилось. Бревенчатые стены, просторная большая кровать, письменный стол и большое окно с деревянным подоконником, на котором можно удобно сидеть, закутавшись в плед и читать. Потом я показала ему террасу, с которой открывался просто потрясающий вид на лес, окутанный последними лучиками солнца.
— Вау! — протянул он, когда мы вышли на террасу. — Тут так красиво, — прошептал он, будто не хотел вмешиваться в этот чудесный вид, беспокоя его. — У тебя такой замечательный дом. Жил бы здесь я, ни за что бы не уехал ни в какой Вашингтон. Остался бы здесь, среди деревьев и рек, наслаждаясь свежим воздухом.
— Ну, если бы я не уехала в Вашингтон, то не встретила бы тебя, разве не так? — я привстала на носочки, обнимая его за шею и проводя носом по его теплой щеке.
— И то верно, — хмыкнул он, обхватывая руками мою талию и притягивая еще ближе, а затем крепко целуя и опуская руки ниже.
Холодный ветерок подул, развевая мои волосы. По коже побежали мурашки, и я крепче прижалась к Джастину, пытаясь согреться. Джастин медленно провел языком по моим губам. Изогнув шею, я приоткрыла рот, издав тихий стон. Джастин сжал руками мои ягодицы, вторгаясь языком внутрь. Сплетая наши языки, мы крепче прислонялись друг к другу.
— Все за стол! — услышала я громкий голос Сью с первого этажа.
Джастин негромко хохотнул мне в губы, немного отстранился и поцеловал в щеку.
— У Сьюзан такой громкий голос, или стены тонкие? — усмехнулся он, беря меня за руку и ведя вниз.
— Голос громкий. А стены наоборот, ничего через них не слышно. Я удивляюсь, как Сью удается до всех докричаться, тогда как остальным нужно идти к человеку, — сказала я, проходя в столовую.
— Угу, — улыбнулся Джастин. — Это хорошо.
Джастин отодвинул стул, я села, а затем он присел рядом, напротив сидели папа с братом. На столе было так много самых вкусных и моих любимых блюд: папина знаменитая картошка, приготовленная по его рецепту, бараньи ребрышки, легкие салаты, разные соусы и гарниры. Действительно, в нашей семье каждый ужин должен быть масштабным.
Джастин привстал, накладывая в мою тарелку картошку и ребрышко, также положив немного овощного салата.
— Спасибо, — поблагодарила я, принимая тарелку.
— Все очень вкусно, — сказал Джастин, закусывая ребрышко картошкой.
— Семейные рецепты, — отозвался папа. — Ну, Джастин, расскажи-ка о себе, как вы познакомились с моей прекрасной дочерью, и какие, конечно же, у тебя намерения по отношению к ней.
— Пап! — игриво возмутилась я. — Дай Джастину пережевать хотя бы.
Папа и Чарли безумно похожи не только внешне, но еще и привычкой вываливать все вопросы сразу.
— Ого, — улыбнулся Джастин. — Я из обычной семьи, родился в Вашингтоне, у меня есть младший брат Майкл, который учится в старших классах. Сейчас я на третьем курсе университета, в котором учится и ваша дочь Эмили.
— А какой факультет?
— Химико-биологический, планирую отучиться на хирурга, — сказал Джастин. — Из хобби у меня баскетбол, я играю за нашу университетскую команду. Кстати, приглашаю вас на следующую игру.
— Обязательно приедем. Люблю баскетбол, — сказал Чарли, накладывая себе еще порцию, в то время, как я еле управлялась со своей. — Ваша команда хорошо играет?
— Побеждаем во всех матчах, — гордо сказал Джастин.
— Эмили, вы как раз на таком матче познакомились? Ты вроде упоминала, что иногда посещаешь их, — спросил меня папа, улыбнувшись Джастину. Он ему понравился.
— Нет, пап. Мы давно уже были знакомы, просто иногда пересекались, но близко не общались, — сказала я.
— Как же тогда так получилось, что вы теперь вместе?
— Дело в том, что Эмили понравилась мне еще очень давно, но она тогда была в отношениях, и я не хотел им мешать. После уже осмелился подойти и пригласить на свидание, — начал рассказывать Джастин. — Ваша дочь сначала отказалась, предложив остаться друзьями.
— Но ты был слишком напорист. Буквально стал попадаться на каждом шагу, — усмехнулась я. — У меня просто выбора не было. Ну а потом все завертелось и закружилось.
— И очень хорошо закружилось, как я погляжу, — улыбнулся папа. — Предлагаю тост за вашу прелестную пару.
Мы наполнили бокалы красным вином и чокнулись. Я немного отпила из бокала и больше не смогла. Вино было вкусным, терпким, но я не могла больше сделать ни глотка из-за возникшего рвотного рефлекса.
— Нет, пап, мне хватит уже, — просила я папу, убирая его ложку, которой он хотел положить мне еще.
— Ты вся исхудала, — он качал головой. — Пододвинь тарелку, давай, — обольстительно улыбнулся он.
— Пааап, — жалобно протянула я. — В меня не лезет.
— Ты оскорбляешь мой фирменный рецепт картошки «По-робертски», — ну теперь в ход пошло его главное оружие. — На брата своего посмотри, — я повернулась к Чарльзу, сидящему с полным ртом картошки, но при этом он смотрел на меня такими виноватыми глазами мол-извини-что-хочу-пожрать. — Или на красавца своего ненаглядного. Молодцы, ничего не скажешь.
— Издеваешься? — вопросительно вскинула бровь я. — Ты сравниваешь меня с братом? С братом. А потом еще и с парнем сравнил. Нет, я понимаю, если бы была сестра или подруга, но, знаешь, папа, женщины и мужчины...
Я не успела договорить, как папа резким движением руки отложил ко мне в тарелку еще одну порцию. Да как?!
— Пап!
Все засмеялись, в том числе и я. Развернувшаяся сцена показалась мне очень знакомой, даже слишком, будто я уже проживала этот момент. И тут я вспомнила свой сон, который снился мне уже не раз. Так, значит, это был вещий сон, который, наконец, исполнился.
Я широко улыбнулась и повернулась к Джастину. Он обхватил мой подбородок двумя пальцами, наклонился и нежно поцеловал меня.