100 шагов от ненависти

(Рекомендуется к прослушиванию: My Chemical Romance/The Black Parade - The Sharpest Lives)

Вы помните запах снега?..Холодный-холодный, холоднее морозильной камеры для мяса и покупных пельменей у вас дома в холодильнике, холоднее самой студеной воды из крана, холоднее мороженого и уж точно кусачей. Вы помните, какой снег на ладони? Когда берешь целую охапку первого, хрупкого, рассыпчатого, просто из детского желания все новое пробовать на ощупь, а он, зараза, такой холодный и кусачий, что ладонь, даже в варежках, скоро немеет, и ты потом долго отогреваешь ее у батареи или камина. А мороз? Такой сильный, что смотря на солнце, ты чувствуешь, как слезятся глаза. Такой сильный, что сколько на вас ни будет одежды, он все равно проберется глубоко внутрь и выветрится только с горячим чаем.
Господи, как можно не любить зиму?.. Да, тонны одежды, да, холод, да, лед, но это же такое чудо! Вы видели снежинку? Вы когда-нибудь сидели на подоконнике и смотрели на огромные хлопья, словно вальсирующие мимо вашего окна? И когда одна очередная снежинка подлетит так близко, что можно будет ее хорошо рассмотреть... Вам доводилось видеть это чудо не растаявшим, а спокойным и по-девичьи хладнокровным? В этот миг все чудеса на свете открывают вам свою тайну, если вы только присмотритесь.
Зима всегда поднимала мне настроение, и я не понимала, как люди живут, например, в Африке или Австралии, да хоть в той же Калифорнии, куда хочет уехать Рика. Как жить без зимы?! По мне так лучше жить в климате умеренном, с зимой и летом, а отдыхать ездить куда-нибудь в жаркие страны на море. Поэтому в Аспене мне было, как Золушке во дворце до полуночи- просто сказочно! Здесь не было огромных высоток и небоскребов, зато мы находились словно на дне яйца, а вокруг были заснеженные горы, не прикрытые дурацкими современными постройками. Древнейшее величие природы, ее первенцы, рожденные еще при формировании самой планеты, сейчас, спустя тысячи лет, седые от серебристого снега, глядели на нас, добродушно усмехаясь, как мудрые старцы на неразумную молодежь. Уютные, красивые и безумно дорогие дома ждали лыжников с яркого дня с чаем, светлыми окнами и теплым камином.
Утром мы проснулись рано, а первой, естественно, я. Бодро вскочив с кровати, я распахнула занавески, с наслаждением вдыхая морозный горный воздух и щуря глаза от яркого солнца. Почему-то зимой дневное светило было хоть и ярким, но не грело и, закономерно, не так раздражало мою несолнцелюбивую персону. Я тут же сбегала в душ и в халатике приготовила оладушки на завтрак всей семье. Я почти прыгала от радостного предвкушения. Дом был двухэтажный, чуть поменьше нашего в Эстес Парке (кстати, у нас тоже есть горы, но у них нет спуска в наш город). С трех сторон его окружали снежные насыпи с огромными, великолепными голубыми елями, а с четвертой, то есть прямо перед входом- подъездная дорога, всегда расчищаемая после снегопада. На первом этаже был холл с лестницей, кухонька и небольшая гостиная, на втором- три спальни и уборная. Домик снаружи, припорошенный снегом, особенно вечером, с горящими теплом окнами, выглядел, как сошедший с рождественской открытки.
Позавтракав в одиночестве, я разбудила остальных, кто еще не проснулся (а это был мой сонный, ленивый братец), и направилась переодеваться. Волосы я собрала в две косички, на них так мило села синяя зимняя шапка. На ноги я натянула теплые, высокие и тугие сапоги поверх зимних черных штанов, а серый теплый свитер прикрыла зимней синей курткой с мехом, а также перчатки потеплее. Отец захотел сходить в управление насчет расписания и карты и всяких там дел, а мама решила остаться дома до обеда. Поэтому младшее поколение, всем составом, снарядилось в горы.
-Город основан в 1879 году,- медленно читала Лили с брошюры, которую мы купили в ближайшем ларьке.- Население- 5914 жителей по 2000 году. Аспен также принимает ежегодно зимние X-Games, а именно соревнования по фристайлу и сноуборду. Дома в Аспене есть у многих известных американцев- Майкла Дугласа, Мартины Навратиловой, Джека Николсона, Дона Джонсона...
-О!- хлопнул в ладоши ее брат, с энтузиазмом глядя на вздымающиеся перед нами горы.- Может, мы здесь встретим Дженнифер Лопез? Или Мишу Коллинза?- девочка укоризненно посмотрела на него.- Ну хотя бы Ди Каприо!
Лили серебристо рассмеялась и продолжила:
-В городе происходит действие одной из серий мультсериалов «Гриффины» и «Южный парк», а также комедии «Тупой и ещё тупее».
Мы долго шли, смеясь и шутя, пока не добрались до канатной дорожки. А там оказалось, что до лыжных троп ведут только открытые сиденья, то есть горнолыжный подъемник. Поэтому сели каждый со своим подопечным дитем для надежности. Горы медленно раскрывали нам свои объятия, мы все больше погружались в их немое величие. Сверху это казалось еще более красивым, по-царски великолепным. Высадившись на более высоком уровне, мы направились к лыжным тропам, а получив свои размеры, уселись надевать лыжи. Ребятам мы помогли, а сами стали надевать следом. Ну и я со своей неуклюжестью, конечно, чуть не перевернулась сама вместе с лыжами, но когда увидела, как Честер ржет в кулак, то окончательно разозлилась на эти лыжи. Хорошо, что ничего в них не сломала, но вскоре стояла на них твердо. "Так, Лу,- твердила я себе, выходя на начало тропы,- ты уже делала это раньше. Всего пару раз и давно, но тем не менее ты не должна опозориться ему на смех".
-Ну?- парень подъехал ко мне сзади, провожая взглядом старающуюся научиться кататься Лили и "терпеливого учителя" Билла.- А мы что застыли?
-Тебя забыла спросить,- буркнула я, прикрыв глаза.
-Боишься?
-Я не боюсь.
-Забыла, как кататься?
-Я помню, черт возьми!
-Тогда на раз, два, три?- Рей ухмыльнулся, готовя палки.- Кто быстрее до первой отметки в сто метров?
-Я не спорю с неудачниками,- хмыкнула я. "Первые сто метров я только разгоняться буду,"- мрачно подумала я в это время.- Ну что ж, на что?
-"На что"?- хохотнул парень.- Ничего себе азарт! А на интерес уже не интересно?
-Неа. Если уж мне суждено потратить на тебя время, мне нужно хоть что-нибудь в награду. Так на что спорим?
-На бутылку текилы.
-Ого как. Но мне нет еще двадцати одного.
-Ага, значит, ты сознательно готова на проигрыш?
-Ты понял!
-Тогда так: если проигрываю я, то покупаю тебе бутылку текилы, если проигрываешь ты, то даешь мне деньги, я сам куплю на них. По рукам?
-По рукам!- и я стартовала первой. Знаю, это было нечестно. Но я же думала, он меня все равно опередит.
Вы катались когда-нибудь на лыжах? Если да, то помните то бесподобное чувство, когда вам в лицо бьет морозный воздух, вы плавно лавируете по снегу, над головой вьется, подобно голубой ленте, безоблачное небо, а мимо с большой скоростью пролетают огромные сине-зеленые, припорошенные инеем ели. Адреналин бурлит в крови, цвета мешаются в яркую палитру и брызгают в лицо с каждым поворотом, вы летите, благословленные удачей, чувство скорости, неуловимости, ловкости просто окрыляет, вы несетесь куда-то, а сами всем сердцем хотите, чтобы этот момент не прекращался. Надо будет посоветовать это бабушке. Вряд ли она сломает на этом шею, скорее, горы покорятся ее жизнелюбию.
Я была крайне удивлена, когда первой финишировала у отметки в шестьсот метров. Все пролетело, как за одну секунду, аж дух захватило. Но мой соперник пришел к финишу минут на семь позже меня, красный от мороза и немного запыхавшийся, как и я.
-Во-первых,- он покачал наставительно пальцем, стараясь отдышаться,- ты дала фальстарт. Это нечестно.
-А я обещала драться честно?- с ликованием победно улыбнулась я, опершись о палку, как о меч или посох.- Но я все же страшно удивлена тем ужасающе нелепым фактом, что вы меня, сударь, не опередили!
-У вас заниженная самооценка, мэм?
-Отнюдь, просто так должно было быть по закону жанра. Может, вы мне поддались?
-Боже упаси, я? Вам?! Да никогда в жизни!
-Тогда что же?
-Я уже говорил вам, что у вас плохая память?
-Да. Даже дважды, вроде.
-Так вот, сообщаю вам, что два с половиной месяца для сломанной ноги недостаточно, чтобы гонять на лыжах с прежней скоростью.
Я стыдливо опустила голову. Точно, как я могла забыть? Ну, может, потому что он больше особенно не давал знать о своей травме? Или я просто больше не видела его на лестнице...Но тогда, значит, он затеял этот спор не с целью самоутвердиться и выиграть, а просто...поиграть? Как тогда, на Хеллоуин?
-Прости, я забыла,- он махнул рукой.- Но ты все равно должен мне текилу.
-Родители позволят?
-Родители не увидят.
Тут до нас донесся детский гомон, приближавшийся со стороны елей. Мы переглянулись и направились туда, чтобы не мешать другим лыжникам. Это, естественно, оказались наши дети, только явно на пике ссоры. Билл, красный от гнева, что-то бурчал, а Лили плакала, утирая замерзающие слезы мокрыми варежками.
-Что происходит?- строго сдвинув брови, спросил Честер, садясь на корточки перед сестрой. Надо же, большой брат. Лил только продолжала плакать, но ничего не говорила. Ее палки валялись под елью, а одна лыжа была немного сдвинута. Я отвесила брату почти невесомую оплеуху.
-Отвечай, что случилось?- так же строго спросила я у него.
-Она сама виновата,- сердито буркнул мальчишка.- Девчонки все такие.
-А ну-ка иди сюда, малец,- похолодевший взгляд Рея впился в мальчишку. Тон его не предвещал ничего хорошего, и я предпочла не вмешиваться.- Живо говори, что произошло, либо вот эти палки станут твоими розгами.
Да, лучше не трогать его сестру.
-Ты мне не брат!- снова сердито воскликнул Билли. Мне казалось, парень сейчас его ударит, и хотела уже, было встать между ними, но Честер был спокоен, как всегда. По крайней мере, внешне.
-Нет, но я могу сказать об этом твоим родителям, а еще здесь твоя сестра,- надо же, он не забыл о моем здесь существовании. Прогресс!
-Стукач,- тихо буркнул мальчик.
-Что ты сказал?
-Ничего.
-Послушай меня,- Редьярд, все также на корточках, повернулся в пол оборота к Биллу, обнимая правой рукой сестру, которая красными глазами наблюдала за происходящим.- Раз ты не хочешь говорить, что произошло, тогда я прочитаю тебе лекцию без знания причины. Знаешь, о чем?
-О чем?
-О вот этом. О ее слезах. Ты же не глупый младенец, Билл, ты уже двенадцатилетний пацан!- темные глаза не отрывали цепкого, жесткого взгляда от мальчишки.- Запомни сейчас, раз и навсегда, понял? Запомни: ты никогда, НИКОГДА, не должен трогать девочек.
-Ну если она неумеха и такая неуклюжая, что ее совсем нельзя научить кататься на лыжах?!- возмущенно воскликнул Билли так громко, что мне показалось, сейчас весь иней с елей вокруг посыпется.
-Ты сам взялся учить ее,- выделив второе слово, ответил парень.- Мне прочитать тебе лекцию о человеческих способностях, или сам поймешь, что не умеешь ни готовить, ни танцевать, а до ее приезда даже книги ни разу в руки не брал? Не слышу!
-Сам пойму,- снова пробурчал мальчишка.
-Вот так. Твое неумение сдерживать эмоции- это твои проблемы, из-за которых не должны страдать другие, в первую очередь- те, кто младше и слабее тебя.
-А почему ей можно, а мне нельзя?
-Потому что она девочка. Ей это позволено от рождения самой матушкой-природой, и если я еще хоть раз услышу, что она плачет из-за тебя, я найду весьма болезненный способ вызвать твои слезы. Ты меня понял?
-Понял.
Мальчишка, сердито пыхтя, побрел за своими лыжами. Я тихо стояла, будучи в шоке, а Честер развернулся к Лили. Та уже успокоилась, но все еще была красной. Ее яркое личико на фоне снега светилось, словно алый шар с рождественской елки. Воздух паром струился из ноздрей на морозе.
-А ты не реви,- обратился к ней брат. Девочка неуверенно улыбнулась:
-Ты же сказал, мне можно.
-Можно, но не нужно,- парень поправил ее шапку и шарфик.- Людям не стоит показывать свою слабость- тебе же хуже будет. Ты не замерзла?
-Нет. Можно я еще попробую прокатиться?
Когда она снова снарядилась, помогать ей вышла я. Морозец подгонял, бодрил, щеки краснели, варежки сжимали палки, лыжи навострились в снежную, ясную даль, адреналин снова бурлил в крови- кто еще скажет, что нельзя получать удовольствие от мелочей?
-...а если не получается- не расстраивайся,- я мысленно старалась подражать своей маме, когда она меня в детстве учила кататься на велосипеде.- Не все получается с первого раза. А, точнее, вообще ничего не получается с первого раза.
-Не скажи,- усмехнулся Честер.- Задачка по математике в первом классе, да первые закорючки по английскому у меня с первого раза получились.
-Не порть мне урок, генерал фигов.
-Молчу-молчу.
К обеду мы вернулись в домик покушать, отогреться и отдохнуть. На обед у нас была курица гриль и салаты. За обедом папа неугомонно рассказывал о том, какой этот главный секретарь города "мировой мужик", да как они с ним хорошо посидели. Затем мама его заткнула, и мы принялись рассказывать о горах. Послушав нас, папа, хлопнув себя по колену, с энтузиазмом заявил, что "не прочь бы тоже прокатиться" и уговорил маму. Билл даже за столом пыхтел себе под нос, но было видно, что злится он уже не на девочку, а свою неспособность изменить ситуацию. Так что после обеда я отозвала его в сторонку.
-Ну, как твои планы?- спросила я, кивнув на Лили.
-Какие планы?- казалось, не понял мальчик.
-Планы по завоеванию ее прощения.
Билли мялся-мялся и, в конце-концов, вскинул голову:
-Я не знаю, что мне сделать! В этих ее книжках проще- совершил подвиг, какой-нибудь красивый поступок, и дама твоя.
Я невольно улыбнулась, присев на корточки.
-Послушай меня,- тихо начала я.- На самом деле, самый красивый поступок на свете во все времена и навеки- это простить и попросить прощения. Знаю, тебе это кажется унизительным, особенно, когда считаешь, что ты прав. Но решиться на искренность, на искреннее раскаяние может только сильный и по-настоящему смелый человек. Трус или неправый истерит и дуется, а правый, смелый и сильный человек выше этого и всегда может извиниться. Ты понял?- брат робко улыбнулся, и мы обнялись. Вскоре я уже заметила ребят обоих улыбающимися и читающими огромную энциклопедию, которую Лили привезла с собой.
Как хорошо растянуться на диване после морозного утра на лыжах. В местном кафе все было гораздо дороже, чем у нас дома, но мы все же смогли заказать пиццу и пару коктейлей. Мама засела в гостиной краситься, я растянулась рядом на диване, затонув в книжных приключениях Стивенсона, папа ходил по дому, каждые две минуты спрашивая маму, где его носки и какую футболку ему лучше одеть, Честер лег вздремнуть у себя, а ребята читали в моей с Биллом комнате, чтобы ему не мешать. Ну, а часам к четырем мы всем составом снова двинулись в горы.
Морозец вновь щипал щеки, декабрьское солнце играло холодными лучами на снегу, отскакивая тысячами непоседливых бликов. Лыжи ровно скользили по снегу, ели царственно махали своими заснеженными лапами вслед лыжникам, ветер играл наперегонки с ними, а небо с сонливым спокойствием, присущим старикам, наблюдало людскую суету. Зимой обрести счастье было намного легче, чем в другие времена года. Выпей горячего чаю после мороза- и ты счастлив. Прокатись на лыжах- и ты счастлив. Просто слепи снеговика, как ребенок и будешь по-детски счастлив. Зима дает тем, кто способен понять, то самое простое, как все гениальное, знание: счастье обрести легко, потому что для него нужно порой совсем немного. Наверное, только суровые испытания могут заставить человека понять, что его счастье совсем рядом, и нужно совсем немного, чтобы его обрести. Просто люди зачем-то придумывают кучу сложностей, чтобы потом объяснять ими свою несчастливость.
В семь мне уже захотелось вниз, как и моему сожителю. Но родители только раскочегарились, как и дети, так что нам пришлось ехать вдвоем. Мы решили зайти вечером на каток, что рядом с нашим домом. А пока...неловко молчали. Под нами медленно проплывали сугробы, небо понемногу темнело, по нему пошли фиолетовые разводы, окрашивающие облака в розовато-сиреневые оттенки. Все-таки зима- самое красивое время года.
-Тебе текилу дорогую или можно подешевле?- нарушил тишину парень, вглядываясь в станцию внизу по канатной дороге.
-Я тебе не тетя Фри,- огрызнулась я.- Можно и подешевле.
И тут нас так качнуло вперед, что если бы не ремни безопасности- уже бы лежали лицом в сугробе. Боже, больше никогда не буду ездить без ремня!
-Что случилось?- крикнули откуда-то из задних сидений.
Дорожка не двигалась, сидения намертво замерли над снегами. Господи, нам еще повезло, что мы зависли над снегом метрах в двадцати, а кто только с гор спустился? "Пункт назначения 3" отдыхает. Я выглянула вниз- еще не так страшно, а вот когда посмотрела назад- дыхание перехватило: люди зависли на огромной высоте. Да, не повезло.
-Что случилось?- повторил Рей.
На станции заработал динамик, сообщивший что-то жутко непонятным говором.
-Ну что там у них?- раздраженно спросила я, злясь на тех, кто сидит в этой станции. Надеюсь, они оплатят психологический стресс пассажирам, тем, кто завис выше нас?
-Какие-то неполадки,- парень повернулся, проследив за моим взглядом, и ухмыльнулся.- Да все в порядке, сейчас починят.
-"Сейчас починят"!- передразнила я.- А тех людей тебе не жалко? "Пункт назначения" не смотрел?
-Ты больше ужастиков смотри,- насмешливо кивнул Честер.- Все нормально. Ты же высоты не боишься?
-Нет.
-Вот и все.
-То есть тебя не волнует перспектива провисеть здесь до ночи?- словно вредный ребенок, продолжала я.
-Во-первых, не до ночи, а во-вторых, меня это должно пугать?- невозмутимо ответил парень.
-Замечательно: только ты, я и снег,- саркастично воскликнула я.
-Ха,- Редьярд оперся локтем о колено и подбородком о ладонь, скосив темный взгляд на меня.- Это должно было меня соблазнить?
-Видимо, да. Не знаю,- я помотала головой, снова выглянув на снег.- Я просто хочу вниз.
-Хочешь, скину?- хохотнул Честер.
-Добрый,- буркнула я, не сдержав смешок.
Мы замолчали, и это молчание среди снегов и молчаливых гор угнетало. Казалось, в этой тишине столько невысказанных слов. Все вокруг будто кричало в этой тишине, подталкивало нас к чему-то. "Хватит, Лу,- одернула я себя, глядя в другую сторону,- не хватало, чтобы у тебя началась паранойя, как у отца твоей мамы". Сзади тихо слышались разговоры пассажиров, застрявших также, как и мы.
-Слушай,- вдруг спросил парень.- А к тебе Сид больше не заявлялся?
-Тьфу, только черта помяни,- огрызнулась я, поворачиваясь.- Звонил недавно пару раз.
-Да?- Рей помрачнел.- И что?
-А ничего,- фыркнула я.- Я не брала трубку.
-Правильно.
Я дернула губами в улыбке.
-А что это ты вдруг?..
-Да боюсь я, вдруг придет серенады под окнами петь, я ж заснуть не смогу,- отшутился Честер. Я пихнула его в бок, улыбаясь.
-Да ладно тебе. Спасибо за заботу.
-С каких пор мы перешли на милые обращения?
-Если ты только заметил, то буквально шесть минут назад.
Он смотрел на меня так насмешливо и в то же время, будто поражаясь моей невозможности. Так, что мне вдруг захотелось улыбаться- доселе неведомое чувство. Все парни, с которыми я гуляла, были для меня больше тренировками, или же играми. И не потому что я стерва, любящая играть чувствами чужих, отнюдь. А просто потому что эти парни совсем не различали моей лжи. Они не видели, где я флиртую, а где искренна. Они смотрелись клоунами, когда пытались заигрывать со мной. Я понимала это после того, как заканчивала с ними отношения, но ни один еще не вызывал у меня желание улыбаться, желание быть лучше, чтобы другой человек тоже улыбался, гордился мной. Ни один не был для меня авторитетом.
-Слушай, а у тебя есть девушка?- вдруг решила спросить я и окольным путем узнать причину его внезапных, регулярных, длительных поездок.
-Конечно,- серьезно ответил Рей, не поворачиваясь.
-Да?- внутри что-то оборвалось, ожидая окончательного удара. Ну почему, почему я так реагирую?!
-Да. И свадьбу скоро сыграем,- он чуть повернулся, и я увидела его улыбку. На сердце так полегчало, что хотелось парить и прибить его одновременно.
-Я серьезно!
-А тебя это действительно волнует!
-Может, я тоже забочусь?
-Действительно, вдруг меня какая-нибудь фря в закоулке съест.
Мы вновь посмотрели друг на друга и вдруг вместе рассмеялись. Легко, непринужденно и естественно. Словно очищая душу на исповеди. В этот предночной час сидение горнолыжного поъемника, застрявшее над сугробами, стало для нас чем-то вроде кабинки со священником. Вряд ли, конечно, он верующий, судя по некоторым вещам, да и я никогда не исповедовалась, но все же ощущения были похожие. Причем, добровольные.
-Ну, а по правде?- я подняла ладони.- Не спрашивай, почему меня это интересует, понятия не имею.
-Неа,- парень помолчал, вздохнул, а затем задумчиво уставился вдаль.- Те, что были- не такие. Не судьба.
-Ты фаталист?
-А ты только поняла?
-Ладно...
Сидение вздрогнуло и тронулось с места. Сзади послышались облегченные возгласы, а мне было даже как-то жаль покидать эту красивую, уютную высоту, где мы вдруг так разоткровенничались. Только он, я и снег...