Дуэль
— Да это я, Наташа, — ровным мягким голосом произнёс призрак, — и я пришла сюда, чтобы предупредить тебя и помочь. Времени у нас с тобой не так много, поэтому слушай меня и не перебивай.
С минуту стояла полная тишина, как будто привидение собиралось с мыслями, а потом оно опять заговорило.
— Ты со своим другом сумела нажить себе очень могущественного врага. Наверное, самого могущественного из тех, кого вообще возможно себе представить. Вы закрыли ему доступ к людям, и он в бешенстве. Но в этом мире у него много помощников, добровольных и не очень, и они всегда готовы ему услужить. Поэтому он будет всё время натравливать их на вас. Днём и ночью вас будет подстерегать опасность, от каждого встречного стоит ожидать удара мечом или кинжалом из-за угла, любая ваша еда может быть отравлена, и он не остановится, пока не убьёт вас.
— И что же нам делать, мама? — чуть не плача, спросила девушка.
— В этом мире вам не выжить, но есть и иной мир, куда ни дьяволу, ни его приспешникам не попасть никогда, где царит вечное лето, и люди не знают ни болезней, ни горя, ни смерти, где вас ждёт вечное счастье и красивый дом и... возможно, кое-что ещё.
— Как же туда попасть, родная?
— Утром вы выйдете из этого городка и пойдёте прямо на восток. И запомни, прямо в тот день, когда кончится лес, вы увидите большую серую гору, у основания которой будет ярко светящаяся дверь, войдя в неё, вы попадёте в царство вечной любви и покоя. А теперь прощай, моя милая, и да поможет вам Бог.
С этими словами призрак бесшумно растворился в воздухе, а заплаканная Наташа мягко опустилась на кровать к ошеломлённому и уже не спящему Алексею.
— Ты всё слышал?
— Да, Чижик.
— И что же нам делать?
— Во-первых, хорошенько выспаться, а утром поступим так, как посоветовала твоя мама, — уверенно сказал Лёшка, поцеловал девушку, и они легли на кровать в ожидании сладких снов.
Но надежда на спокойный сон вскоре испарилась вместе с еле слышным стуком в дверь.
Лёшка моментально оделся, вытащил меч из ножен и, подойдя к двери, спросил:
— Кто там?
— Это я, Ваша милость, Флакон. Вас Дуб, то есть хозяин, к себе просит, говорит деле важное — вашей жизни касается.
— А до утра это подождать не может?
— Он говорит, утром уже поздно будет.
— Наташ, я на минутку, скоро вернусь, а ты двери закрой и не открывай никому, кроме меня.
— Осторожнее, Лёша, — попросила, сев на кровати, взволнованная девушка. — Мало ли что.
— Ерунда, — успокоил её парень, — с этим мужичьем я справлюсь, не особенно и вспотев, так что не волнуйся, всё будет хорошо.
Коляда открыл дверь и спустился по лестнице вслед за Флаконом в ярко освещённый зал, в котором, к его удивлению, пили и закусывали где-то человек тридцать — вооруженные люди самого бандитского вида. Сзади в спину ему уперлось не менее пяти клинков, и чьи-то проворные руки ловко сняли с него перевязь с мечом.
Алексея подтолкнули к стойке, за которой стоял улыбающийся во весь рот Дуб.
— Простите, Ваша милость, что оторвали. Вы небось своего мальчишечку по второму кругу охаживали, дак это же хорошо, мы тогда и без смазки обойдёмся. Уж больно он мне по вкусу пришёлся, да и ребята тоже не против будут, а то ведь в городишке этом, кроме вонючих шмар, разве что ишаков, да гусей остаётся шпилить. К тому же кошелёчек у вас знатный имеется, а вам он в таком разе как бы и ни к чему.
— Зачем же тогда вся эта комедия? Прирежьте меня по-быстрому, да и дело с концом, — горько усмехнулся парень.
— Мы, Ваша милость, люди культурные, — сказал подошедший к стойке бандит с внешностью Бармалея, — нам, кроме денег и дыры, куда конец можно засунуть, развлечения требуются.
— И что же вы от меня хотите?
— А устроим мы Вам, как люди воспитанные, прости Господи за слово срамное, дуэль. Ежели Вы вашего противника побьёте, то мальчика вашего никто и пальцем не тронет, и кошель при вас останется, ну а не побьёте — как всё обещали, так и сделаем, — твердо сказал Бармалей и кивнул кому-то головой.
По лестнице прогрохотали шаги, и в зал ввели, на удивление, полностью одетую и хмурую Наташу.
— Ну как, Ваше степенство, согласны? — спросил разбойник.
— Согласен, только чтобы всё по-честному было, — заметив, что выбора у него нет, уточнил Лёшка.
Предводитель-Бармалей негромко свистнул, и бандиты вмиг очистили середину комнаты, в предвкушении зрелища расположились у стен.
— Мальчишку посадите и вид ему не загораживайте. Пните кто-нибудь с глаз Вонючку, чтобы ему не мешал, мальчика это напрямую касается.
Между тем на середину комнаты вышел не особо крупный жилистый и узкоглазый мужчина с длинным узким мечом в руке, по виду лет на десять старше Коляды.
Кто-то из бандитов сунул Алексею его меч в руку и подтолкнул к противнику.
Какое-то время они кружили по залу, как два тигра, принюхивающиеся друг к другу. Неожиданно "китаец", как за глаза прозвал его парень, нанёс быстрый удар сверху-вниз. Лёша парировал и ответил тем же, и понеслось. Удар - ответ, удар - ответ. Искры сыпались с мечей, как-будто к ним был подключен электрический ток. Мужчины бегали по комнате, падали, приседали, отбивали удары и наносили их из самых немыслимых позиций. Оба были уже не раз ранены, и всё же Коляда понял, что китаец намного опытнее его и просто возьмёт измором, когда у Лёхи кончатся силы. О себе он не думал, а вот что будет с Наташей, даже и представлять не хотелось, и вряд ли разбойники сжалятся, когда поймут, что перед ними не мальчик, скорее, наоборот, лишь порадуются своей ошибке. Поэтому включив соображалку на полную, Алексей сделал вид, что устаёт, благо особо и притворяться не пришлось, и стал только обороняться. Китаец, почуяв слабину, начал попросту рубить его, как капусту, забыв об обороне, и Алёша, выбрав момент, ткнул его мечом в самую середину груди.
С удивлёнными стекленеющими глазами китаец, как подкошенный, молча свалился на пол.
Зал взревел от восторга, и Лёшку буквально на руках отнесли к стойке, посадили на стул и заставили выпить огромную кружку какого-то обжигающего горло напитка, от которого сознание у него враз помутилось. И он почти сразу провалился в ночь, успев перед этим со злостью и одновременно с каким-то теплом подумать: "Не отдам. Никому не отдам".